Закрываю глаза, пытаюсь отдышаться, а потом смотрю на Шелби, которая лежит на животе на массажном столе.

– Я…

– Да, – смеясь, отзываюсь я и опускаюсь на нее, чтобы перевести дух. – Именно так и было. – Целую ее в плечо. – Совершенно верно.

– Мне нужно в душ, – говорит она. – Я вся в масле и чувствую себя как рестлер. – Она смеется, и я выхожу из нее, мечтая снова оказаться внутри. Когда она встает, я беру ее лицо в ладони и целую. Языком Шелби проникает мне в рот и прижимается ко мне. Мой уже засыпающий член тут же с радостью отзывается, готовый к новому раунду. – Мы ни за что не пойдем в душ вместе.

– Ты права. Давай ты пойдешь первая, а я после тебя?

– Договорились. – Она берет меня за руку. – Хотя, если я захочу, чтобы ты потер мне спинку, я ведь могу позвать тебя?

– Шелби, – стону я. Отпустив мою руку, она идет в ванную, а я следую за ней. Пока избавляюсь от презерватива, она заходит в душ. Выхожу из комнаты, иду к телефону, беру трубку и нажимаю «ноль».

Роберто отвечает на первом же гудке.

– Здравствуйте, мистер Ас.

– Привет, можно ли организовать нам обед на улице? – спрашиваю я, оглядывая комнату. – И прислать кого-нибудь забрать массажный стол?

– Без проблем. Через пятнадцать минут все будет готово, – отвечает он, и я оглядываюсь на дверь ванной.

– Мы будем в ванной, так что можете войти сами, – говорю я и кладу трубку. Потом подхожу к шкафу, беру шорты для себя и нечто похожее на платье для нее.

Захожу в ванную, и моему взору открывается обалденное зрелище: Шелби откидывает голову назад, а вода каскадом льется по ее телу.

– Я только что заказал обед, – сообщаю я, а она оглядывается на меня. – И принес тебе платье. – Подхожу и открываю дверь кабины.

– Тебе нельзя сюда. – Она качает головой, а я смеюсь. – Иначе мы снова займемся сексом.

Игнорируя ее слова, я захожу внутрь и прижимаюсь грудью к ее спине, кладя ладони на грудь.

– И что в этом плохого?

– Ас… – стонет она, тогда я наклоняюсь, целую ее в шею и отодвигаюсь.

– Не стану настаивать, потому что скоро персонал придет убрать стол и все остальное, а мне совсем не хочется, чтобы они слышали твои стоны, – говорю я, на что она смеется.

– Скажу честно, когда ты начал делать мне массаж, я чуть с ума не сошла. Когда ушла девушка?

– Как только ты легла на стол, – признаюсь я, и она явно удивляется.

– Я не слышала, чтобы ты что-то говорил ей, – замечает она, и я ухмыляюсь.

– Хватило кивка, означающего, что ей пора убираться. – Показываю, как именно сделал, и Шелби смеется. – Она лишь ухмыльнулась, кивнула, а потом ушла, не издав ни звука. Я думал, ты слышала ее, когда она закрывала дверь, но ты никак не отреагировала.

– Для меня это была чертова пытка. Я едва не встала на четвереньки.

– Клянусь, мой член готов был взорваться, и последнее, чего мне хотелось, чтобы она увидела, как сильно я пытаюсь сдержаться, считая до десяти.

Шелби выходит первой и отправляется сушить волосы, а я заканчиваю мыться. Когда она натягивает розовое платье, замираю с полотенцем в руках. У платья нет спины, ткань начинается ниже поясницы, но это не все.

– Оно прозрачное, – выдавливаю я и, когда она поворачивается, понимаю, что спереди вырез тоже очень низкий, ее соски буквально дразнят меня.

– Нет, не прозрачное. – Она оглядывает себя. – Просто тонкая ткань.

– Ах, вот как это называется. – Отбрасываю полотенце и натягиваю шорты.

Шелби закатывает глаза, выходит из ванной и видит, что стол исчез. Единственное, что осталось после массажа, – это лепестки роз. Мы проходим к задней части веранды, где прямо под зонтиком накрыт стол.

– Умираю с голоду, – сообщает она, затем берет меня за руку, и мы направляемся к столу. Роберто уже там, он как раз привез тележку с едой. – Мы вовремя. – Я выдвигаю стул, и Шелби улыбается, затем берет «Мимозу» и выпивает до дна. – Во рту пересохло. – И подмигивает мне. – После нашей разминки.

Я лишь качаю головой, пока Роберто ставит на стол фрукты, затем бургеры, курицу, рыбу на гриле и овощи.

