После внезапного исчезновения Иэна в толпе Эмма продолжила осмотр картин, стараясь избегать разговоров с другими посетителями, пока мероприятие не начало постепенно сходить на нет. Тогда она забрала вещи из гардероба, вытащила из пластикового пакета до сих пор слегка влажный зонт и присоединилась к другим гостям музея на открытой галерее. Затем сунула немного помятую программку в сумочку и окинула взглядом толпу, отчасти надеясь снова увидеть Иэна. Но вместо него рядом появился Рори.

– Получила удовольствие от выставки?

– Да. – Эмма улыбнулась ему.

– Я заметил. – Он усмехнулся в ответ, демонстрируя ямочки на щеках.

– Я не… В смысле, мы… – Она ощутила, как загорелись щеки.

– Не волнуйся, красотка. Я упустил свой шанс. Было приятно видеть, как ты играешь с другими.

– Я не ребенок, Рори. – Из-за смущения голос Эммы прозвучал грубее, чем она намеревалась.

– Определенно нет. И я не хотел создать такое впечатление. Просто радовался, что ты искренне получала удовольствие. А раз уж приглашение исходило от меня… – Приятель замолчал с вопросительным выражением лица. Затем улыбнулся, увидев застенчивый взгляд Эммы, и рискнул поддразнить: – Ты прочитала лекцию тому парню?

– О боже, – она уронила голову. – Да. И еще какую.

– Отлично. Тогда ты находилась в своей стихии.

– Даже если ты считаешь некоммуникабельность милой, это не означает, что и остальные разделяют твое мнение.

– Тогда к черту остальных, – прошептал Рори, наклоняясь ближе. – Они не заслуживают тебя. – Затем он взял ее за руку и слегка сжал ладонь. – Не забудь, мы договорились пообедать на этой неделе.

Эмма с тоской проследила, как он сбежал по ступеням и растворился в темноте ночи. Их романтические отношения продлились недолго, и в который раз она задумалась, не совершила ли ошибку, оборвав их. Вдруг все получилось бы, если бы ей удалось… стать другой. Мысль вызвала тяжелый вздох. Мимо протиснулся парень с копной растрепанных волос. Он торопился так, будто пытался кого-то догнать. Рори оглянулся на него через плечо, но не замедлил шаг.

Эмма подняла ворот куртки, снова открыла зонт, чтобы защититься от еще лившего дождя, без особого энтузиазма спустилась к мокрой дорожке и пошла прочь от музея. Поток прочих гостей тек в сторону к смежной со зданием парковке. Путь же Эммы лежал в противоположном направлении по широкому тротуару. Свет фонарей с трудом пробивался через промозглый сумрак. Она оставила машину в нескольких кварталах, не желая платить по заоблачным тарифам, которые взлетали совсем уж до небес в период мероприятий, однако теперь жалела о своем решении. С каждым шагом ноги болели сильнее, уже натертые туфлями на каблуках. Хромая одолев пару кварталов, Эмма подвернула лодыжку, когда шпилька угодила в трещину на асфальте, и покачнулась, выронив зонт и сумочку, но сумела вовремя схватиться за ствол дерева. Шершавая кора оцарапала кожу на ладони. Зашипев от боли, Эмма прижала пострадавшую руку к животу и огляделась. Зонт валялся неподалеку слева, а сумочка упала чуть в стороне на тротуар и теперь лежала в круге света от уличного фонаря.

Бросив целую туфлю рядом с застрявшей, Эмма осторожно пошла поднять вещи, без особого успеха стараясь придерживать подол платья и не запачкать его. Когда она наклонилась за зонтом, толчок в спину заставил ее повалиться вперед, едва успев подставить руки. Они тотчас подогнулись в инстинктивном желании уберечь поврежденную ладонь от столкновения. Эмма перекатилась на бок, торопливо откидывая за плечи мокрые волосы и готовясь к следующему удару напавшего. Она заметила размытые очертания фигуры, схватившей оброненную сумочку, затем услышала плеск и шлепанье ног по лужам тротуара. Звук шагов быстро удалялся.

