Я сразу же перевёл взгляд на Бивня, ведь именно с ним в паре был Следопыт.

— Ох, — выдохнул инквизитор, и пояснил для меня, — Он ведь больше тактик и разведчик, чем боец, а ещё лекарь. Само собой, драться умеет, как и все мы, но… Я его как мог старался прикрыть, не повезло. Уже в самом конце, перед тем как Зверь шарахнул очищающим светом, Следопыта мертвяк знатно покусал. Вгрызся падла так сильно, что отрубленную голову пришлось отдирать вместе с плотью, но это полбеды, зомби этот ядовитым оказался, после укуса плоть у Васьки чернеть начала и волдырями покрываться. Он почти мгновенно вырубился, так что я его к оградке прислонил, залил в глотку зелье восстановления и к вам на помощь побежал. Я сейчас… Я… — Павел попытался подняться, собираясь отправиться за Следопытом, но ноги инквизитора подогнулись, и он вновь упал на землю.

— Сиди спокойно, — положил руку на плечо Павла, — Не дёргайся.

Следопыт нашёлся на противоположной стороне кладбища. Идти за ним пришлось мне.

Проскурин в это время связывался по амулету связи с главой ордена и запрашивал помощь, потому что своим ходим добраться обратно мы бы не сумели.

— Уф-ф, живой, — выдохнул облегчённо, увидев Фролова.

Правда парень был без сознания и находился в критическом состоянии, но, если подмога прибудет вовремя, вытащат однозначно.

Я, к сожалению, в данной ситуации помочь мог только одним: замедлить действие яда и не дать ему проникнуть в кровь пострадавшего инквизитора.

Это всё, на что хватило моих сил, да ещё взвалить бедолагу себе на спину и потащить к остальным.

Хорошо, что сегодня на это кладбище отправили группу Зверя. Уверен, она одна из сильнейших. Окажись здесь кто-то послабее, уже бы погибли, а мертвяки вышли на улицы города и напали на беззащитное население.

Молот как чувствовал, что предстоит серьёзная заруба, может, кое о чём даже знал или догадывался, но точно не рассчитывал, что восстанет целое кладбище мертвецов, поэтому отправил только одну команду.

А ещё ребятам повезло, что взяли меня с собой. Очень повезло.

Прежде чем прискакала подмога, я попросил Зверя и Бивня приуменьшить мой вклад в победу над некромантом. Вообще, было бы здорово, скажи инквизиторы, что я не при делах и ублюдка шлёпнул кто-то из них, но, к сожалению, это невозможно. Результат работы секиры на лицо, точнее на отрубленную голову. Остальные не дураки, сразу поймут каким оружием был сражён маг смерти, а мою секиру, кроме меня, в руки взять никто не может, так что тут без вариантов.

Сошлись на том, что Зверь с Бивнем будут всем говорить, что подготовили почву для решающей атаки, отвлекая внимание противника на себя и хорошенько его потрепали. Мне же оставалось только нанести последний точный удар из слепой зоны, но даже при таком раскладе, я привлекал слишком много внимания.

Эх, не рассчитывал я так скоро получить известность, а она будет, по крайне мере, в кругах инквизиторов.

Главное, чтобы информация не пошла дальше. Слишком мало времени прошло с тех пор, как я покинул столичную усадьбу Бестужевых, и путь постоянно подправлял черты лица, поддерживая незначительную иллюзию, могли найтись те — кто мог опознать во мне сына канцлера Российской Империи, а это, в свою очередь, привело бы к ряду огромных проблем. Не только для меня, но и для всей России.

— Но почему ты не хочешь, чтобы остальные узнали правду? — негодовал Бивень, — Ведь в смерти некроманта только твоя заслуга.

— Это не так, — не согласился я с Павлом, присаживаясь рядом на землю, — Семён Михайлович очень хорошо вымотал гада, да и ты приложил к этому руку, поэтому, не преувеличивай мои заслуги.

Григорьев нахмурился, засопел, опять закашлявшись кровью, но не унимался.

— Всё равно не согласен.

— Бивень, угомонись, — прохрипел Проскурин, — Мы обязаны Вампиру жизнью, так будь благодарен и выполни его просьбу.

— Спасибо, — кивнул Зверю, — и про способности мои тоже, пожалуйста, ни слова.

— Хорошо, — проворчал Семён Михайлович, — но Александр, ты же понимаешь, что одному человеку я всё равно должен буду рассказать, как обстояли дела на самом деле.

