Сильнее всего в «Войне и мире» я сочувствую Соне, бедной родственнице Ростовых.

Большинство центральных героев «Войны и мира» люди очень высокого статуса, обитатели дворцов и обладатели миллионов.

Болконские не только богаты, но и безумно родовиты, происходят, возможно, от Рюрика, легендарного властителя, стоявшего у истоков Руси.

У Пьера Безухова 40 000 крепостных крестьян, он один из богатейших людей империи.

Князь Василий Курагин, отец Элен и Анатоля, влиятельный царедворец, заседает в государственном совете.

Ростовы – разоряющийся, но в недалеком прошлом весьма обеспеченный московский род, до сих пор имеющий ресурсы как минимум в виде крепостных, земли и просторной городской и деревенской недвижимости.

Если фантазировать о машине времени, то придется сделать вывод, что все или почти все эти люди не пустили бы меня, писателя-разночинца, даже, как говорится, и на порог.

Это не мешает мне, как и сотням миллионов других нетитулованных читателей со всего света, всей душой сопереживать приключениям Пьера Безухова и Наташи Ростовой. Толстой так убедительно выписал чувства этих аристократов, что каждый легко прикладывает их к себе. Мы вместе с Наташей отходим от смерти князя Андрея, вместе с Николаем Ростовым ужасаемся его чудовищному карточному проигрышу, вместе с Пьером боимся дуэли с жестоким Долоховым. Они прежде всего не аристократы, а люди. Это в принципе закон искусства – читатель и зритель отождествляет себя с тем, кто в центре повествования.

Но мне всегда было особо обидно за Соню, которую обижает судьба. Хотя Толстой смягчает опасения читателю за душу Сони тем, что сама она, возможно, в полной мере свою обиду не осознает. Или осознает, но, что ли, не сверхтрагично переживает.