ГЛАВА 21

Ли

Был момент — короткий, эгоистичный, пронзительный момент — когда я увидела маленький деревянный крест с выгравированным именем Кэм, и часть меня захотела лечь в землю рядом с ней.

Кайл крепко держал меня за талию, не давая упасть.

Всё, что он делал — хорошее, плохое и по-настоящему глупое — он делал ради меня.

Теперь я это понимала.

Но мысль о моей красивой, смелой лучшей подруге, лежащей холодной в земле, выжимала из меня воздух.

Это могла быть я.

Это должна была быть я.

Кэм не должна была умереть — должна была я.

Рэйчел всё спланировала идеально.

Она следила за домом, знала, что я буду одна.

Если бы её план сработал, в могиле была бы я.

Но Рэйчел не учла Кэм.

Кэм…

Дыхание застряло в горле, тело затряслось.

Я даже не пыталась вытирать слёзы — они заслуживали, чтобы их пролили. Кэм заслуживала моих слёз.

Она защищала меня всю жизнь — и теперь лежала в ящике, под шестью футами земли, потому что я не смогла защитить саму себя.

Я знала, что это не моя вина, и не вина Кайла.

Но это не уменьшало чувство вины и ответственности.

С того самого момента, как я проснулась и Кайл сказал, что Кэм мертва, единственная мысль, крутившаяся в голове, была: это должна была быть я.

Я была безмерно благодарна, что выжила.

Хоуп нуждалась во мне.

Но несправедливость и ярость из-за того, что у Кэм украли жизнь, проедали моё сердце, превращая его в чёрную дыру, наполненную только жаждой мести.

— Привет, Кэм, — всхлипнула я, делая шаг вперёд, потом опускаясь на колени.

— Принцесса, — позвал Кайл, быстро подойдя, но я подняла руку, предупреждая, чтобы он не приближался.

— Мне нужно сделать это.

Кайл кивнул и уважительно отступил, оставив мне немного уединения.

— Я всё ещё не могу поверить, что это случилось с тобой, — плакала я. — Это несправедливо. Ты такая молодая, такая красивая. Ты — моя лучшая подруга, Кэм. Что я теперь буду без тебя делать? Что будет делать Хоуп без своей тёти?

— Мы столько всего планировали, помнишь? Ты собиралась пойти с Хоуп выбирать её первый бюстгальтер. Помочь ей выбрать платье на выпускной. Посмеяться над реакцией Кайла, когда Хоуп пойдёт на первое свидание. А теперь всё это я должна буду делать одна.

Я вытерла глаза и нос.

— Почему ты это сделала, Кэм? — прошептала я.

Это был вопрос, на который я больше всего хотела знать ответ.

Почему она оценила мою жизнь выше своей, когда встала между мной и заряженным пистолетом?

Я задала вопрос, зная, что ответы похоронены вместе с моей лучшей подругой.

Я провела рукой по перевёрнутой земле её свежей могилы и достала из кармана маленький серебряный кулон-птичку.

— Помнишь, когда ты подарила мне это? — спросила я. — Мне тогда было двенадцать, и ты дала его мне в день, когда пришла сказать, что уезжаешь.

Шмыгнув носом, я покрутила кулон между пальцами.

— Я спросила тебя, почему именно птичка, а ты сказала… — я сделала паузу, стараясь перевести дыхание, — ты сказала, что всегда завидовала свободе птиц. И что, пока я держу этот кулон при себе, что бы ни случилось в жизни, никто не сможет подрезать мне крылья.

Дрожащими пальцами я положила нежный кулон под крест.

— Так вот, Кэм, сегодня я возвращаю тебе твои крылья. Лети, красавица. Лети и будь свободной.

Я медленно поднялась, приняла руку Кайла.

— Прощай, Кэмрин Фрей. Я буду любить тебя вечно.

— Стало легче? — спросил Кайл, когда мы ехали обратно в Университи-Хилл.

Я посмотрела на него.

На его лице появились новые морщинки, но глаза… глаза были живые, полные жизни — и это сжимало моё сердце.

— Думаю, да, — тихо сказала я. — Но я знаю кое-что, что точно поможет.

