— Разберусь с тобой через минуту, — процеживаю я Тайлеру и ныряю в ванную вслед за Скарлетт. Закрываю дверь, поворачиваю замок и для верности прислоняюсь к ней спиной. Хрен его знает, зачем мой лучший друг вел мою сводную сестру в ванную, но я намерен это выяснить.

Она резко оборачивается, длинные волосы взлетают веером. От них несет пивом.

— Господи, ты пахнешь как пивоварня. — Я вскидываю бровь. — Давно ты здесь?

— Минут пять, — бурчит она под нос. — И я уйду, как только ты дашь мне возможность уединиться.

Я усмехаюсь:

— Ну да, конечно. Дай тебе палец, ты и руку откусишь.

Она открывает рот.

— Ты издеваешься? Ты превратил мою жизнь в кошмар.

— Я еще даже не начинал разогреваться, принцесса.

О, это прозвище ей не по душе. Лицо кривится, и она резко отворачивается. И все же злость скрыть не получается — отражение в широком зеркале над раковиной выдает ее с головой.

В дверь кто-то барабанит:

— Быстрее! Тут очередь!

Я киваю, мол, делай то, зачем пришла. Раз Тайлер притащил ее сюда, значит, дело важное... а с ним никто не рискнет спорить из-за очереди.

— Выйди, — шипит она.

Я закатываю глаза.

— Ты вообще знаешь значение слова «нет»?

Она бледнеет, но пытается скрыть неуверенность, снова закатив свои раздражающе красивые глаза.

Я устраиваюсь поудобнее у двери и скрещиваю руки на груди. После долгой паузы она стягивает свитер и включает кран. От увиденного мои брови едва не улетают к линии роста волос. Гладкая, бледная кожа... На ней топ-бралетт, доходящий до середины живота. Он закрывает больше тела, чем верх от бикини, но она все равно слегка отворачивается, набирая в ладони воду и ополаскивая руки.

— Что ты делаешь?

— Какая-то девушка облила меня пивом, — резко бросает она.

— А я-то думал, у тебя проблемы с алкоголем. — Я склоняю голову набок. — И зачем вообще надевать свитер на вечеринку?

— Я не знала, что окажусь здесь, гений. И уйду сразу, как только закончу.

— Допустим.

Она интригует. Ненавижу это признавать, но я не могу оторвать от нее глаз. И она сняла свитер почти без сопротивления. На что еще я смогу ее уломать?

— Не веришь? — Скарлетт на мгновение прищуривается, встречаясь со мной взглядом в зеркале. Но быстро отводит глаза и приседает, чтобы открыть дверцы шкафчика. Быстро роется в чужом хламе и выуживает застиранную махровую салфетку.

Я вскидываю брови еще выше, но не комментирую то, чем она вытирает кожу. Эта салфетка наверняка чище, чем влажное полотенце для рук, которым сегодня пользовались все кому не лень.

— Ладно. — Она швыряет салфетку на столешницу. — Выпусти меня.

— Выпустить. — Я делаю вид, что раздумываю. — Заманчиво, но нет.

— Нет?

Я ухмыляюсь:

— Ты еще не заплатила за проход, принцесса.

Она тянется к свитеру, но я выхватываю его из ее рук.

— Нет-нет, так не пойдет, — поучаю я. — Мы еще даже не начали обсуждать твои последние грехи. А они копятся.

— Для тебя любой мой взгляд — уже оскорбление.

— И то правда. Так что лучше смотри мне в ноги.

Когда ее взгляд не опускается, я улыбаюсь шире. Почему доводить ее так весело?

Но тут я внезапно вспоминаю причину нашей встречи: мой гребаный позор на поле.

Паршиво ли было получить тот удар? Однозначно.

Стало ли лучше от того, что Скарлетт Уоллес вылетела на поле так, будто в меня стреляли? Черта с два. Наоборот, это открыло ящик Пандоры — от парней посыпались вопросы о горячей новенькой, которая так надо мной трясется. Остается только благодарить высшие силы, что никто, кроме Тайлера, не знает, что она моя сводная сестра.

Мне нужно поддерживать репутацию. К тому же тренер не в курсе моих боев, и я чертовски старался скрыть травмы. Да, сегодня я поднимался дольше обычного... но я в порядке. Стэнли раздобыл мне мощные обезболивающие, на них и продержусь ближайшие пару дней.

Но всё это не будет иметь значения, если Скарлетт выдаст мои секреты — даже те, о которых сама не догадывается. И это ее сюсюканье...

Нет уж, спасибо. Избавьте.

И какая наглость. С чего бы Скарлетт вообще обо мне заботиться?

Я обдумываю это и ищу подвох. Она шныряла в моей комнате и нашла деньги, хоть и не поняла, откуда они. От меня она правды не добьется. Но может, в этом и есть ее интерес? Ей нужны деньги... или она хочет, чтобы я стал к ней лояльнее.

