Внимательно выслушав все наставления Люпина, следующим утром мы покинули черный замок. Уже перед самым выходом я схватила с собой свою сумку. Никакой необходимости в ней не было, но я чувствовала себя увереннее, когда моя сумка была рядом, мы обе с ней столько пережили, что теперь я воспринимала ее как свой талисман.

У замка демоницы мы были к вечеру, мы легко разыскали заднюю дверь для слуг, о которой рассказал Люпин, и беспрепятственно проникли внутрь. Узкими коридорами мы добрались до главного зала, где на своей софе лежала демонесса, наслаждаясь ласками двух наложников.

Неподалеку, прикованный к стене, стоял Рэтхам. Вся его грудь была покрыта следами от порки. Увидев его измученный вид, мое сердце сжалось от боли. Чуть позже в углу я заметила Валамео, его состояние было еще более плачевное, чем когда я видела его в последний раз. Переломанные крылья потеряли значительную часть перьев, а сам ирвинг был покрыт следами пыток и побоев. Удивительно, что он вообще еще дышит.

Было бы невероятной удачей незаметно освободить их обоих и забрать с собой, но стоило мне сделать несколько шагов по каменному полу, как демоница перестала стонать и подняла голову.

— Кого я вижу? Неужели ты настолько глупа, чтобы вернуться? Ооо… Ты привела дракона и кого-то еще, весьма занимательного. Хочешь совершить обмен? Знаешь, а я, возможно, даже соглашусь, твой оборотень и ирвинг мне порядком надоели.

— Ты хотела убить меня, почему? — Я тянула время, давая Серпу незаметно подобраться к демонессе, а Рану занять удобную позицию для стрельбы из лука.

Накануне поздно вечером я сняла проклятия со своих мужей, теперь мы были во все оружие. Вернув себе яд, Серпантиум бесшумно скользил своим хвостом по плитам пола, подбираясь все ближе к Госпоже для броска.

— Мне пришли вести о некой наглой человеческой женщине. Я считаю, что устранять проблему надо до того, как она начнет тебя беспокоить. Но ты, оказывается, и так все это время шла в мои руки, наивно полагая, что я сниму проклятие с твоих мужей. А мне это совершенно ни к чему! У меня договор с королевами, они присылают мне «подарки», а я не лезу в их дела.

Самодовольная улыбка суккуба вызвала в моей душе омерзение и протест, к счастью, в этот момент Серп бросился на нее, вцепляясь острыми змеиными зубами в шею, а Ран выстрелил. Но демонесса заметила летящую стрелу и дернула наложника, прикрыв себя им, острие пробило его тело насквозь, и бедняга закашлялся кровью. Нер с брезгливостью оттолкнула беднягу прочь, а потом повернула голову и длинным фиолетовым языком облизала щеку нага, который все еще впрыскивал в нее свой яд.

— Мм… Какая страсть… Жаль только, я не боюсь твоего яда.

Взмахнув руками, Нер раскидала в стороны нага и эльфа, те с громким стуком ударились об стены и сползли вниз. В следующее мгновение демоница послала в меня мерцающий заряд, но Даян сумел отбить его своей магией, правда, его немного задело, и он с шипением сжал пострадавшую руку.

— Какая потрясающая самонадеянность. — Нер, не торопясь, поднялась со своего ложа. — Ты правда думала, что сможешь меня победить? Ты простая человеческая женщина, а я демонесса, могущественный суккуб. Я многие годы наслаждаюсь беззаботной жизнью в этом мирке. И такая, как ты, ничего мне не сделает!

— Я не одна, со мной мои мужья, они моя опора и поддержка!

— Глупенькая. Ни один мужчина не может устоять передо мной!

Захохотав, Нер раскинула руки в стороны, фиолетовый туман пополз по комнате, призванный для того, чтобы затуманить разум всем мужчинам, находящимся здесь. Но мы были готовы к подобному. Я сняла со своих мужей проклятие и наложила другое — глубокая неприязнь к суккубам. Оставалось только надеяться, что мое проклятие имело больше веса, чем магия демоницы. Секунды словно замерли, я со страхом ожидала результата, но ничего не происходило. Это ведь хороший знак, правда?

— Что? — зашипела разозленная Нер. — Что ты сделала с ними? Как ты защитила их?

— Не твое дело, — вперед выступил Даян, готовый вступить в битву.

— Думаешь, что всех спасла? — Губы Нер зло скривились. — Ты всех погубила! Теперь у меня нет ни единого повода оставлять вас в живых!

Демоница запустила новый искрящийся шар, в два раза больше предыдущего, Даян поймал его и сумел нейтрализовать, но от напряжения его лицо неестественно побледнело, а на лбу выступил пот. Летящий следом шар сбил его с ног, я бросилась к мужу, а Нер выпустила новый заряд, меня успел прикрыть Марегон. Его отшвырнуло прочь, а по телу еще несколько мгновений бегали желтые молнии, заставляя мужчину подергиваться. Я растерянно посмотрела в его сторону. Мой прекрасный план был разрушен, все пошло не так, и теперь, кажется, нам всем действительно грозит гибель.

Нер подошла ко мне и грубо схватила за волосы, я инстинктивно закрыла живот руками, желая сберечь самое драгоценное.

— Как интересно, ты еще и беременна. Может быть, и стоит оставить тебя в живых, чтобы ты родила мне новых рабов?

— Даже не надейся, — зло выплюнула я, лучше уж смерть, чем позволить этой злодейке мучить моих детей.

— Ты права, слишком много хлопот. И я терпеть не могу детский плач… — на этих словах демонесса легко подняла меня в воздух, а потом с силой швырнула в колонну.

