Ифа

5 марта 2004.

Когда я вернулась с работы в четверг вечером, я была в ужасном состоянии.

Помимо того, что мои бедные пальцы на ногах были уничтожены из-за шести часов, проведенных в туфлях на каблуках, которые заслуживали того, чтобы их бросили в

ближайший костер, я еще и промокла до костей.

Но все это меня бы не волновало, неохотно призналась я себе, если бы он просто

появился.

Джоуи обещал проводить меня домой после окончания моей смены, и я прождала его у

паба больше часа, пока холод не взял надо мной верх.

В итоге он так и не появился, и мне пришлось идти домой одной под проливным

дождем, что было бы не так уж плохо, если бы моя компания появилась.

С тех пор я отправила ему несколько текстовых сообщений, но так ничего и не

услышала в ответ.

Поскольку я имела дело с Джоуи, а не с Полом, я оказалась в неизведанных водах.

Когда Пол не отвечал на мои сообщения или звонки, я даже не задумывалась об этом.

Когда же не отвечал Джоуи, мне хотелось свернуться в клубок и качаться.

Как ни жалко, но я до смешного привязалась к мальчику, который отказывался

навешивать ярлыки на то, чем мы занимались.

Я не настаивала, потому что впервые в жизни боялась проиграть.

Я не чувствовала, что у меня есть преимущество в этих отношениях, а преимущество

заключалось в том, что он держал мое сердце в своих руках.

Если Джоуи уйдет, если он уйдет от меня, это будет больно.

Это искалечит меня, и это было тревожным осознанием.

Я отдала столько власти мальчику, который отказывался называть меня своей

девушкой.

Нет, вместо этого я была подругой, которая нравилась ему исключительно, но о

которой никто не должен был знать.

К черту мою жизнь.

Решив в кои-то веки открыть учебники, я успела сделать приличное количество

домашних заданий и просроченных заданий по школе, после чего отложила их в

сторону, чтобы почитать Натана Скотта.

По крайней мере, когда мне хотелось его увидеть, достаточно было включить

телевизор.

Свернувшись в клубок на своей кровати, с мини-пакетом батончиков «Кранчи» на

коленях, я в сотый раз пересматривала «Холм одного дерева».

Заснув чуть позже одиннадцати, я спала беспокойно, ворочаясь и ворочаясь почти всю

ночь, пока меня не разбудил звук стука около половины первого ночи.

Лежа совершенно неподвижно, я вслушивалась в темноту: стук в окно становился все

громче, потом на мгновение затихал и снова раздавался.

Разозлившись, потому что я знала только одного человека, способного забраться на

второй этаж двухэтажный дом, я сбросила с себя одеяло и подошел к окну. Распахнув

его настежь, я перегнулась через подоконник и уставилась на ублюдка, балансирующего на крыше нашего садового домика, словно он был Гудини.

– Что?

Как только он понял, что я встала и смотрю на него, он быстро отбросил от себя то, что, как я надеялась, было окурком, но в глубине души знала, что это не так.

– Моллой.- На его лице появилась медленная улыбка. – Мол-лой, мать твою.

– Ты…- Я сузила глаза, мгновенно заподозрив неладное. – О Боже, ты под кайфом.

– Не-а.

– Угу. -Я закатила глаза. – Что ты принял?

– Хм?

– Наркотики, Джоуи, - огрызнулась я, чувствуя, как дыхание сбивается в горле. – Я

знаю, что ты что-то принимаешь.

Он покачал головой. – Нет, не принимаю.

– Я знаю тебя с двенадцати лет, гений, думаю, я знаю, когда ты под кайфом, -

прошептала я. – Что ты принял?

– Красивые ножки.

Не сегодня, приятель.

– Ладно, если ты не собираешься быть со мной откровенным, можешь уходить.

– Я не хочу уходить, Моллой.

– Тогда чего ты хочешь?

– Чего я хочу?- Покачиваясь из стороны в сторону, он поднял руки вверх и пожал

плечами. – Да хрен его знает, Моллой.

– Да, но пока ты будешь продолжать не знать, чего хочешь, я пойду спать, - сказала я

категорично.

