Утром, пока закипал чайник я решила перепроверить свою научную работу. Оставались считанные дни до решения о получении гранта, и я очень надеялась, что все-таки не зря потратила почти два месяца ежедневных занятий и посиделок за ноутбуком практически до самого утра. Когда проверяла оставшийся абзац в дверь постучали. Я была научена горьким опытом сперва смотреть в глазок, а после открывать. Ведь теперь каждый мой день как на лезвии ножа.

Заглянув в глазок я увидела очертания непонятного для меня предмета зеленого цвета. Чуть погодя я все-таки поняла, что это ель.

— Открывай, снегурочка.

За дверью сразу же послышался знакомый голос и долго не томя я все-таки принялась открывать сперва верхний, а после и нижний замок. Чуть подтолкнув я придержала дверь для гостя, однако первой все-таки он занес ель как я и предполагала.

— Я здесь решил добавить тебе немного новогоднего настроения. — сказал Максим.

— Спасибо большое, но не стоило. — улыбнулась я парню.

— Ещё как стоило! Сидишь тухнешь здесь со своим ноутом.

— Что поделаешь, я должна...

— Помню, помню. Ты должна получить свой грант, чтобы быть сильной и независимой. В следующий раз я тебе еще и котёнка притащу, для полного сочетания. — перебил Максим, разуваясь у входа.

Шутка удалась, поэтому я достаточно громко захихикала.

— Ой, чайник. — Вспомнив о том, что на плите стоит вода побежала на кухню. — Будешь чай?

— Не откажусь.

— Только у меня к нему ничего нет, я не успела сходить в магазин. — довольно громко сказала я доставая кружки с верхнего ящика, чтобы мой гость услышал меня у двери.

— Я взял печенье — донеслось у меня за спиной.

От неожиданности я подскочила и не заметила как опрокинула чашку с кипятком себе на пальцы ног. Благо, большая часть воды растеклась по полу, однако все-же какие-то пальцы я задела.

— Ай, ай.

— Ё-маё. Маша прости, прости! — явно испугавшись Максим обхватил мои плечи своими огромными руками и оттащил в свою сторону подальше от растекающейся воды. — У тебя есть мазь от ожогов?

— Мммм. — промычала я от боли.

— Маша, мазь? — чуть громче он повторил.

— В холодильнике. — Всё, что я смогла сказать, потому что боль была настолько сильная что я даже забыла, что такая бывает. Пожалуй, пока что это самая сильная физическая боль, потому что моральную я пережила несколько лет назад, когда узнала о гибели родителей.

Максим достал крем с холодильника, открыл и хотел уже было нанести мне на пальцы, но я его остановила.

— Я сама.

— Да, так будет лучше.

Взяв большое количество крема я принялась наносить его на пострадавшее место. Максим стоял рядом и наблюдал почесывая затылок. Эта ситуация мне напомнила момент который произошел осенью, только в тот раз пострадавшей была не я.

— М-да, Паша меня убьет, если узнает, что я от такой мелочи тебя не уберег.

Услышав знакомое имя я перестала наносить крем и посмотрела в глаза Максиму, ничего не сказав я только помотала головой.

— Маша, он приедет.

— Максим, перестань.

— Ну, работа у нас такая.

— Я помню: конфиденциальная, долгая, без связи и даже смс. Меня больше удивляет, что он даже с тобой не общается. Хотя вы на одной работе работаете.

— Задание у него. Он выполнит его и обязательно приедет.

— Мг. — ответила без желания продолжать столь болезненный для меня разговор. Хотя я не знаю почему у меня на это такая реакция, ведь мы с Пашей даже не встречались и друг друга совсем не знаем.

— Кстати, хотела сказать, что я возвращаюсь к Нюте. — сказала я Максиму глядя только на свои пальцы которые полностью были покрыты кремом от ожогов. Я боялась посмотреть на него, потому что знала, что эта информация ему не понравится, так как он «обещал Паше, что я буду в безопасности».

— Нет.

— Да, Максим. — подняв взгляд на собеседника сказала я. Мне пришлось это сделать, чтобы он понял, что я полна решимости выполнить задуманное.

— Это безрассудно, учитывая что ты отлично знаешь тех, кто за тобой «охотится».

