Телефон не доставала — понимаю, сразу отберут. Машина тоже была на автоматическом управлении. Привезли меня в частный дом, в стиле хай-тек, машина заехала на подземную парковку. Парень открыл двери, намекая, что нужно выйти. Привёл меня тут же, в гараже, в комнату с множеством экранов. По центру комнатки стояла миловидная блондинка.

— Сестра, доставил.

— Спасибо, милый, — сказано приторно-сладко, — оставь нас, она мне ничего не сделает.

Это ты зря так думаешь. Меня в школе травили и пытались бить, и в школьных драках я что-то да понимаю. Постоять за себя могу, потому что красоту уже не боюсь потерять, в отличие от этих холёных куриц и малолетних идиотов.

— Яр даже не побеспокоился зарегистрировать ваши отношения, — фыркнула она пренебрежительно. — А ты не додумалась закрепить связь через секс. Значит, ты всё ещё можешь его бросить, — сказано было так довольно. — Я дам тебе миллион, чтобы ты бросила братьев Матэйрих. Они будут моими младшими мужьями, будут тапочки мне в зубах приносить и кланяться постоянно.

Смотрю и думаю: мало тебя драли в детстве. Но это всегда можно исправить.

— Сейчас позвонишь ему и скажешь ритуальную фразу. Назовёшь своё имя и что разрываешь с ним связь. Не забудь назвать его полное имя.

В здравом уме не выговорю его имя.

— А если я это не сделаю?

— Я тебя убью, — сказала она с улыбкой.

С трудом сдержала улыбку. Она достала мой телефон и набрала Яра. Благо, милый записал себя у меня в телефоне просто как «Яр».

— Да, любимая.

— Говори, — прошипела эта курица неощипанная.

— Милый, я тут одной курве сейчас морду испорчу. Отследи телефон, меня похитили.

После этих слов схватила блондинку за волосы и намотала её патлы на кулак, а второй рукой взяла в удушающий захват.

— Значит так, мымра доморощенная. Ещё раз вякнешь что-то про моих мальчиков — я тебе лицо так испорчу, ни один пластический хирург не поможет. Поняла меня, крыса ты белобрысая?

— Да, — пропищала эта гадина.

Вижу — напугана.

— Яр, ты ещё тут?

— На связи. Подержи её.

— Это её брат приходил под видом курьера.

— Я понял. Уже еду к тебе с полицией.

— Они тебя посадят, это ты на меня напала!

— Самозащиту ещё никто не отменял. И твой братец напал на меня — синяк остался.

— Что?! — вопль от Яра. — Удавлю!

— И были свидетели, и пострадавший от рук твоего братца.

— Все шишки достанутся только ему.

— Я бы не была так уверена.

В комнату к нам зашла мать девушки.

— Не отпускай её, — сказала она мне. — Так хоть выслушает меня.

— Мама!

— Молчать! Я тебя предупреждала уже не раз, и что ты сделала?! Опять используешь братьев, докатилась до похищения людей и угроз. Вот только девочка попалась тебе не по зубам.

Женщина заметила мои ожоги и вздрогнула.

— Пережив такое, перестаёшь переживать из-за красоты, — сказала ей. — А она и все подобные трясутся над своей мордашкой.

— Сейчас приедет полиция, и ты получишь по заслугам. Отсидишь в камере положенное — вносить залог я не собираюсь.

— Мама!

Я всё же отпустила эту девчонку. Избалованная, глупая…

— И что ей светит? — решила узнать.

— Полмесяца в камере и исправительные работы. О, поверь, не так страшно в камере, как исправительные работы — в казённом комбинезоне и собирать мусор на улице с другими провинившимися подростками.

— Хороший щелчок по самолюбию.

— Ты быстро отходишь.

— Пф, я за свою жизнь наслушалась достаточно, чтобы не реагировать.

— Дралась в школе? — спросила она. Звучало больше, как констатация факта.

— Да, часто.

Подняла свой телефон — Яр явно был на линии, потому не сбрасывала. Полиция прибыла через пару минут, и блондинку увели. А я попала в объятия жениха. Видела, что мать бунтарки с одобрением посмотрела на меня.

— Береги её, Яровлинки, тебе в руки попало настоящее сокровище.

