Джоуи

25 декабря 2004.

Потресенный до глубины души,я добрался домой на автопилоте, едва успевая

переставлять ноги, в то время как внутри меня бушевала внутренняя война.

Мое сердце требовало, чтобы я развернул свою задницу, вернулся к ней и умолял ее

простить меня за то, что, как знал мой мозг, я сделаю снова.

Потому что именно это бы произошло.

Я не мог выбраться из этого.

Я не мог вырваться нахуй.

И о том, чтобы взять ее с собой, не могло быть и речи.

Чувствуя себя хуже, чем когда-либо за очень долгое время, я проигнорировал

многочисленные группы детей и молодых семей, играющих на улицах со своими

новыми велосипедами и скутерами, когда я пересекал ее поместье и направлялся через

мост к своему.

Не делай этого.

Не уходи от нее.

Она – единственное хорошее, что у тебя.

Она единственная, кому не насрать на тебя.

Натянув капюшон, я проигнорировал все свои эгоистичные мысли, побуждения и

инстинкты, зная, что на этот раз мне нужно поставить ее на первое место.

И то, что я поставил ее на первое место, означало, что мне нужно было оставить между

нами пространство.

Сделай это для нее.

Дай ей шанс стать нормальной.

Не тащи ее за собой на дно.

Она слишком хороша для тебя.

– Все в порядке, Линчи?- Джейсон О'Дрисколл, он же Дрико, один из парней с моей

террасы, окликнул меня, когда я проходил мимо него. Я почувствовал знакомый запах

травки, исходящий от свертка, который он держал в руках. – Счастливого Рождества.

– Хорошо, Дрико, - ответил я, останавливаясь, чтобы поприветствовать парня, который

был на моем курсе в BCS, пока он не бросил учебу после нашего сертификата

младшего на третьем курсе. Мы также проходили вместе весь путь до уровня клуба

несовершеннолетних, пока жизнь не настигла его. – Как поживает твой маленький

парень? Санта приходил?

– Люк? Ах, он великолепен, - ответил он, прислонившись к стене полуразрушенного

дома своей мамы, в розовом халате с оборками. – Ему всего полтора года, поэтому он

понятия не имеет, что происходит.- Выдохнув облако дыма, он протянул Ролли, предлагая мне затянуться. – Куришь?

– Не, я в порядке- Я покачал головой и крепко сжал руки в переднем кармане

толстовки. – Как Сэм себя чувствует сейчас?- Вместо этого я предложил, когда мои

мысли обратились к другому из моих бывших одноклассников. – Ты сейчас живешь

здесь с ней? – Спросил я, указывая на дом совета, который, как я знал, ей дали вскоре

после того, как она родила от него ребенка.

– Я что, ебанутый, - он выдавил смех. – У меня есть своя жизнь, которой я должен

жить. Сэм занимается ребенком.

Я приподнял бровь. – Почти уверен, что у нее тоже был такой, парень, до того, как ты в

шестнадцать лет взвалил на нее своего сына.

– Ах, ты знаешь, что я имею в виду.- Дрико поспешил добавить, имея любезность

выглядеть смущенным. – Не пойми меня неправильно, она отличная мама. Люку

повезло, что она у него, потому что я чертовски уверен, что не знаю, что с ним делать, но девушка думает, что я принадлежу ей, потому что у нее от меня ребенок.

Опять же, я просто тупо уставился.

– Серьезно, это гребаный кошмар. Я не могу двигаться без нее, Джо. Она постоянно

дышит мне в затылок, черт возьми, - горько пробормотал он, бросая прищуренный

взгляд на входную дверь. – Я удивлен, что она позволила мне выйти на улицу покурить, не преследуя меня.

Я пожал плечами. – Может быть, если бы ты еще немного задержался, ей не пришлось

бы так много гоняться.

– Тебе легко говорить, - ответил он со смешком. – Когда у тебя будет эта небольшая

девушка из Розвуд Эстейт, ради которой нужно оставаться на месте. Тебе повезло, что

она была там в ночь твоего восемнадцатилетия, чтобы спрятать тебя после того, как ты

взорвался на той машине, - добавил он, продолжая давать мне дозу моего собственного

лекарства. – Стражи прочесывали террасу в поисках преступника.

Я не ответил ему.

Я не мог.

Потому что лицо Моллой мгновенно всплыло в моем сознании, и чувство вины, блядь, душило меня.

– Для чего я должен здесь торчать? – продолжал он разглагольствовать. – Дерьмовые

подгузники, просроченные счета, постоянное нытье и орущий ребенок?- Он покачал

головой. – Нет, парень, встань на мое место на неделю, и ты бы недолго сходил с этой

высокой лошади.- Затем входная дверь распахнулась внутрь, и Дрико издал

болезненный рык. – Понимаешь, что я имею в виду?

