В фэнтезийной повести Лайона Спрэга де Кампа «Дипломированный чародей» (которая послужила образцом для множества последующих подражаний) герой Гарольд Ши переносится из нашей вселенной во вселенную скандинавских мифов.¹ Этот мир основан на магии, а не на технологиях, поэтому, естественно, когда Наш Герой пытается разжечь огонь прихваченной с Земли спичкой, спичка не загорается.

Я понимаю, что это всего лишь фэнтези, но... как бы это выразиться...

Нет.

В конце XVIII века Антуан-Лоран Лавуазье открыл огонь. «Что? — спросите вы. — Разве люди не пользовались огнем сотни тысяч лет?» Ну да, люди огнем пользовались: он был горячим, ярким, каким-то оранжеватым, и на нем можно было готовить еду. Но никто не знал, как он работает. Греческие и средневековые алхимики считали, что Огонь — это первоэлемент, одна из Четырех Стихий. К эпохе Лавуазье алхимическая парадигма постепенно видоизменилась и сильно усложнилась, но огонь по-прежнему считался первоэлементом — в виде «флогистона», довольно загадочного вещества, которым объясняли горение, а заодно и любые другие явления в алхимии.

Главное новшество Лавуазье состояло в том, что он взвешивал все элементы химической головоломки как до, так и после химической реакции. Ранее считалось, что некоторые химические превращения меняют общий вес вещества: если подвергнуть мелко растертую сурьму воздействию сфокусированного солнечного света через зажигательное стекло, то через час сурьма превратится в пепел, и этот пепел будет весить на одну десятую больше, чем исходная сурьма — даже несмотря на то, что горение сопровождалось выделением густого белого дыма. Лавуазье взвесил все компоненты таких реакций, включая воздух, в котором они происходили, и обнаружил, что материя не создается и не уничтожается. Если вес пепла увеличивался, то вес воздуха уменьшался на соответствующую величину.

Лавуазье также умел разделять газы и обнаружил, что горящая свеча уменьшает количество одного вида газа, «жизненного воздуха», и выделяет другой газ — «связанный воздух». Сегодня мы назвали бы их кислородом и углекислым газом. Когда «жизненный воздух» заканчивался, огонь гас. Можно было предположить, что горение превращает «жизненный воздух» в «связанный воздух», а топливо — в пепел, и что продолжение этого превращения ограничено количеством доступного «жизненного воздуха».

Теория Лавуазье прямо противоречила господствовавшей тогда теории флогистона. Одного этого было бы достаточно, чтобы потрясти основы, но вдобавок оказалось...

Чтобы оценить то, что произошло дальше, вам нужно перенестись в образ мыслей человека XVIII века. Забудьте об открытии ДНК, которое произошло только в 1953 году. Сотрите из памяти клеточную теорию, сформулированную в 1839 году. Представьте, как вы смотрите на свою ладонь, сжимаете пальцы... и абсолютно не понимаете, как это работает. Анатомия мышц и костей была известна, но никто понятия не имел, «что приводит их в движение» — почему мышца сокращается и сгибается, в то время как вылепленная из глины рука точно такой же формы просто лежит неподвижно. Представьте, что ваше собственное тело состоит из загадочной, непостижимой жижи. И теперь представьте, что вы совершаете открытие...

...что люди при дыхании поглощают «жизненный воздух» и выдыхают «связанный воздух». Оказывается, люди тоже работают на горении! Лавуазье измерил количество тепла, которое выделяют животные (и ассистент Лавуазье, Сеген) при физических нагрузках, количество потребляемого ими «жизненного воздуха» и количество выдыхаемого «связанного воздуха». Когда животные выделяли больше тепла, они потребляли больше «жизненного воздуха» и выдыхали больше «связанного воздуха». Люди, подобно огню, потребляли топливо и кислород; люди, подобно огню, выделяли тепло и углекислый газ. Лишите человека кислорода или пищи — и свет погаснет.

Спички загораются благодаря фосфору: у «безопасных спичек» фосфор нанесён на тёрку коробка, а у спичек, зажигающихся о любую поверхность, фосфор входит в состав головки. Фосфор чрезвычайно реакционноспособен; чистый фосфор светится в темноте и может самовоспламеняться. (Хенниг Бранд, выделивший чистый фосфор в 1669 году, объявил, что открыл Стихию Огня.) Фосфор также идеально подходит для своей роли в аденозинтрифосфате, АТФ — главном способе хранения химической энергии в вашем организме. АТФ иногда называют «молекулярной валютой». Он даёт силу вашим мышцам и заряжает ваши нейроны. Почти любая метаболическая реакция в биологии опирается на АТФ и, следовательно, на химические свойства фосфора.

Если перестанет работать спичка, перестанете работать и вы. Нельзя изменить что-то одно.

Поверхностные правила «спички загораются при трении» и «людям нужен воздух для дыхания» на первый взгляд никак не связаны. Понадобились века, чтобы открыть эту связь, да и сейчас она кажется каким-то далеким школьным фактом, важным лишь для узких специалистов. Очень легко вообразить мир, в котором одно поверхностное правило работает, а другое — нет; ослабить уверенность в одном убеждении, но не в другом. Но это лишь воображение, а не реальность. Если для удобства хранения ваша карта разделена на четыре части, это не значит, что и сама территория разорвана на части. Наш разум хранит разные поверхностные правила в разных отсеках, но это не отражает какого-либо разделения в законах, управляющих Природой.

Мы можем пойти в этом уроке еще дальше. Свойства фосфора вытекают из еще более глубоких законов — электродинамики и хромодинамики. «Фосфор» — это лишь наше слово для обозначения электронов и кварков, расположенных определенным образом. Нельзя изменить химические свойства фосфора, не меняя законов, управляющих электронами и кварками.

Окажись вы в мире, где спички не загораются, вы сами мгновенно перестали бы существовать как организованная материя.

Реальность связана воедино гораздо теснее, чем людям хотелось бы верить.

*

1. Лайон Спрэг де Камп и Флетчер Прэтт, «Дипломированный чародей» (New York: Henry Holt & Company, 1941).