Существует своего рода пророчество, которое гласит: «В будущем машины будут делать всю работу. Всё будет автоматизировано. Даже труд, который мы сейчас считаем „интеллектуальным“, например инженерное дело, перейдёт к машинам. Мы сможем сложа руки владеть капиталом. Вам больше никогда и пальцем не придётся пошевелить».

Но разве людям тогда не станет скучно?

Нет, они смогут играть в компьютерные игры — конечно, не в наши игры, а в куда более продвинутые и увлекательные.

Но погодите! Купив современную компьютерную игру, вы обнаружите, что в ней есть задачи, которые — мягко говоря — требуют усилий. (Я бы даже сказал «сложные», с поправкой на то, что речь идёт о чём-то, что занимает десять минут, а не десять лет).

Так что в будущем у нас появятся программы, которые помогают играть — берут управление на себя, если вы застряли в игре или просто заскучали, либо позволяют вам играть в игры, которые иначе оказались бы для вас слишком сложными.

Но разве здесь нет бесполезной траты сил? Зачем одному программисту трудиться над тем, чтобы сделать игру сложнее, а другому — над тем, чтобы её упростить? Почему бы просто не сделать игру проще с самого начала? Поскольку вы играете ради золота и очков опыта, упрощение игры позволит вам получать больше золота в единицу времени: игра станет увлекательнее.

Вот он — конечный итог пророчества о технологическом прогрессе: вечно смотреть на экран с надписью «ВЫ ПОБЕДИЛИ».

И, возможно, мы построим робота, который будет делать и это.

Что тогда?

Мир машин, которые выполняют всю работу... Что ж, я не хочу говорить, что он «аналогичен христианскому Раю», поскольку в нём нет ничего сверхъестественного; в принципе, его можно реализовать. Религиозными аналогиями слишком уж легко бросаться в качестве обвинений... Но, не подразумевая никаких других сходств, я скажу, что он кажется аналогичным в том смысле, что вечная праздность «звучит как хорошая новость» для вас нынешнего, которому всё ещё приходится работать.

Что же касается игр в качестве замены — что вообще есть компьютерная игра, как не синтетический труд? Нет ли здесь лишнего шага? (И компьютерные игры в их нынешнем виде, если рассматривать их как работу, имеют различные аспекты, снижающие стресс и повышающие вовлечённость; но они также несут в себе издержки в виде искусственности и изоляции).

Иногда мне кажется, что футуристические идеалы, сформулированные как «избавление от работы», лучше перефразировать как «устранение низкокачественной работы, чтобы освободить место для высококачественной работы».

Существует широкий класс целей, которые не годятся на роль долгосрочного смысла жизни, потому что их можно реально достичь, и на этом всё закончится.

Посмотрев на это иначе: если мы ищем подходящий долгосрочный смысл жизни, нам следует искать цели, к которым хорошо стремиться, а не просто достигать их.

Или, выражаясь чуть менее парадоксально: нам следует искать ценности, определённые над 4D-состояниями, а не 3D-состояниями. То есть ценные непрерывные процессы, а не принцип «придай вселенной свойство P, и дело сделано».

Здесь уместно процитировать Тимоти Ферриса: чтобы обрести счастье, «вам следует спрашивать себя не „Чего я хочу?“ или „Каковы мои цели?“, а „Что меня зажигает?“»

Можно сказать, что для долгосрочного смысла жизни нам нужны игры, в которые весело играть, а не только выигрывать.

Заметьте — иногда вам действительно хочется победить. Существуют вполне оправданные цели, где победа — это всё. Если речь идёт, скажем, об излечении рака, то страдания хотя бы одного онкобольного перевешивают любое удовольствие, которое вы могли бы получить, решая эту задачу. Если вы двадцать лет трудитесь над созданием лекарства от рака собственными силами, приобретая новые знания и навыки, заводя друзей и союзников, — а затем какой-нибудь инопланетный сверхразум преподносит вам лекарство от рака на блюдечке с голубой каёмочкой за тридцать долларов, то вы просто затыкаетесь и берёте его.

