Вой волков преследовал Изольду всю дорогу обратно к хижине. Ансельм и Эверетт на севере, Бастиан на западе.

Бёдра Изольды горели к тому моменту, когда она ворвалась в дверь хижины, кинжал всё ещё был зажат в её руке. Слёзы лились по её лицу, горячие и солёные, но она почти не замечала их.

Бастиан солгал, несмотря на всех убитых людей, на все часы патрулирования, на всё, что они делали, чтобы поймать зверя. А Эверетт — он едва не убил Бастиана, и всё равно Бастиан защищал его. Защищал.

Он солгал…

— Изольда?

Она развернулась от того места, где прижималась лбом к двери, поднимая нож. Адреналин хлынул, инстинкты сражаться и бежать боролись внутри неё.

Но затем она узнала лицо Селены, её тёмные брови сведены вместе от беспокойства, и кинжал с грохотом выпал из её руки.

— Селена, — выдохнула она, шатаясь через всю хижину к своему Сиру. Рыдание подступило к горлу, когда она врезалась в объятия Селены. — О, слава богу, ты вернулась.

Селена крепко обняла её, проводя рукой по её волосам.

— Я вернулась, — подтвердила она, направляя Изольду к кушетке. Она опустила их обеих на подушки, всё ещё прижимая Изольду к себе. — Но в чём дело? Что случилось? Волк вернулся?

— Это Эверетт, — всхлипнула Изольда. — Эверетт — тот волк, который нападает на Бладхейвен. А Бастиан… я думаю, Бастиан знал. Он знал неделями.

— О, дорогая. — Селена поцеловала Изольду в макушку. — Мне так жаль, милая девочка. Я знаю, как ты заботилась о нём.

Изольда отстранилась, вытирая слёзы на лице.

— Ты была права, Селена. Я никогда не должна была позволять себе сближаться с ним. Он волк. Я должна была знать, что это кончится так.

— О, Изольда, — вздохнула Селена, протягивая руку, чтобы поправить выбившуюся прядь волос Изольды. Печальная улыбка изогнула губы Селены. — Ты не можешь контролировать, в кого влюбляться.

По привычке Изольда открыла рот, чтобы отрицать это, но это было бы ложью.

Она покачала головой, вытирая слёзы, которые продолжали литься по её щекам.

— Эверетт — он рядом. Мы должны…

— Не беспокойся об этом, — перебила Селена, взяв лицо Изольды в свои ладони. — Я позабочусь обо всём сегодня ночью.

— Но, Селена…

— Это не то, о чём тебе стоит беспокоиться. — Селена притянула её обратно в свои объятия, прижимая лицо Изольды к своему плечу, совсем как её мать, когда она была девочкой. — Больше не стоит.

Какими бы ни были разговоры Селены с ковеном вампиров, они, должно быть, были плодотворными. Несмотря на то, что война теперь казалась неизбежной, было почти облегчением знать, что другие вампиры скоро будут рядом, чтобы оказать помощь. Что Изольде не придётся продолжать пытаться защищать Бладхейвен в одиночку.

— Я хочу, чтобы это закончилось, — пробормотала Изольда в плечо блузки Селены.

— Я тоже.

Когда нож полоснул по задней части шеи Изольды, она почти не почувствовала боли.

— Селена? — спросила она, её голос дрогнул.

— Прости меня, Изольда.

Между одним морганием и следующим зрение Изольды погасло.