— Возле квартиры Нюты их больше никто не видел, а я устала записывать долг, который капает. Да и поживу пока не закончатся каникулы, там получу грант и перееду в общагу,

— Какой долг? — удивительно спросил Максим.

— Долг что я должна тебе и Паше.

Мои слова явно разозлили его, потому что сразу же как я их произнесла у него заиграли желваки и расширились глаза.

— Ты опять?

— Не опять, а снова.

— Я тебе уже много раз повторял, что ни мне, не тем более Паше не надо возвращать никакие деньги.

— Я для себя уже давно решила. Сегодня я отдаю научную работу, на следующей неделе узнаю результат и за это время переезжаю к подруге. Я хочу спокойствия. — последние слова были сказаны чуть на повышенном тоне со слезами на глазах, но я очень надеялась что Максим этого не увидел, поэтому как можно скорее отвернулась от него.

— Я устала менять место жительства. Я так часто не меняла его, как за эти полтора месяца.

За это время, как Паша оставил меня в парке после нашего первого поцелуя, я сменила пять квартир. Всё дело в том, что охрана Зуя меня как-то находила.

В один вечер, потеряв бдительность я открыла дверь думая что там стоит Максим, потому что он навещал меня каждые два дня как мы и договаривались. Однако, за дверью стоял почти двухметровый лысый мужчина с бородой.

— Мария Лебедева, спуститесь пожалуйста, вас ждем автомобиль.

На автомате я тут же схватилась за дверь, толкнув со всей силы пыталась ее закрыть, однако ее перехватил незваный гость. Схватив меня за руку стал тащить по лестничной площадке второй по счету квартиры. Кричать мне не удавалось, так как «бугай» закрыл второй ладонью мне рот.

Не знаю сколько прошло времени как он меня схватил, в реальности минут пять, но мне казалось что целая вечность. Неожиданно, возле самого лифта я вместе с этим парнем падаю на землю. Только увидев Максима, я поняла что произошло. Мне очень сильно повезло, что как раз в тот момент из лифта вышел Максим. Бугая он вырубил одним движением, а после того как помог мне встать приказал собрать вещи, что я и сделала за пятнадцать минут. После чего сняли новую квартиру. Однако, все повторилось через неделю, но в этот раз Максим оставался ночевать, поэтому мы успели сбежать до того, как охрана Зуя в числе трех человек поднялась на пятый этаж. Мы долго не могли понять, как они меня находят. Ведь все вещи я поменяла, кроме одной — ноутбук. Кто же знал, что там окажется жучок. Перебросив все необходимые файлы, включая все что относится к гранту и семейные фотографии, где я запечатлена с родителями, Максим забрал мой ноут и отнес первого попавшему алкашу, чтобы хоть немного сбить их со следа.

Пусть Зуи не появлялись на моем пути последние три недели, но я устала, да и хотела отметить новый год с лучшей подругой.

— Если хочешь что-то спрятать — прячь на видном месте.

— Ты меня не послушаешь?

— Нет Максим, но огромное спасибо за все что ты делаешь для меня. — сказала я улыбнувшись.

— Если честно, если бы не Паша, я бы даже не помогал.

— Почему?

— Не люблю сильных и независимых. Палки в колеса ставят.

Я поняла, что Максим шутит, а так же поняла, что он смирился с моим решением.

Вечером одевшись как можно теплее, укутавшись в самый большой и теплей шарф я направилась в университет. Конец декабря на удивление оказался очень снежный, хотя для наших краев это крайняя редкость.

С новой, пятой квартиры, труднее всего добираться в университет, так как квартира находится в самом крайнем районе города. Дорога занимает практически целый час, который в этот раз я потратила на перечитывание работы.

Еще три недели назад я очень сильно отвлекалась на разблокировку своего телефона, чтобы проверить написал ли мне Паша. Но после поняла, что это бессмысленно. Он так ни разу не написал и не позвонил. Единственная нить которая меня к нему ведет, это Максим. Только он сам практически ничего знает, ну это по его словам. Однако у меня ощущение, что он врет.

На улице уже давно стемнело, и я себя чувствую достаточно комфортно, так как могу слиться с темнотой и быть уверенной, что даже если за мной следят, я смогу спрятаться в любом темном месте, так как на мне черное пальто с большим капюшоном.

