И этого должно быть достаточно.

— Можно мне одолжить ее ненадолго? — раздался голос сзади, отвлекая ее от Берча.

Рева.

Ее бабушка была во всём черном — облегающее платье со шлейфом, тянущимся по полу, сапоги на каблуках и глубокое декольте, выставляющее напоказ верхнюю часть груди. Она выглядела порочно-безупречно, как темная чародейка. Если бы Норт надела такое, отец срубил бы голову любому, кто просто посмотрел бы в ее сторону.

— Любовь не всегда случается так, как нам хочется, верно? — пробормотала Рева, обнимая Норт за плечи. Конечно, кто-то уже наябедничал бабушке, и она была уверена, что это Телия.

— У тебя-то она случилась, — пробормотала Норт. Ей тут же стало стыдно за эти слова, ведь она знала историю о том, как долго Рева и Кроу были разлучены, прежде чем воссоединиться. Двадцать один год разлуки, и одиннадцать из них и Рева, и Кроу были сами не свои. Они не видели Телию до тех пор, пока мать Норт не узнала, кто она такая на самом деле, и не вызволила Реву и Озму из Темного места с помощью своей магии.

— Ты даже не представляешь, сколько мужчин я перебрала, прежде чем нашла Кроу. — Рева рассмеялась. — Ты молода, у тебя их будет еще полно. Наслаждайся удовольствием. Веселись. Живи.

— Легко говорить, когда Тин — не твой отец. — У нее было чувство, что Тину было бы непросто принять Бёрча, даже притом что он знал его много лет.

— Тин просто заботливый, только и всего.

Что-то опустилось на плечо Норт, и когти слегка царапнули ткань платья, заставив ее подпрыгнуть. Ее взгляд упал на черные перья и острый клюв.

— Дедушка! — Норт расплылась в улыбке.

Кроу издал низкое карканье, спрыгнул с ее плеча и в облаке дыма принял человеческий облик. Несколько обсидиановых перьев упали на каменный пол.

— Еще не успела влипнуть в неприятности? — Он усмехнулся, подняв маску с клювом на макушку. На переносице виднелся бледный шрам. В его волосы были вплетены перья, одет он был в темно-синюю тунику и темные штаны.

Прежде чем она успела съязвить в ответ, прямо за закрытыми дверями гулко и протяжно протрубил рог. В зале воцарилась тишина; все как один развернулись к дверям. Норт снова встала на цыпочки, чтобы хоть краем глаза увидеть Озму, Джека и малышку. Но чей-то затылок размером с дыню загораживал ей весь обзор.

— Хочешь, подсажу тебя на плечи, как раньше? — хохотнул Кроу.

Норт закатила глаза, но предложение едва не приняла.

Всё еще посмеиваясь, Кроу взял ее за локоть и оттянул в сторону, чтобы ей было лучше видно.

— Гляди сюда.

Она присмотрелась через просвет между седовласой пикси по имени Виспа и дриадой и увидела, как в зал входят двое гвардейцев в сине-изумрудной форме. За ними шла женщина с длинными светлыми волнами волос до талии и рыжеволосый веснушчатый мужчина. Озма и Джек. В руках у Джека был младенец, завернутый в нежно-голубое одеяло. На их головах красовались золотые короны с синими и зелеными камнями. Озма была облачена в изумрудное шелковое платье с сапфировым плащом, на ногах сияли серебряные туфельки, а крылья она пока скрыла. Один ее глаз закрывала повязка под цвет плаща. Джек лучезарно улыбался в своих высоких сапогах, кожаных штанах и шелковой тунике, а Озма приветствовала каждого фейри на своем пути. Они прошли по богато украшенному бархатному ковру к сияющим золотым тронам у дальней стены.

Народ Оз не знал, кто такая Озма, пока она не победила Волшебника и не вернула туфельки. Тогда мир узнал, что королева Лурлина и король Пастория были прокляты и забыли о том, что у них родился ребенок.

Гвардейцы вытянулись в струнку по бокам от тронов, когда Озма и Джек заняли свои места, сияя от счастья и глядя на своего ребенка.

Рева подтолкнула Норт вперед, зная, что та хочет увидеть малышку не меньше остальных, хотя сама Рева, благодаря близкой дружбе с Озмой, имела право подойти первой. Норт знала, что спорить бесполезно, и пошла вперед, пока не остановилась перед Озмой.

Сияющий голубой глаз королевы Оз оглядел ее, и на лице Озмы отразилось нечто вроде гордости.

— Ты вылитая мать и отец, — прощебетала Озма, подзывая ее ближе. Королева перевела взгляд на ребенка в руках Джека. — Бриэль ждала встречи с тобой.

— Привет, Джек, — сказала Норт, желая обнять его, но его руки были заняты. — Привет, Бриэль.

— У нас есть для тебя подарки, — усмехнулся Джек. — Забери их из нашей комнаты после праздника.

У Джека всегда были лучшие подарки: красивые перья для письма, книги о приключениях, семена диковинных цветов.

— Можно? — спросила Норт, протягивая руки, сгорая от желания подержать малышку.

