Утром печь ещё хранила ласковое тепло, в глубине её, словно рубины, мерцали остатки углей. Подбросив поленья, я вышла вдохнуть морозный воздух и оглядеть окрестности – вчерашние заботы не оставили времени на это.
Машину за ночь сковал тонкий панцирь изморози, словно хрупкое кружево. Ближе к полудню собиралась в райцентр, пополнить запасы мяса. Вчера, в городской суете, эта мысль как-то ускользнула от меня. Конечно, в кладовой дожидался короб с мясными деликатесами, но душа просила не изощрённых изысков, а простого, наваристого борща или ароматного куриного супчика...
Замесила тесто на лепёшки — цельнозерновая мука и вода. Выпекала на сухой сковороде, а доводила до готовности на открытом печном огне, после чего лепёшки раздувались и покрывались характерными коричневыми пятнышками. Начинку для них планировала приготовить после возвращения с рынка.
- Апельсинчик, остаёшься за старшего, — добавила строгости в голос и достала из коробки кошачьи игрушки, выложив их на пол перед питомцем. - Сильно не хулигань, приеду и немного погуляем на улице, — пообещала рыжику.
Рынок бурлил предпраздничной лихорадкой. Толчея, крики зазывал, запах копчёностей и мандаринов – всё смешалось в едином вихре. Народ спешил закупиться к столу, стремясь воссоздать лучшие новогодние традиции. Даже для моей машинки-крохи еле отыскалось местечко на парковке, настолько всё было забито.
Мясной отдел нашёлся без труда – места знакомые, исхоженные вдоль и поперёк сначала с дедом, а потом с бабулей. Самые отборные домашние куры продавались почти в конце павильона, туда я и направилась. Выбрав две упитанные тушки, прихватила ещё и солидный кусок говядины на косточке – решила, этого будет достаточно.
Как назло, почти на выходе с рынка, взгляд упал на гору мандаринов, и вот уже неподъёмный пакет в четыре килограмма лежит на переднем сиденье. Видимо, поддалась всеобщей истерии, накупила цитрусовых, хотя и не питаю к ним особой любви.
Когда я теперь всё это съем?
Снег начал лениво кружиться, когда я повернула к дому, ставшему тихим убежищем от предательства бывшего парня и лицемерной подруги. Работа… да что работа? Уволиться всегда можно, а вот от себя не убежишь...
Издали заметила машину «Скорой помощи», которая стояла у дома соседки. Водитель курил чуть в сторонке и поглядывал на дом.
Что могло стрястись с Таисией Ивановной? Тревога, словно тёмный росток, пробивалась сквозь душу. Пусть наше знакомство с соседкой было шапочным, однако бабушка всегда говорила о ней с душевным теплом. В деревне люди живут больше по законам сердца, где взаимовыручка – обычное дело. В городе можно годами не знать, кто живёт за стеной, а здесь, в деревне, сосед порой ближе родни. Вон и вчера Таисия Ивановна прислала мне подмогу, иначе бы я ещё долго расчищала двор от снега.
Бросив машину во дворе, я поспешила к дому соседки. Вдруг моя помощь требуется...
Открывая дверь, я едва не врезала ею в лоб незнакомцу. Лишь молниеносная реакция спасла его от неминуемого столкновения.
- Ой, простите! Я вас не задела? — отошла немного в сторону. - Я к Таисии Ивановне, Алина — сососедка её, — представилась и указала в сторону своего дома. - С ней всё хорошо? Что случилось?
Мужчина поднял на меня взгляд. Высокий, крепкий, с обветренным лицом и глазами цвета зимнего неба. В его взгляде читалась тревога.
- Ничего страшного, меня не задело. Таисия Ивановна упала, есть подозрение на перелом. Вы можете пройти в дом и помочь ей собраться в больницу? – спросил он, придерживая входную дверь.
Я не спешила пройти дальше. Сердце вдруг начло биться чаще, а ладони слегка вспотели несмотря на мороз. Незнакомец смотрел на меня с каким-то ожиданием, а у меня вдруг возникла в теле какая-то приятная дрожь и ожидание чего-то особенного. Этого ещё не хватало...
- Да, да. Просто задумалась… я помогу, – поспешила пройти дальше в дом.
- Буду очень благодарен. Егор, – ответил мужчина и представился.
