— Хорошо. — Норт крепче сжала топор, а Эхо направилась к люку, ведущему в трюм, где хранились ценности и алкоголь.

Она пожалела, что у нее нет еще одной бутылки спиртного, только на этот раз она бы не стала пить всё залпом. Тьфу. Она подавила желание пойти и попросить выпивку у Эхо. Возвращаться в свою каюту не хотелось, поэтому Норт прошла на корму и уселась на палубу за несколькими большими бочками.

Норт посмотрела на оружие в руке, вращая его так и эдак, и остановила взгляд на выгравированной звезде. Не просто красивый топор, а продуманный подарок. Когда Тик-Ток вручил его, в груди что-то встрепенулось. В этом жесте, в этом знаке было некое скрытое значение. Словно он начал видеть в ней не только средство для открытия портала, но и, возможно, друга. Даже когда Тик-Ток впервые назвал ее своей звездой, это не вызвало у нее раздражения, как всё остальное в нем. Наверное, потому, что ей никогда раньше не давали прозвищ, и она знала, что в мире смертных Полярная звезда указывает путь домой.

Со вздохом она отложила топор и расплела косу. Это было лучше, чем выбросить оружие в море при мысли о Тик-Токе и морской ведьме. О том, как он входит в нее, а она сжимает пальцами его спину в порыве блаженства.

Закрыв глаза, Норт прислушалась к волнам, надеясь, что их ритмичный плеск поможет пробудить магию. Волна за волной бились о корпус, и она позволила своим венам пульсировать в такт этой мелодии. Она попыталась сосредоточиться, выполняя ментальные упражнения, которым ее учил Тик-Ток. Вдох… выдох…

Она не знала, сколько прошло времени, когда мягкий женский голос прошептал ее имя: «Норт, иди сюда».

Ее веки дрогнули и открылись, но вокруг никого не было. Привиделось? Голос был таким тихим, словно принесенным ветром.

— Норт. — Снова ее имя, нежное, манящее бормотание.

Вскочив на ноги, Норт заглянула за поручень и встретилась взглядом с двумя темными сферами, мерцавшими на овальном лице. Длинные зеленые волосы плавали вокруг шеи и плеч, покрытых синей чешуей.

Норт не могла отвести глаз, да и не хотела. Эта женщина напоминала ей о ком-то… но она не могла вспомнить, о ком.

«Ты исполнишь для меня одно задание». Полные темно-синие губы существа не двигались, но Норт отчетливо слышала каждое слово в своей голове.

Магия коснулась ее языка, вытягивая ответ:

— Да.

«Я знаю, чего желает твое сердце. Ты ведь хочешь Тик-Тока, верно?»

— Да, — прошептала она.

«Так почему бы тебе не взять его? Покажи ему свое сокровенное желание».

Игривая ухмылка тронула губы женщины, и она нырнула под воду.

— Норт! — прогремел голос. Она обернулась и увидела Тик-Тока, яростно гребущего в ее сторону. — Прочь от нее!

— Тик-Ток? — спросила Норт, хмурясь. В голове пульсировала тупая боль, и она потерла виски.

Она подхватила топор и поспешила к середине корабля, пока Тик-Ток карабкался по веревочной лестнице. Он перемахнул через борт и подлетел к ней, обхватив ее лицо ладонями.

— Что она с тобой сделала? — потребовал он ответа, тяжело дыша.

— Кто? — Норт наморщила нос, не понимая причины его паники.

— Целина. Морская ведьма, — выпалил он, отпуская Норт и вглядываясь в бушующие волны. — Ты разговаривала с ней.

Норт нахмурилась. Что с ним такое?

— Я никого не видела.

— Черт. — Он ударил кулаком по перилам. — Она бывает коварной сукой, когда захочет.

Норт сглотнула и оглядела его растрепанный вид. Шнуровка на штанах ослаблена, туника надета задом наперед, камзол пропал.

— Полагаю, ты получил от нее то, что тебе было нужно?

Тик-Ток притянул ее к своей груди, снова впиваясь взглядом в ее глаза.

— Она не в духе, и говорить с ней бесполезно до утра. Завтра ты пойдешь со мной, чтобы она сняла то чертово заклятие, которое на тебя наложила.

Норт потерла голову, пытаясь вызвать воспоминание. Но ничего не выходило, а Тик-Ток, судя по исходящей от него ярости, говорил правду.

— Со мной всё в порядке.

— Это моя вина. Идем со мной. — Он схватил ее за руку и потащил в сторону своей каюты. Ее ногам было трудно поспевать за его широким шагом, но она справилась. Распахнув дверь, он завел ее внутрь.

— Почему ты так себя ведешь? — спросила Норт, кладя топор на пол и присаживаясь на край стола. — Даже если она пыталась наложить заклятие, я думаю, оно не сработало, потому что я чувствую себя нормально.

— В этом и проблема с ее чарами. Она редко их использует, но когда делает это — ты не заметишь. Целина может забрать твои воспоминания, и ты даже не поймешь, что их нет. Или она могла велеть тебе утопиться сегодня ночью.

