Разработка САУ 2С3 «Акация» была начата по постановлению Совмина СССР № 609—201 от 4 июля 1967 г. Проектирование и изготовление опытных образцов артиллерийской части производило ОКБ‑9 («Уралмаш»), а шасси – УЗТМ (г. Свердловск).
Артиллерийская часть САУ была разработана на базе 152‑мм буксируемой пушки-гаубицы Д‑20. Внутреннее устройство ствола, баллистика и боеприпасы были взяты у Д‑20 без изменений. Новая гаубица получила заводской индекс Д‑22 и индекс ГРАУ 2А33.
Ствол гаубицы Д‑22 состоял из трубы-моноблока, двухкаморного дульного тормоза, эжектора, муфты и казённика.
Самоходная установка 2С3 «Акация» с гаубицей Д-22. СПб., Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи.
(Фото А. Широкорада)
Затвор вертикальный клиновой с полуавтоматикой механического (копирного) типа.
Тормоз отката гидравлический веретённого типа, накатник пневматический. Цилиндры противооткатных устройств жёстко связаны со стволом и при выстреле откатываются вместе с ним. Длина отката нормальная 510—710 мм, предельная 740 мм.
Шасси разработано на базе пусковой установки ЗРК «Круг» («объект 123»), новое шасси получило индекс «объект 303». В САУ отделение управления и моторно-трансмиссионное отделение размещены в передней части корпуса, а боевое отделение – в кормовой части корпуса, а также в башне.
Корпус и башня сварные из катаных броневых листов, которые защищали от пули Б‑32 с дистанции 300 м. Имелась система герметизации обитаемых отделений и фильтровентиляционная установка.
Двигатель – 12‑цилиндровый четырёхтактный дизель В‑59. Трансмиссия механическая двухпоточная.
Боекомплект первоначально состоял из 40 выстрелов, находившихся в двух боеукладках (в башне и в корпусе).
Первые два опытных образца 2С3 были изготовлены в конце 1968 г. Заводские испытания их завершены 15 октября 1969 г. В ходе испытаний выявилась большая загазованность боевого отделения, особенно при стрельбе на малых зарядах. По этой же причине не были приняты и ещё четыре образца 2С3, изготовленные летом 1969 г. для полигонных испытаний.
В конце концов с грехом пополам с проблемой загазованности справились, и в 1971 г. САУ 2С3 «Акация» была принята на вооружение.
Серийное производство 2С3 начато в 1970 г. Головное предприятие-изготовитель – УЗТМ. Первые три серийные САУ были изготовлены в декабре 1970 г. В 1971 г. изготовлено ещё 9 САУ, из них 6 – в декабре. На 1973 г. был дан план 70 САУ. Стоимость 2С3 на 1973 г. составляла 305 тыс. руб.
В 1975 г. вместо двух механизированных боеукладок была введена одна – барабанного типа на 12 выстрелов. Это позволило увеличить возимый боекомплект с 40 до 46 выстрелов. Модернизированная САУ получила индекс 2С3М, а гаубица – 2А33.
В 1987 г. индекс орудия изменился ещё раз – 2СМ1. Цифра 1 означает оснащение САУ аппаратурой приёма и отражения командной информации и новым прицелом.
Годы производства 2С3: с 1968 г. по 1975 г. – 2С3М; с 1975 г. по 1987 г. – 2С3М1; с 1987 по 1993 г. – 2С3М2.
Всего изготовлено около 4 тысяч самоходных установок 2С3.
Основные тактико-технические характеристики
Сравнительная таблица ТТХ различных модификаций САУ 2С3
САУ «Акация» авиотранспортабельна, причём самолёт АН-22 может перевозить сразу две установки.
Режимы огня гаубицы Д‑22
В 1970 г. для САУ «Акация» началась разработка специального выстрела 3БВЗ с дальностью стрельбы 17, 4 км.
Выстрелы гаубицы Д‑22
В 2С3 установлен V-образный 12‑цилиндровый четырёхтактный дизельный двигатель В‑59У семейства В‑46 жидкостного охлаждения с инерционным наддувом мощностью 520 л.с. Кроме дизельного топлива, двигатель имеет возможность работы на керосине марок ТС‑1, Т‑1 и Т‑2.
По данным «Википедии» к 2016 г.:
В РФ имело 1800 САУ 2С3, из них 1000 – на хранении.
Белоруссия получила от СССР 116 САУ, а к 2016 г. имела исправных 108 САУ 2С3.
Украина получила от СССР 501 САУ, а к 2016 г. в частях и на складох имела 235 САУ.
К началу конфликта на Донбассе «Акации» входили в состав гаубичных самоходных артиллерийских дивизионов семи механизированных бригад и двух танковых бригад. В мае 2014 г. был воссоздан дивизион в 128‑й мехбригаде. Штатная численность дивизиона – 18 САУ. Всего номинально по штату – 180 САУ.
Также «Акации» входят в состав учебных батарей 6‑го учебного артполка, Академии Сухопутных войск и Национального университета обороны Украины. Штатная численность – 15 САУ.
Замаскированные 152-мм самоходные гаубицы 2С3 «Акация» ВСУ.