— Я знаю.

Только оказавшись на улице, он понял, что я в рубашке. Смущённо улыбнулась. Заметила, что в полицейской машине не сама блондиночка, а вместе с братцем.

— Что она хотела? — спросил Яр, обнимая. К нам подошёл офицер полиции, видимо, за этим же вопросом.

— У меня тот же вопрос, — сказал он с мягкой улыбкой.

— Она хотела, чтобы я отказалась от парней.

Яр напрягся, сильно. Ущипнула его, чтобы не напрягался и не думал о плохом. Он мне натянуто улыбнулся.

— Она хотела вас себе заполучить, чтобы вы с братом стали младшими мужьями. И дальше была её больная фантазия.

Яр покрепче меня обнял и поцеловал в макушку.

— Спасибо, милая.

— За что? За то, что не вырвала ей волосы?

— И за это тоже, — сказал офицер, слышу улыбку в голове. — Нужно оформить дело как полагается, этим деткам нужен хороший урок.

— Порка им нужна, ремнём, — проворчала я.

— Тебя папа порол? — спросил строго Яр.

— Братьев гонял и ремнём, и прутиком, если догонит — выдерет. К подростковому возрасту они научились перепрыгивать забор с первого раза и давали стрекоча. Приходили потом поздно ночью и получали уже не ремень, а просто долгий разговор.

— Учту, — сказал с улыбкой Яр. — А тебя что, никак не наказывали?

— Не за что было. Я была заучкой.

Заявление оформляли тут, на месте, в электронном виде. Детектив сразу со мной общался на общем, а потом, видимо, забылся, перешёл на родной ялвийский и удивился, что я с ним на его же языке.

— Я вообще в шоке, ты так хорошо уже на общем говоришь! — тут же выдал Яр. — А всего-то два занятия было.

Польщённо улыбнулась. Шок детектива я видела на его лице.

— Вам лучше зарегистрировать отношения и закрепить связь — и не будет таких дур, как ту, что мы забрали.

Вроде и звучит по-доброму, а ощущение, что лезут не в своё дело.

— Спасибо за совет, детектив. Мы можем идти?

— Да.

Яр обнял меня за талию, и мы пошли прочь от негостеприимного дома.

— Чтобы кто ни говорил, мы не будем тебя торопить и принуждать к близости тоже не будем. Тебя отвести домой, или ты еще погуляешь?

— Погуляю, но не сегодня и не сама. Лучше с кем-то из вас. Думаю, так будет безопасней.

— Эту парочку арестовали, потому сейчас вполне безопасно, но понимаю, что ты пережила стресс, и тебе нужен отдых.

— В точку.

— Я не настаиваю, но рядом с домом есть хорошее кафе.

— В которое я одна не пойду.

— Намек понял, вечером идем с тобой в кафе.

— Вот это мне уже нравится, одену платье.

— Нет! – воскликнул Яр. – В смысле, я и парни не против платья, но позволь брату увидеть тебя в его рубашке.

— Эм, я и вчера в его рубашке ходила, просто пока готовила, немного испачкала.

— Просто встреть его в рубашке.

Кивнула, а у самой промелькнула мысль: рубашка застегнута только на несколько пуговок, и под рубашкой голое тело. Помотала головой — это было бы красиво, будь это тело не в ожогах. Сразу написала в наш общий чат: «Ужин дома, десерт в кафе». Следом прилетели довольные смайлики от парней.

Стэйсон был рад увидеть свою рубашку на мне. Сразу заключил в объятья и поцеловал нежно, с упоением, в губы. Том, смотря на меня, мысленно перебирал свой гардероб.

— Максимум футболку нашу оденет, — подколол Яр Тома. – Мы крупнее брата. Стэй, не увлекайся.

Меня выпустили из объятий, а я поняла, что мне понравилось, как меня целуют. Улыбнулась немного ошалело. Со спины обнял Том, положив руки на живот.

— Я могу тебя поцеловать?

— Да, — ответила хрипло.

Он подхватил на руки так, чтобы я его ногами обняла за торс. Сразу видно — сильный парень. Но боюсь, они сейчас раззадорятся. Потому не дала ему увлечься поцелуями и попыталась слезть. Яр стащил с побратима и отпустил на пол.