- Алина, как хорошо, что ты зашла, – услышала первым делом обрадованную Таисию Ивановну, хотя радоваться ей особо не с чего. - Вот, ногу сломала, бестолочь старая, – ворчала Таисия Ивановна, но в её голосе звучала теплота. – Как теперь Егор Матвеевич с Полиной справятся? Ох, беда!
Полиной? Алина покосилась на Егора. На вид – суровый мужик, но что-то в его глазах говорило о нежности и заботе. Это и есть местный фермер?
- Всё будет хорошо, Таисия Ивановна. Найдём выход, – успокоил её Егор, который зашёл следом за мной. - За домом я присмотрю, не переживайте.
В комнате сразу стало тесно...
Ногу женщине уже зафиксировали в лангет. Врач скорой помощи собирал свой оранжевый чемоданчик и готов был звать подмогу, чтобы перенести женщину в машину. Требовалось сделать рентген и все необходимые манипуляции, определить пострадавшую в стационар. Возраст преклонный у пациентки, так что придётся везти в райцентр. Амбулаторным лечением здесь не обойтись, тем более впереди две недели праздничных дней. Это сейчас пациентка на обезболивающих препаратах, а что будет дальше...
- Таисия Ивановна, чем помочь могу? — заметила нетерпение доктора и решила поторопить женщину.
Мне указали лишь направление в комнату, а дальше пришлось соображать само́й. Первым делом в шкафу нашла сумку-саквояж на молнии. А затем принялась доставать вещи из комода: халат, сорочку, три комплекта нижнего белья и совсем не старушечьего, спортивный костюм, пару футболок и тапочки. Насчёт последних было сомнение, но решила всё-таки положить на всякий случай. Средства личной гигиены собрала в уборной. Уложила в отдельный кармашек зарядку и телефон, записную книжку и ручку.
- Я записала свой номер телефона. Таисия Ивановна, если вдруг что-то ещё понадобится, вы не стесняйтесь и сразу звоните. Я обязательно соберу и привезу, — заявила уверенно.
Врач скорой поинтересовался, кто поедет с больной. Мы с Егором, словно сговорившись, вызвались оба. Как-то само собой вырвалось. Я предложила ехать на моей машине.
Оформление документов тянулось мучительно долго, и только спустя полтора часа мы оказались на свободе. Можно было возвращаться домой, но отчего-то расставаться с Егором совсем не хотелось. Я и сама не могла объяснить этих внезапно нахлынувших чувств.
Разве так бывает? В голове рождались грёзы о возможных отношениях, о свиданиях под луной и о совместном будущем, сотканном из радужных надежд. Захотелось верить, что это начало чего-то светлого и прекрасного.
Что со мной происходит?
Ещё вчера, застав жениха в объятиях лучшей подруги, я бежала из города, отказалась объясниться с предателями. А сегодня… сегодня сердце коварно ёкает при виде этого незнакомца, и в голове роятся мысли, недостойные честной девушки. Как такое возможно? В душе поселилась злая настороженность.
- Извините, нам, наверное, пора возвращаться. У вас и без меня хлопот хватает — почувствовала, как мне становится неловко.
- Постойте, Алина, – Егор посмотрел на меня с благодарностью. – Спасибо вам большое за помощь. Я бы не справился один. Может, кофе?
Я немного поколебалась. Что-то отталкивало, какая-то внутренняя осторожность, но в то же время чувствовала необъяснимое притяжение к этому человеку.
- Ладно, – согласилась. – Только быстро, мне ещё дом топить и котёнка кормить пора.
В маленькой больничной кафешке мы выпили по стаканчику обжигающе горячего кофе. Егор рассказал о дочери, о своей ферме, о коровах, о нелёгкой жизни фермера. Слушая его, я забыла на время о своих личных проблемах. Его искренность, простота и забота о Таисии Ивановне тронули моё сердце.
- А моя Полина мечтает о маме, – вдруг сказал Егор, словно прочитав мои мысли. – Её мать уехала за границу два года назад и… кажется, забыла о дочери.
В его голосе звучала тихая боль, которую я прекрасно понимала. Мне тоже было больно от предательства близких людей.
- Мне очень жаль, — не смогла скрыть свои истинные чувства.