Могло ли это быть правдой? И если бы она велела, смогла бы Норт устоять перед искушением?

— Может, она просто хотела, чтобы ты так думал, а на самом деле ничего не делала.

— Сделала. Я ее знаю. — Он заскрежетал зубами, меряя шагами комнату.

Она никогда не видела его таким выведенным из равновесия.

— Зачем ей вообще накладывать на меня заклятие? Я ее даже не видела.

Тик-Ток остановился и поднял голову, глядя на нее.

— Потому что я с ней не переспал.

Норт вскинула брови. Он не развлекся с ней… Почему?

— Она получает видения, когда испытывает оргазм, — продолжил Тик-Ток. — Мне нужно было пророчество, чтобы узнать, где именно откроется портал, или хотя бы как избежать встречи со старым врагом. По какой-то причине я не смог… — Он замолчал, не отводя взгляда от ее ошеломленного лица.

— Почему? — Язык словно стал тяжелым, когда она задала этот простой вопрос.

— Я… я не знаю, Норт. Черт возьми, я не знаю. С тех пор как ты…

— С тех пор как я что? — прошептала она.

Он опустился на стул перед столом и уставился в потолок, а затем снова посмотрел на нее.

— Я контролирую ситуацию, Норт. Я. А не ты.

— Ты говоришь загадками.

— Я трахаюсь. — Он ударил себя ладонью в грудь. — Я не делаю ничего больше ни с кем.

Взгляд Норт встретился с его алыми радужками, в которых за властным выражением читалось что-то более мягкое. Неодолимое влечение потянуло ее к нему — точь-в-точь как прошлой ночью. Тогда она не хотела признавать этого, но сейчас…

Соскользнув со стола, Норт сделала шаг к нему. Ей хотелось этого, но в то же время казалось, будто невидимая рука подталкивает ее вперед.

Тик-Ток не произнес ни слова, лишь приоткрыл губы, когда она развела ноги по обе стороны от его бедер, юбка задралась выше колен, и села на него верхом. Она наклонилась ближе, совсем близко.

— Почему это всё, что ты делаешь?

Его кадык дернулся. Он провел металлической рукой по ее волосам, переплетая пальцы с ее серебристыми локонами. Он притянул ее голову к себе, пока ее губы не оказались в опасной близости от его рта.

— Потому что единственный, кто владеет мной — это я сам.

И тогда она сократила расстояние, прижавшись своими губами к его губам, целуя его. Он не колебался, и их движения стали почти неистовыми. Ей это нравилось. Нравилось, как он целует ее. Норт мягко прикусила его нижнюю губу и почувствовала, как он напрягся под ней. И это ей тоже понравилось — то, как внизу живота заныло от желания большего. Она никогда не чувствовала мужчину так близко.

Одним резким движением Тик-Ток снял ее с себя, и на секунду ей показалось, что он хочет ее прогнать. Но вместо этого он усадил ее к себе на колени спиной к своей широкой груди, и аромат сандала окутал ее.

— Скажи мне, как тебе нравится, — прошептал он ей на ухо, откидывая волосы и открывая шею. — Скажи, что доставляет тебе самое большое удовольствие.

— Вот это, — выдохнула она, выгибая спину и прижимаясь бедрами к нему.

Его руки легли на ее бедра, разводя ноги шире, а затем пальцы скользнули вверх по обнаженной коже живота. Пальцы правой руки были прохладными, левой — теплыми, и оба касания одинаково дурманили. Он добрался до верхней пуговицы ее корсажа и привычными движениями расстегнул их одну за другой. Тик-Ток не стал снимать одежду; его ладони скользнули по телу вверх, легко минуя шрам, и накрыли ее грудь. Она идеально легла в его ладони, а его пальцы умело сжали соски. Дыхание Норт стало неровным, она выгнулась еще сильнее. Его губы коснулись ее шеи, целуя, язык дразнил кожу.

Она больше не могла сдерживать стон, и он сорвался с ее губ.

— Какая отзывчивая. — Тик-Ток снова провел этим великолепным языком по ее шее. — Что еще тебе нравится, моя звездочка?

Смелее. Еще смелее. Норт переплела свои пальцы с его и потянула их руки вниз — мимо груди, мимо пупка, а затем просунула их под задравшуюся юбку, между бедер. Она хотела его прикосновений, хотела узнать, каково это — чувствовать его теплые пальцы внутри.

Она отпустила его руку, позволяя ему действовать самому. И он это сделал.

— Ты такая влажная, — прохрипел он, когда его пальцы начали свой танец. — Для меня?

— Да. — Ее голос звучал более хрипло, чем когда-либо.

Она снова качнула бедрами, и он издал низкий рык.

— Продолжай, — потребовал он. Его ладонь двигалась по кругу, лаская ее клитор, в то время как один палец, а затем и второй скользнули внутрь.

То, что он делал, было так греховно и сладко, что она сгорала от каждого движения. Из него вырвался стон, когда она начала тереться о него сильнее, и ей показалось, что его возбуждение стало еще ощутимее. Норт откинулась на него, обхватив рукой его шею. Его опытные руки работали с ее грудью и лоном, а губы и язык творили магию за ее ухом.