— Мы жену завоевываем, и не наглеем.

— Жену? – зацепилась я за этот статус.

— Ты наша будущая жена.

Смотря на парней за столом, думала: до кафе мы не доберемся. На меня кидали весьма голодные взгляды, что даже немного страшно. Очень вовремя пиликнул телефон, и я ушла в свою комнату. Ощутила, как меня проводили голодным взглядом. Преподаватель прислал еще аудио и файл с книгой. Сначала переслушала то, что прислали, потом слушала и повторяла.

— Если хочешь, можем распечатать книгу, и мы можем помочь с чтением, — сказал Яр с края комнаты.

— Распечатай, пожалуйста. Мне задали немного, сейчас выполню, и сможем пойти погулять.

Когда я читала, водя пальцем, парни сидели рядом ошарашенные. Чтением занялась в большой комнате за обеденным столом. Запнувшись на одном абзаце, поняла, что этого слова перевода не знаю. Мне сразу же подсказали, потому что прочесть я смогла, а перевести — нет.

— Спасибо.

Дочитав до конца задания, посмотрела на них.

— Ну что, ужин немного усвоился?

Мне дружно кивнули. Вот не могу понять: они на меня смотрят как голодные котики или удавы. Мотнула головой, прогоняя странное наваждение. Была даже мысль никуда не идти, а всё же закрепить связь. Но тут, кажется, мозг встал на место у всех.

— Сейчас уже темнеет, и стоит пойти в кафе с хорошим видом на город.

— Я пойду, одену платье.

— Можно брюки и рубашку.

— Но у меня только джинсы, потому платье.

Одела черное платье с рукавами из плотных кружев — через них не видно шрамов, и они это платье делают нарядным. Кто бы мог подумать, я это платье покупала на свадьбу к брату и одевала один раз! У меня к нему были даже серьги. Ворот у платья был тоже из кружева, и рукава удлинённые, завершающиеся на кисти с прорезью для большого пальца.

— Красота! – воскликнул Том, он меня подкараулил у выхода из гардеробной.

Глядя на меня, парни тоже переоделись — в черные брюки, белые рубашки и пиджаки. Только галстуки не одевали. Уже сидя в кафе у окна с шикарнейшим видом на вечерний город, Том спросил:

— Почему ты ничего не покупала? – посмотрела на него с удивлением. – Ну, не ходила в магазин.

Посмотрела недоуменно на Тома, перевела взгляд на Яра, мысленно прося подсказку.

— Том, привыкай, что Лилия не местная и не поняла твоего вопроса. Зачем ей было идти сегодня в магазин?

— Прости, стереотипы местные. Чем ты сегодня занималась? А то Яр сбежал с работы, не сказав, что случилось.

Я посмотрела на мужчину, он виновато улыбнулся.

— Не хотел их отвлекать потом.

— Утром урок был, потом контрольный визит после операции, — жестом показала, где она была, — и потом вправляла мозги одной особе, которая хотела вас себе забрать. Немного поцапались, и её арестовали.

— Лили забыла сказать, что её силой увезли к этой особе домой. И от неё требовали отречься от нас.

— А поцапались — в смысле, подрались?

— Эм, — смутилась, — я её за волосы схватила и горло прижала так, чтобы не рыпалась до приезда Яра и полиции. Мать у неё вполне адекватная оказалась. И пришла, видимо, после звонка Яра, — мужчина кивнул.

На меня смотрели с немым шоком, пришлось подробнейшим образом всё пересказать. После рассказа парни немного молчали, а потом мы болтали о всякой ерунде. Я осторожно выпытала их предпочтения в еде и где можно гулять в городе. А вот план по закреплению связи провалился. Мне сказали просто:

— Ты не готова! А нас нужно пороть за то, что хотим на тебя наброситься.

После такого ответа спала я у себя в комнате, чтобы их не дразнить и не соблазнять. Утром вышла в большую комнату в футболке и домашних брючках. У парней глазки расширились при взгляде на меня.

— Что-то не так?

— Очень соблазнительно выглядишь в этой белой футболке.