Но «излечение рака» — это задача из разряда 3D-предикатов: вы хотите, чтобы предикат «рака нет» изменился с «Ложь» в настоящем на «Истина» в будущем. Важность этого пункта назначения намного превосходит сам путь; вы не хотите туда идти, вы просто хотите там быть. Существует много обоснованных целей такого рода, но они не годятся в качестве развлечения на долгий срок. «Победить рак!» — это достойное дело, которым нам стоит заниматься здесь и сейчас, но вряд ли оно может быть будущей целью галактических цивилизаций.

Почему этот «ценный непрерывный процесс» должен быть процессом попыток что-то делать — почему не процессом пассивного переживания опыта, подобно буддийскому раю?

Признаться, я не вполне уверен, как устроить разум, «пассивно переживающий опыт». Человеческий мозг был спроектирован для выполнения различных видов внутренней работы, которые в совокупности составляют активный интеллект. Даже если вы уляжетесь в постель и не будете прилагать особых усилий для размышлений, мысли, проносящиеся в вашей голове, — это деятельность областей мозга, предназначенных, ну, вы понимаете, для того, чтобы решать задачи.

Какую часть человеческого мозга можно было бы удалить, за исключением центров удовольствия, и всё ещё сохранить субъективное переживание удовольствия?

Эту тему я трогать не буду. Я остановлюсь на гораздо более простом ответе: «На самом деле я бы не предпочёл быть пассивным созерцателем». Если бы я действительно хотел нирваны, я бы, возможно, попытался разобраться, как достичь этого невозможного состояния. Но если отбросить слова Будды о том, что нирвана — это венец бытия, она кажется скорее чем-то из серии «звучит здорово, когда слышишь об этом впервые» или «идеологической верой в это желание», а не тем, чего бы мне действительно хотелось.

Причина, по которой у меня вообще есть разум, заключается в том, что естественный отбор создал меня, чтобы я действовал — решал определённые типы задач.

«Потому что такова человеческая природа» — это не строгое обоснование чего-либо. Существует человеческая природа — то, чем мы являемся; и существует природа человечная — то, какими мы, будучи людьми, хотели бы быть.

Но я не хочу менять свою природу в сторону превращения в пассивный объект — что и есть обоснование. Счастливый комок — это не то, чем я, будучи человеком, желаю стать.

Ранее я утверждал, что многие ценности требуют как субъективного счастья, так и внешних объектов этого счастья. Что у вас вполне обоснованно может быть функция полезности, которая гласит: «Для меня важно, является ли любимый человек настоящим человеческим существом или просто высокореалистичным не обладающим сознанием чат-ботом, даже если я об этом не знаю, потому что то, что я ценю, — это не моё собственное состояние ума, а внешняя реальность». Так что вам необходимы и переживание любви, и реальный любимый человек.

Точно так же у вас могут быть ценные занятия, требующие как настоящего вызова, так и настоящих усилий.

Когда вы мчитесь по трассе, важно, чтобы другие гонщики были настоящими и чтобы у вас был реальный шанс как победить, так и проиграть. (Речь здесь не о физическом детерминизме, а о том, предопределил ли какой-то внешний процесс оптимизации вашу победу в гонке явным образом.)

И важно, что вы бежите благодаря собственному умению бегать и собственной силе воли, а не просто нажимаете кнопку с надписью «Победа». (Хотя, поскольку вы не проектировали мышцы собственных ног, вы всё же бежите, используя силу, которая вам не принадлежит. Гонка между робомобилями — более чистое соперничество их создателей. Для улучшения человеческой природы ещё предостаточно возможностей.)

И важно, что вы, существо, обладающее сознанием, переживаете это сами. (А не какой-то не обладающий сознанием процесс выполняет схематичную имитацию гонки триллионы раз в секунду.)

Должны быть настоящее усилие, настоящая победа и настоящее переживание — путь, цель и сам путник.

*