— Угу, — поморщился недовольно, но согласился с Проскуриным, что скрывать что-то от главного инквизитора не стоит.

— Не переживай, дальше его кабинета информация не уйдёт. Я уже догадался, какую тайну ты хранишь и поверь, разглашать её не собираюсь.

— Кха-кха-кха, — закашлялся я, вытаращив глаза на Зверя, и напряженно сжал древко секиры, но Проскурин отвернулся, глядя на застонавшего Следопыта и не заметил моей нервозности.

В это же время вдалеке послышались голоса и топот ног.

Подмога прибыла.

Два целителя первыми кинулись в нашу сторону. Дядька примерно лет пятидесяти и молодая темноволосая девушка не стали терять время даром, сразу приступив к лечению. Почему-то своей первой целью целительница выбрала меня, и быстро опустившись на колени, попыталась стянуть кожаный доспех.

— Эй, красавица, я, конечно, видный парень, но не при всех же.

Девушка озадаченно нахмурилась, но потом стукнула меня ладошкой по плечу.

— Ой, прости, тебе наверно больно.

— Да не особо. Помоги лучше другим.

— Но у тебя кровь.

— Это не моя, а некроманта.

— То есть, ран нет?

— Нет, — помотал головой.

— Совсем? — не поверила она мне, бросив взгляд на полуживых членов группы, — Как так-то?

Пожал плечами.

— Бывает.

Девчонка тут же подскочила и переметнулась к Бивню, положив парню на грудь руки, и я заметил, как от них начало распространяться белое сияние.

Способная, хоть ещё и послушница.

Пожилой лекарь работал быстро. Подлатал Проскурина, убедился, что его жизни ничего не угрожает и перешёл к Следопыту.

— Ах-ах-ах, вот ведь угораздило, — покачал он головой, — но ничего, пара дней и встанет на ноги, а через неделю можно будет приступать к тренировкам. Повезло парню. Яд не попал кровь, ещё бы немного и поминай, как звали.

Он чутка поколдовал над Павлом, а затем, переместился к Надежде.

— Юлия, ты чего там застряла? Я сказал, убираем только критические повреждения, чтобы без проблем довезти до лазарета, ничего лишнего делать не нужно. У тебя источник ещё слишком слабый, перетрудишься, я тебя как в прошлый раз на себе не потащу и парням скажу, чтобы не трогали. Останешься на кладбище лежать среди мертвяков, пока в себя не придёшь.

— Ну-у, Борис Геннадьевич… я же как лучше хочу.

— Хочет она… Делай как сказано, а то больше не возьму на вызовы, будешь сидеть в ордене безвылазно. Хм-м, очень интересно, — пропыхтел лекарь, осматривая Валькирию, — Остаточные эманации от стрел тьмы. Повезло Морозовой, что вскользь прошли. Да вы все просто везунчики. Надо же, судя по количеству трупов и состоянию кладбища, здесь состоялось целое побоище, а вы живы и вроде как относительно здоровы.

— С бы поспорил с последним утверждением, — не согласился Бивень.

— Хе-х, руки, ноги целы, голова на плечах, что тебе ещё нужно? — усмехнулся целитель и повернулся к своим сопровождающим, — Парни, грузите их на носилки и тащите в фургон.

— Отвалите, я сам, — сжимая зубы, Проскурин поднялся на ноги, — Ещё не хватало, что бы меня кто-то на себе волок.

Два инквизитора, которые кинулись на помощь Зверю, резко отступили назад.

Целитель покачал головой и поджал губы.

— Вечно ты так, Михалыч. Себя не бережёшь. Сможешь хоть доковылять?

— Смогу, Мне вон… наш послушник поможет, — указал Проскурин в мою сторону, и я подставил плечо командиру группы.

Бивень тоже пошёл своими ногами. Юлия постаралась на славу. Конечно, ему по возвращении придётся провести около суток в лазарете, но думаю, он сопротивляться не будет.

— Тело некрота заберите, — бросил через плечо Зверь, и мы отправились к выходу с кладбища.

Когда въезжали на территорию ордена, старший инквизитор повернулся ко мне, и окинув задумчивым взглядом, произнёс:

— Завтра с утра зайди в мой кабинет.

— Хорошо, — кивнул в ответ, не став задавать вопросов, хоть и очень хотелось.

Теперь придётся весь вечер и всю ночи провести в напряжении, гадая, о чем со мной собирался поговорить Проскурин.