До меня дошло, что она немного просвечивается, а я без бюстика. Вернулась в комнату и одела черную футболку из плотного материала. Благо у меня в комнате поставили небольшой шкаф, чтобы я раздетая не бегала. И здесь я хранила свои домашние брючки, футболки, белье и носки. Переодевшись, решила включить компьютер.

— Только не это! – сказала горестно. – Опять?!

— Что случилось? – зашли мои парни.

— Ноутбук опять поломался.

— Не расстраивайся, вечером будет новый, все данные перенесем.

— Я понимаю, просто он старенький и нежно любимый, мне папа его в старшей школе купил.

— Вообще хорошо тебе отслужил.

— Уже два капитальных ремонта пережил и частичную замену электроники.

— Тем более пора его отпустить. Купим тебе и ноутбук, и планшет. Позволишь, мы сами выберем?

— Угу.

Меня увели в большую комнату. Том ласково провел по обнаженным рукам.

— Том, держи себя в руках, — сказал строго Яр, видя, что побратим уже наклоняется для поцелуя в шею.

— Я ж ничего такого не собирался делать, просто поцеловать хотел в шейку.

Повернулась к Тому, у него зрачки были расширены.

— Лили, отойди от него. Я рад, что ты начинаешь нас принимать, но сейчас не то время, когда стоит закреплять связь. Быстрый секс без ласк — не то, что тебе нужно.

— Кофе? – спросила у парней.

Мне кивнули. Они смотрели на меня, а не на мои шрамы, и это окрыляло. После их ухода написала отцу, что компьютер уже третий раз накрылся.

«Если тебе не купят, я тебе куплю удаленно, и получишь курьером.»

«Папа, я просто чуть-чуть ною, что любимый ноутбук поломался, без намека, чтобы ты покупал. Мне уже пообещали сегодня вечером принести новый.»

«Вот и молодец, или уже молодцы?»

«Эм, уже трое.»

Мне прислали большой палец и сердечко. Потом братья еще прислали фото племянников и сестричек. Но уже было время для занятия. Потому преподаватель увидел меня со слезами на глазах и нервно смеющуюся.

— Что случилось? – надо отдать должное, спросил он на общем, и отвечала ему я на этом же языке.

— Простите, никак перестать смеяться не могу с фотографий.

— Расскажи, повели нас.

— У моих младших сестренок на днях день рождения был, четыре года исполнилось. Я перед отлетом родным оставила коробки с подарками, и их выдают по мере праздников. Девочкам подарила краски — такие, что и на бумаге порисовать, и на себе. Эти хотя бы отмоют сразу. И кто-то разрешил детям рисовать на себе и не проследил за последствиями.

— Много детей в доме?

— Восемь, младшей — несколько дней. И все разрисованные, даже младенца разрисовали.

— Думаю, девочек сильно ругать не будут, — сказал Майтэн с улыбкой.

— Девочек — нет, а вот кому-то из взрослых влетит. К счастью, не мне, я слишком далеко. Хм, мама написала: «Спасибо, что краски легко смывающиеся подарила». Показать вам последнее фото? Явно родные на память всю компанию запечатлели.

Мне кивнули. Потом уже Майтэн с братом, что опять был рядом, уползли от камеры, и было слышно смех. Дети были качественно раскрашены, даже одежда вся в краске, и было видно часть гостиной, пострадала.

— Пять минут тишины вылились в это, — прочитала последнее сообщение от родительницы.

— Замечательные детки. Ты сказала «сестренки» — это твои?

— Да, мои сестренки. Еще есть старшая сестра и три старших брата. Раньше я была младшей, теперь они.

Меня еще немного пораспрашивали про семью и как на Вэя отнеслись к многомужеству.

— На удивление, я не встретили сильного сопротивления. Пока училась в школе, уже было сильно заметно, что девочек мало. На двадцать детей в классе нас было всего двое. Притом, что меня сразу списали со счетов.

Вижу, как нахмурился Майтэн.

— Да, многие сразу видят уродство, а только потом личность. Так было даже с побратимами братьев. Сразу лица кривили, а потом привыкли и спокойно на меня реагировали.

— У тебя синяк на руке?

А до меня только дошло, что я, как одела футболку, так и сижу в ней, и им хорошо видны мои уродливые руки.

— Спокойно! Дыши, не нервничай!