Джек кивнул, подавая Бриэль вперед. Норт коснулась ладонью мягкой щечки ребенка, надеясь, что девочка унаследует силу, магию и нежность Озмы. И что она будет такой же щедрой и заботливой, как Джек.

Как раз в тот момент, когда она собиралась взять Бриэль, двери с грохотом распахнулись. Норт выпрямилась, оставив Бриэль Джеку, и обернулась, уставившись на вошедшего в зал мужчину. Его волосы были черными как обсидиан и гладкими, красные радужки глаз полыхали. Золотые гвоздики украшали его заостренные уши. Он шел к ним с таким видом, будто это его дворец, а сам он — король. Тяжелые подошвы сапог грохали по полу, а звон металла, украшавшего его кобальтовый камзол и рубиновую перевязь на поясе, эхом разносился по притихшему залу. Его рука висела слишком близко к золотой сабле на бедре.

Двое стражников Озмы бросились вперед. Мужчина крутанул кистью в воздухе, и серая дымка окутала их тела, превращая в камень.

— Еще кто-нибудь хочет стать частью интерьера?

— Всем стоять! — крикнула Озма.

Больше никто не рискнул, но остальные гвардейцы, включая Берча, замерли в ожидании следующего приказа королевы.

— Тик-Ток, — произнесла Озма неуверенным голосом, когда он остановился перед ними. — Верни их в прежнее состояние.

Тик-Ток. Норт мгновенно узнала имя — это был пират из прошлого Озмы и Джека, который помог им прорваться сквозь барьер вокруг дома Волшебника.

— Всему свое время. Сама знаешь, как это бывает. — Он подмигнул Джеку, застывшему от страха на троне. — Я пришел за девой, — он протянул руку, — и за своим кольцом. Уговор есть уговор.

Какой еще уговор?

— Ты не заберешь ребенка, — процедила Норт, сузив глаза. Она бросилась вперед и толкнула мужчину в твердую грудь. У нее не было магии, но она станет лучшей преградой между ним и младенцем, какую только сможет создать. На следующем вдохе он, вероятно, и ее превратит в камень.

Но Озма даже не смотрела на ребенка. Она смотрела на Норт.

— Прошу прощения, — проворковал Тик-Ток, с усмешкой оглядывая Норт с ног до головы. — Кажется, дорогая, я пришел за тобой.

Глава 5

Тик-Ток

В бальном зале воцарился хаос. Всё произошло в одно мгновение: стоило ему лишь заявить о праве забрать деву, которую Озма ему задолжала, как все буквально слетели с катушек. Остатки стражи рванули вперед, аристократы бросились врассыпную, а под сводами эхом разнеслось громкое карканье. Тик-Ток едва уклонился от разряда зеленой молнии, за которым последовал всплеск серой магии. Его заколдованная рука защищала от магических атак, что было весьма кстати в комнате, полной столь могущественных фейри, но это не делало попадание под обстрел приятным.

Впрочем, он не особо беспокоился — зачарованный протез был не единственным его козырем. Его собственная магия была ничуть не слабее.

Боковым зрением он уловил вспышку серебра и резко развернулся. Полностью уклониться от удара сереброволосого мужчины с топором было уже поздно, поэтому Тик-Ток просто щелкнул пальцами, выпуская силу и превращая всех оставшихся фейри в камень.

Всех, кроме Озмы, Джека, их ребенка и ее.

Правда, глядя на убийственное выражение лица юной девы, он мельком подумал, не совершил ли ошибку. Нет. Так даже веселее. Он посмотрит, как она ведет себя в стрессовой ситуации, прежде чем тащить ее к своей команде. Она ведь пленница, в конце концов.

Тик-Ток медленно убрал выбившиеся черные волосы за спину и выпрямился. Он оглядел топор с одобрительным кивком, обходя застывшего каменным изваянием мужчину. Было близко. С этим фейри стоило бы сразиться по-настоящему, не будь Тик-Ток занят куда более важным делом.

— Твой друг? — промурлыкал он, встретившись взглядом с широко раскрытыми глазами девушки. Когда их взоры пересеклись, он снова почувствовал тот странный внутренний позыв.

— Ее отец, — ответил Джек сквозь стиснутые зубы. — Тин.

Брови Тик-Тока поползли вверх. Тин был печально известен — наемный убийца, которому не было равных, пока Телия не разрушила его проклятие. И вот сейчас Тик-Ток собирался похитить его дочь. Разумно ли это? Вероятно, нет. Но Тик-Ток никогда не претендовал на звание самого мудрого из фейри. Ему нужна была девка. Точка.

— Он убьет тебя за это, — предупредила Озма. — И я не стану его останавливать.

— М-м-м. — Тик-Ток подошел ближе к тронам. — Он определенно захочет это сделать, но у нас был уговор. Так что, если он придет за мной из-за того, что я забрал ее, ему придется прийти и за тобой — за то, что ты ее отдала. Очень рекомендую сочинить любую сказку, чтобы держать его… в узде, пока я не закончу с ней. Если я закончу.

— Нет, — хором выдохнули Озма и Джек.