– Эй, эй, эй – куда это ты собралась?

– В постель, Джоуи.

– Почему?

– Почему?- Я посмотрела на него сверху вниз. – Потому что сейчас середина ночи, а

нормальные люди именно этим и занимаются по ночам.

– Ну да.- Он нахмурился. – Да.

– И потому что утром у нас школа, - огрызнулась я. – Ты же помнишь это место под

названием школа, не так ли?

– Очевидно. -Все еще покачиваясь, я наблюдала за тем, как он нахмурил брови и впал в

замешательство. – Я опять в конуре?

Абсолютно. – Ты мне скажи.

Он уставился на меня пустым взглядом.

– Забыл что-нибудь сегодня вечером?

Он снова уставился в пустоту.

– Спокойной ночи, Джоуи, - вздохнула я смиренно и уже собралась засунуть голову

обратно в дом, как вдруг этот сумасшедший ублюдок бросился на меня.

С разбегу прыгнув, он вскарабкался на крышу моего дома, как гребаная кошка, и не

остановился, пока не ухватился за выступ подоконника. – Почему я в конуре, Моллой?

– Ты хочешь умереть?- шипела я, широко раскрыв глаза, когда он свесился с крыши

моего дома. – Боже мой, иди сюда, ты, урод.- Схватив его за руки, я помогла втащить

его в окно. – Это было так чертовски глупо, - прорычала я, когда он растянулся на ковре

в моей спальне. – Никогда больше не делай этого, когда ты в таком состоянии.

Подняв в ответ большой палец, он остался лежать на спине на полу моей спальни.

– Я просто собираюсь… немного передохнуть здесь.

– Да, так и сделай, засранец, - проворчала я, забираясь обратно на кровать. – С этого

момента считай, что пол моей спальни – твоя личная конура.

– Хм, - хмыкнул Джоуи. – Если ты позволишь мне выйти из конуры, я позволю тебе

кончить мне на лицо.

– В твоем состоянии? Ха. Я не позволю тебе и пальцем меня тронуть, - огрызнулась я, натягивая одеяло до шеи. – А теперь закрой глаза и спи.

– Моллой?

– Шшш.

– Моллой?

– Я сплю.

– Моллой?

– Что?

– Я солгал.- Он тяжело выдохнул. – Я сегодня накурился.

– Да, Джо, я знаю, - выдавила я, зажмурив глаза, когда боль в груди раздвоилась и

растянулась до боли во всем теле.

Наступило долгое молчание, прежде чем он пробормотал. – Моллой?

– Что?

– Ты меня ненавидишь?

Нет, я люблю тебя. – Спи, Джоуи.

Не в силах сомкнуть глаз, я видела каждый час на часах, оставаясь неподвижной в

своей постели, и только негромкий храп мальчика на полу моей спальни составлял мне

компанию.

Мое сердце не переставало колотиться с тех пор, как он появился у моего окна.

Я была так зла на него за то, что он так поступил с собой, но мой гнев мерк по

сравнению с беспокойством.

Это было серьезно.

Он мог умереть.

Это всегда было возможно, когда ты играешь с огнем, как, я знаю, делал он.

Я не знала, что он принял сегодня ночью, и почти боялась это узнать.

Наконец, около 05:30 утра я почувствовала, что погружаюсь в тяжелый сон.

***

Проснувшись на следующее утро, я поняла, что каким-то образом умудрилась проспать

будильник на своем телефоне.

Когда я проснулась, было уже половина девятого, и я знала, что школа уже началась, поэтому просто осталась.

Чувствуя себя основательно истощенной, я так и осталась лежать под одеялом, бесцельно глядя на экран своего телефона, пока время шло.

В конце концов до моих ушей донесся звук прочищающегося горла, и я застонала.

– Мам, прежде чем ты начнешь, я заболела. У меня месячные, - быстро проговорила я, врав сквозь зубы и придумывая самое ужасное временное недомогание, которое только

может быть. – Я истекала кровью по ночам. Здесь просто кровавая баня. Честное слово, мама, в ванной нет ни одного гигиенического полотенца, которое бы справилось с

потоком.

