НИКОГДА НЕ ВЕРИЛИ И НИКОГДА НЕ БУДУТ

Лиззи

29 мая 2000 года

— Кива? — прошептала я в темноте, зная, что, хоть она и была на противоположной стороне комнаты, всё равно могла меня слышать.

— Мы здесь умрём?

Долго не было ответа, а когда она наконец заговорила, её голос звучал иначе, не так, как раньше. — Нет, Лиз. — Слова были растянуты и невнятны. — Я не позволю этому случиться с тобой.

Я всхлипнула, обхватила колени руками и покачивалась взад-вперёд. — А ты?

Тишина.

Внутри меня поднялась паника.

— Я ненавижу твою комнату, — выдавила я, зарывшись лицом в колени. — Я больше не хочу здесь быть.

— Я тоже, — ответила она, голос дрожал. — Я хочу папу.

— Я — нет, — всхлипнула я, чувствуя, как тело дрожит от холода. — Я просто хочу Хью…

После её похорон гарды проводили формальное расследование, которое сразу же закрыли, как только судебно-медицинское заключение указало причину смерти моей сестры — самоубийство.

Все встали на его сторону.

Потому что история Марка сходилась, а моя — нет.

Потому что он был в своём уме, а меня называли больным ребёнком.

Потому что Джерард Гибсон не захотел мне помогать.

В жизни я не могла быть уверена во многом — мне всегда было трудно отличать сны от реальности — но в одном я была абсолютно уверена.

Не имело значения, что бы я ни говорила и ни делала по поводу той ночи.

Никто не встанет на мою сторону.

Никто не поверит мне.

Никогда не верили и никогда не поверят.

Так зачем тогда пытаться?

Зачем тогда заботиться? Зачем тогда дышать?