Проследив, как ставшие совсем неразличимыми очертания грабителя окончательно скрываются в пелене дождя, Эмма с трудом поднялась, тяжело дыша и дрожа всем телом. Она поскользнулась на мокрой траве и с размаху села, потом подтянула колени к груди и закрыла глаза, стараясь абстрагироваться от окружающего мира, чтобы успокоиться. Постепенно сердцебиение замедлилось, а паника отступила.

Внезапно из-за спины послышались чьи-то быстро приближавшиеся шаги, и страх немедленно вернулся. Эмма попыталась отползти назад и спрятаться в тенях. В неверном свете фонарей появилась мужская фигура.

– Эмма, – чуть задыхаясь, окликнул Иэн. – Ты в порядке? Что случилось? – Он подошел и присел на корточки, чтобы лучше видеть собеседницу. Затем, двигаясь медленно, точно обращался с диким животным, нежно отвел пряди волос от ее лица. Она почувствовала, как по коже пробежали мурашки. – Сделай глубокий вдох. Расскажи, что произошло.

Эмма сжала в пальцах мокрые травинки, стараясь сосредоточиться на тактильных ощущениях.

– Кто-то… – Она замолчала, поворачиваясь и указывая на уже пустую улицу, похожую под струями дождя в тусклом свете фонарей на акварельный пейзаж импрессиониста. – Кто-то подобрался со спины, толкнул меня и украл сумочку.

– Ты не пострадала?

Эмма покачала головой.

– Меня просто сбили с ног.

– Это хорошо. – Иэн протянул руку, аккуратно взял окровавленную ладонь Эммы и помог ей встать. Потом несколько секунд молча разглядывал ее, оценивая потрепанный вид, и осмотрелся по сторонам. Заметив упавший зонтик, подобрал его, открыл и вежливо заслонил пострадавшую от дождя. – Можно сообщить в полицию о случившемся.

– Мой телефон лежал в сумочке. Проклятье, и ключи тоже! – Эмма устало поморщилась и тихо повторила: – Проклятье.

Не отвечая, Иэн вытащил из внутреннего кармана свой телефон и позвонил в отделение полиции. Коротко сообщил, что находится на месте ограбления с потерпевшей, и попросил прислать дежурных офицеров, чтобы записать показания. Затем быстро осмотрелся и продиктовал адрес круглосуточного кафе чуть дальше по улице.

– Идем, – завершив звонок, произнес Иэн, подхватывая Эмму под локоть. – Давай уберемся с дождя.

Офицеры полиции – загорелая немолодая женщина и круглолицый парень на вид не старше студентов Эммы – прибыли как раз тогда, когда Иэн поставил две чашки горячего черного кофе на один из пластиковых столиков кафе. Отраженные в окне огни неоновой вывески окрашивали фарфор кружек в приглушенные тона, которые смещались при мигании освещения. Приветственно кивнув офицерам, Иэн устроился напротив Эммы и осторожно поднес кофе ко рту. Она решила пока не трогать свой. Хотя ей удалось привести себя в относительный порядок, посетив уборную, где вытерла размазанный макияж с лица бумажными салфетками и причесала пальцами растрепанные волосы, однако Эмма остро осознавала, что в флуоресцентном освещении выглядит как Виола после кораблекрушения в «Двенадцатой ночи».

– Итак, мэм, – приступил к опросу младший из полицейских, – я офицер Гонсалес. Пожалуйста, расскажите нам, что случилось. Настолько подробно, насколько сумеете.

Эмма вздохнула.

– Я шла из музея к машине, которую припарковала примерно в четырех кварталах оттуда, и…

– Почему? – прервал офицер.

– Что?

– Почему вы оставили автомобиль так далеко?

