Даниэль

Не понимаю, что происходит.

Откидываюсь на спинку офисного кресла, пялюсь в монитор ноутбука почти неотрывно.

Там Катя.

Скрытая видеокамера снимает, как она заходит в квартиру, разувается, ставит сумку и черный пакет на полочку у обувницы.

Чем бы я еще занялся в свой обеденный перерыв…

Да, знаю, я оборзел вкрай, и вообще совести у меня нет, раз посмел впендюрить камеру жене в прихожую.

Но…

Я ведь для нее стараюсь!

Ратую за ее безопасность, она же о себе никогда не думает.

В ее доме то и дело шатаются рабочие, которым вскрыть дверь раз плюнуть. Ни грамма совести или гражданской сознательности. На все пойдут ради пары-тройки тысяч, я лично проверял.

Так что камера в случае Кати — это простая мера предосторожности, практически жизненная необходимость.

Как она там оказалась? При желании и соответствующем финансировании люди когда-то даже отправили собак в космос. Я же просто заплатил одному человечку, который зашел к Катерине под видом соседа сверху, отвлек беседами о протекшей трубе, а его подручный незаметно приклеил в прихожей над дверью скрытую видеокамеру.

Вот такой я нехороший, не спросил ее разрешения, сам обезопасил квартиру, казните меня.

Но если вдруг кто-то решил ее ограбить, она мне еще спасибо скажет! Ведь камера с датчиком движения, и мне приходят оповещения каждый раз, когда она активируется. Ни один вор не прошмыгнет. Я первым буду знать, если злоумышленник проникнет в святая святых.

А пока…

Каюсь, грешен. Развлекаю себя тем, что периодически наблюдаю за Катериной в реальном времени. Ведь она не хочет со мной встречаться…

И запретить себе это невинное хобби не могу. Нельзя же все-все себе запретить, так? Это вредно для здоровья.

Кстати, сегодня с Катей явно что-то не то.

Уходила довольная, а пришла какая-то взъерошенная, бледная.

Только зашла в квартиру, и осела у стенки прямо на полу. Сидит, смотрит в никуда, слезы со щек стирает. Что там у нее случилось?

Сердце обливается кровью.

Очень хочу ей позвонить и узнать, все ли в порядке.

Но не могу же я вот так без явного повода… Или могу?

Задолбался я искать для контакта поводы. Задолбался! И ведь все равно пошлет меня лесом.

Неожиданно Катя встает, прямо в прихожей стаскивает с себя платье, швыряет на пол. Туда же летят лифчик и трусы. И вот она стоит абсолютно голая.

У меня аж в зобу дыханье сперло.

Зрение становится туннельным, вижу только голую ее, а внутри все аж вибрирует от нерастраченных чувств. Почти чувствую нежный ванильный аромат ее кожи.

Смотрю, как она крутится у зеркала, которое у нее во весь рост как раз у двери возле обувницы. У нее все такое родное и красивое, что отвернуться от ее прелестей нет никаких сил.

Катя рассматривает себя, зачем-то гладит живот. Потом вздыхает, собирает раскиданные по полу вещи и уходит в ванную.

Выдыхаю с разочарованием.

В этот момент пиликает мой телефон.

Сообщение от Кати! Странно, отправлено было полчаса назад, а оповещение о доставке пришло только сейчас. Но главное не это, конечно. А текст.

«Говно ты на палочке!» — пишет она мне.

С чего это? По какому поводу я сегодня говно? Ничего плохого ей не делал…

В этот момент оживает динамик внутренней связи.

— Даниэль Давидович, к вам Давид Артурович, пропустить? — спрашивает секретарь.

Интересно, что отцу тут понадобилось…