- А вам, кажется, тоже нелегко? - Егор посмотрел на меня внимательно.
Что я могла ответить? Нежданная волна стыда окатила меня, заставив потупить взор. Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, а в горле образовался ком. Слова застряли где-то глубоко, не желая выбираться наружу. Вселенная, казалось, сговорилась против меня, выставив напоказ все мои недостатки и уязвимости. Хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы избежать обжигающего взгляда напротив.
В голове лихорадочно проносились варианты ответов, но ни один не казался достаточно хорошим, достаточно остроумным, достаточно… подходящим. Все они звучали фальшиво, оправдывающие или вовсе глупо. И чем дольше я молчала, тем сильнее разрасталось чувство неловкости, словно я попала в зыбучие пески.
Как рассказать, что меня предали?
- Простите за мою бестактность, – добавил, смутившись, Егор.
На улице стемнело окончательно. Пора было возвращаться. В дороге мы оба молчали, каждый погрузился в собственные мысли...
Новый год приближается, и вместе с ним – новая надежда. Встреча с Егором, несмотря на неловкое начало, оставила в душе странное чувство тепла и… зарождающегося интереса. Но вместе с тем, я боялась. Боялась снова довериться, боялась снова обжечься. Егор казался слишком хорошим, слишком искренним. А после недавнего предательства я учусь относиться к людям с настороженностью. И всё же, что-то в этом фермере с печальными глазами заставило моё сердце биться чаще. Вдруг почувствовала, что канун новогодних праздников может принести мне не только боль и разочарование, но и… новую любовь.
Может, я слишком самоуверенна? Всё происходит слишком быстро...
- Ещё раз спасибо за помощь, – сказал Егор, выбираясь из моей машины у моего двора. – Может, как-нибудь… зайдёте к нам? Полька будет рада гостям.
- Может быть. С наступающим! — мне хотелось сбежать в дом, так как рядом с этим мужчиной со мной творилось что-то непонятное и пугающее.
- И вас с наступающим, – ответил Егор, но не спешил уходить. - Может, у вас найдётся время, чтобы помочь мне подготовится к Новому году, — добавил как-то неуверенно, будто извиняясь за неловкость ситуации. - Мы с Полиной остались одни и без помощницы. Нет, готовить я могу, и Таисия Ивановна сделала заготовки. У нас и пельмени домашние есть, но ребёнок ждёт чего-то особенного... Мы могли бы встретить праздник вместе, — приглашение прозвучало совсем неожиданно и с такой надеждой, что внутри меня что-то дрогнуло. - У нас и фейерверки есть, будем запускать в полночь, чтобы привлечь удачу и счастье в Новом году.
От счастья я бы не отказалась...
Что это? Откуда вихрь неведомых чувств, бушующий во мне к этому мужчине? Мы едва знакомы... Да я к Игорю такого не испытывала, а мы с Котовым прожили год вместе! Целый год... и я умудрилась ошибиться в этом человеке...
Неужели я настолько понравилась Егору, что он готов пригласить меня к себе в первый же день, познакомить с дочерью после всего одного дня знакомства?
Кажется, что сердце сейчас выпрыгнет из груди. Губы непроизвольно растягиваются в улыбке, такой широкой, что, наверное, видно каждый зуб.
Его приглашение — это звучит просто, но на самом деле это значит разделить с ним и его маленькой дочкой моменты тепла, уюта и предвкушения чуда. Это шанс увидеть его в роли заботливого отца, шанс узнать его ближе, шанс… да просто шанс!
Предвкушение праздника смешивается с робким волнением. Хочется, чтобы всё прошло идеально, чтобы понравиться его дочке, чтобы создать атмосферу настоящей сказки. В голове уже проносятся картинки: украшенная ёлка, запах мандаринов, счастливые глаза ребёнка и… его взгляд, полный благодарности и тепла. Внутри расцветает нежность, смешанная с лёгким головокружением от счастья. Это как маленькое чудо, крошечный огонёк надежды, который зажёгся прямо в сердце.
- Хорошо, я не против вместе встретить Новый год, — заявила с уверенностью, которую сама от себя не ожидала.
- Тогда завтра ближе к вечеру я за вами заеду, — расплылся в такой счастливой улыбке, что моё сердечко в очередной раз за день дрогнуло.
Куда меня несёт?!