Джоуи

31 декабря 2003.

Моя жизнь была чередой одной катастрофы за другой.

Первое из которых случилось в тот день, когда я родился.

Да, это было гребаной ошибкой само по себе.

Я сказал это не потому, что был склонен к самоубийству, искал жалости или был в

депрессии. Я сказал это, потому что это была чистосердечная правда. Я родился в

семье, которая никогда не хотела меня.

Слабой матери и злому ублюдку отцу.

Я был запасным сыном, дублером, вторым после любимого первенца моей матери, и с

первого дня это было дерьмовое шоу, крушение поезда.

За мной последовало еще больше детей, неспособность моего отца надеть презерватив

на свой член была основной причиной перенаселения нашей семьи – ну, это, наряду с

его неспособностью услышать слово нет.

Когда я рос в такой семье, как наша, мне было трудно правильно работать. Я не имел в

виду удержать работу, у меня была одна из них с детства. Я имел в виду, что у меня не

все в порядке с головой, по крайней мере, не так, как у других людей моего возраста.

Со мной было много чего не так.

Вещи, которые я был слишком напуган, чтобы тратить время на попытки разобраться.

По правде говоря, мой мозг был страшным местом, и я не хотел, чтобы кто-то был

рядом со мной большую часть времени.

Насколько это было хреново?

Нынешнее плачевное состояние моей жизни было прямым результатом неправильного

выбора.

Выбор, который я сделал.

Выбор, который был сделан за меня людьми, которые должны были любить меня, но

либо не имели возможности любить меня, либо просто не любили.

Я знал, что я далеко не святой, и я не винил в своих проступках никого, кроме вашего

покорного слуги. Но, черт возьми, все могло бы быть по-другому, если бы мне дали

другой старт в жизни – такой старт, какой был дан, например, тому придурку, стоящему передо мной.

Да, имея стабильную семью, хороший дом и несколько фунтов, отложенных в банке, Пол Райс получил хороший старт в жизни.

Лучше, чем я.

Должно быть, приятно иметь возможность спать по ночам без страха, что тебя вытащат

из-под одеяла и изобьют до полусмерти.

Должно быть, приятно не отвлекаться на крики твоих полуголодных братьев и сестер

или низкие вопли твоей избитой и покрытой синяками, не говоря уже о жестоко

изнасилованной матери.

Черт.

– Детка, прекрати пить водку сегодня вечером, хорошо? – сказал он Моллой, когда они

забрели в переполненную кухню Даниэль Лонг, свободную от родителей, в канун

Нового года, когда ее домашняя вечеринка была в самом разгаре.

Они провели большую часть вечеринки в гостиной. Я знал это, потому что я пришел

сюда, чтобы уйти от них.

Я был полон решимости хорошо начать этот год – новый год, новый я и все такое

дерьмо, – но если бы мне пришлось смотреть, как этот придурок еще секунду

домогается языком лица Моллой, я бы проиграл, даже не начав.

– …Мне не все равно.

– …Видишь? Это все, что я хотела услышать…

Моргнув, чтобы отогнать воспоминание, прежде чем оно овладеет мной и повергнет в

депрессию, я сосредоточился на члене передо мной, когда он говорил с ней, как с

маленьким ребенком.Серьезно, я проявил больше уважения к Шону, и я вытер его

задницу в daily.

“Ты знаешь, какой ты становишься агрессивной после выпивки”, - продолжал унижать

ее Риси, говоря. Ведя себя так, словно воздух вокруг него принадлежал ему, он открыл

холодильник и достал, должно быть, седьмую банку светлого пива, оставив свою

девушку с пустыми руками. “И я не выношу, когда ты становишься неаккуратным”.

Прислонившись к задней двери, я наблюдал, как щеки Моллой вспыхнули ярко-розовым, но вместо того, чтобы высказать ему свое мнение, как она обычно делала, она

просто отмахнулась.

Она просто отпустила это.

Она позволила ему говорить с ней, как будто он был ее хранителем.

Мне это не понравилось.

К черту все, я больше не хотел ввязываться в ее драму. В прошлый раз, когда я пытался

защитить ее, я так сильно потерял голову, что чуть не убил ее брата.