– Да, это я, твоя мама давно ушла из дома.

Вскочив, я откинула одеяло и обнаружила, что Джоуи сидит на стуле у окна, надвинув

капюшон и засунув руки в передний карман толстовки – его обычная поза.

Я не смогла скрыть облегчения, которое вырвалось из моих легких в виде дрожащего

вздоха.

– Почему ты все еще здесь?- Я не могла скрыть ни гнева в своем голосе, ни обиды.– Я

дала тебе место, где ты можешь выспаться. Не нужно задерживаться.

Он не покраснел от моих слов.

Вместо этого он продолжал смотреть на меня. – Я должен был встретить тебя после

работы вчера вечером. Я должен был проводить тебя домой, но не пришел. Теперь я

вспомнил.

– Что ж, молодец.-Я жестом указала на окно и просияла. – Увидимся.

– Мне жаль.

– Тебе не жаль. – Я пристально посмотрела на него. – Ты никогда не просишь

прощения, потому что ты никогда не сожалеешь, помнишь?

Его зеленые глаза не мигая смотрели на меня. – Сегодня утром я сожалею.

– Ну, сегодня утром я слишком зла, чтобы принять это, - возразила я, сглатывая

нахлынувшие эмоции. – Когда ты не пришел вчера вечером и не ответил на звонок, я

подумала, что ты ранен или еще хуже.- Мой голос надломился, и я быстро успокоилась, прежде чем добавить. – Но ты не обиделся и не стал хуже. Просто у тебя было более

выгодное предложение.

Он проглотил яд в моих словах и даже не попытался отрицать это или спорить со мной.

Я не была уверена, стало ли мне от этого лучше или хуже.

Когда он не сделал ни одного движения, чтобы уйти, я покачала головой, чувствуя себя

в растерянности.

– Я знаю, что ты новичок в этом деле, - я помахала пальцем между нами, - как бы ты ни

называл то, что мы делаем, но сейчас ты либо дашь мне какое-то дерьмовое

объяснение, почему накуриться было важнее, чем отправить мне чертово сообщение, либо ты уйдешь.

Он не сдвинулся с места.

Он и рта не раскрыл, чтобы оправдать свои действия.

– Ты абсолютно права, Моллой. – Медленными, скованными движениями я наблюдала

за тем, как Джоуи медленно поднимается на ноги. – Мне пора, - только и ответил он, а

затем покачал головой. – Я пойду.

– Что?-Сбросив с себя одеяло, я вскочила с кровати и направилась к нему. – Я не

шутила, придурок! Я просто драматизировала. Ты никуда не пойдешь, пока мы не

поговорим о том, что произошло.

– Я действительно не в настроении говорить об этом.

– А у меня не было настроения, чтобы меня разбудила твоя большая накачанная

задница, прыгнувшая в мое окно, но вот мы здесь.- Положив руки на бедра, я с

вызовом посмотрела на него. – Ну?

– Ну, что? – резко ответил он, не поднимая головы. – Думаю, совершенно ясно, что я

облажался.

Повернувшись ко мне спиной, он двинулся к окну.

– О, черт возьми, нет.- Я быстро шагнула к окну и перекрыл ему путь к отступлению.–

Ты не можешь этого сделать, - предупредила я. – Ты не можешь уйти от меня без

объяснения причин прошлой ночи.

– Я накурился! – огрызнулся он. – Это то, что ты хочешь услышать? А? Я пошел

прошлой ночью и потерял свой гребаный разум на дне бутылки водки и хреновой

тонны таблеток.

– Почему?- задохнулась я, чувствуя, как его слова пронзают меня насквозь, словно

пули.

– Почему?-шипел он. – Почему? Потому что я так хочу, Моллой! – огрызнулся он. –

Вот почему.

– Джоуи…

– Я знаю, что все испортил, ясно? Я знаю, что подвел тебя, - проворчал он. – Но это я, ясно?-Сбросив капюшон, он грубо провел обеими руками по светлым волосам и

зашипел. – Я тот, кто я есть, Моллой, и такой, какой я есть, тебе не подходит!

И тогда я увидела это.

Окровавленная глазница.