– Вернусь с десертом, – сообщает он и уходит, а Шелби тянется к стоящему рядом с ней ведерку со льдом, берет бутылку шампанского и наливает еще немного в бокал, а затем добавляет апельсиновый сок.

– Нам надо поговорить, – говорит она, а я ухмыляюсь, беру бургер и кладу его ей на тарелку. Я знал, что ей захочется все обсудить, это был лишь вопрос времени.

– Согласен, за последние пару дней много всего случилось, – киваю я, тоже беря себе бургер.

– Да, много, – отвечает она, кусая бургер, а я беру бутылку пива из стоящего рядом холодильника. Откручиваю крышку и делаю глоток.

– С чего начнем? – спрашиваю я. – Наверное, с очевидного. Мы занимались сексом.

– Да, – подтверждает она и тянется за бокалом.

– Поэтому ты нервничаешь? – Она замирает с бокалом на полпути ко рту и смотрит на меня. Я смеюсь.

– Я не нервничаю. – Шелби опускает бокал. – Я… – И пытается подобрать слово.

– Ты волнуешься, а это все равно что нервничать. – Кусаю свой бургер.

– Ладно, хорошо, – наконец признает она и смотрит на меня своими голубыми глазами. За последние два дня лицо немного загорело, ее волосы развеваются на ветру, и сейчас она выглядит просто идеально. – Я нервничаю.

– Почему ты нервничаешь? – спрашиваю ее, и она откидывается на спинку стула, а мое внимание тут же привлекают выпирающие под тканью платья соски.

Шелби замечает, куда я смотрю, но не меняет позу. Вместо этого отвечает на мой вопрос вопросом:

– А ты не нервничаешь?

– Нет, – честно признаюсь я. – Но я и раньше думал о том, каково это, заняться с тобой сексом. – Подношу ко рту бутылку пива. – Так что, – пожимаю плечами, – я не нервничаю.

– Только это ни черта не значит, – говорит она, забирая у меня бутылку и делая глоток. – Думать и делать – две разные вещи.

– Да, ты права, – смеюсь я. – На деле все оказалось в миллион раз лучше, чем в моей фантазии. – Она отвечает застенчивой улыбкой и переводит взгляд на свою тарелку. – Почему ты прячешься от меня?

Она смотрит на меня, и я понимаю, что она хочет что-то сказать.

– Давай все то, что мы скажем сейчас, здесь и останется?

Затем ставит локти на стол и складывает руки.

– Давай. Если не возражаешь, я бы хотела высказаться, поэтому подожди, пока я закончу. – Киваю, побуждая продолжать и не зная, что именно она скажет. А потом понимаю, что точно не ожидал услышать следующие слова: – Мне нравится секс, – говорит Шелби, и я ухмыляюсь. – Очень нравится, но я не часто занималась им, потому что, видимо, была у Джозефа не одна. Он часто был не в настроении, а когда тебе постоянно отказывают, ты просто перестаешь просить. – Желудок стягивает узлом, и я ощущаю, как во мне закипает ярость. – Еще я не говорила открыто и редко высказывала какие-то просьбы, потому что знаю, в каких-то вопросах мне не хватает мастерства, так что я не очень-то хороша.

Мне надоедает слушать эту ерунду, и я поднимаю руку.

– Знаю, ты просила не перебивать, но я не позволю тебе наговаривать на себя. – Смотрю ей в глаза. – Первое. – Поднимаю палец. – Что бы ты там себе ни думала о своих навыках и умениях, я скажу, что ты права. – Вижу, как у нее вытягивается лицо. – Ты не хороша, ты просто охрененна.

– Просто ты хочешь, чтобы я снова взяла в рот твой член. – Шелби закатывает глаза.

– Итак, во-первых, ты получаешь от этого не меньшее удовольствие, так что даже не пытайся сказать мне, что делаешь это только для меня. – Смеюсь, встаю, подхожу к ней и протягиваю руку. Она берет ее, и я веду нас к стоящему в тени дивану. Сажусь, а когда Шелби пытается сесть рядом со мной, останавливаю ее и притягиваю к себе на колени. – Шелби, – произношу ее имя и, не сдержавшись, наклоняюсь и целую в плечо. – Мне нравится заниматься с тобой сексом. – Не использую фразу «заниматься любовью», потому что знаю, она испугается. – Очень нравится, я еще никогда такого не испытывал. – Потому что секс с ней вообще из другой лиги.

– Мне тоже нравится заниматься с тобой сексом. Не знаю, правильно это или нет. – Она поворачивается ко мне лицом и ставит колени по бокам от моих бедер. Я опускаю руки и провожу по гладкой коже.

– Не хочу останавливаться, – признаюсь я, понимая, что наши желания могут не совпадать и мне будет очень трудно прекратить касаться ее. Быть рядом с ней и не иметь возможности дотронуться, особенно после прошлой ночи и сегодняшнего утра, – это пытка.

