В ортодоксальном иудаизме есть изречение: «Предыдущее поколение относится к следующему как ангелы к людям; следующее поколение относится к предыдущему как ослы к людям». Это вытекает из ортодоксального иудейского верования, что весь иудейский закон был дан Моисею Богом на горе Синай. В конце концов, невозможно ведь провести эксперимент, чтобы получить новое галахическое знание; единственный способ узнать что-то — если тебе об этом расскажут (тот, кто услышал от кого-то другого, кто услышал от Бога). Поскольку нового источника информации нет, при передаче от поколения к поколению она может только деградировать.

Таким образом, современным раввинам не дозволено отменять решения древних раввинов. Ползающие твари обычно некошерны, но разрешается съесть червяка, найденного в яблоке, — древние раввины верили, что червяк самозарождается внутри яблока и, следовательно, является его частью. Современный раввин не может сказать: «Да ладно, древние раввины ни черта не смыслили в биологии. Решение отменяется!» Современный раввин принципиально не может знать галахический принцип, которого не знали древние, — ведь как древние раввины могли бы передать ему ответ с горы Синай? Знание исходит из авторитета, и потому с течением времени оно только утрачивается, но никогда не приобретается.

Когда я впервые услышал поговорку об ангелах и ослах в (религиозной) начальной школе, я был еще слишком мал, чтобы быть убежденным атеистом, но все же подумал про себя: «Тора теряет знание с каждым поколением. Наука приобретает знание с каждым поколением. Независимо от их отправных точек, рано или поздно наука должна превзойти Тору».

Самое главное — чтобы был прогресс. Пока вы продолжаете двигаться вперед, вы достигнете своей цели; но если вы остановитесь, вы никогда до нее не доберетесь.

Цуёку наритай — японское выражение. цуёку означает «сильный»; нару — это «становиться», а форма наритай означает «хотеть стать». Вместе это переводится как «Я хочу стать сильнее» и выражает стремление, которое в японских произведениях воплощено гораздо ярче, чем в любой западной литературе, которую я читал. Вы можете сказать это, выражая решимость стать профессиональным игроком в го — или после поражения в важном матче, когда вы не сдаётесь — или после победы в важном матче, когда вы ещё не достигли девятого дана — или даже когда вы стали величайшим игроком в го всех времён, но всё ещё думаете, что можете играть лучше. Это и есть цуёку наритай — воля к трансцендентности.

Цуёку наритай — движущая сила моего эссе «Правильное использование смирения», в котором я противопоставляю ученика, смиренно перепроверяющего свой тест по математике, и ученика, который скромно заявляет: «Но как мы можем знать наверняка? Сколько бы раз я ни проверял, я никогда не смогу быть абсолютно уверен». Ученик, который перепроверяет свои ответы, хочет стать сильнее; он реагирует на возможный внутренний изъян действием, стремясь исправить его, а не обречённой покорностью.

Каждый год на Йом-Кипур ортодоксальный иудей читает литанию, которая начинается со слов «Ашамну, багадну, газальну, дибарну дофи» и продолжается по всему еврейскому алфавиту: «Мы грешили, мы предавали, мы грабили, мы клеветали...»

Произнося каждое слово, вы в знак покаяния ударяете себя кулаком в область сердца. Здесь нет исключений: если вам удалось прожить весь год без воровства, вы не можете пропустить слово «газальну» и ударить себя на один раз меньше. Это нарушило бы общинный дух Йом-Кипура, смысл которого в том, чтобы исповедоваться в грехах, а не избегать грехов, дабы исповедоваться пришлось меньше.

Точно так же молитва «Ашамну» не заканчивается словами: «Но это было в нынешнем году, а в следующем я буду вести себя лучше».

«Ашамну» поразительно напоминает представление о том, что путь рациональности состоит в том, чтобы бить себя кулаком в грудь и повторять: «Все мы предвзяты, все мы нерациональны, мы не обладаем всей полнотой информации, мы самоуверенны, мы плохо откалиброваны...»

Отлично. А теперь расскажите, как вы планируете стать менее предвзятыми, менее нерациональными, более информированными, менее самоуверенными и лучше откалиброванными.

Есть старый еврейский анекдот. Во время Йом-Кипура раввина внезапно охватывает чувство вины, он падает ниц и восклицает: «Господи, я ничто пред Тобой!» Кантор, тоже охваченный раскаянием, падает ниц и вторит: «Господи, я ничто пред Тобой!» Увидев это, простой уборщик в глубине синагоги падает ниц и плачет: «Господи, я ничто пред Тобой!» И тогда раввин толкает локтем кантора и шепчет: «Нет, ты только посмотри, кто возомнил себя ничем!»

Не гордитесь признанием собственной предвзятости; не упивайтесь тем, как хорошо вы осознаете свои недостатки. Это сродни правилу не гордиться признанием собственного невежества: ведь если невежество служит для вас источником гордости, вы вряд ли захотите расстаться с ним, когда свидетельства постучатся в вашу дверь. То же самое и с нашими недостатками: нам не следует хвастаться своей осознанностью только потому, что мы в них признались. Радоваться нужно тогда, когда нам есть в чем признаваться чуть меньше.

Иначе, когда кто-нибудь придет к нам с планом по исправлению этой предвзятости, мы огрызнемся: «Ты что, возомнил себя выше нас?» — и сокрушенно покачаем головами: «Должно быть, тебе не хватает осознанности».

Никогда не признавайтесь мне, что вы столь же несовершенны, как и я, если не можете сказать, что собираетесь с этим делать. После этого у вас все равно останется масса недостатков, но дело не в этом. Главное — становиться лучше, продолжать двигаться вперед, сделать еще один шаг. Цуёку наритай!

*