Ты тоже говорил с ней как с дерьмом, мудак, напомнил мне мой разум, и я вздрогнул от

ужасного гребаного беспорядка, который я устроил с ней перед Рождеством.

Моя неспособность составить грамотное гребаное предложение, чтобы объяснить

Моллой, как сильно я ошибался в ней, привела к тому, что я извергал яд и заставлял ее

плакать.

Оторвав от нее взгляд, я глубоко затянулся косяком и дольше всех задержал его в

легких, наслаждаясь жжением, головокружением, мгновенным облегчением, которое

это дало мне.

Однако этого было недостаточно.

Этого никогда не было.

Маленький пакетик бензина в заднем кармане моих джинсов был тому

доказательством. Смешанный с водкой и викодином, и я кое-чего добился.

Я мог бы забыть ее голос на некоторое время.

Я мог бы все забыть

Глядя в темноту за задней дверью, я обнаружил, что мои мысли возвращаются к

предыдущему разговору, который у меня был с моей матерью.

– Как они могли быть такими жестокими? – Потребовала мама, обхватив голову

руками и уставившись на порванный, покрытый коркой крови джемпер Шэннон, разбросанный по кухонному столу. – Я просто не понимаю этого, Джоуи.

– Я тоже, - согласился я, чувствуя себя в полной, блядь, растерянности, не зная, что

сделать для моей сестры.

У нас были рождественские каникулы в школе, и каким-то образом школьным

хулиганам удалось проследить за ней домой с прогулки.

Результатом были разбитый нос и порванный джемпер.

С тех пор, как она перешла на второй курс, издевательства возросли до эпических

масштабов. Я пытался разобраться с этим, я, блядь, пытался пресечь это в

зародыше, но это было похоже на то, что я боролся против течения. Чем больше

очков я набирал, тем быстрее они, казалось, продолжали подниматься против меня.

Это было чертовски утомительно, и я бежал на пустом месте.

– Я думала, ты сказал, что будешь присматривать за ней в этом году, - всхлипнула

мама, и я не могла не заметить обвинения в ее тоне. – Она так уважает тебя, Джоуи.

– Нет, нет, нет, даже не думай взвешивать это на меня, - предупредил я, подняв руку.

– Я не делал этого с ней. И я тоже присматривал за ней в прошлом году, мама. Я

сделал все, что мог для неё.

– Я знаю, что ты сделал, - выдавила мама. – Но разве ты не мог сделать что-нибудь, чтобы остановить это сегодня?

– Например, что?– Потребовал я, вскидывая руки вверх. – Я не могу смотреть на нее

двадцать четыре семь, мама. У меня занятия, и тренировки, и работа, и…

– Что-то, - воскликнула мама. – Что угодно.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал, мама? Ходить и выбивать дерьмо из этих

хулиганов? Потому что я не могу, мама. Они девочки. Я, блядь, не в себе от этого так

же, как и она.- Проведя рукой по волосам, я резко выдохнул. – Я не могу продолжать

сражаться во всех битвах Шэннон за нее, и я также не могу продолжать сражаться

во всех твоих.

– В последнее время еще какие-нибудь машины угоняли?- Знакомый голос Моллой

проник в мои мысли, возвращая меня в настоящее, и, черт возьми, если мое сердце не

перевернулось в груди, когда она бочком подошла ко мне и толкнула мою руку

плечом.– Хорошая толстовка.

– Нет, только одна, - парировал я, возвращая ее подкат. – И красивые ноги.

– Сегодня я надела джинсы.

– Не в моей головеэ

– Забавно.- Она улыбнулась мне, и я не смог удержаться от того, чтобы повторить ее

действия. – Итак, что мы курим сегодня вечером?

Ее неодобрение было вопиющим. – Как твой ореол, Моллой?

– В лучшей форме, чем у тебя, судя по запаху.- Стоя в дверном проеме рядом со мной, я

наблюдал, как она наклонилась ближе и вдохнула мой дым. – Мм-мм-мм, - сказала она

тоном, пропитанным сарказмом. – Пахнет развратом.

Я выгнул бровь. – Ты сводишь меня с ума, Моллой.