Я положила телефон на стол, и камера теперь смотрела в потолок. А сама пошла, натянула худи — мне так было спокойней, я чувствовала себя защищённой. Вернулась к телефону.

— Замерзла? – явно подкалывают.

— Так спокойней.

— Так откуда синяк?

— Я всех слов на общем не знаю…

— Говори тогда на Ялвийском те, что не знаешь на общем, я переведу, и ты повторишь.

— Хорошо. Вчера после клиники решила прогуляться. Эм, помните того курьера, что приходил на первом занятии?

— Да.

— Он похитил меня и привез к своей сестре, — мне перевели часть слов, и я повторила.

И историю рассказываю, и слова новые учу.

— Она хотела, чтобы я от своих парней отреклась. От чего-то решила, что я соглашусь… После того как она Яра набрала, я попросила его отследить телефон и приехать, а я напала на эту белобрысую дурочку.

Вижу — оба брата сидят ошарашенные.

— Волосы на кулак и удушающий захват. Но раньше пришла ее мама. Оказалась адекватной женщиной. Дочурке сразу были обрисованы планы по перевоспитанию — отсидеть в камере и общественные работы на пару с братом. Вот такие мои приключения за вчера.

— Насыщенно. Ты сможешь почитать? Просто вижу, сегодня с телефона.

— Если то, что вы мне присылали — да. Мне распечатали. А так у меня просто ноутбук сломался, видимо, уже в последний раз, отжил свое.

Почитала хорошо, было интересно. Я себе на распечатанном тексте даже пометки делала, как и вчера с ребятами. В конце чтения вспомнила, что хотела спросить про стереотипы о женщинах на Ялве. Майтэн с братом задумались и не знали, что ответить.

— Почему решила спросить?

— Вчера у меня спросили, почему не ходила в магазин? Я поняла, что не понимаю сути вопроса.

— Это скорей стереотипы конкретного человека о женщинах. Вот, например, та, с которой ты подралась, — она из-за вседозволенности при воспитании решила, что может тебе указывать.

— Она хотела сделать моих парней младшими мужьями, — немного вспылила, — и чтобы они ей тапочки в зубах приносили и кланялись.

— О, какие подробности, — слышу улыбку в голосе брата Майтэя. — Теперь понятно, почему ты ей в волосы вцепилась.

— Брат, — сказано было с лёгким осуждением. — Тот, кто у тебя спрашивал про магазины, видимо, часто видел, как девочки шопятся и спускают деньги направо и налево, особенно если им не ограничить бюджет.

— Я нервы лечу готовкой, — сказала тихо.

Слышу, как уже оба моих собеседника сглотнули.

— Ты готовишь?

— Это, видимо, разница традиций, — поняла я. — По крайней мере, в моей семье и семьях жён моих братьев было принято так: женщина отвечает за быт и его организацию. Может всего не делать, но организовать домашних. Мама меня и сестру научила готовить и накрывать на стол. Уборкой в доме и на территории занимались братья и отец. Стирку мы с сестрой запускали и разбирали вещи после сушки. Помогали маме готовить, и, если нужно, каждая из нас могла сама всё приготовить и накрыть к приходу гостей. А на Ялве я слышу, что женщины не готовят, или это мне так повезло?

— Не знаю, может, кто-то и готовит, — ответил задумчиво брат Майтэя. — Но у нас обычно женщина занимается детьми и организовывает домашних, как ты сказала. И то детьми занимается, пока совсем маленькие, а потом организовывает их быт. И в садик или школу старшие отвозят — или отцы, или братья.

— В целом тогда похоже.

— Вот и хорошо, что ты разобралась.

Мы ещё немного общались, но я уже была мыслями в планах на готовку. Узнав, что я собираюсь готовить блинчики, брат Майтэя воскликнул:

— Возьми меня младшим мужем!

— Может, просто блинчиков прислать курьером?

Потому что его тон был явно шутливым. Преподаватель хохотал.

— Он шутит.

— Я поняла. Только вот где в этом доме сковородки? И что-то ни одной кастрюли нет. Значит, первый раз мне не показалось…

— А как ты готовила?

— Мультиварка и аэрогриль. Но только сейчас поняла, что мне нужны обычные сковороды и обычные кастрюльки. Кто-то хотел, чтобы я пошла по магазинам — пойду.

