— Привет. — Я целую Скарлетт в щеку. — Просыпайся.

Она стонет и утыкается лицом в изгиб моей шеи.

Подавив смешок, я провожу пальцем по ее челюсти.

— Мне нужно отлучиться по делам. Тайлер приедет... ну, побудет с тобой, пока меня не будет.

— В качестве няньки? — бормочет она.

Я улыбаюсь:

— Ага. Прости.

— Береги себя.

— Конечно.

Я высвобождаюсь из ее объятий и слезаю с кровати. Затем иду к себе, одеваюсь и встречаю Тайлера у входной двери.

Он оглядывает меня, оценивая масштаб повреждений. Лицо в синяках и отекло, а когда я сползал с постели, каждая мышца буквально вопила от боли. Выгляжу наверняка дерьмово, но я шире распахиваю дверь и пускаю его в прихожую.

— Даже не начинай, — предупреждаю я.

— Кто, я? — Тайлер вскидывает руки. — На следующий день после того, как тебя снова отделали до полусмерти? Да я в жизни не скажу тебе, какой ты сказочный долбоеб.

Я вздыхаю:

— Ага. Спасибо.

— И никогда не назову тебя самым большим дебилом из всех, кого я знал. И неудивительно, что в последнее время тебе прилетает чаще обычного. Ты же разрывался изнутри, не зная, сдавать свои бои или нет. — Он кладет телефон на столик и скрещивает руки на груди. — Псих.

— Боже, спасибо. — Я закатываю глаза. — Все должно было пройти гладко. Но этот урод начал нести херню про Скарлетт. Он... — Я с отвращением качаю головой. — Он получит по заслугам за то, через какой ад заставил ее пройти.

Друг зажимает пальцами переносицу.

— Как благородно с твоей стороны.

— Заткнись.

— О, я Кросс Лопес. Мне заплатили двадцать штук за проигрыш, но я не смог слить бой, потому что соперник оказался недостаточно святым.

— Серьезно, отвали.

— Ты мог проиграть, а на следующий день выбить из него всё дерьмо, — рассуждает Тайлер. — Мог проследить за ним до дома и отрезать ему член. Вместо этого...

— Знаю. — Я беру ключи. — Поэтому и еду к Стэнли просить о помощи. Думаю, он сможет поспособствовать...

Хотя на самом деле я почти уверен, что не сможет. Я успел заметить одного из братьев Уэббер перед тем, как он ушел, и взгляд у него был такой, что обещал только одно — расплату.

Поэтому действовать нужно быстро. А Тайлер останется присмотреть за Скарлетт.

Слава богу, ее отец установил охранную систему. Если кто-то сунется к дому, у нас будет хоть какое-то предупреждение. В спортзале и в университете везде указан мой старый адрес для писем и документов, а Тайлер записан как экстренный контакт. Никаких зацепок, ведущих сюда...

Если не считать того раза, когда мы заметили пикап одного из Уэбберов у дома.

Тревога нарастает.

— Когда она проснется, отвези ее к отцу.

— Кросс...

— Просто пока все не уляжется, понимаешь? — Я передёргиваю плечами. — Хрен знает, что они выкинут. Мой счет вырос чуть больше тех двадцати штук, что они дали изначально.

Я оглядываюсь на лестницу. Скарлетт я об этом не говорил и не хочу, чтобы она подслушала.

— Что, прости?

— Скар думает, что речь только о тех двадцати тысячах. Я отдал их… — я кривлюсь, — тому мудаку, когда он начал нести какую-то хрень про то, что скучает по ней или типа того. Но потом братья Уэббер дали понять, что я, по сути, открыл у них счет, и теперь должен уже что-то около пятидесяти.

— Пятьдесят тысяч долларов, — медленно повторяет Тайлер. — Трахните меня семеро.

— Ты не в моем вкусе.

Он стонет:

— Не время для шуток.