– Так дешевле. – Эмма посмотрела на собеседника, но тот промолчал, и она продолжила: – Я шла к своей машине, но споткнулась из-за попавшего в трещину на асфальте тротуара каблука и уронила вещи: зонт и сумочку. А когда наклонилась их поднять, кто-то подкрался сзади, толкнул меня на землю и схватил сумку. – Оба полицейских выжидательно смотрели на нее. – Это все.

Эмма потянулась за кофе, стремясь хоть чем-то занять руки, и молча отхлебнула его, стараясь сосредоточиться на тепле кружки, согревающем пальцы.

– Вам удалось разглядеть грабителя?

– Не особенно. Почти уверена, что это был мужчина. Кажется, в пиджаке от костюма – темно-синем или черном. Не исключено, что сером. Среднего роста и телосложения. Больше ничего сообщить не могу.

– Молодой или старый? – уточнила женщина.

– Думаю, молодой. Слишком уж быстро и легко бежал. Умеренно спортивный, полагаю. Больше ничего не знаю, простите.

– А вы его не видели, детектив?

Иэн отрицательно покачал головой.

– Я подоспел слишком поздно.

– Нападавший что-то вам сказал? – женщина-офицер снова обратилась к Эмме.

– Ничего, – виновато вздохнула та.

– У него имелось при себе какое-либо оружие?

– Нет, он просто оттолкнул меня с пути, схватил сумочку и убежал.

Старшая из пары полицейских быстро оценила состояние Эммы.

– Вы выглядите довольно серьезно пострадавшей. Уверены, что не хотите выдвинуть обвинение в нападении?

– Как я и упомянула, мне не повезло споткнуться еще до того, как меня толкнули.

– Удачно, что грабитель оказался рядом в подходящий момент, – протянула собеседница, не скрывая скептицизма.

– Чистая случайность, – решительно заявил Иэн.

– Конечно, детектив. – После короткого зрительного контакта с ним женщина вновь сосредоточила внимание на Эмме. – В каком направлении убежал грабитель?

– В сторону Кэрри-стрит. Но из-за сильного дождя я видела его только до перекрестка.

– Можете сообщить особые приметы сумочки или ее содержимого?

– Обычный темно-синий клатч из замши с серебристой застежкой. Внутри лежал кошелек – тоже простой, черного цвета – с кредиткой, водительскими правами, скидочными картами и парой купюр наличными… – Эмма на мгновение задумалась. – А еще там был мой телефон в красном чехле. И книга в мягкой обложке с ключами от квартиры и машины на брелоке с поющим черепом.

– Поющим… – Офицер Гонсалес, до того усердно записывавший показания, прервался.

– Черепом, да, – подтвердила Эмма. – Он играет мелодию Луи Армстронга и мигает красными глазами.

Она заметила легкую улыбку Иэна, но старшая из полицейских лишь невозмутимо кивнула.

– Что ж, мисс Райли, мы составили протокол, но… – Ее прервал голос из рации на поясе Гонсалеса, и, после приказного кивка напарницы, тот отошел, чтобы ответить. – Но, к сожалению, вероятность найти вашу сумочку крайне мала. Думаю, кто-то увидел, как вы споткнулись, и решил воспользоваться шансом. Аннулируйте кредитные карты и сообщите о случившемся в банк. Смените замки на дверях, просто на всякий случай. Можете установить контроль за расходами средств.

– И все? – спросила Эмма.

Собеседница покосилась на Иэна, затем снова посмотрела на нее.

– Вас подвезти до дома?

Офицер Гонсалес вернулся как раз вовремя, чтобы услышать предложение напарницы, и откашлялся.

– Вообще-то… Э-э… Мы только что получили сообщение о попытке продажи запрещенных веществ в соседнем квартале.

– Опять тот студент-красавчик с кукольной внешностью?

– Ага, – парень нахмурился. – Поэтому…

– Понимаю. Все в порядке. Я сама доберусь… – Эмма осеклась, поняв, что без телефона, ключей или денег мало что может сделать.

Только если попросить кого-то позвонить знакомым.