– Я?- Она лучезарно улыбнулась мне. – Это лучшая новость, которую я получила за

всю эту дерьмовую ночь.

– Не в праздничном настроении?

– Я бы предпочла быть где угодно, только не здесь сегодня вечером, Джо, и это не

преувеличение, - сказала она мне со вздохом. – Включая ту морозильную камеру, которую вы, ребята, называете гаражом. Даже когда волосатая задница моего отца

смотрит мне в лицо.-Она разочарованно вздохнула. – Я имею в виду, у него около

десяти поясов. Можно подумать, что он будет носить такой.

На моем лице появилась неохотная улыбка. – Может быть, тебе стоит выпить; учитывая, что сегодня канун Нового года и все такое.- Потянувшись за бутылкой водки, которую я спрятал за микроволновой печью; Я помахал ею перед ней. – Кроме того, я

слышал, что это полезно для нервов.

– Я уже выпила три пива, - ответила она в качестве объяснения, хлопнув бутылкой.

– И?

– И Пол всегда ведет себя дерьмово со мной, если я слишком много выпиваю?

– И?

– И…-Она бросила взгляд на кухонную дверь позади нее, а затем покачала головой. –И

к черту его.

Это моя девочка. – Это дух.

Повернувшись ко мне с улыбкой, она спросила: – У тебя есть кока-кола?

Я приподнял бровь.

Ее глаза расширились. – Я имела в виду выпивку, мудак.

Я подмигнул ей в ответ. – Возьми стакан.

***

– Нет, нет, нет,- Моллой смеялась пару часов спустя, когда она расплескивала свой

напиток в руке и, пошатываясь, подошла ко мне. – Ты никак не сможешь продолжать в

том же духе.

– Я могу хоть всю ночь, Моллой, - выпалил я в ответ, чувствуя себя намного более

расслабленным теперь, когда в моем организме было полбутылки водки.

Мы были за домом Даниэль, уже больше часа, играя в эту гребаную игру, которую

Моллой называл игрой в одно слово.То, что началось с того, что мы шутили, по

очереди добавляя одно слово, чтобы составить предложение, превратилось в хреновую

историю.

Я никогда раньше не играл, но по мере того, как водка продолжала прибывать, история

становилась все более изобретательной.

Сцепив пальцы на моей толстовке, она притянула меня ближе и улыбнулась мне в

лицо.– Дай мне эту бутылку.

– Я не знаю, Моллой, - насмехался я, откручивая крышку и отпивая прямо из бутылки.–

Еще немного разврата , и твои крылья не доставят тебя на небеса.

– Тогда мне просто придется остаться с тобой в аду, не так ли? – поддразнила она в

ответ, забирая бутылку у меня из рук и делая огромный глоток.

Она не была агрессивной пьяницей.

Она была чертовски веселой.

Очевидно, что девушка не составила подходящую компанию на ночной прогулке.

– Ты мой лучший друг, - выпалила она с левого поля. – Но не говори Кейси, потому что

она выцарапает тебе глаза за этот титул.

– Для меня большая честь.

– Еще как.

– Ну, ты тоже моя, - согласился я со смешком. – Но не говори Поджу, потому что … да, ему будет насрать.

– Значит, мы лучшие?- спросила она, подняв мизинец вверх.

– К черту.- Я пожал плечами и обхватил ее своими. – Почему нет?

– Ура. Хорошо, хорошо,- засмеялась она, опускаясь на край батута с бутылкой в руке.–

На чем мы остановились?

– Он залезал ей между ног, - напомнил я ей, опускаясь рядом с ней.

– О да, - она завизжала от восторга и плюхнулась на спину, отчего батут закачался под

нами.

– И на этот раз не балуйся с этим, - предупредил я, забирая бутылку у нее из рук, чтобы

сделать глоток. – Когда дело дойдет до хорошего, не подавись.

– Я не подавилась, - хихикнула она, приподнимаясь на локтях. – Ладно, значит, он

залезал ей между ног…-Нахмурившись, она на мгновение задумалась, прежде чем

добавить: – Когда.

Я закатил глаза. – Все.

Ее глаза расширились. – Внезапно.

– Он.

– Остановился.

Она ухмыльнулась. – Для.

