Летом 1996 года шторм был так силен, что гнул молодой бамбук. Малыши с широко открытыми глазами наблюдали за падающими с неба мелкими льдинками.

– Это леденцы! Они съедобные! – радостно закричали дети и бросились ловить градины в свои ладошки.

Воспитательница Чжао была занята тем, что меняла штаны мальчику в углу кабинета, а тот молча смотрел на желтую мочу на своих брюках и под коляской. Как только воспитательница увидела, что дети подбирают град и пробуют его на вкус, она, опасаясь за их здоровье, поспешила вернуть их в помещение, совершенно не обращая внимания на то, что брюки мальчика остались наполовину спущены.

В комнате было четыре мальчика, а в первом ряду беспокойно спала маленькая девочка. Среди ребят находился крупный пухлый карапуз по имени Чэнь Ху. Удивительно, насколько ему подходило это имя. Он действительно выглядел как здоровый сильный тигр[1].

Чэнь Ху, почувствовав запах мочи, поморщил нос и отвернулся. Пэй Чуань с большим трудом, прикрываясь, подтянул мокрые брюки.

Чэнь Ху посмотрел на желтую лужицу на полу и с издевкой произнес:

– Смотрите-ка! Пэй Чуань описал свои штаны! Фу!

Несколько мальчиков обернулись и прикрыли носы.

– Какой он грязный!

– Я только что видел, как воспитательница Чжао меняла ему брюки!

– Он все еще в этих штанах, посмотрите, кажется, он снова писает!

Бледное худое лицо Пэй Чуаня окрасилось румянцем стыда. Он прикусил губу и с силой дернул книжку с картинками, чтобы прикрыть мокрое пятно. Дрожа, он смотрел на воспитательницу, которая все еще была снаружи.

Воспитательница Чжао привела последнего ребенка в группу и начала отчитывать детей:

– Это называется град, его нельзя есть! – Боясь, что этих слов будет недостаточно, она сурово добавила: – Если вы будете есть град, то никогда больше не вырастете!

Услышав такое заявление, несколько детей сразу же побледнели, их глаза наполнились слезами.

– Неужели мы навсегда останемся маленькими?!

Воспитательница Чжао смягчилась:

– Конечно нет! Если плотно поужинаете, все будет хорошо!

Однако наивным детям этого было достаточно, чтобы расплакаться. Вдруг пухлый пальчик Чэнь Ху указал на Пэй Чуаня:

– Воспитательница Чжао, Пэй Чуань намочил штаны!

Мальчик выкрикнул так громко, что его услышали все в классе. Женщина вспомнила, что забыла подтянуть малышу штаны.

Пэй Чуань дрожал. Слезы падали на пол крупными каплями. Он не хотел этого, он не хотел этого…

Некоторое время раздавалось детское бормотание:

– В последний раз я мочился в три года!

– Мама говорила, что те, кто писает в штаны, – глупые!

– Пэй Чуань не может ходить, поэтому и мочит штанишки, мы больше не будем с ним играть!

Детская болтовня разбудила девочку с лихорадкой в первом ряду. Ее щеки раскраснелись, длинные ресницы затрепетали, и она открыла слезящиеся глаза. Порывистый ветер трепал две ее косички. Бэй Яо вяло моргнула, с трудом переводя дыхание. Она ясно помнила, что умерла, как же… Девочка опустила глаза и встала из-за маленького круглого столика, глядя на свои мягкие пухлые белые руки. Нежные маленькие ручки… Позади нее множество детей выкрикивали имя Пэй Чуаня. У Бэй Яо перехватило дыхание. В памяти поблекли еще недавно живые образы прожитых лет. Дети с ненавистью смотрели на крошечного человечка в углу, всем своим видом демонстрируя свое презрение и отвращение. Сквозь толпу Бэй Яо могла видеть только большие колеса инвалидной коляски и неподвижно сидевшего на ней ребенка. Она стиснула зубы и подняла голову. Ее губы задрожали от злости. Девочка устремила свои впалые глаза на этих невежественных и ничего не понимающих детей. В следующую секунду Бэй Яо перевела взгляд на мокрые брюки мальчика.