– Я позабочусь, чтобы она попала домой, – предложил Иэн.

Почувствовав на себе пристальный взгляд женщины, Эмма слабо улыбнулась в ответ.

– Отлично. Детектив, мисс. – Офицеры кивнули на прощание и покинули кафе.

Колокольчик над дверью звякнул им вслед.

Эмма опустила голову, утомленная допросом, нападением и целым вечером социального взаимодействия. Иэн неловко кашлянул.

– Отвезти вас домой? – И быстро добавил: – Или вызвать такси?

– Есть кое-кто, кому можно позвонить, – держа голову опущенной, чтобы скрыть румянец, тихо произнесла Эмма.

– Тот мужчина с мероприятия? Я видел вас вместе. Высокий блондин… – Иэн умолк, заметив явное недоумение собеседницы.

– Вы про Рори? Нет, он… – Она осеклась, не договорив: «Сейчас наверняка в компании женщины». Он не любил проводить вечера в одиночестве. Сердце сжалось от мысли, что придется помешать ему. При мысли о его сочувственном взгляде и о раздражении спутницы… Эмма решительно отказалась: – Нет, только не Рори.

– Может, тогда я вас подвезу? Мне не сложно.

– Не хочу вас беспокоить…

Эмма ощутила приступ стыда, осмотрев себя и осознав, насколько жалко сейчас выглядит: покрытая грязью, в пятнах от травы сзади.

– Тогда могу я… – неуверенно пробормотал Иэн, – угостить вас пирогом?

– Что? – услышав неожиданное предложение, Эмма подняла глаза.

– Нет, конечно. Вы же только что пережили нападение. Промокли и наверняка замерзли…

– И проголодалась, если говорить честно. – Слова вырвались помимо воли. Эмма уже хотела забрать их обратно, но заметила промелькнувшее на лице Иэна облегчение и вздохнула: – Пирог был бы очень кстати.

Он улыбнулся.

– С яблоками или лимонной меренгой?

– С яблоками. И добавить взбитые сливки.

Вскоре Иэн вернулся, держа в каждой руке по тарелке с куском пирога. Эмма закинула на сиденье пострадавшую ступню, изучая порванные чулки и окровавленные колени.

– Каков вердикт? – спросил детектив.

Она поспешно прикрыла ноги подолом платья, пряча раны от его оценивающего взгляда, и повернулась к столу.

– Все не так плохо.

Иэн напряженно сел на свое место. Эмма молчала, не желая ухудшить ситуацию неуправляемой лавиной слов.

– Что за книга? – наконец поинтересовался он. – Та, в мягком переплете, что находилась в вашей сумочке?

Эмма улыбнулась едва заметно, но искренне, радуясь предложенной им безопасной теме. И задумалась, заговорил ли он об этом наугад или уже понял ее пристрастия.

– «Джейн Эйр» Бронте. Вы ее читали?

– В колледже, – кивнул Иэн, проглатывая кусок пирога. – Помню, мне понравилось.

– Одна из моих любимых книг. В сумке был тот экземпляр, что я получила в тринадцать лет. Первое произведение, которое запало мне в душу.

– Почему, если не секрет?

– Готический особняк, загадочная безумица, мрачный герой с таинственным прошлым, переодевшийся гадалкой и полюбивший… – Эмма замялась, не зная, как объяснить, что именно привлекло ее в ярком отвергнутом персонаже простой гувернантки, которая обрела свой счастливый финал. Поэтому просто пожала плечами. – В тринадцать лет мне был очень близок характер Джейн.

Иэн понимающе кивнул.

– Подростком я тоже вечно носил с собой любимую книгу. Обычно про Тарзана.

– Тарзана? Я думала, вы предпочитали Шерлока Холмса.

– Дедушка тоже обожал этот цикл и подарил мне его в детстве. Теперь я скорее поклонник Филипа Марлоу [14].