— Шутки — единственное, на чем я еще держусь. — Веселье мгновенно испаряется, внутри все стынет. — Как мне, блядь, выбраться из этого дерьма целым? Стэнли предложил драться дальше — отрабатывать долг боями.

— Им вообще не стоило ставить на твой проигрыш. — Он делает жест рукой. — Ладно, проваливай.

Я указываю на панель сигнализации на стене:

— Включи сразу, как я уйду.

Всю дорогу до зала меня выворачивает от нервов. Я то включаю музыку, то выключаю. И никак не могу решить, что хуже: бодрые треки, действующие на нервы, или тишина, от которой в голове будто сверлят дыры.

Парковка у зала забита. Большинство клиентов приходят потренироваться перед работой или, как в моем случае, перед учебой. Мы с Тайлером и сами частенько пересекались здесь на рассвете. На долю секунды кажется, что это обычный, нормальный день.

Но стоит припарковаться, как внутренности делают кульбит, напоминая: ни хрена, сейчас будет больно.

Прячу ключи и телефон в карман и захожу в зал. Несколько парней косятся на меня, пара человек поздравляет с недавней победой. Мало кто в курсе, так что я лишь натянуто улыбаюсь в ответ.

Перевожу взгляд на офис на втором этаже. В окне виднеется массивный силуэт Стэнли. Похоже, он меня заметил.

Когда я поднимаюсь наверх — медленно, преодолевая сопротивление каждой мышцы, — дверь уже открыта.

— Заходи, Кросс, — гремит его голос из кабинета.

Захожу, оглядываясь, чтобы убедиться, что мы одни.

Он сидит за столом в очках и что-то печатает на ноутбуке, который в его огромных руках кажется игрушечным. Стэнли тыкает по клавишам указательными пальцами, и проходит добрых полминуты после того, как дверь закрылась, прежде чем он отрывается от экрана и поднимает глаза.

— Ну и?

Я опускаю ладони на бедра:

— Мне нужна твоя помощь.

— По-моему, тебе нужно гораздо больше, сынок. — Он с щелчком закрывает крышку ноутбука. — Я пытался тебе помочь, а ты смешал меня с грязью. Как я, по-твоему, теперь выгляжу перед людьми?

Я хмурюсь:

— Дерьмово, полагаю.

— Вот именно. У меня союз с Уэбберами, который я выстраивал годами. И тут парень, за которого я поручился, устраивает самодеятельность. Причем дважды? — Он хлопает ладонью по столу. — У меня огромное желание вышвырнуть тебя отсюда и умыть руки.

Блядь.

— Я надеялся, мы сможем договориться. Если бы они узнали всю ситуацию, они бы поняли...

— Ни хрена они не поймут. — В его глазах вспыхивает злость. — Но ладно. Выкладывай.

— Парень, с которым я дрался... — Я сглатываю и опускаю взгляд. — Он изнасиловал мою сводную сестру, сэр. И перед первым боем решил поиздеваться надо мной, напомнив об этом.

— И ты не сдержался, — заканчивает он за меня.

Я приоткрываю рот. Тайлер сказал то же самое.

Неужели это так трудно, блядь, понять? Моя мать была замужем за уродом, который избивал ее до полусмерти. Слава богу, мне не досталась его фамилия — Мартин — и я вообще не имею к нему отношения. Но это выработало во мне глухую потребность защищать мать от любого, кто может причинить ей боль. Как только я стал достаточно сильным...

И я защищал ее.

Это был чистый инстинкт — не дать ублюдку, который причинил боль Скарлетт, уйти безнаказанным. Особенно когда она смотрела на это.

— У всего есть последствия, Кросс, — медленно произносит Стэнли.

— Почему им так важен мой проигрыш? — заставляю себя встретиться с ним взглядом. — Почему я не мог просто выиграть бой?

— Потому что на тебя ставят. Везде. У тебя репутация победителя, и, очевидно, заслуженная. Но ты не должен был побеждать, из-за этого ты и в дерьме.