– Он хочет своего отца, - отрезала Сэм, с красным лицом и заплаканными глазами, стоя

в дверях с маленьким темноволосым младенцем, балансирующим у нее на бедре.

– Да, ну, его отец занят, - бросил Дрико через плечо. – Скажи ему, что его матери

придется сделать.

– Он и твой сын тоже, Джейсон. Это рождественское утро. Ты мог бы, по крайней мере, притвориться, что он тебе интересен, более чем на тридцать секунд,- выпалила Сэм, прежде чем ее взгляд остановился на мне. – О, привет, Джоуи.

– Сэм.- Склоняю голову в знак признания, заставляя себя взглянуть на открывшееся

передо мной зрелище.

Взгляни на нее хоть раз, придурок. Вот так ты понимаешь, что поступил правильно, прошипел мой мозг. Я почувствовал себя оправданным, когда встретился взглядом с

девушкой, рядом с которой я вырос, которая стала матерью раньше времени.

Я ничем не отличался от Дрико. Мы разделили подобное несчастье, родившись у

молодых матерей и отцов-мудаков. Мы были сделаны из одного теста, но я бы

чертовски постарался, чтобы у Моллой было другое будущее, отличное от того, которое открывается перед Самантой Макгиннесс. – Счастливого Рождества.

– Спасибо, и тебе того же, Джо, - ответила она, бросив на меня долгий одинокий

взгляд, прежде чем снова переключить свое внимание на своего парня. – Ну? Ты

заходишь внутрь или нет?

– Когда я буду готов.

– Джейсон.

– Продолжай ворчать, и ты будешь ужинать один с ребенком, - предупредил он, выпуская еще одно облако дыма. – Я делаю тебе одолжение, находясь здесь, Сэм. Я

говорил тебе, что зайду прошлой ночью, чтобы посмотреть, как ребенок открывает

свои подарки, но я не твой гребаный посыльный.

– Ты сделал больше, чем просто пришел в себя, - выплюнула она дрожащим голосом.–

Ты провел ночь.

– Ладно, я ухожу, - пробормотал я, удаляясь по тропинке, прежде чем меня затащили в

их дом.

Сегодня утром у меня не хватило ни духу, ни сил разбираться с чьей-либо еще драмой.

Моя голова была полна, а плечи сгибались под давлением моего собственного дерьма.

Я чувствовал, как вибрирует мой телефон в кармане, но не потянулся за ним.

Я не мог.

Потому что, если бы я взглянул на этот экран и увидел, как мигает ее имя, я знал, что у

меня не хватит сил отклонить ее звонок.

– Джоуи!- Олли стоял в дверях, когда я несколько минут спустя ступил в сад. – Пришел

Санта, Джо! Он был у нас дома в этом году! Он пришел!

– А он сделал это?-Я ответил, каким-то образом сумев вызвать энтузиазм, в котором он

нуждался от меня в тот момент. – Это потому, что ты правильно мыл уши.

– Ага!-Радостно кивнув, мой младший брат схватил меня за руку и потащил внутрь.–

Ты был прав, Джо. Ты сказал, что он придет, если я их хорошенько отскребу, и он

пришел!

– Доброе утро, - приветствовала меня мама в прихожей, одетая в тот же старый халат, который она всегда носила. То, которое Даррен подарил ей на Рождество перед

отъездом. Не имело значения, что с тех пор ей дали новую. Она продолжала цепляться

за прошлое и своего первенца, надевая поношенную одежду. – С днем рождения.

– О, блин, я забыл!- Олли взвизгнул, хлопнув себя по лбу. – С днем рождения, Джоуи.

– Твое здоровье, малыш, - ответил я, прежде чем спросить маму: – Где он?

– В кровати.

– Хорошо.- Подавив дрожь отвращения, когда мой взгляд упал на живот моей матери, я

сосредоточилась на вытянутых руках малыша на ее бедре. – Как поживает мой

малыш?– Спросил я, поднимая его на руки. – Санта приходил к моему Шони?

– О-о, - пробормотал Шон, прижимая свою заплеванную руку к моей щеке. – О-о-о.

Обойдя маму, я направился в гостиную, где под деревом сидел Тадхг, выглядевший

исключительно удрученным по сравнению с нашими младшими братьями.

– Ты не пришел домой, - обвинил он, не потрудившись оторвать взгляд от игрушечного

поезда, который он держал в руках.

– Я знаю.

– Где ты был?

– Выходил.

– Куда?

– Не твое дело.- Мои брови нахмурились. – У тебя есть поезд?

Тадхг натянуто кивнул. – Да,

– Но тебе почти двенадцать.

– Я знаю.

– Ты не играл с поездами с тех пор, как тебе было семь.

– Я знаю.