Кайл положил руку мне на колено, мягко сжал. — Назови это. Что угодно. Всё, чего ты хочешь — твоё.

Я накрыла его руку своей, наслаждаясь теплом его кожи.

Я глубоко вдохнула, прежде чем заговорить:

— Думаю, тебе стоит повторить тот вопрос.

Кайл резко повернул ко мне голову, глаза расширились.

Я почувствовала, как его рука задрожала, а кадык дёрнулся.

Замедлив машину до почти полной остановки, он съехал на обочину. Заглушив двигатель, расстегнул ремень и повернулся ко мне.

— Не думаю, что должен, принцесса, — тихо сказал он.

Его голос был хриплым, густым от эмоций. — Ты скорбишь, и я не хочу воспользоваться моментом, пока ты уязвима.

Он погладил мою щёку одной рукой, а другой сжал мою ладонь. — И, если честно, я не вынесу мысли, что ты согласишься по неверным причинам. Я люблю тебя, я никуда не уйду. Я подожду твоего ответа.

Расстегнув ремень, я подогнула ноги под себя и взяла его лицо в ладони.

— Ну а я не могу больше ждать, чтобы ответить, — сказала я искренне.

— Я люблю тебя, Кайл Картер… люблю с того самого момента, как ты протянул мне ту рюмку на своей кухне. Я была потеряна, одинока и растеряна. А ты был самоуверенным, развратным и до безумия заносчивым, но что-то в тебе отзывалось во мне, и я не могла держаться подальше.

Я улыбнулась и стерла с его лица слезу. — Ты заставлял меня смеяться, плакать, злиться до бешенства, но я не изменила бы ни секунды, проведённой с тобой.

— До тебя я не знала, что такое любовь мужчины — и уже не узнаю снова, потому что для меня ты — всё. Ты — это всё, Кайл.

— Я не прошу тебя задавать вопрос из-за чувства вины или горя. Я прошу повторить его, потому что не хочу прожить ни секунды своей жизни, не связав душу с твоей. Я цельная только рядом с тобой.

Я наклонилась и мягко поцеловала его, потом отстранилась. — Так что задай этот чёртов вопрос.

— Делия Роуз Беннетт.

Я сморщила нос при звуке полного имени, из-за чего Кайл усмехнулся.

— Прости, детка, но для такого дела нужно сказать всё правильно — это важно.

Я кивнула, улыбаясь сквозь слёзы, подталкивая его продолжить.

— Принцесса, я накосячил в жизни столько раз, что это стало моей второй натурой, — сказал он, гладя мою руку. — И если честно, раньше мне было всё равно. Я был один в мире — и мне это нравилось. Я спал с женщинами, обращался с ними как с игрушками, использовал их как временное отвлечение от пустой, одинокой жизни. Я не думал, что когда-нибудь изменюсь — и смерился с этим. Даже рад. Пока однажды ты не переступила порог моего дома и не заставила меня усомниться во всём.

Он покачал головой и притянул меня ближе.

— Ты изменила всё. Даже не осознавая, ты заставила меня увидеть, насколько извращённой и самовлюблённой была моя жизнь. И впервые я что-то почувствовал.

— Я заглянул в глаза человеку, полному чистоты, сострадания и добра, и почувствовал себя обнажённым. Я понял это в тот момент, когда наши взгляды встретились. Ты умеешь видеть мою душу, Ли, сквозь весь мусор и ложь. Я был зацеплен, не мог насытиться. Я хотел тебя с безумием, граничащим с отчаянием, — он улыбнулся и провёл рукой по моей щеке. — И каким-то чудом ты захотела меня тоже. Я знаю, что я накосячил слишком много раз, чтобы заслужить право задавать тебе этот вопрос. Но я задам его всё равно, потому что я эгоист и хочу завладеть твоим сердцем, телом и душой. Потому что, детка, ты владеешь моей.

Кайл покачал головой, улыбаясь, потом вышел из машины.

Обойдя к моей стороне, он открыл дверь и опустился на одно колено.

— Делия Роуз Беннетт, я хочу жизнь с тобой. Хочу просыпаться, держа тебя в объятиях, и засыпать рядом с тобой. Хочу, чтобы моя фамилия стояла за твоим именем. Хочу быть причиной, по которой сверкают твои серые глаза.