Я выгну бровь. – Снятия.

– Ее.

– Стрингов.

– Вниз.

– По.

– Ноге.

– Полная остановка, - хихикнула она. – Тогда.

– Его.

Ее щеки вспыхнули ярко-розовым, когда она добавила: – Рот.

– Был.

– Там.

– Там?- Я выгнул бровь. – Какого хрена, Моллой? Где там?

– Хорошо, хорошо, - уступила она, хихикая. – Его рот был на.

– Ее.- Ухмыляясь, я жестом показал ей идти прямо вперед и занять ее очередь.

– Нет, я не могу, я не могу, - выдавила она сквозь приступы смеха, когда плюхнулась

обратно на батут. – Перестаньте пытаться заставить меня.

– Да, ты можешь, - засмеялся я. – Скажи это.

– Я не могу.

– Скажи это!

– Киска! – закричала она во всю силу своих легких. – Его рот был на ее киске! Вот я и

сказала это.- Подавив очередной приступ смеха, она выдавила: – Я собираюсь

описаться.

– Спрыгивай, если это так, - засмеялся я, поворачиваясь боком, чтобы посмотреть, как

она катается по коврику, схватившись за бок. – Если ты помочишься на этот батут

вместе со мной, мне придется аннулировать твой статус дружбы, Моллой, и найти кого-нибудь другого, с кем можно поиграть в игру в одно слово.

– Ты бы не посмел.- Повернувшись на четвереньках, она подползла ко мне и

удовлетворенно вздохнула. – Я незаменима.

Такой она была.

– Джоуи?- Знакомый голос позвал от задней двери. – Ты зайдешь внутрь? – Спросила

Даниэль, остановившись в дверном проеме. – Я надеялась, что мы могли бы

потанцевать.

– Я не танцую.

– Ох. Я действительно надеялся, что мы сможем.

– Как я уже сказал, я не танцую.

– Ну, заходи скорее внутрь, да? Я хочу встретить новый год с тобой.

– Да, отлично, Дэн, я скоро буду внутри.

Хихикая, когда дверь за Даниэль закрылась, Моллой толкнула меня локтем. – Звучит

так, будто она хочет сделать больше, чем просто провести новый год с тобой.

Ухмыляясь, я покачал головой и посмотрел на нее. – Это правда?

– Ага.- Разразившись очередным приступом хихиканья, она добавила: – Звучит так, будто она хочет, чтобы твой рот был на ее киске.

Мои брови взлетели вверх. – Смелые слова от девушки, которая две минуты назад была

слишком застенчива, чтобы произнести слово «киска»?

– Киска, киска, мяу-мяу, - парировала она фальшивым мурлыканьем. – Как тебе это для

слишком застенчивых?

– Я беру свои слова обратно, - сухо ответил я. – Ты дикая.

– А ты полная противоположность киске, - предложила она с ободряющей улыбкой.

– Ну и дела, спасибо.

– Нет, пожалуйста.- Улыбаясь, она потянулась, чтобы погладить меня по щеке. – Сними

это, - приказала она затем, снимая с меня капюшон. – Я хочу видеть твое красивое

лицо.

– Красивое, - фыркнул я. – Господи, продолжай в том же духе, Моллой. Ты сотворишь

чудеса для моего эго.

– Тем не менее, ты такой, - вздохнула она, убирая руку с моей щеки, чтобы обхватить

мою шею сзади. – Если бы у меня была пачка Rolos прямо сейчас, я бы отдала тебе

свою последнюю.

– Да?- Я улыбнулся, потакая ей. – Ну, если бы у меня была пачка Rolos прямо сейчас, Моллой, я бы отдал их все тебе.

– Ты бы сделал это?- Ее глаза расширились, как блюдца, когда она посмотрела на меня

так, будто я только что предложил ей луну на веревочке. – Это самая приятная вещь, которую кто-либо когда-либо дарил мне.

Я покачал головой и рассмеялся. – Ты такая легкомысленная.

Она усмехнулась. – Хорошо, хорошо, как насчет следующего слова в истории.- Прижав

пальцы к вискам, она промурлыкала, прежде чем выпалить: – Она.

– Опустила.

– Свои.

