В общем, спиннинговое снаряжение мне было крайне необходимо, но купить его тогда не представлялось никакой возможности. Судите сами: спиннинг из клееного бамбука (прекрасная по тем временам «палка») стоил не менее десяти рублей. Катушка – любая безынерционная, выбор в магазинах был невелик – примерно столько же. Все остальное по мелочи: леска, блесны, то да се – еще рублей на пять. Сумма выходила немалая.

Копить? Но я уже копил на волнистого попугая! В железной банке из-под халвы у меня звенело мелочью почти пять рублей, нужно было еще два. Клетку обещали подарить родители. Но спиннинг был нужен кровь из носу, и желательно уже к следующему сезону.

Пару слов о том, почему именно безынерционная катушка была мне необходима. Все потому, что мои новые взрослые друзья сразу же сказали строгое «нет» моему первоначальному плану: купить недорогую инерционную катушку «Нев-скую». Стоила она тоже немало – что-то около трех рублей, но сумма для школьника была вполне подъемная.

– Ты не будешь ловить рыбу, – заявили они. – Тебе придется постоянно распутывать «бороды» из лески и сбивать себе пальцы. С ней и взрослый-то справляется с трудом, а уж детской руке достанется.

Сколько я стонал и выпрашивал у родителей спиннинговое оснащение – уже не помню. Казалось, что это было бесконечно долго, но на деле прошло года полтора. И вот однажды, в день моего рождения, родители торжественно вручили мне самый желанный подарок. И не просто спиннинг, а набор спиннингиста! В коробке! Чего там только не было. Вернее, было ровно то, что нужно для ловли рыбы на спиннинг. Не больше, но и не меньше. Причем набор был весьма прогрессивным по меркам конца 70-х – начала 80-х годов.

В коробке лежало отличное короткое удилище, клееное из бамбуковых отщепов (или, если правильнее сказать, длинных тонких полосок бамбука, отщепленных от стволиков этой дерево-травы). Безынерционная КСБ–4 – одна из прогрессивных советских катушек, которая прослужила мне лет двадцать, не меньше. Там были также подсак, то есть сачок для вываживания крупной рыбы, набор «дубовых» советских летних блесен, а также экстрактор и зевник – специальные приспособления для извлечения крепко засевших в пасти рыбы крючков.

Зевник и экстрактор

Так как свой день рождения я праздную в феврале, оставалось всего ничего: подождать пару месяцев, пока вскроется вода, чтобы отправиться на реку и оттачивать мастерство спиннингиста. Теорией я был перегружен, спиннинг с минимальным набором принадлежностей стоял за шкафом, что еще нужно для полного счастья?

И вот пришла долгожданная весна. Однажды, вернувшись из школы, я решил: пора открывать сезон. На набережную Фонтанки я не просто бежал – я мчался. Нетерпеливо расчехляю снасть, размахиваюсь удилищем, чудом не задеваю проезжающий троллейбус и… на этом мои упражнения закончились. Блесна, увлекая леску, полетела прямо в противоположную сторону – аккурат под колеса машин. Движение по набережной было интенсивным даже в те далекие времена. В итоге леска разорвалась в клочья, а блесна, скорее всего, уехала вместе с каким-то автомобилем.

В тот день я извлек первый важный спиннинговый урок: городская набережная – самое неудачное место для тренировок и освоения техники заброса. Во-первых, это небезопасно для самого начинающего рыболова. Во-вторых, легко причинить вред окружающим. В-третьих, я понял, что одних снастей и теории мало: нужно учиться.

Хорошо сказано «учиться», но где? Я выходил во двор со спиннингом и грузиком на конце лески, сообразив, что блесна для «сухих» тренировок во дворе не подойдет. Но и там все закончилось быстро: леска запуталась в кроне дерева, а я под хохот детворы пытался ее достать. Приключение вышло так себе, положение казалось безвыходным. Но, как мы знаем, безвыходных положений не бывает.

Тем не менее спиннинг пришлось временно убрать, вернее запаковать в багаж: мы переезжали из Ленинграда в Минск, столицу БССР. Через весь Минск протекает река Свислочь, и именно она стала моим спиннинговым полигоном.