— Пожалуйста, Стэнли, скажи, как мне выпутаться.

Он вздыхает и откидывается на спинку кресла. Сцепляет пальцы на животе, разглядывая меня.

— Я сделаю пару звонков, посмотрю, что можно предпринять. Но Уэбберы — отморозки. Я ими не командую. Мы просто знакомые по бизнесу, не более, усек?

Я поднимаюсь. Понимаю, что даже обещание позвонить — это уже огромная услуга. Сейчас я готов хвататься за любую соломинку.

— Да, сэр. Спасибо.

По пути к машине телефон внезапно разрывается уведомлением, будто сиреной. Я достаю его, смотрю на экран… И у меня, блядь, останавливается сердце.

Система безопасности активирована.

Меня словно бьет током, и я срываюсь на бег. Запрыгиваю в машину, дрожащими руками пытаюсь попасть ключом в зажигание, почти не смотрю по зеркалам и не проверяю дорогу. Машина с визгом вылетает на улицу, и я вдавливаю педаль газа в пол. В это время на улицах пусто — в Шэдоу Вэлли еще нет утренних пробок, так что нестись на полной скорости ничего не мешает.

На полпути телефон снова издает писк.

Система безопасности отключена.

Ладно. Может, ложная тревога. Может, Тайлер решил увезти Скарлетт, как я и просил, и они просто забыли снять дом с охраны.

Кожу начинает неприятно покалывать. Я прекрасно понимаю, что сейчас просто лгу самому себе.

Резко торможу перед домом и бегу к крыльцу.

Внутри все переворачивается.

Дверь приоткрыта, но ее явно выбили ударом ноги. Дверная коробка расколота, засов все еще торчит из двери в запертом положении, а по полу рассыпаны щепки.

Оглядываюсь на улицу — пусто и тихо. Приоткрываю дверь носком кроссовка, лихорадочно соображая, где взять оружие. Точно. Быстро бегу обратно к машине, достаю из багажника монтировку и возвращаюсь. Тихо переступаю порог.

Мне еще никогда не приходилось осматривать дом на случай засады. Вспоминаю все полицейские сериалы, что смотрел в старшей школе, и заношу монтировку над плечом. Готов в любой момент проломить кому-нибудь череп.

Воображение разыгрывается, рисуя парня с пушкой, готового выскочить из-за угла.

Но в доме мертвая тишина.

Дохожу до кухни и замираю. Здесь явно была потасовка — вещи, что стояли на кухонном острове, разбросаны по полу, повсюду осколки стекла. И тут я замечаю ноги.

— Блядь. — Бросаюсь вперед, огибаю остров и едва не падаю прямо на Тайлера.

Он лежит без сознания, а вокруг головы растекается небольшой нимб крови.

— Нет, нет, нет. — Падаю на колени и прижимаю пальцы к его шее. Пульс есть. Четкий. Немного замедленный, возможно. Но он жив. — Ладно. Очнись, Тайлер.

Трясу его за плечо — никакой реакции.

Где Скарлетт?

Вскакиваю и бросаюсь проверять остальные комнаты, и, убедившись, что на первом этаже никого нет, взлетаю по лестнице.

Дверь в ее комнату распахнута, на косяке кровь. Чуть ниже уровня бедра, но брызги заметные.

— Скарлетт? — зову я.

Захожу в комнату. Одеяла сброшены на пол, рядом валяется все, что стояло на прикроватной тумбочке: лампа, стакан с водой — ковер насквозь промок, — а еще ее очки и телефон.

Она бы не ушла без телефона... и уж точно не оставила бы здесь очки.

По спине пробегает леденящий холод.

Ее забрали. Я знаю это. Просто не могу доказать.

В руке вибрирует телефон. Смотрю на экран с нарастающим страхом, ожидая угрозы от братьев Уэббер.

Но все оказывается гораздо хуже.

Отец Скарлетт:

Кросс, срочно набери меня. Где моя дочь?