– Это, наверное, для Шона или Олли, - предположил я, опуская Шона и доставая

оберточную бумагу. – Ма – Санта, должно быть, написал на нем неправильное имя.

– Это не так, - тихо ответил Тадхг, протягивая мне подарочную бирку. – Это для меня.

Мальчик, 7-11 лет

На синей подарочной бирке было написано, и я почувствовал тошноту, внезапно точно

поняв, откуда взялось такое скудное количество подарков под елкой.

Обращение Баллилаггина к благотворительной рождественской игрушке.

Потому что в этом городе наша семья считалась благотворительной.

– Что ты получил?- Я заставил себя спросить Олли, изо всех сил стараясь сохранить

свой легкий тон.

– О, у меня есть эта супер крутая игра, - объяснил он, потянувшись за изданием для

путешествий Connect Four.

– Получил, - устало поправил Тадхг. – Получил, а не есть.

– Есть, - отозвался Олли. – И Шони получает этого светящегося червя.

– Есть?

– Ага, попал, - повторил Олли, ухмыляясь мне. – Хочешь поиграть, Джо?

Нет, я хочу умереть.

– Может быть, позже, - ответил я, – Но ты должен пойти проверить мою комнату.

Может быть, Санта что-то там оставил.

Три пары расширенных карих глаз уставились на меня. –Еще?

Я пожал плечами. – Ты никогда не знаешь.

– Ура,- Тадхг заулюлюкал, пробегая мимо меня к лестнице. “

– Давай, Шон, - взвизгнул Олли, таща ребенка семьи за собой по шаткой лестнице.–

Держу пари, Санта снова спрятал хорошие подарки в комнате Джоуи в этом году!

– Да!- Я слышал, как Тадхг подбадривал меня сверху. – Смертельно!

Покачав головой, я проигнорировал вибрацию в кармане и прошествовал на кухню, где

моя мама чистила картошку. – Ты не могла достать им ничего, что они хотели? –

Спросила я приглушенным тоном. – Даже не гребаный футбольный мяч?

– У меня не осталось денег после покупки продуктов, - ответила она, покраснев.

– Ты не могла бы выделить десятку?– Потребовал я, вскидывая руки вверх. – Тадхг был

выпотрошен там. Он больше не ребенок, мама. Он знает, откуда берутся эти подарки, и

это чертовски унизительно для него. Я знаю. Я был им. Я был ребенком, родители

друзей которого пожертвовали свое ненужное дерьмо. Это ужасно.

Мама шмыгнула носом. – Да, ну, я уверена, что бы ты ему ни купил, это спасет

положение.

В ее тоне была резкость, и это меня поддержало.

Я сузил глаза. – Ты злишься на меня, потому что я спас твою задницу? Опять?

– Нет, я не сержусь на тебя. Мне стыдно. Я и так чувствую себя плохо из-за этого, Джоуи, правда, - пробормотала она, опустив подбородок и неуклюже очищая

картошку.– Поэтому, пожалуйста, избавь меня от третьей степени.

– Ты не можешь позволить себе детей, которые у тебя уже есть, поэтому ты решила, что это идеальное время, чтобы добавить еще одного?- Я не мог удержаться, чтобы не

броситься на нее. – Что будет с этими, если ты не сможешь за ними присмотреть?

Потому что я больше не буду этого делать, ты меня слышишь? Я не буду нянчиться с

еще одним новорожденным.

Она вздрогнула, как будто я ее ударил. – Ты не можешь сказать ничего, что заставит

меня чувствовать себя хуже, чем я уже чувствую.

Прислонившись бедром к стойке, я уставился на нее и спросил: – А как насчет денег, которые я тебе дал? Разве ты не могла купить им что-нибудь?

Она не ответила.

– Мам?

Ничего.

– Куда ты потратила деньги, которые я тебе дал?

– Твой отец задолжал кое-какие деньги, - наконец призналась она, голосом чуть громче

прерывистого шепота. – Это не могло ждать.

– Господи Иисусе, это было двести евро!-Выдохнув, я в отчаянии провела рукой по

волосам. – Это было для тебя и детей, а не для его карточных долгов и тиков в баре! Ты

хоть представляешь, сколько времени мне потребовалось, чтобы накопить?- Я

уставился на нее. – Мама, для меня это была недельная зарплата. Мне больше не будут

платить до нового года – и тебе тоже.

– Я знаю, - прошептала она, шмыгая носом. – Мне жаль.

– А если тем временем отключится электричество? – Потребовал я, чувствуя панику.–

Или у нас закончится уголь для костра до того, как кто-то из нас получит следующую

зарплату? Что тогда?

– Джоуи.

– Как мы будем их разогревать, мама?- Я задыхался, сердце бешено колотилось в моей

груди. – Как мы собираемся держать их в тепле?

