Полина

— Это действительно странно, что она так рьяно его защищает... — негодовал Влад, меряя шагами комнату в моей квартире.

Сашка еще была в школе, время довольно ранее для визита, но Влад уже с утра был у меня. Взвинченный и немного не в себе, явно чем-то расстроенный.

— Ну... он твой друг и мама просто не хочет, чтобы ты его потерял, — неуверенно предположила я, но Влад лишь отмахнулся.

— Нет. Ей плевать, кого я там потеряю. Она даже не заметит, если меня вдруг не станет, а ты говоришь про какого-то там друга. Дело явно не в этом.

Я подошла к нему, когда он застыл перед окном, в молчании вглядываясь в пасмурное небо, с которого вот-вот, казалось, пойдет снег. Положила голову на плечо и обняла так крепко, чтобы Влад знал, что теперь у него есть я.

Прижимаясь всем телом, чувствовала всю боль и тяжесть, что сковали его по рукам и ногам, и перехватили дыхание, мешая говорить и просто жить полной жизнью. И хотя Влад и уверял, что после высказанных матерью слов вдруг наконец почувствовал себя свободным, я как никто понимала, что это не так.

Вряд ли эта боль когда-нибудь исчезнет полностью, потому что это так просто не бывает. Чтобы ничего не чувствовать, надо стать деревяшкой, бесчувственным поленом, а он живой. Живой и настоящий. И очень добрый, мой Влад. Он научится жить с этим, примет всё, как данность, я помогу... он примет, чтобы отпустить обиды, иначе ничего не выйдет. Иначе не стать по-настоящему свободным и счастливым. В этом я точно убеждена.

— Спасибо... — просто сказал Влад, не оборачиваясь, и так мы и стояли в полной тишине, думая каждый о своем.

— Кстати, — спустя какое-то время он вдруг обернулся, — А ты почему не работе?

— Ну, как ни странно, тебе повезло, что ты меня застал. Я вообще-то заехала на пять минут, за кое-какими документами, отдел кадров попросил срочно привезти, и Стас отпустил меня ненадолго.

— То есть у нас есть немного времени? — Влад лукаво на меня посмотрел, но я тут же замахала руками.

— Не-е-ет, даже не вздумай... — засмеялась, увлекаемая им в комнату.

— Да...

— Нет! Меня уволят! — хохотала я.

— Не уволят... я же там главный... — оторвавшись от моих губ произнес он, и тут же продолжил, не торопясь, с наслаждением покрывать меня нежными поцелуями.

* * *

Пальцы двинулись вверх по бёдрам, утягивая за собой тонкую ткань халата, и оставляя на коже следы приятной дрожи. Он протянул руку к шее и стянул тонкую ткань, оголив плечи, провел по выпирающим лопаткам. Халат плавно опустился еще ниже, и он погладил выпирающий позвоночник, ощущая под пальцами каждую косточку. Прошелся по загорелым плечам и спустился вниз, едва касаясь оголённой, словно нерв, кожи, и вызывая в ней необузданное желание.

Она резко перевернулась на спину, и обхватив сильную шею руками, увлекла его к себе.

— Тебе нужно больше тренироваться, — прошептала Анна спустя какое-то время, отталкивая Стаса от себя. Он недовольно поморщился, но привычно откатился подальше. Она не любит нежностей. Впрочем, ему это только на руку.

— Боюсь, тогда тебя перестанет хватать, — слегка улыбаясь, тихо произнес Стас.

— Мое здоровье покрепче твоего будет, дохляк, — не без издевки прошептала Анна, тяжело дыша.

Пытаясь унять разгоряченное ласками тело, она поерзала на шёлковых простынях.

— Что вы не поделили с Владом? — спустя какое-то время как ни в чем не бывало спросила Анна, перевернувшись на живот, и разглядывая Стаса словно букашку.

Как же он ненавидел этот взгляд, пропитанный презрением и недоумением.

Он медлил с ответом.

— С чего ты взяла?

— С того, — передразнила она, — Он кое-что рассказал, и это кое-что мне совсем не понравилось. Это касалось твоих сливов.

— И что ты ему сказала? — напрягся он, даже и не пытаясь этого скрыть.

— Ничего. Но... ты идиот, Стасик. Ты знатно прокололся, все кончено. Думаю, что Влад вышвырнет тебя за шкирку... кто ты там по профессии?

Анна засмеялась, и Стасу в этот момент больше всего на свете захотелось придушить ее. Вот так вот взять эту худую, давно уже немолодую женщину и набросить на нее подушку. И держать ее так, пока она не перестанет биться в конвульсиях, пытаясь отодрать подушку от себя.

Стас помотал головой, пытаясь отбросить от себя жуткие мысли, словно наваждение.

— Но я... мы же... это была твоя идея. Это тебе надо было, чтобы Влад отказался от этой своей идеи быть крутым боссом. Ты хотела показать ему, какой он неудачник. Я всего лишь выполнял твои просьбы...ты должна помочь мне!

Анна помотала головой, и, поджав губы, зло процедила:

— Ты же понимаешь, что если Влад узнает о том, что я хоть как-то причастна к проблемам с Владстройсервисом, тебе не поздоровится...

— Но... Что же мне теперь делать? Куда я теперь? — растерянно спросил он, понимая, как жалко это прозвучало. Жалко и нелепо.

— А на что ты рассчитывал? — Анна зло рассмеялась прямо ему в лицо, дохнув неприятным запахом, — Тебе пора.

Стас ненадолго замешкался, пытаясь не думать об унижении, встал, чтобы, как всегда, приняв душ, тут же уйти из этого дома, оказаться подальше от старой гадины. Но в этот раз что-то его остановило. В дверях он вдруг остановился, обернулся и, хищно улыбнувшись, ответил:

— Нет... это тебе пора!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