– Пэй Чуань? Пэй…

У нее возникло странное чувство: «Это детство Пэй Чуаня?»

Пятилетний мальчик с ампутированными ногами, который не мог контролировать свою физиологию. Неужели это правда он? Тот самый хладнокровный компьютерный гений? Для многих он безжалостный и беспощадный монстр, который лихорадочно создает новые, сеющие хаос компьютерные программы. И сейчас он превратился в маленького беззащитного мальчика?

– Бэй Яо! – обратилась к ней какая-то девочка. – Мы больше не будем с ним играть!

Бэй Яо еще не было и четырех лет. Она – самая младшая в группе. И прямо сейчас девочка не могла вспомнить, как отвечала на такое в прошлой жизни… Скорее всего, молча соглашалась. А что ей еще делать? Вступиться за Пэй Чуаня? В глазах других детей помочиться под себя – это самое смешное и самое позорное, что только могло произойти. Они не понимают, каково ему… Ниже колен у него ничего нет…

В детском саду царил хаос. Родители из-за сильного града спешили пораньше забрать своих детей домой. Воспитательница Чжао, переживая за Пэй Чуаня, быстро отвезла его в туалет, где помогла сменить штаны.

Бэй Яо смотрела, как мальчика в коляске куда-то забирают. Она выдавила из себя:

– Пэй Чуань…

Никто не услышал и не обернулся. Девочка вдруг вспомнила двадцатитрехлетнего Пэй Чуаня. Он с серьезным видом сидел в инвалидном кресле и обещал защищать ее до конца жизни. Малышка Бэй Яо замерла, тихо вздохнула и опустилась на стул. «Похоже, в этой жизни придется отплатить ему тем же…»

– Пэй Чуань, не грусти. Ребята уже завтра обо всем забудут! У меня есть печенье и сэндвичи, хочешь? – попыталась подбодрить его воспитательница Чжао.

Мальчик прошептал:

– Я хочу домой.

– Тогда дождись свою маму, хорошо?

Он побледнел, склонил голову и промолчал.

В те годы еще не были распространены мобильные телефоны. Их обладатели считались людьми высокого социального положения, и воспитательница Чжао не имела к ним никакого отношения.

Мать Пэй Чуаня – хирург, поэтому иногда ей приходилось проводить операции до поздней ночи. Отец – глава криминальной полиции, его должность не из простых: у него напряженная многозадачная работа. Из-за сильной занятости обоих родителей Пэй Чуань частенько просил соседей отвезти его домой. Например, мать или отца Бэй Яо или Чэнь Ху.

Родители один за другим приходили в детский сад.

Сяо-Чжао[2] приходилось присматривать за огромным количеством детей. Вторая воспитательница взяла сегодня выходной, поэтому вся нагрузка упала на плечи хрупкой Сяо-Чжао.

Женщина подтолкнула Пэй Чуаня обратно в класс и дала ему кубики для игры. Тот понурил голову.

Бэй Яо пристально смотрела на него. Если бы у нее появилась возможность начать жизнь с чистого листа, что бы она изменила? Конечно же держалась бы подальше от этого придурка Хо Сюя, слушалась бы мать и отца… Больше времени бы проводила с Пэй Чуанем.

Град усиливался. Многие родители, приходя в детский сад, восклицали:

– Что это за погода! Еще утром светило солнце!

У кого были велосипеды, усаживали детей на раму и ехали домой, а те, у кого их не было, бежали с ними на руках. Ребята махали руками:

– До свидания, воспитательница Чжао!

– Пока, малыш Вэй! До завтра, Лили!

Вскоре появилась и мама Бэй Яо, Чжао Чжилань, с зонтиком. В 1996 году госпожа Чжилань выглядела совсем молодой. В уголках ее глаз не было мелких морщинок, а на щеках красовался розовый румянец.