– Ноги.

– Шире.

– За.

– Тем.

– Что бы

– Он

– Попробовал.

– Ее пульсирующий.

– Клитор.

Она прерывисто выдохнула и наклонилась ближе. – Она.

– Использовала.

– Свои.

Я почувствовал, как она придвинулась ближе. – Руки.

– Что бы

– Снять.

– Его.

– Боксеры.

Она прерывисто выдохнула и прошептала: – Вниз.

– И.

– Тогда.

– Он.

Ее рука сжалась на моей шее сзади. – Опустил.

– Его.

У нее перехватило дыхание, когда я прошептал: – Член.

Она так крепко сжала мою шею, что ее ногти впились в мою кожу. – Глубоко.

Мое сердце колотилось в груди так громко и яростно, что я удивился, что все еще

дышу. Я подавил желание прижаться своим лбом к ее.

Вместо этого я стоял на своем и наблюдал, как она наблюдает за мной.

Это было слишком – она, момент, мои чувства, то, как билось мое сердце – всего этого

было чертовски много.

И все же я оставался совершенно неподвижным, наблюдая, как она наблюдает за

мной.– Внутрь.

Я почувствовал, как ее губы оказались в опасной близости от моих. – В.

– Его девушку, - холодно сказал Пол, напугав нас. – Что здесь происходит?

– Эй, Пол, мы в середине игры в одно слово, - прощебетала Моллой, не обращая

внимания на выражение убийства, запечатленное на лице ее парня. – Хочешь

присоединиться к нам?

– Нет, - решительно сказал он. – Я хочу провести время наедине со своей девушкой, но

я не мог найти ее последние полтора часа.

– Это потому, что она была здесь, играя с Джо, глупышка, - радостно отчеканила она.

– Хорошо, не могла бы ты зайти внутрь и встретить новый год со мной?- он спорил.–

Если для тебя не слишком сложно оторваться от Линчи, то есть.

– Конечно, Пол.- Улыбнувшись мне, она постучала пальцем по моему носу. – И я

увижу тебя… позже.

– Я увижу тебя, Моллой, - ответил я, наблюдая за ее персиковой задницей, когда она

скользнула в дом.

– Ты не сделаешь этого, - сказал Пол, когда Моллой вернулся в дом. – Ты не будешь

встречаться с ней, играть с ней в игры или иметь с ней какое-либо гребаное дело.

Я рассмеялся. – У тебя серьезные проблемы с контролем, парень.

– Я серьезно, Линчи, - предупредил он. – Держись от нее подальше.

– Она та, кто продолжает возвращаться ко мне, парень, - протянул я, допивая последние

остатки водки из бутылки. – О чем это тебе говорит?

– Это говорит мне о том, что ей скучно, а ты – идеальный вариант для

благотворительности.

– Неужели?- Я пожал плечами. – Это забавно, потому что это говорит мне о том, что ты

слишком скучен для нее, и я даю ей именно то, чего ты не можешь.

– И что это? – усмехнулся он. – Штамп бродяги на ее заднице и список осужденных

длиной с ее руку?

– Пока нет.- Я ухмыльнулся. – Но всегда есть завтра.

– Послушай, придурок, я собираюсь сказать это только еще раз; оставь мою девушку в

покое. Держитесь подальше от ее лица и не лезьте в ее жизнь.

– Как скажешь, - ответил я, не желая ссориться с ним сегодня вечером. Не тогда, когда я

был в таком хорошем настроении сейчас.

– О, одна вещь, которую я скажу, прежде чем уйду.- Развернувшись, чтобы сердито

посмотреть на меня, он добавил: – Спасибо, что напоил ее для меня.

Я сузила глаза, и его улыбка потемнела. – Всегда легче снять с нее трусики, когда она

не в себе после выпивки.

С этими словами он развернулся и исчез в доме.

Я встал и двинулся за ним, но что я мог сделать?

Что, черт возьми, я мог сказать на это?

Я едва мог их остановить.

Она выбрала быть с ним.

Неоднократно.

Он был ее парнем.

Я был для нее … ничем.

Я был для нее никем.

К черту мою жизнь.

Глава 38.Стук в дверь Даниэль.