(Фото Минобороны Украины)
Таким образом, 152‑мм самоходные гаубицы 2С3 являлись самым многочисленным типом артиллерии ВСУ, основой огневой мощи сухопутных войск.
Состав дивизиона 2С3 – три батареи по шесть орудий в каждой.
В зону АТО было отправлено не менее 122 «Акаций». К 2021 г. потеряно не менее 29 САУ, в том числе 14 уничтожено и 15 захвачено ополченцами в исправном виде. Фактически потерь намного больше, в том числе за счёт отправленных «в ремонт» из-за полного исчерпания ресурса.
Оценка реального состояния российских 2С3 в спецоперации:
«Из шести гаубиц 2С3 в батарее Эдуарда механизм заряжания не работал ни на одной установке. Общая изношенность стволов и механизмов приводила к постоянным отказам выстрела.
Вопрос: Как вы вообще работали без механизма? И насколько это усложняло работу?
– По команде «беглый огонь» мы обязаны делать три выстрела в минуту. Но так как все операции делались вручную, а снарядик 152‑мм весит около 50 кг, то уложиться в такой норматив просто нереально.
Вопрос: А как реально?
– А реально 2 выстрела в начале боя и половина в конце. Тут надо понимать, что самоходки вообще были сильно «уставшие». Не работало ничего, в том числе и система продувки и вентиляции. И после 10—12 выстрелов уже голова кругом и пороховое отравление по полной программе, потому что дышишь всем этим сгоревшим.
Техника никудышная в техническом плане. Мы откровенно завидовали ребятам на колесных (буксируемых) орудиях. Там хоть простор и не травишься.
<…>
– Если говорить о механизмах заряжания, то в дивизионе из 18 гаубиц МЗ, по-моему, вообще не работал ни у кого.
<…>
– А как с корректировкой при помощи беспилотников? Они у вас вообще были?
– Ну как нам говорили, есть. Мы же стоим не на самом передке, нам беспилотник не нужен. Его должны запустить там, чтобы увидеть, куда мы стреляем и дать корректировку.
У нас было так: с нами ездил офицер-корректировщик, он получал данные на свой планшет. Ему присылали координаты и результаты. Координаты шли на буссоль, по ней уже что-то довычислялось и выдавалась поправка.
<…>
– В СМИ неоднократно говорили и кричали о том, что у нас со снарядами проблемы. Что голод, заказываем в Корее. У вас были проблемы со снарядами такого плана, что пехота орет в рацию, надо стрелять, а вам нечем?
– У нас действительно были проблемы, только не со снарядами, а с зарядами. Причём, с дальними. Мы не могли стрелять на полную дальность, приходилось максимально близко ходом подъезжать к позициям и пытаться достать до целей. Хотя по инструкции мы так делать не должны были вообще.
Очень плохо было с дальними зарядами. А ближних навалом было. И снарядов всегда подвозили сколько надо.
<…>
– Техника старая до опускания рук. И это не только у нас, мы же с пехотой общаемся, там тоже просто кошмар порой творится в этом плане. Такое впечатление, что всё старьё со страны собрали и сюда загнали, чтобы не жалко было, если что.
Я не знаю, кто её сюда притащил и почему, но когда у тебя в самоходке работает только экипаж, нет отопления в мороз, не работает вытяжка, травишься пороховыми газами этими… Бывает так, что день стреляем усиленно, а потом по два-три дня выворачивает наизнанку от газов этих. И ничего тут не сделаешь вообще, чинить надо не в поле.
Вот я не могу сказать, что моя «Акация» она устарелая, нет. Можно стрелять, можно попадать куда надо. Но она старая, старая настолько, что действительно, её не хочет никто ремонтировать и до ума доводить. Выйдет из строя накатник или что ещё – просто бросят. Снимут, что ещё можно снять, и всё на этом.
Вот жаль, что рядом механиков наших нет. Вот порассказали бы про страсти… Они правда, больше механики, чем водители. Нашу самоходку завести – это вообще тот ещё танец с бубнами. С «толкача» дергают друг друга, чтобы выйти на задание. Хоть не глуши, но не глушить просто нельзя. Отстрелял – и в посадку, маскировать, пока «бензопила» не прилетел и не спалил.
У нас был случай вообще зверский: вышли на позицию, отстрелялись, а две машины из шести заглохли и не заводятся! Ощущения, надо сказать… Нам уже валить надо, сейчас запросто ответка полетит, а они не заводятся, хоть ты тресни! И ладно одна, а тут две! Ну и суета, конечно, по полной: цеплять, тащить, а это скорости какие… И бросать никак нельзя, накроют, добьют.
Вообще у нас всех таких одна претензия: где то вооружение, которое по телевизору показывают? Почему нас на таком послали воевать? Ну я вот 1976 г., а самоходка у меня была 1972‑го. Ну мы да, подходим друг другу, конечно…
Почему зарядов дальних нет? Мы на своем старье, которое и так еле пыхтит, чуть ли не к самому передку подбираемся, чтобы достать туда, куда надо. А достать надо, потому что там стоят те, кто наш передок кошмарят. Идем, да. Стреляем»[4].
По данным «Википедии» ВСУ захватили 32 САУ «Акация». Судя по всему, в их число включены и подбитые машины.