В университет я добралась без проблем. В деканате никого не было, как меня и предупреждали, поэтому свою работу сложенную в папку еле-еле смогла пропихнуть под дверь. Я должна была отвезти её завтра, хоть и суббота, но Максим уговорил меня поехать с ним, его и друзьями Паши на дачу покататься на лыжах. Максим предложил взять с собой Нюту, я ей об этом рассказала и она согласилась, только при условии что будет её парень. Ах да, а ещё там будет жена самого Максима, о которой я узнала сегодня утром невольно за чашечкой мятного чая.

— У тебя есть жена? — удивительно воскликнула я, до этого поперхнувшись печеньем который принес Максим.

— Я разве не говорил?

— Нет, не говорил.

— Ну значит подумал что это и так очевидно. — пожал плечами парень,

— В каком месте очевидно? Кольца-то у тебя нет. — указала я кивком на руку Максима, которая тянулась в тарелку за печеньем.

— Не положено по уставу.

— Ммм, я уже поняла, что вам многое не положено. — грустно ответила я.

Как можно понять тему мы сменили достаточно быстро, так как я опять вспомнила о Паше. Так же Максим попросил меня остаться с ночевкой, потому что ему так будет спокойней. Да я и сама не против, так как последние дни все что я делала это писала работу и даже не замечала что мне одиноко. Но как только дописала последнюю главу, сразу же в груди появилось чувство пустоты, потому что понимала что я не знаю чем себя занять. А общение с новыми людьми это отличная перезагрузка перед сессией, которая ожидала меня после новогодних праздников.

Поэтому сразу же после возвращения из университета я собирала все необходимые вещи. Люблю порядок и систематичность во всем, так я себя чувствую в безопасности. Но не люблю менять место жительства, особенно за короткий промежуток времени.

Надеюсь, что скоро в моей жизни будет всё хорошо и спокойно. Одно я поняла, на мост я больше не пойду, это не выход из ситуации. В этой жизни все можно изменить, кроме одного — смерти.

— Нюта, отлипни от Матвея и начни наконец-то собираться. — сказала я отодвигая голубков друг от друга. — я уже час наблюдаю, как вы друг друга чуть ли не съедаете.

— Машка, тебе бы тоже не мешало кого-нибудь поесть. — засмеялся Матвей, Нюта его поддержала лишь мелким смешком.

Матвей был самым обычным парнем. Среднего роста, отросшие каштановые волосы, которые так и кричат «Нам пора к парикмахеру!», застиранная кофта и джинсы. Он наверное единственный из всех моих знакомых без влиятельных родителей. Как рассказывала сама Нюта, в его семье пятеро детей, он самый старший. Мама продавец в местном магазине, воспитывает сама всех детей, так как отец бросил их после рождения последнего ребенка, со словами «Я не справляюсь». Поэтому Матвею пришлось начать работать с пятнадцати лет. Сейчас он учится на инженера и параллельно подрабатывает в магазине электроники. Матвей очень трудолюбивый и целеустремленный, однако Нюта боится его знакомить с родителями, так как в их семье все-таки статус многое решает.

— Ничего, Машка дождешься своего принца в военных доспехах и тут уже отвертеться не получится. — сказал Матвей.

— Что? Ты Моте рассказала? — уставилась я на Нюту, которая тут же ударила локтем в бок своего парня.

— Ай! а я тут причем? — засмеялся Матвей потирая бок. — я не виноват, что не знал, что Машка не знает, что знаю я.

— Мог бы догадаться. — прошептала Нюта глядя в глаза своему избраннику.

— Ну уже ничего не поделаешь. — пожал плечами Матвей.

— Ладно. — чтобы не затрагивать больную для меня тему, я встала с места и принялась складывать вещи Нюты, периодически показывая их, чтобы понять берет она их с собой или нет. Нюта долго не выдержала и решила сама собирать сумку, так как её раздражало что я даже логически ненужные вещи вкладываю в сумку, на но самом деле это был мой план, чтобы она как можно скорее решила этот вопрос. И мой план удался, через сорок минут сумка была упакована, а на улице нас уже ждала машина такси, которую вызвал Максим, чтобы мы смогли уехать за город.