Затем на нее накатило нечто всепоглощающее — о боги, это было великолепно. Словно море окружило ее: волны разбиваются, вода поднимается, и фиолетовая вспышка цвета пронзает всё тело. Норт ахнула, когда ее плоть содрогнулась от ослепительного наслаждения.

— Вот так, — промурлыкал Тик-Ток, ни на секунду не замедляя движений пальцев.

Фиолетовый цвет продолжал расцветать перед глазами, и даже когда дрожь в теле утихла, это сияние не исчезло.

— Еще раз, — потребовала Норт.

С одобряющим рыком Тик-Ток развернул ее лицом к себе, и его губы врезались в ее. Поцелуй стал отчаянным, неистовым; их языки сплетались, делая то, чего так жаждало ее тело. Он резко спустил штаны, задрал ее юбку до талии, чтобы она могла стянуть белье. И вот между ними не осталось преград. Его возбуждение ощущалось как бархат между ее складок.

— Медленнее, — сказала она, приподнимаясь, чтобы впустить его. — Я никогда раньше этого не делала.

Тик-Ток замер.

— Ты что? — Он уставился на нее так, будто ослышался.

Его ужаснувшееся выражение лица заставило ее захотеть сбежать, но та самая невидимая рука заставляла продолжать.

— Не волнуйся. Продолжай.

Тик-Ток снял Норт с колен так быстро, что она покачнулась. Он вскочил со стула и вцепился руками в волосы.

— Чертова сука. Я точно знаю, что она сделала.

— Что? — Норт склонила голову, больше не желая разговаривать. Она жаждала снова прижаться к нему.

Он отступил, когда она потянулась к нему.

— Она знала, что как только я пойму, что ты невинна, я вернусь к ней. Я не беру невинных женщин в свою постель.

Сердце Норт бешено колотилось. Она знала, что ей должно быть стыдно, но навязчивый импульс гнал ее вперед.

— Всё нормально. Мы можем продолжать.

— Ты говоришь это только из-за того, что она сделала. — Челюсть Тик-Тока сжалась. Он подошел к ней и начал застегивать ее корсаж холодными, точными движениями.

Она сглотнула, пытаясь прояснить сознание. Но после того, как она попробовала его на вкус, коснулась его, она чувствовала внутри только жгучее желание.

— Мы не будем ждать до утра, мы идем к Целине прямо сейчас. Живо. — Он схватил ее за руку и вытащил из комнаты.

— Что случилось? — крикнула Эхо, таща по палубе тяжелое ведро вместе с Даксом, который нес толстый канат.

— Целина заколдовала Норт, потому что я с ней не переспал, — выплюнул Тик-Ток. — Эхо, ты нужна мне. Ты ближе к ее сородичам.

— Дакс, ты мне тоже можешь понадобиться, — сказала Эхо.

— Для чего? — Он вскинул бровь.

— Сам увидишь.

Одежда казалась Норт слишком тесной, ей необходимо было вернуться в комнату с Тик-Током. Но она всё равно последовала за ним вниз по лестнице в лодку. Она собиралась сесть рядом с ним, но он развернул ее и усадил напротив. Дакс устроился рядом с Тик-Током, а теплая рука Эхо легла на плечо Норт.

— Как далеко вы зашли? — спросила Эхо, пока Тик-Ток яростно греб по спокойным волнам. — Вы двое…

— Нет. — Но желание становилось сильнее, оно сжимало ее изнутри — она до боли хотела почувствовать его в себе, даже здесь, в лодке, на глазах у Эхо и Дакса.

— Не смотри на него. — Эхо взяла Норт за подбородок и повернула ее голову так, чтобы их взгляды встретились. — Я не хочу петь для тебя, но если ты не сможешь себя контролировать, мне придется. — Она повернулась к Тик-Току: — А ты перестань рычать. Даже твой голос заставляет ее хотеть тебя еще сильнее.

— Сначала всё было не так, — сказал Тик-Ток. — Я не понимал…

Норт попыталась встать, чтобы подойти к Тик-Току, но Эхо удержала ее.

Нос сирены дернулся, она словно принюхивалась к воздуху.

— С каждой минутой запах твоего желания становится всё сильнее. Закрой глаза, — приказала Эхо. — Дыши глубже.

Норт опустила веки, ее грудь тяжело вздымалась, но в темноте она могла думать только о пальцах Тик-Тока, о его губах, о его теле. Эхо продолжала велеть ей дышать, и это каким-то образом удерживало ее от того, чтобы не броситься к нему через всю лодку.

— Целина! А ну иди сюда! — взревел Тик-Ток.

Норт открыла глаза и увидела обнаженную синюю женщину с чешуей на коже, стоящую у самой кромки воды. Длинные зеленые волосы, черные глаза — она была прекрасна. Буря ревности пронеслась сквозь Норт; она никогда не видела эту женщину раньше, но знала, что это морская ведьма.

— Я лишь давала тебе то, чего ты хотел, пират. — Целина зашла в воду, приближаясь к лодке. — И вот ты здесь, как я и знала.