Мария
— И что мне теперь делать? — спросила я, глядя на Белку.
Тряхнув головой, она уставилась в мои глаза, давая понять, что не понимает меня.
— Яд. Мне нужен яд, — говорю я.
Вот же…
— Вернее, не мне…
Да что со мной не так? Даже мысль свою сформулировать нормально не могу.
— Меня хотят подставить, и я не могу найти тот самый яд. — Вздохнула и потрепала Белку за ухом.
Снова дёрнув головой. Она соскочила с кровати и бросилась в сторону ванной комнаты.
— Ты куда? — спросила я. — Вот же… у тебя ведь тут даже лотка нет.
И почему я о главном не подумала?
Поднявшись, я подошла к двери и только открыла её, как в мою комнату постучали. Дверь распахнулась, и в помещение вошли наследник и тот самый мужчина, который сдал меня стражникам.
— Ты в порядке? — тут же спросил наследник, осматривая меня.
— Да. — Кивнула, возвращаясь к кровати.
— Как тебя зовут? — поинтересовался второй парень.
Только сейчас я смогла рассмотреть его.
Светлые волосы до плеч, упрямый подбородок, широкие скулы и нос с небольшой горбинкой. Взгляд его серых глаз смотрел пристально, словно он мог просканировать меня насквозь.
Сжавшись от такого пристального внимания, я покосилась на наследника. Его странный, полный беспокойства взгляд меня чуть приободрил.
— Мария Бессонова, — сказала я, снова глядя незнакомцу в глаза.
— Мария? — переспросил тот удивлённо и посмотрел на наследника.
А кстати, я же тоже не знаю, как его зовут.
— Да. Маша, — кивнула я.
— А меня зовут Рон, — представился светловолосый. — Ты же не против, Ма-ша, — странно протянул моё имя, — если стража обыщет твою комнату?
И что я должна на это ответить? Он тоже слышал тот странный разговор. Вот только соглашаться я не хотела, но и проигнорировать вопрос не могла, поэтому просто кивнула и чуть поёжилась.
Всё равно мне стало страшно. Вдруг яд и в самом деле находится где-то в моей комнате, и, найдя его, меня во всём обвинят?
Позвав стражу, Рон уселся на стул, стоявший у стола, и кивнул наследнику.
— Эван, сам начнёшь, или мне? — спросил он.
Эван… значит, наследника зовут Эван. Красивое имя.
Боже, да не о том я думаю!
Бросила взгляд на двоих стражников, что вовсю рыскали по комнате.
— Мари, ты точно в порядке? — спросил наследник.
— Да, в полном, — кивнула я.
— Тогда расскажи, что ты делала в той части дворца?
— Вы про потайной ход? — спросила и, поняв, как это звучит, смяла пальчиками подол платья.
Вот дура. Сама же рассказала, что знала о том, что ход потайной, а значит, и входить туда не имела права.
Но Эван странным образом не разозлился, а только кивнул, так же глядя в мои глаза.
— Я случайно наткнулась на него, — сказала чистую правду. — Просто искала библиотеку, чтобы побольше узнать про своего питомца, рассматривала фреску на стене и коснулась пальцами, а тут стена позади меня отъехала в сторону. Я правда не хотела ничего такого. Но любопытство оказалось сильнее меня. Вот я и пошла туда.
— Ничего страшного, — сказал Эван. — Продолжай. Что ты услышала из того разговора?
— Ну… девушка говорила, что хочет избавиться от соперницы, — сказала, стараясь взвешивать каждое слово. Всё же не хотелось, чтобы меня приняли за соучастницу. — Кирессы, кажется, — припомнила я. — Так вот, служанка сказала, что добавила яд в напиток, а флакон подбросила мне. Но я не знаю, о каком яде они говорили. И я не знаю, где этот флакон, — выпалила на одном дыхании.
— Выходит, в том коридоре ты оказалась только из любопытства? — спросил Рон, и я закивала.
— Я практически сразу, как вошла, услышала тот разговор. Да и вы оказались рядом. Напугали до чёртиков, — добавила едва слышно. Но мужчины расслышали и странно переглянулись.
— Нашли! — раздалось из ванной комнаты.
Рон тут же сорвался с места и выхватил из рук стражника чёрный флакон, размером с небольшую бутылочку шампуня.
— Он был среди моющих средств.
“То есть она и правда мне подбросила яд”, — пронеслась мысль, от которой я снова поёжилась.
Ну всё, как бы наследник ни старался всем своим видом показать, что он на моей стороне, а против найденного яда в моих покоях никуда не денешься. Мне конец. Просто… полный писец.
— Что с Кирессой? — спросила я.
Надеюсь, что они успели спасти девушку.
Вот только на меня уставились два взгляда, по которым стало ясно: они опоздали!