— Пришлю тебе адрес, куда стоит заехать за посудой, качественная. Я в ней для ресторана покупал.

— Спасибо.

— Лили, предлагаю сделать день перерыва. Я тебе пришлю слова послушать, и дочитаешь, если осилишь то, что осталось.

— Хорошо.

— Будет что-то непонятно — пиши.

— Спасибо.

В магазин поехала в толстовке и джинсах, погода сейчас на Ялве прохладная. Задумалась: а ведь я сейчас даже в одноимённом городе живу. С вызовом такси уже смогла сама справиться и отправила в семейный чат адрес, куда поехала. Улыбнулась, увидев, что наш чат из общего переименовали в семейный, и аватарка — сердечко мультяшное.

Магазин был огромный. На меня продавцы-консультанты посмотрели с немым шоком. Видимо, местные дамочки и правда редко готовят либо в такие магазины не заходят. Сковороды нашла быстро. В первую очередь мне нужна была блинная. Примерилась к весу и тому, насколько удобно её держать: в меру лёгкая, удобная ручка.

— Ей не требуется масло при приготовлении блинчиков, — мальчик-консультант подкрался осторожно. Я его приближение видела, и это было забавно — он явно боялся спугнуть, вот только не понятно кого? Думал, я мираж.

Взяла вторую такую же и задумалась, буду ли я сразу на обеих готовить и успею ли. Хотя, дома у мамы с тремя управлялась. Поняла, что не взяла корзинку для покупок. Мне придвинули тележку. Какой предусмотрительный парнишка.

— Ещё что-то?

— Да. Теперь обычную сковороду, чтобы и овощи пожарить, и стейки.

Мне попытались впарить отдельно сковороду для стейков.

— Я не в ресторан выбираю, а домой.

Мило улыбнулся, не спорит. Сковороду выбирала так, чтобы мне было удобно её поднять. Мне даже показали плиту, на которой можно примериться и понять, тяжело мне будет или нет. Выбрала одну сковороду и к ней крышку. Потом вспомнила, что в холостяцком доме даже лопаток нет и разных мешалок. Парнишка показал мне, где это у них. Тут были всевозможные наборы, и рядом — наборы кастрюль.

— Вон тот набор лопаток, — выбрала расширенный, у мамы был похожий, даже такого же цвета. — Теперь набор кастрюль, а то в этой холостяцкой квартире ни одной нет…

— Сочувствую. А кто из мужчин будет готовить?

— Мужчин? Я для себя выбираю, я люблю готовить, помогает нервы успокаивать.

Красноречиво посмотрели на руки.

— Это детская травма.

Мне помогли выбрать набор кастрюлек, остановилась на пяти штуках, серебристых. Главное, что их можно в посудомойку запихнуть, как и ложки-поварёшки, и даже сковороду. Мне попытались ещё кухонный комбайн впарить и разное для выпечки. Я поняла, что пора закругляться, иначе я полмагазина скуплю. Как нельзя вовремя Том появился.

— О, я вовремя. Кухонный комбайн берёшь?

— Нет, — сказала резко, мальчик-консультант сдулся. — Я пришла только за сковородками, кастрюлями и таким вот набором. Единственное, что я не увидела, — это фартук.

— У нас такое…

— Есть, — перебил его другой консультант и одарил коллегу сердитым взглядом.

Оказалось, и правда есть, но только белые и на меня большие. Но парнишки удивились, когда я подвернула, где надо, и смогла спокойно примерить — и мне понравилось.

— Годится. Его и на кассу. Сайт есть?

— Да, — от обоих консультантов.

Мне достался ещё и буклет магазина. Том довольный всё оплатил. И сам нёс сумку со сковородками и мелочёвкой и коробку с набором кастрюль.

— Может, присядем где-то? Мне нужно сейчас заказ продуктов сделать, тогда есть шанс, что долго ждать не придётся.

— О, знаю! Заодно выберем тебе кресло, чтобы ты могла видами из окна любоваться.

И говорил он это как раз рядом с мебельным магазином. Посмотрела на него с недоумением.

— Позволь побаловать тебя! — просто кивнула, не запрещаю.