— Хочу целую жизнь споров и примирений с тобой. Хочу делить с тобой радость и утешать тебя в горе. Хочу сделать с тобой кучу детей и растить их вместе. Хочу все твои поцелуи и хочу быть тем, кто сотрёт твои слёзы.

— Всё просто, на самом деле. Я просто хочу тебя. Я обещаю, что буду любить тебя больше, чем кто-либо, сегодня и каждый следующий день. Ты, наша дочь и все будущие дети всегда будете для меня на первом месте. Ты всегда будешь первой. Так что, пожалуйста… пожалуйста, выйдешь за меня?

Я бросилась ему в объятия с таким напором, что он упал на землю.

— Я тоже хочу всё это, Кайл. Я хочу тебя. Да.

Мы сидели на обочине дороги, молча обнимая друг друга, пока наши тела не онемели и телефон Кайла не пискнул.

— Это Линда, — пробормотал он, глядя на сообщение. — Пишет, что Хоуп проснулась и очаровывает всех сотрудников.

Я улыбнулась и поднялась с его колен.

— Реальность зовёт, — пошутила я, садясь обратно в машину. Кайл сел за руль и завёл двигатель.

— Всё будет хорошо, детка. Ты не пожалеешь, обещаю, — сказал он, взяв мою руку и поцеловав её.

— Знаю, — ответила я. И действительно знала.

Впереди нас ждала долгая дорога. Ничего не будет гладко и идеально. Нас ждало ещё много боли, грусти и неизвестности.

Всё ещё предстояло пережить суд над Рэйчел за убийство, возвращение моей матери с того света, вмешательство отца Кайла и все наши сомнения и страхи.

Но впервые за долгое время у меня был план, карта моего будущего.

И все дороги вели к Кайлу Картеру.

КОНЕЦ

БЛАГОДАРНОСТЬ

Во-первых, я хочу огромно поблагодарить всех, кто рискнул и купил «Break My Fall», особенно тех замечательных читателей, которые писали мне с отзывами и тёплыми словами поддержки.

Когда я опубликовала «Break My Fall» в интернете, это было спонтанное решение, и я абсолютно ничего не ожидала. Я была поражена и ошеломлена успехом истории Кайла и Ли. Никогда в самых смелых мечтах я не думала, что она станет такой успешной (если бы думала, я бы хотя бы вычитала её). О, стыдно… до сих пор я морщусь.

Тем, кто был вовлечён в чтение первой книги: надеюсь, «Fall to Pieces» стоила ожидания — и вы получили хоть немного завершённости истории.

Моим подписчикам на Facebook: дамы (и джентльмены), вы невероятны. После выхода «Break My Fall» у меня несколько раз (да, несколько) появлялось желание сдаться и не доводить серию до конца. Но ваши добрые комментарии и любовь к истории поддерживали меня. Честно говоря, девочки, без вас я бы не справилась, так что спасибо за терпение и безграничную доброту.

Моим замечательным родителям, Джонни и Мишель: спасибо за поддержку и жизнь, которую вы мне подарили.

Моим друзьям и родственникам, которые поддержали меня, прочитав книгу, и ещё больше удивили меня, реально ей наслаждаясь: миллион благодарностей! Особенно Кэти и Вэл за продвижение книги на «старом добром» Facebook, и Карен, Тётя и Эйслинг за то, что выслушивали мои разглагольствования. Я очень это ценю.

Замечательным дамам из книжного клуба, куда меня пригласили выступить: я искренне благодарна за вашу поддержку, советы и положительные отзывы.

У меня много друзей, без которых я не могла бы жить, но особенно одна, чья поддержка и активная помощь во время написания «Fall to Pieces» были бесценны. Эта девушка спасла мне жизнь в процессе написания и, без сомнения, является лучшей няней и подругой в мире. Карен Кофлан, моя благодарность к тебе безмерна. Миллион спасибо, подруга.

И, наконец, но отнюдь не в последнюю очередь, моему мужу Джону и моим замечательным детям: спасибо за терпение. Мамочка скоро поставит батут. Простите за задержку.