Дорога заняла практически два часа, все это время мы болтали, слушали музыку, а под конец дороги Нюта уснула на плече у Матвея, а я смотрела в окно, наблюдала как быстро сменяются деревья усыпанные снегом и вспомнила как мы с родителями каждые зимние каникулы уезжали в горы кататься на лыжах.

Вспомнила как со словами «я сама», не дала папе зафиксировать мне лыжи. После чего, на крутом спуске подвернула так сильно лодыжку, что наши каникулы перенеслись в местный отель. Родители ходили кататься, а я каждый вечер сидела с мороженным, смотрела сериалы и рыдала. Мама уговаривала папу уехать домой, но это был и их отпуск, поэтому я просто вытирала слезы и не подавала вид что мне обидно.

С омута воспоминаний меня вырвал низкий голос таксиста пенсионного возраста.

— Приехали, Озёрная 71.

— Спасибо.

Возле высокого забора, который скрывал дом, нас как раз ожидал Максим.

— Добрый день, сколько за поездку. — сказал Максим водителю, открывая пассажирскую дверь и давая мне выйти из машины.

— Девушка уже оплатила. — кивнул в мою сторону водитель.

Максим тут же повернулся ко мне, вздохнул и покачал головой.

— Ты неисправима.

— Сильная и независимая. — улыбнулась я парню.

Мы с ребятами забрали вещи с машины, после чего Максим пожал руку Матвею таким образом познакомившись, и я представила ему Нюту, мою лучшую подругу. После чего, взяв сумки мы двинулись к воротам.

— Вы как раз первые, пока ещё никто не приехал.

— А сколько народа планируется собраться? — пробормотал Матвей поправляя сумку на плече. — Человек десять.

— Как-то много. — сказала я.

— Маленькими компаниями можно и просто чай попить. — улыбнулся Максим.

Зайдя за ворота мы увидели большой двухэтажный деревянный дом с большой террасой и балконом на втором этаже.

— Вот это да! — пролепетал Матвей. — это твой дом?

— Это дом моего друга, он в нем не живет, но зимой мы приезжаем сюда кататься на лыжах, потому что за лесом есть бывший строительный карьер и с него отлично кататься.

Дом напомнил мне о нашей даче. Мама хотела домик за городом с маленьким огородом, это было её мечтой. И папа её исполнил. Он так же был деревянным, с террасой и теплицей на заднем дворе. Мы в основном проводили там летние каникулы. Однако, когда у папы начались проблемы, ему пришлось продать этот дом, чтобы покрыть долги.

Когда мы подходили к входу, дверь распахнула девушка брюнетка с лучезарной улыбкой. Что нас удивило, она была полненькая, но очень красивая и ухоженная.

— Привет! — начала махать нам девушка. — мы уже думали вас снегом замело.

— Ребята, это Саша, моя жена. — сказал Максим войдя в дом. Поставил сумки и поцеловал девушку в щеку. — Сашка это Нюта, Матвей и Маша.

Услышав мое имя девушка ещё больше начала улыбаться, подошла ко мне и крепко обняла, что застало меня врасплох.

— Я так рада с тобой познакомиться, Максим мне многое о тебе рассказывал.

— Да? — посмотрела я на Максима с вопросительным взглядом.

— Ты не волнуйся, ничего лишнего и все хорошее. Ну что вы стоите? Проходите, покажу ваши комнаты.

Повесив верхнюю одежду в шкаф и сняв обувь, мы прошли в хол, как оказалось он же зал совмещенный с кухней. Дом внутри оказался ещё более просторным чем снаружи. Сочетание белых элементов с деревом просто завораживало.

— Ребята, Ваша комната на первом этаже, а твоя, Маша, на втором.

— Ммм, я надеялась что мы будем рядом. — немного расстроившись сказала я.

— Прости, но по-другому никак. — извинившись сказала Саша.

— Ладно, второй так второй.

— Ой, я совсем забыла, пирог! — сказала девушка и побежала в сторону кухни. — ребят, разместитесь сами пожалуйста. Нюта и Матвей ваша комната сразу за углом, а твоя Маша вторая комната справа, сразу за ванной.