– И я, – отвечает она и упирается лбом в мой лоб.

– Так может, пока мы здесь, насладимся моментом? – Целую ее губы.

Она кладет руки мне на грудь, и лямка ее платья падает.

– Значит, то, что происходит на острове, остается на острове? – уточняет она, и бретелька опускается еще ниже, до соска.

Поднимаю руку и большим пальцем поглаживаю тугой комок.

– При одном условии, – говорю я, и Шелби выжидательно смотрит на меня. – Не закрывайся от меня. – Наклоняюсь и беру сосок в рот. – Если хочешь, чтобы я потрогал тебя определенным образом, скажи. – Покусываю его. – Хочешь, чтобы я сделал больше, скажи.

– Хорошо, – практически стонет она. – Но это правило распространяется на обоих.

Я смотрю на нее.

– Договорились. – Оглядываюсь по сторонам, проверяя, одни ли мы. – Я хочу, чтобы ты объездила меня. – Тяну вниз другую лямку и целую второй сосок.

– Боже, я уж думала, ты никогда не попросишь. – Она поднимает платье, затем смотрит на меня. – Ты взял презерватив?

– Нет, – отвечаю я. – Зачем мне брать с собой презерватив на обед? – Усаживаю ее на диван рядом. – Не двигайся, – велю я, целую ее и бегу за коробкой с презервативами. Быстро возвращаюсь, поднимаю ее и усаживаю к себе на колени. – Так, на чем мы остановились? – Приподнимаю ее подбородок, вижу ее улыбку и набрасываюсь на ее губы, скользя в рот языком.

* * *

– Мы застрянем здесь надолго, – говорит она, поднимая голову, чтобы мне было удобнее целовать ее шею.

– Я не виноват, что ты такая сексуальная. – Смотрю на нас в зеркало. Проведя шесть дней на солнце, мы прилично загорели. Последние четыре дня мы просто нежились в бассейне или на берегу океана, который находится прямо за дверью.

– Нам нельзя опаздывать, – предупреждает Шелби, поворачиваясь, но не отстраняясь от меня. – Последний поцелуй, – заявляет она, позволяя мне проникнуть языком ей в рот, пока сама обвивает руками мою шею. Обхватываю ее попку, а затем отстраняюсь и смотрю вниз на ее платье. На этот раз оно черное, вырез доходит практически до талии. Оно завязывается на шее, спина открыта. Когда Шелби встает, платье скользит вниз, но я замечаю лишь ее длинные стройные ноги. – Ты ведь испортишь и это платье, да? – Последние четыре ночи я срывал все, что было на ней.

Ухмыляясь, беру ее за руку.

– Еще не решил. – Затем мы выходим из комнаты и направляемся к главному пляжу. В последний наш вечер ужинаем на пляже и ведем себя тихо, ведь наше пребывание на острове подходит к концу.

– Кажется, никогда не видела на тебе столько одежды. – Она смотрит на меня. На мне темно-серые брюки и светло-серая рубашка, рукава которой закатаны до локтей. – Не уверена, что мне нравится.

Только я собираюсь сказать что-нибудь о том, что нас ждет по возвращении домой, как вижу, что Роберто уже ждет нас. Он приглашает нас за отдельный столик в центре пляжа. Во время ужина мы мало разговариваем. Перебрасываемся парой шуток, и Шелби смеется, попивая шампанское, а я понимаю, ее мысли заняты будущим. Закончив ужинать, я снимаю обувь и протягиваю ей руку.

– Давай прогуляемся по пляжу и дойдем до виллы, – предлагаю я, и она тоже снимает туфли. Смотрю на Роберто, он кивает и подходит, чтобы забрать нашу обувь. Когда мы идем по пляжу, я спрашиваю: – О чем думаешь? – И чувствую, как от нервозности сводит живот.

– Завтра все будет казаться странным, – тихо отвечает Шелби.

– Почему? – Смотрю на нее в ожидании знака, который даст понять, что она хочет большего. Что по возвращении домой она готова к продолжению.

– Ну, во-первых, последние четыре дня, просыпаясь, я вижу твою голову между своих ног, – говорит она, и я фыркаю.

– Вообще-то сегодня утром было наоборот, – парирую я, а она смеется.

– Я не виновата, – возмущается она, останавливаясь. – Он мне подмигнул.

Притягиваю ее ближе и смеюсь.

– Он тебе подмигнул, – повторяю я, а она хохочет. Мне хочется постоянно слышать ее смех. Быть тем, кто заставляет ее смеяться. Смотрю на нее сверху вниз, быстро целую и говорю: – Мне кажется, я чувствую, как прямо сейчас он тоже подмигивает тебе.