Я застываю в шоке, смотрю на мужа и сына. Вижу, что Макс напряжен, он сцепил зубы и в этот момент так похож на своего отца! Кирилл усмехается, видимо прочитав мои мысли.

— Иди, иди, Анжелика.

— Нет. Я не хочу, чтобы ты говорил с Максом без меня.

— Меня не волнует, что ты хочешь. Я всё равно с ним поговорю, иди в машину!

— Не пойду!

— Я сказал!

— Как ты с мамой разговариваешь? Ты! Ты не мужчина, понял? — голос у сына срывается, вижу, что он вот-вот заплачет, и тем не менее он находит в себе силы защитить меня.

— Спасибо, сынок!

— Я не мужчина? Прекрасно. Если, по-вашему, я такое чудовище, то стесняться мне уже нечего.

Неожиданно Кирилл хватает Макса за локоть и тащит его, но не к той машине, место в которой указал мне, а к другой, к той, в которой ехали его “безопасники”. Я вскрикиваю и иду следом, пытаясь остановить мужа, но он только стряхивает мою руку.

— Что ты делаешь? Куда тащишь ребенка?

— Не твое дело

— Кирилл!

Набрасываюсь на него сзади, но это ему как слону дробина, к тому же ко мне мгновенно подлетает охранник, хватает сзади за локти совсем не деликатно.

— Пусти! Пусти меня!

— Ты трус! — кричит Макс на отца. — Трус! Нашел с кем воевать!

— Закрой рот, Максим.

Я дрожу, понимая, что сопротивление бесполезно. Боюсь сделать ребенку хуже. И потом, мне совсем не хотелось, чтобы он видел такие вот наши разборки.

Кирилл сказал, что я подвергла сына опасности, когда увезла из дома в неизвестном направлении, но я могу сказать, что большей опасности он подвергает его сейчас.

Эта дурацкая ссора на обочине, на довольно оживленной трассе, по которой едут десятки машин.

Наверное, нам всем стоит прекратить. Реально успокоиться и поговорить.

Но Кирилл явно не настроен на спокойные разговоры, да и какое тут может быть спокойствие.

Понимаю, что он взвинчен, заведен. Но виноват он сам!

Если бы он поступил честно!

Ему понравилась Кристина? Он захотел отношений на стороне? Пожалуйста. Но только сперва он мог бы честно признаться во всем мне. Да, я бы так же потребовала развод, но, по крайней мере, это было бы справедливо по отношению ко мне. Тогда бы он не залил дерьмом прекрасные и светлые годы нашего брака.

Не уничтожил бы мою веру в людей.

До машины, в которую Кирилл хочет посадить сына, остается пара метров, и тут Макс резко отталкивает его, видимо выждав момент, когда Кирилл потеряет бдительность, толкает, вырывается и… выбегает на трассу!

Господи! Почти под колеса!

А-а-а! Мамочки!

— Максим!!

Я ору в шоке, охрана бежит к нему, пытаясь остановить. Кирилл тоже спешит за сыном. Но наш Макс в свое время занимался бегом, потом футболом, ему не составляет труда отбежать сразу на пару десятков метров от всех.

Машины несутся, с визгом пролетают мимо.

Я закрываю рот кулаком, боюсь кричать, боюсь напугать сына, боюсь, что он отвлечется на меня и…

Нет, нет, господи, пожалуйста! Нет!

Вижу, как он машет рукой, делает знак, чтобы кто-то затормозил.

И кричит громко.

— Помогите! Остановитесь, кто нибудь! Тут человека похищают! Помогите!

Сын кричит, и я снова ору, но не для того, чтобы его поддержать. Ору от дикого, животного страха.

Мне кажется, машины проносятся в считаных сантиметрах от моего сына.

Сейчас случится непоправимое!

Нет! Господи. Не-ет!