– Мне выплатят пособие на моих детей на следующей неделе, - выдавила она. – До тех

пор мы справимся.

– Деньги на содержание твоих детей?- Я уставился на нее с недоверием. – Ты зависишь

от дохода, который он всегда спускал на выпивку, чтобы прокормить нас?

– Твой отец больше не пьет, - поспешила оправдаться она. – На этот раз он клянется в

этом.

– Просто остановись.- Подняв руку, я повернулась и вышла из кухни, пока не потеряла

ее. – Я больше не слышу ни слова.

– Джоуи, подожди!

– Как долго мы собираемся продолжать так жить, мама?- Я бросил через плечо.–

Потому что я действительно бегу на пустом месте.

– О чем ты говоришь?

– Я говорю, что, возможно, этим детям было бы лучше под присмотром.

Направляясь к лестнице, я проигнорировал умоляющий тон моей матери, когда она

умоляла меня вернуться и поговорить с ней, и поспешил в свою комнату.

– Он не оставлял их под деревом. Глупый Билли спрятал наши подарки в твоем шкафу, Джо, - воскликнул Олли, сжимая в руках странную штуковину, которую он выпросил у

Санты, – ту, ради которой мы с Моллой часами стояли в очереди под проливным

дождем. – Видишь?- Он поднял жуткое кукольное существо на всеобщее обозрение.–

Санта – лучший.

– Следи за ним, - предупредил я. Этот ублюдок стоил мне половины недельной

зарплаты.

– Да.- Положив свою новую клюшку на мою кровать, Тадхг подошел к тому месту, где

я стояла в дверном проеме, и обнял меня за талию, крепко прижимая к себе. – Он

действительно лучший.

– О-о-о, О-о-о.- Потянув за штанину моих джинсов, Шон попытался привлечь мое

внимание. – О-и?- Наклонившись, он схватил свой Элмо и протянул его мне.

– Хорошая работа, - похвалил я, опускаясь до его уровня. – И видишь этого парня?- Я

протянул ему красного плюшевого мишку. – Он пользуется горшком точно так же, как

Шони.

– С днем рождения, Джо, - сказала Шэннон позади меня, и я обернулся как раз

вовремя, чтобы увидеть, как она достает домашний торт из-за спины. – Я знаю, что

тебе сегодня восемнадцать, - добавила она, покраснев. – Но я смогла найти только

четыре свечи.

– Загадай желание, Джо, - подбадривал Олли. – И не говори нам, что это, или это не

сбудется.

– Ты испекла мне торт?

Покраснев еще сильнее, моя младшая сестра кивнула.

Я приподнял бровь. – Съедобный торт?

– В это так трудно поверить?- она засмеялась. – Я готовила твой ужин годами, и я еще

не отравила тебя, не так ли?

– Пока нет.- Встав, я взъерошил ее волосы. – Спасибо, Шэн. Ты достала компакт-диск, который Санта оставил на твоей тумбочке?

– Да.- Она лучезарно улыбнулась мне. – Он был самым щедрым.

– Давай, Джо, - простонал Олли. – Загадай желание и задуй колокольчики. Я хочу

немного торта.

Тадхш вздохнул. – Это свечи, а не колокольчики.

– Это то, что я сказал.

– Нет, это не так.

– Да, это так.

– Иисус, не начинай уже это дерьмо.- Наклонившись, я быстро задул свечи, прежде чем

посмотреть на свою сестру и сказать: – Ты не должна была делать это для меня.

– Я бы сделала гораздо больше, если бы могла, - ответила она, наклоняясь, чтобы

полуобнять, в то время как она отбила несколько маленьких рук от торта. – Я люблю

тебя, Джо.

– О-о, - промурлыкал Шони, сжимая мою ногу. – О-о-о.

– Мы все, - неохотно согласился Тадхг. – Я люблю тебя, то есть.

– Ага, - добавил Олли. – Очень.

– Да.- Я выдохнул с болью и оглядела маленьких человечков, кружащих вокруг меня.–

И я вас.

Мне официально исполнилось восемнадцать лет.

Я мог бы выйти прямо через парадную дверь, и никто не смог бы меня остановить.

Я мог бы уйти.

Я мог бы быть свободным.

Но четыре маленьких личика, выжидающе смотревших на меня, были такими

беззащитными, так сильно зависящими от моей способности обеспечить и защитить

их, что в глубине души я знал, что никогда не покину этот дом, пока не смогу забрать

их с собой.

То ли любовь, то ли долг держали меня здесь в оковах, границы были слишком

размыты, чтобы различать, но в одном я был уверен: я никогда не стану для них тем, чем Даррен стал для меня.

Я бы никогда их не бросил.

Если бы я не мог сделать ничего другого, я бы избавил их от этой боли.

Глава 89.Последствия.