Да и вообще, что он такого обо мне понял? То — что я сын канцера или же то — что я являюсь вампиром?

И первое, и второе ничего хорошего не сулило, но так как Семён Михайлович не стал озвучивать свои доводы при всех, давало надежду на удачный исход событий.

С такими мыслями я ввалился к себе в комнату. Тело ныло от перегрузки, каналы горели, хотелось упасть на кровать и провалиться в сон. Нет, сначала принять ванну, потому что выглядел я сейчас грязным, как чёрт.

— С первым боевым выездом! — стоило перешагнуть порог, как меня на мгновение оглушил громкий крик, сменившийся тишиной.

Малинин, Воронов и Калинина застыли с разинутыми ртами, глядя на меня как на привидение.

— Саша, ты ранен? — воскликнула Елизавета, подбежав ко мне, и протянула руку, но дотронуться так и не решилась.

— Саянов, ты почему не в лазарете? — нахмурился Сергей.

— Ничего, я его сейчас быстро туда дотащу, — на полном серьёзе выдал Илюха и двинулся в мою сторону.

Этот дотащит, можно не сомневаться, но я вовремя поднырнул под рукой Малинина и быстро оказался на другой половине комнаты.

— Не нужно никуда меня тащить. Это не моя кровь. Я не ранен, помирать не собираюсь и чувствую себя превосходно, за исключением того — что устал, как собака. Ну, ещё бы не отказался сходить в душ.

— Да. Конечно. Хорошо, — раздалось с трёх сторон.

— Только давай быстрее! Учти, мы никуда не уйдём, пока не получим ответы на свои вопросы, — крикнула мне в спину Елизавета.

Пришлось поторопиться, чем быстрее утолю любопытство ребят, тем быстрее лягу спать. Я мог бы послать Калинину и Воронова в места не столь отдалённые, отправив по своим комнатам, но от Малинина-то всё равно не удастся избавиться. К тому же, я обещал, что расскажу, а свои обещания нужно выполнять, ни смотря ни на что, поэтому, быстро приняв душ, переоделся и вышел к ожидающим меня послушникам.

Порадовало то — что Илюха с Серёгой натаскали к из столовой еды, а так как я пропустил ужин, жареная картошка с лучком, отбивные из телятины, рагу со свининой, солёные огурчики и пол литровая тара с морсом, пришлись как нельзя кстати.

Думаю, спустись я в столовую, меня бы накормили, но зачем, если стол в комнате ломился от продуктов. Как только смогли столько утащить?

Сомневаюсь, что местная повариха или кто там она такая на самом деле… Ну та, которая стояла на раздаче и с подозрением смотрела на всех инквизиторов и грозила половником, словно мы собирались обнести её кухню подчистую, добровольно выдала послушникам столько еды.

Спрашивать, как ребятам удалось такое провернуть, не стал. Организм требовал подзарядки, и я, не теряя времени, приступил к ужину.

— Уф-ф, спасибо, наелся, — протянул довольно.

Если честно, слопал бы ещё столько, а может и больше, но пришлось оставить друзьям, ибо они с такой завистью смотрели, как я уминаю то — одно, то — другое, что стало немного стыдно.

— Обжора, — усмехнулась Елизавета и аккуратно подцепила вилкой рагу.

Когда все подкрепились, три пары глаз с любопытством уставились на меня.

Пришлось рассказывать, как я случайно столкнулся в переулке с вампиром, как встретил первый раз Проскурина с его командой, а затем, поведал о сегодняшних приключениях.

Естественно, многое умолчал, кое-что подретушировал, где-то приврал, так… для пользы дела, но ребята остались довольны.

Разговор плавно перешёл на другие темы и я с удивлением осознал, что очень давно не проводил время таким образом: расслабившись, в кругу друзей, когда не нужно было куда-то спешить, хвататься за оружие, зная, что в любой момент из-за угла может выскочить монстр, не бояться удара в спину.

Обычный день, обычных вчерашних подростков, только недавно вступивших во взрослую жизнь, полных надежд на будущее, не лишённых амбиций и с открытым любопытством смотрящих на мир.

Разошлись ближе к полуночи. Несмотря на усталость, спать не хотелось. Илюха, как только лёг, мгновенно захрапел, а я принялся гонять по каналам ману, продолжая делать догадки, зачем именно Проскурин хотел меня видеть, потом плюнул на это дело.

Бесполезно. Так зачем париться? Завтра узнаю.