— Как знаете. — Его красные глаза снова скользнули к сереброволосой девушке. — Как тебя зовут, дорогуша?

— Не твое дело, — выплюнула она.

Несмотря на ее храбрость, невозможно было не заметить, как сильно дрожали ее руки. Тем не менее, она не пыталась ни напасть, ни защититься. Он не мог решить, разочаровывает его это или нет.

— Значит, буду звать тебя «Никак»? Коротко и ясно.

Она открыла рот, чтобы ответить, но Озма успела перехватить ее руку.

— Норт, — быстро сказала королева. — Ее зовут Норт, но это не та фейри, о которой мы договаривались.

— Не та? — Он оглядел Норт с ног до головы, снова чувствуя это притяжение. Серебристые волосы, которые казались мягче облака, глубокие карие глаза и близость к королеве — именно то, о чем говорила морская ведьма. И вовсе не ее розовые губы, изящная талия или нежная кожа заставили его член напрячься. Его зацепило то, как она, рискуя быть превращенной в камень, бросилась на него. Она была хрупким созданием, но его влечение не заставит его изменить планы. Он заберет ее, и она откроет портал. Ничего больше.

Хотя, возможно… Он не мог отказаться от хорошего соблазнения. Если он кажется ей хотя бы вполовину таким же привлекательным, каким видит ее он, то их близость может стать неизбежной.

— Пожалуйста, — произнесла Озма с ноткой отчаяния. — Она дочь Тина и Телии, внучка Кроу и Ревы. За ними стоят все четыре территории, так что, если я позволю тебе забрать ее, они поднимут всю Оз, чтобы вернуть ее. Наша сделка была заключена еще до ее рождения, и если бы я только знала…

Тик-Ток фыркнул. Если они хотят преследовать его со своими армиями — пусть попробуют. Им придется пересечь как минимум еще одну страну на пути из Оз, что вряд ли понравится местным правителям, а затем найти целый флот, чтобы догнать его. Удачи им, черт возьми.

— У Норт нет силы, — продолжала Озма. — Есть другие девушки, подходящие под твои требования.

— Она подходит идеально, — произнес он с притворным безразличием. Норт была той самой — он буквально чуял в ней магию, даже если они верили в ее отсутствие. Притяжение, которое он чувствовал к ней, было неоспоримым. Судьба связала их, он был в этом уверен. — Я не причиню ей вреда, если тебя это беспокоит. Я хоть и пират, но мужчина чести.

— Чести, как же, — Джек встал, прижимая младенца к груди. — Озма, мы не можем…

— У вас нет выбора. — Тик-Ток внезапно оказался прямо перед Озмой, кипя от ярости. — Мы заключили магическую сделку за еще не рожденную деву, чтобы вы могли победить Волшебника. Если вы ее нарушите, кто знает, что произойдет. — Его взгляд скользнул к Джеку и ребенку — молчаливая угроза. Последствия нарушения клятвы непредсказуемы, пока не станет слишком поздно, но они почти всегда хуже, чем соблюдение данного слова. Могут отвалиться части тела, близкие могут встретить безвременную кончину, или, конечно, смерть настигнет тебя самого. Болезни и проклятия, заставляющие молить о смерти, — обычное дело. — Теперь у вас есть младенец, о котором нужно думать. Отказ мне не стоит такого риска.

Озма ахнула, переводя взгляд на Джека и ребенка. Тик-Ток буквально видел, как она лихорадочно соображает, закусив нижнюю губу. Нерешительность и вина. Ее неспособность произнести слово «да», хотя это был единственный реальный вариант.

— Я пойду, — сказала Норт, и голос ее дрогнул.

У Тик-Тока перехватило дыхание. Он ведь не ослышался? Она согласна? Какого черта он тогда всё еще стоит здесь и спорит?

— Норт, нет. — Голос королевы был твердым и непреклонным. — Ты никуда не пойдешь.

Девушка выдавила слабую улыбку и сжала руку Озмы.

— Если что-то случится с тобой, Джеком или Бриэль, я никогда себе этого не прощу.

— Если что-то случится с тобой, я тоже себе этого не прощу.

Норт посмотрела на Тик-Тока так пронзительно, что он почувствовал это всем нутром. Какая смелая маленькая Полярная звезда. Она ему уже нравилась.

— Он сказал, что я буду в безопасности, — рассудила она, с неуверенностью оглядывая зал, полный каменных статуй. — Придется поверить ему на слово.

— Я сказал, что я не причиню тебе вреда. То же касается и команды, но насчет полной безопасности обещаний не даю. — Он подначивал ее, просто не мог удержаться. С усмешкой он добавил: — Это ведь пиратский корабль, в конце концов.

— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой, или нет? — прошипела она, затем снова повернулась к королеве, и ее взгляд смягчился. — Позволь мне сделать это для тебя, Озма. Я не злюсь на тебя — ты была мне как вторая мать. Сделка, которую ты заключила, спасла всю Оз от Волшебника, так что это не такая уж высокая цена. К тому же ты не могла знать, что речь идет обо мне. И я найду способ вернуться домой.