Бэй Яо перевела взгляд на мать, и ее глаза сразу же увлажнились.

Чжао Чжилань подхватила девочку на руки.

– Почему ты плачешь, испугалась града?

Та покачала головой. «Как странно… Даже наши родители, взрослые, которые являются для нас всем, могут чего-то не знать…»

– Вот, держи зонтик, мама понесет тебя на руках! – Чжао Чжилань попрощалась с воспитательницей Чжао и ушла вместе с дочерью.

Державшая зонтик Бэй Яо задумалась и обернулась. Маленький мальчик в углу, Пэй Чуань, даже не посмотрел на нее.

Отец Чэнь Ху всегда первым забирал из сада своего наглого пухляша. За ними на велосипеде ехали Фан Миньцзюнь с бабушкой. Следом шли Чжао Чжилань и Бэй Яо. Девочка проследила за взглядом Пэй Чуаня. Он сосредоточенно смотрел на засохшую лужицу мочи около стола. Спустя восемнадцать лет Бэй Яо почувствует холодный, но нежный поцелуй этого человека. Когда она снова посмотрела на Пэй Чуаня, ее сердце заныло от боли. Девочка пошевелила пальцами, пытаясь еще раз взглянуть на Пэй Чуаня, но мама на одном дыхании взвалила дочь к себе на спину и умчалась прочь. Мальчик поднял на Бэй Яо свои темные глаза. Она становилась все дальше и дальше и наконец исчезла.

Град не переставая барабанил по крышам. У Бэй Яо совсем не осталось никаких сил. Ее мучил сильный жар. В голове крутился образ одинокого маленького темноглазого мальчика в инвалидной коляске.

Детский сад находился недалеко от дома. Чжао Чжилань успела за десять минут донести горячую Бэй Яо домой. Наконец маленькая девочка с лихорадкой уснула.

Ночью Бэй Яо проснулась, чувствуя себя растерянно. Мама приготовила спиртовой компресс и начала растирать спину дочери, причитая:

– И когда ты успела заболеть? Почему воспитательница ничего мне не сказала?

Бэй Лицай, отец девочки, вернувшись домой, поспешил выписать для нее рецепт. К счастью, аптека находилась совсем недалеко. В такую погоду добраться до больницы стало бы проблемой.

В 1996 году брат Бэй Яо, Бэй Цзюнь, еще не родился, поэтому супруги, впервые ставшие родителями, очень волновались.

Бэй Лицай коснулся пухлых щек дочери:

– Уже лучше, не такая горячая.

– Она не пойдет завтра в детский сад. Утром передай воспитательнице Чжао, – обеспокоенно проговорила мать.

Бэй Яо уже почти провалилась в сон, как вдруг услышала, что родители упомянули имя Пэй Чуаня.

– Этого ребенка сегодня некому забрать! Вэньцзюань и Пэй Хаобинь до сих пор на работе!

– Такой маленький, а вся его жизнь уже разрушена, эх…

Бэй Яо вспомнила взгляд того серьезного мужчины, который много лет спустя попытался встать со своего инвалидного кресла, чтобы обнять ее. Все называли его монстром. Признаться, и она тоже немного побаивалась его молчаливого взгляда. Но сейчас этот монстр был еще совсем маленьким ребенком…

Бэй Яо открыла глаза только на рассвете. Жар немного спал.

Чжао Чжилань готовила завтрак на кухне. Дверь в комнату дочери оставалась открыта. Бэй Лицай подошел к жене:

– Я только что был у воспитательницы Чжао, она сказала…

Бэй Яо осмотрела старую мебель в гостиной. Послышался тяжелый вздох.

– Пэй Чуаня так никто и не забрал из детского сада!

У нее закружилась голова. Вчера была одна из самых холодных летних ночей! Неужели никто за ним не пришел?!