Разорванную губу.

Багровый отек по всей левой стороне щеки.

Его красивое лицо было полностью изуродовано.

– Господи…- Внезапно ощутив нехватку кислорода, я резко вдохнула и придушенно

спросила. – Что случилось с твоим лицом?

– Не проси меня говорить об этом, - предупредил Джоуи, подняв руку и медленно

отступая от меня. Он ни разу не отвел своих пронзительных зеленых глаз от моих, пока

двигался, освобождая пространство между нашими телами – и сердцами. Сейчас он

был напряжен и заметно дрожал от безудержной ярости. – Не тогда, когда ты уже

знаешь.

– Джоуи, не уходи, ладно?- поспешила сказать я, перехватывая его и не давая ему на

этот раз уйти через дверь моей спальни. – Просто останься, хорошо? Просто останься и

поговори со мной.

– Я не могу с тобой разговаривать, - прошипел он, напрягаясь, когда я схватила его за

предплечье. – В этом-то все и дело. Я не могу, блядь, говорить об этом, ясно? От меня

зависит слишком много людей. Я не могу говорить.-Он выдохнул с трудом. – Я не хочу

причинять тебе боль своим дерьмом, но я знаю, что так и будет.

Я покачала головой. – Джо…

– Ты должна хотеть, чтобы я ушел, Моллой, - возразил он. – Ты не должна блокировать

дверь, детка, ты должна держать ее, черт возьми, открытой.

– Я не собираюсь этого делать, - предупредила я, голос был густым от эмоций. – Этого

никогда не случится, так что выкинь эту чушь из головы.

– Я в полном беспорядке, если ты не заметила.

– Да, я заметила, - ответила я, обхватывая пальцами его запястье и притягивая его к

себе. – Ты видишь, как я бегу?

– Нет, и спасибо тебе за это, потому что, вопреки тому, как я иногда себя веду, я не

хочу, чтобы ты бежала, - хрипло признался он, надув грудь. – Я хочу быть с тобой,

Моллой. Хочу. Я хочу быть для тебя во всем правильным. Но у меня есть стены, пределы и границы, и я смогу быть с тобой, быть ближе к тебе, только если ты

останешься, мать твою, за ними!

Я открыла рот, чтобы ответить, но он успел раньше меня.

– Будут времена, когда я буду выглядеть вот так, и я не смогу дать тебе объяснения. Я

не могу дать тебе слова, Моллой, потому что эти слова будут стоить другим людям

слишком дорого.-Выдохнув, он беспомощно пожал плечами, уперев руки в бока. – Так

что тебе нужно решить, сможешь ли ты с этим жить. Потому что это моя жизнь. Это я, и я не могу измениться.

Я впитывала его слова, слышала его мольбы, чувствовала его раскаяние и тонула в его

боли. – Я готова сделать это для тебя, если ты готов сделать что-то для меня взамен.

Он настороженно посмотрел на меня.

Он вел себя так, будто его ничего не беспокоит, хотя на самом деле его заживо съедали

боль и неуверенность в себе.

– Наркотики, Джоуи.-Сердце бешено колотилось, я поднялась и прижала руку к его

груди. – Ты сказал мне однажды, что больше не причинишь мне боли, но видеть тебя в

полной отключке прошлой ночью было больно.

– Я не святой, Моллой, - хрипло ответил он. – Ты всегда знала, кто я такой. Я никогда

не пытался скрыть это от тебя. Я никогда не…

– Я не прошу тебя быть святым, Джоуи, - поспешила сказать я. – Ты прав, я знаю, кто

ты, и я с тобой, ясно? Я полностью с тобой. Все, что я прошу взамен, - это чтобы ты

старался оставаться чистым.

– Постарайся.

– Да, постарайся.-Я медленно кивнула. – Просто постарайся, Джо. Ради меня. Это все, о чем я прошу.

Он молчал так долго, что я подумала, что он не собирается мне отвечать. Но потом он

испустил вздох и притянул меня к себе. – Хорошо, Моллой, - прошептал он, заключая

меня в свои объятия. – Я постараюсь.

Глава 48.Найти тебя в темноте.