К счастью, в воздухе я кувырнулась, и удар пришелся на спину, а не на живот. К несчастью, я услышала, как хрустнул мой позвоночник. Я замерла на каменном полу сломанной куклой, не в силах помешать демонессе касаться обессиленного Даяна.

Уже хорошо знакомая темная тень промелькнула перед глазами. Я скосила взгляд, неподалеку на кресле сидела смерть, у нее в руках был развернутый яркий неоновый журнал с двигающимися картинками.

— Вы тут как, для антуража или по делу? — обратилась я к ней мысленно, но смерть прекрасно меня услышала.

— Так, спецэффекты. — Она махнула тонкой изящной кистью.

— Вам хоть за ложные вызовы доплачивают? — поинтересовалась с искренним сочувствием.

— Если бы! — вздохнула фигура в капюшоне.

Тут черная фигура стала блекнуть и медленно исчезать, а я почувствовала, как тепло разливается по моему телу. Ран пришел в себя и подполз ко мне, став исцелять мое тело эльфийской магией. Я шевельнула ногой и с облегчением поняла, что худшее миновало.

— Ивета, тебе нужно уходить, ради детей, умоляю тебя, — зашептал Ран.

— Я не брошу вас здесь.

— Шансов на победу нет. Тебе не нужно погибать вместе с нами.

— Без вас я жить не смогу. — Я крепко сжала его руку.

— Родная, прошу тебя, иначе наши смерти будут напрасны… — крепко обняв меня, прошептал Ран.

— Ни за что! Я не отдам ни одного из вас! — Из моих глаз брызнули слезы, я не готова их потерять, мы выберемся отсюда все, или все погибнем.

— Какая же ты живучая! — Нер наконец заметила нас.

Я испуганным взглядом обвела зал. Даян и Марегон были связаны волшебными путами, по которым бегали крошечные молнии. Вероятно, они испытывали сильную боль, но старались не показывать этого, зато их бледный вид и пот на лбу говорили за себя. Серп еще не пришел в себя, он стоял вплотную к демонице, и удар получил очень мощный. Рэтхан по-прежнему оставался прикован к стене, он смотрел на меня с мольбой и ужасом, видимо надеясь, что я все-таки испугаюсь и сбегу прочь.

Единственные, кто могли противостоять суккубу, были мы с Раном. Но воины из нас были неважные.

— Пожалуй, ты даже достойна того, чтобы стать статуей в моей коллекции. Поставлю тебя при входе, чтобы другим было неповадно перечить мне! — Демоница направила на меня ладонь, но Ран успел закрыть меня.

На моих глазах мой любимый, нежный, улыбчивый муж превратился в холодный камень. Я закричала, но кого это могло спасти?

— Не самая изящная скульптура. Думаю, его лучше разбить, — хмыкнула Нер.

— Не трогай его. Не смей! — На этот раз я загородила собой эльфа, лишь бы он остался цел, а способ расколдовать его, может быть, и найдется.

— Как же ты мне надоела! Ах! — неожиданно воскликнула Госпожа и, неловко взмахнув руками, рухнула на пол. — Ты? Мерзкое создание! Когда ты уже сдохнешь!

Валамео, о котором я совсем забыла, умудрился незаметно подобраться и подсечь ногу демоницы своей цепью. Теперь он пытался удержать ее руки, чтобы она не смогла создать новый мерцающий шар, но силы изувеченного ирвинга были на исходе.

— Беги, Ивета… — хрипло произнес он.

Но я упрямо покачала головой, мне под руку попала моя сумка, не осознавая, что я делаю, я сунула руку в ее глубины, надеясь найти хоть что-нибудь, но желательно огнемет. Чуда материализации не случилось. В моей сумке по-прежнему не было ничего полезного. Только если этой стерве телефоном по голове запустить. Вынув свой смартфон, я зажала кнопку включения, когда раздалась приятная мелодия, я со всей доступной моей измученной душе злобе запустила гаджет в демоницу.

— Чтоб тебя испепелило, гадина!!! — закричала я.

В следующий момент раздался взрыв, ослепив меня яркой белой вспышкой, в ушах зазвенело, и меня плотно прижало спиной к статуе Рана. В ушах громко стучала кровь, отсчитывая мгновения, которые я находилась оглушенной. Наконец звон стал стихать, а глаза начали различать размытые силуэты. Я терла их руками, боясь, что пропущу нападение демоницы, но в зале никто не двигался.

— Ивета?! Ты жива? Ивета! — словно из-под воды я услышала хриплый взволнованный голос Рэтхана.

Попыталась ответить, но из моего горла вырвался каркающий хрип.

— Ивета! — Рядом оказалось лицо Серпа, он внимательно всматривался в мои расширенные зрачки.

— Я в порядке, — с трудом выговорила слова, которые оцарапали мне горло. — Где Нер?

Наг отошел от меня, исследуя зал на предмет одной мерзкой демоницы, но я уже и сама видела, что ее нигде не было. Осмотрев все, Серп замер напротив черного пятна на полу, удивительно схоже повторявшего контур тела суккуба.

— Ты убила ее, — удивленно произнес наг.

Очень медленно истаяли путы на Даяне и Марегоне.

— Что ты в нее бросила? — хриплым обессиленным голосом спросил Даян.

— Свой телефон…

— Тот самый, которым ты махала перед моим носом и таскала повсюду в сумке? А если бы он взорвался раньше?

— Он не мог взорваться. Я не знаю, что произошло. Может, он с демоницей магнитными полями не сошлись… Что с Валамео? — Я с трудом стала подниматься на подрагивающие колени.

— Он мертв, — ответил Серп, обследовав раскинутое на полу тело ирвинга.

— А Ран? Мы можем его спасти? — Мой голос задрожал, я совсем не готова была терять своего эльфа.