Кивнув головами мы двинулись по своим комнатам. Ребята сразу скрылись за дверью, хлопнув её. Не сложно догадаться, что первое что они будут делать, это долго целоваться как подростки. Я к побоялась на второй этаж по деревянной лестнице и сразу же нашла свою дверь. Отперев, я сидела шаг в комнату. Просторная светлая комната, с панорамными окнами выходящими на задний двор где начинался лес. По середине комнаты стояла двуспальная кровать, справа шкаф купе, а слева тумбочка, которая сразу же привлекла мое внимание, так как на ней стояла стеклянная ваза с ромашками.

— Ромашки? В декабре? — проговорила я сама себе.

Подойдя к цветам, я легонько притронулась пальцами к лепесткам своих любимых цветов и невольно улыбнулась. Мое внимание привлек скрип за спиной и я сразу же повернулась.

В дверях стоял человек, который с одной стороны спасал меня неоднократно, а с другой, заставил меня плакать практически каждую ночь.

— Привет. — сказал Паша.

***

Ничего не сказав, Маша быстрым шагом направилась к двери. Обойдя Грома она остановилась на секунду, чтобы посмотреть в его глаза. Ему хватило ее взгляда, чтобы понять что все очень плохо и одними ромашками он не отделается. Маша оборвала зрительный контакт, развернулась и тут же побежала по коридору к лестнице.

Опешив от её реакции, Паша не медля ни секунды бросился за ней.

— Маша, подожди! — окликнул он ее.

Однако девушка его не послушала, а ещё больше ускорилась. Быстро обула сапоги не застегивая замки, распахнула дверь и выскочила на улицу.

Где-то за спиной послышался шепот.

— Это тот самый Паша? — спросил мужской голос.

— Тсссс.

Парень развернулся, чтобы посмотреть кто его знает как “этого самого Пашу”, но тут же сплетники скрылись за дверью. Унего не было времени с ними разбираться, как и желания, он быстро как только мог натянул сапоги, так же их не застегивая, со шкафа вытянул пальто Маши, он точно знал какое её, так как наблюдал за ней из окна, когда она только зашла во двор.

Пока Гром разбирался в прихожей, Маша сменила бег на быстрый шаг, при этом несколько раз спотыкаясь о сугробы. Они с Максом перед приездом ребят почистили все дорожки, но буквально за двадцать минут опять завалило все снегом, потому что на улице шел достаточно сильный снегопад.

— Маша! Маша! — пытался окликнуть девушку, но она уже была возле ворот.

В пять шагов он смог догнать её и закрыть ворота, которые она как раз открывала прикладывая усилия.

— Уйди! — грубо сказала Маша.

Не говоря ни слова он хотел надеть на нее пальто, но девушка стряхнула с себя его руки и пальто кубарем упала на заснеженную дорожку.

— Не трогай меня! Зачем ты приехал?

Паша не знал что ответить, просто не ожидал от нее такой реакции. Ему Макс передавал, что она расстроена, но что настолько он даже подумать не мог.

— Идем в дом, снег идет, еще заболеешь.

— Тебе какая разница?

— Я переживаю за тебя?

— Ты? — засмеялась Маша. — Полтора месяца ты не переживал ни разу не написав и не позвонив мне.

— Макс должен был тебе передать что все хорошо.

— А откуда мне точно знать что все хорошо? — ее голос перешел на дрожащий крик, а к глазам стали поступать слезы.

— Но все же хорошо. — Паша стал понимать, что все не просто плохо, а капец как плохо.

— Ваша работа непредсказуема. Вдруг ты давно мертв, а Максим просто ходит меня успокаивает.

— Если бы я был мертв, ты бы узнала первая.

Только когда Маша опять стала открывать ворота Гром понял, что этого надо было не говорить.

— Маша, ну подожди. Я не знал что ты так волнуешься.

— Ты включал телефон?

— Нет.

Ведь я действительно, Паша не включал телефон, так как думал в этом нет надобности. Сразу же с части, как только ему дали первые выходные за полтора месяца, его забрал Макс. Если быть честным, он хотел сделать ей сюрприз, что типа «вот он я, вернулся, жив, здоров!»

“Подумаешь, месяц просидел на губе, ну как просидел. Пятнадцать часов в сутках стоял, чуть ли не до потери сознания, еще пять часов повторял вслух устав без остановки и оставшиеся четыре часа были на сон”. — вспоминал Паша.