– Никогда не встречала сравнения, которое ему бы не нравилось [15], – поддразнила Эмма, поднимая вилку и чувствуя, как понемногу уходит напряжение. – А еще он не мог устоять перед дамой в беде, особенно если ситуация не располагала.

– «Она привлекала взгляд. И обещала проблемы». – Иэн самодовольно сунул в рот еще кусок пирога, заметив удивленное выражение лица собеседницы. – Вы не единственная, кто умеет цитировать классику.

– «Вечный сон» [16] точно можно отнести к этой категории, – согласилась она, отвечая на улыбку Иэна, и они доели свои куски в дружеском молчании, окруженные приятным шумом кафе.

Проведя пальцем по краю, чтобы собрать остатки яблочной начинки, Эмма отодвинула свою тарелку. Иэн встал и помог подняться пострадавшей спутнице. Ободранное колено запротестовало. Он вытащил из бумажника несколько купюр и положил на стол, прижав их стаканом с водой.

– Позвольте мне подвезти вас до дома. Я припарковался совсем недалеко отсюда.

– Хорошо, – помедлив лишь мгновение, ответила Эмма.

Она осталась у входа в кафе, пока Иэн подгонит машину. При виде того, как он включил сигнал поворотника при отъезде и потом при парковке возле обочины, в груди разлилась осторожная приязнь. Эмма шагнула под дождь, не дожидаясь, пока водитель выйдет, однако он все равно успел распахнуть перед ней пассажирскую дверь и ненавязчиво помог усесться. Ливень усилился, и дворники работали на полную мощь, чтобы очистить лобовое стекло.

Эмма подсказывала, куда ехать по темным улицам, чтобы добраться до ее дома. Голос почти заглушал шум бушевавшей непогоды. Иэн уделял все внимание дороге, управляя автомобилем под дождем, пока впереди не показался скромный коттедж на две спальни. Сине-серое строение было трудно разглядеть из-за темноты и ливня. Эмма задержала ладонь на ручке дверцы, всматриваясь в знакомый фасад и стараясь заглушить внутренний голос, монотонно перечислявший все места, где кто-то мог прятаться.

– Хотите, я проверю, все ли в порядке?

– Не сомневаюсь, что все хорошо. – Слова Эммы прозвучали неубедительно даже для нее самой.

– Мне несложно… – Иэн посмотрел на нее и с явным усилием натянул на лицо ободряющую улыбку. – Конечно, все в порядке. Вряд ли грабитель решится на взлом с проникновением. Наверняка это простой воришка, который просто воспользовался выпавшим шансом. Однако рекомендую сменить замки, – добавил он и дождался, пока собеседница кивнет. – Завтра я позвоню и уточню, удалось ли офицерам что-то обнаружить.

– Спасибо, – открывая дверцу, ответила Эмма. Иэн отвернулся к рулю. – Не уезжайте. Дайте мне минуту, – сказала она, повинуясь импульсу, торопливо выбралась из машины и быстро пробежала короткое расстояние до крыльца, не пользуясь зонтом.

Под статуэткой самодовольной кошки прятались запасные ключи. Отперев дверь и включив свет, Эмма поспешила на кухню. Спонтанная идея вытеснила из головы все мысли о прячущемся в тенях грабителе. Выдвинув ящик в поисках записной книжки и увидев завалявшуюся там визитную карточку, девушка схватила ее и нацарапала на обороте свой номер телефона, после чего бросилась наружу под дождь, не позволяя себе передумать, распахнула пассажирскую дверцу машины и протянула маленький картонный прямоугольник. Иэн взял его и бросил взгляд на напечатанные контакты и имя.

– Я должна отплатить за пирог. – Эмма сама удивилась, насколько игриво прозвучали ее слова, и постаралась соответствующе улыбнуться.

Затем запаниковала и, не дожидаясь ответа, захлопнула дверцу, побежала под проливным дождем к пятну света, который манил от крыльца. Ранее Эмма предвкушала, как шагнет за край обрыва, теперь же надеялась, что готова к последствиям падения.