Парень за этот месяц сбросил десять килограмм. Когда вышел, Макс не сразу узнал лучшего друга:

— Пацан, сигарет у меня нет, иди куда шел. — сказал Максим, когда Паша к нему подошел.

— Бобер, ты совсем страх потерял?

— Гром? Ё-маё. Тебя там совсем не кормили.

— Кормили, хлебом и на том спасибо.

Макс приехал за Пашей, так как машины завезти меня его в часть не было. Паша обошел машину и сел на пассажирское сиденье.

— И оно того стоило? — сказал Макс садясь в машину и заводя её.

— Что стоило?

— Девчонка эта, того стоило?

— Не поверишь, но я за нее на пожизненное готов сесть.

— Влюбился что ли? — улыбнулся Максим.

— Влюбился.

Больше ничего не говоря, Макс завез парня домой, где он наконец-то нормально поел за прошедший месяц, оделся и направился в часть, где его “обрадовали” что он выходит в наряд ежедневно. Это было своего рода продолжение наказания.

Ударил бы он Зуя зная что в итоге влипнет по полной? Ударил, даже не задумываясь, а потом вернулся и еще раз. Они его быстро пробили, как оказалось по долбанной фотографии в профиле в Инстраграм, которую он всего лишь за пару часов до этого создал. Забавно, правда? Папаша Зуя настаивал на полном увольнение и чтобы его посадили, собирался нанять лучших адвокатов. Огромное спасибо Колпакову, тот уговорил его на то, чтобы Грома отправили на губу на месяц. Однако сам после этого с ним перестал разговаривать и игнорирует полностью. Общается с Пашей только через рапорты.

Старший Зуй не дурак, он и до гауптвахты добрался, поэтому «воспитывали» парня по полной. Все это время, пока он был в заключении, думал только о двух вещах, о том как всадит пулю в лоб папаше с сынком и о Маше, о его Маше. Никак не мог выбросить из головы их первый поцелуй. Он очень сильно винил себя в том, что не может ей позвонить и написать.

Точнее он бы мог, но это было слишком опасно для нее.

Зуй за ним следил все это время, все его соцсети, точнее одна, были взломаны. Симка прослушивалась и прочитывалась как открытая книга. Тогда Паша принял решение не включать телефон, пока не сможет поменять сим-карту.

Как только пришел рапорт на его мини трехдневный отпуск подписанный Колпаковым, он тут же поехал за новой симкой, но поставить не было времени, так как строил план как незаметно заехать на дачу и где найти ромашки.

К даче добирались они вместе с Максом и Сашей поздно ночью, чтобы наверняка никто не следил за ними.

Цветы выращивают только в одной теплице, и ему пришлось в три раза больше заплатить за них, чтобы их продали, потому что эти ромашки были не на продажу. Ради этой девушки Паша готов все деньги мира отдать, лишь бы увидеть ее улыбку. Как рассказал Максим, она стала совсем грустной и даже новогодняя ель с игрушками, которую он купил и сказал отвезти к ней, так и не подняла ей настроение.

А сейчас, глядя на девушку со слезами на глазах и всю усыпанную снегом, он понял, что не нужны ей ни ели ни ромашки, не деньги которые он давал через Максима на съем очередного жилья, так как эти нелюди, не давали ей спокойно жить. Все чего она хотела все это время, чтобы Паша просто вышел на связь.

— Я писала тебе ежедневно. Каждый божий день.

— Прости, я должен был выйти на связь.

— Должен! — прокричала Маша и слезы полились градом. — я устала от того что в моей жизни исчезают близкие для меня люди. Я устала от того, что меня предают люди которым я доверилась. Я не хочу, чтобы ты был одним из тех, кто меня использует и предаст. Я этого просто не переживу!

— Иди ко мне. — сказал Гром Маше притягивая к себе.

— Нет! — резким движением она оттолкнула его от себя. — я не готова тебя сейчас прощать. Мне надо время.

— Хорошо, только идем домой, ведь правда, холодно. Ты заболеешь.

— Не заболею. — пробубнила Маша себе под нос и направилась обратно к дому.

Почесав затылок, Паша посмотрел как отдаляется от него силуэт девушки, которая окончательно запала ему в душу, и принял окончательное решение, что больше её никто не обидит, особенно он.