Оба варианта в лучшем случае смехотворны, в худшем — бесят.

Моя первоначальная цель — превратить ее жизнь в ад — остается в силе, как бы сильно она ни переживала на поле.

Я задираю футболку, обнажая покрытый синяками торс.

— Это, Скарлетт, не твое гребаное дело.

Она ахает.

Да, цвета сегодня стали чуть более... сочными, «спасибо» тому столкновению. Но тренер ничего не заподозрил, а свои ошибки я списал на недосып. К счастью, он не стал расспрашивать, а Тайлер отлично его отвлек.

Завтра всё может быть иначе.

Я выпускаю ее свитер. Ткань скользит сквозь пальцы и падает к моим ногам.

— Ой. — Я наклоняюсь поднять его и издаю болезненный стон.

— О господи. Нет, я сама. — Она тут же падает на колени передо мной.

Скарлетт тянется за свитером, не раздумывая, подается вперед, и мне открывается отличный вид на ее грудь. Но лишь на мгновение. Я отпираю замок, поворачиваю ручку и отступаю, позволяя двери распахнуться внутрь. Та почти задевает ее, и Скарлетт едва успевает уклониться.

— Боже, Скарлетт, ты на всё готова, лишь бы отсосать мне.

Я говорю это громко, на публику, и от неожиданности она вздрагивает.

— К чему такое отчаяние? Я не хочу, чтобы ты ко мне приближалась.

Она съеживается.

Я разворачиваюсь и оставляю ее там. К моему удовлетворению, я привлек внимание многих. Кое-кто даже достал телефоны. Спрятав ухмылку за каменным выражением лица, я проталкиваюсь через толпу.

Тайлер ловит мой взгляд, но я качаю головой и иду дальше.

Незачем смотреть на крокодильи слезы Скарлетт и на то, как она будет пытаться выкрутиться из этой ситуации.

Добираюсь до дома в рекордные сроки. Тщательно выверенный хмель выветрился вместе с остатками таблетки, которую я заглотил днем. Скарлетт, скорее всего, всё еще на вечеринке, борется с унижением. Она из тех, кто до последнего держит марку. Будет игнорировать косые взгляды из чистого упрямства.

А значит, время на моей стороне.

Зайдя внутрь, ввожу код на панели сигнализации в прихожей. Система активируется через минуту; экран дважды мигает красным и сменяется привычным синим.

Я беру стакан воды, поднимаюсь на второй этаж и замираю в коридоре.

Взгляд падает на закрытую дверь Скарлетт.

Не стоит...

Но я могу.

Да и к черту это «не стоит». Она первая залезла ко мне.

Господи, с такой логикой я сам как ребенок. Но если я хочу вернуться к плану с шантажом, чтобы заставить ее делать мои задания по учебе, в ее комнате шансов найти что-то стоящее больше.

Решено.

Проскальзываю внутрь и щелкаю выключателем. В любом случае я услышу, как она возится с кодом внизу — если вообще решит вернуться.

Да и если она застукает меня за обыском, мы просто сравняем счет, верно?

Комната оказывается совсем не такой, как я ожидал. Здесь не идеальный порядок — не такой, как поддерживаю я, — но и не бардак. На стуле в углу набросана одежда, одеяло на кровати лежит комками, наспех прикрывая матрас.

Я осматриваюсь и фокусируюсь на шкафу. Там всё разложено по полочкам: коробки наверху, часть припрятана в глубине, одежда на вешалках. Обычная дребедень. Изучаю коробки, но ничего примечательного не нахожу. Старые тетради и учебники, видимо, еще из ее элитного университета Лиги Плюща, фотографии, где она позирует с незнакомцами.

Перебираю стопку снимков. Девушка на них разительно отличается от той, что живет в этом доме. Эта версия больше похожа на ту Скарлетт, которую я видел на свадьбе. Хоть во время церемонии она и метала молнии глазами, потом быстро оттаяла: улыбалась и смеялась с родными. Танцевала.

Назовите меня сумасшедшим, но я не могу представить, чтобы нынешняя Скарлетт танцевала. Да и поводов для улыбок у нее в последнее время, наверное, не было.

Впрочем, неважно.

Сбрасываю фото обратно и из чистого любопытства беру учебник по матанализу. Мне плевать на дифференциальные уравнения, но интересно — делает ли она пометки на полях?

Похоже, нет.

Листаю страницы, и вдруг на пол вылетает сложенный листок.

Он планирует в сторону. Я подбираю его, разворачиваю и замираю. Приходится перечитать трижды, чтобы разобрать рукописный рецепт, а потом я сдаюсь и вбиваю длинное название препарата в поиске на телефоне.

Экстренная контрацепция.

Ох ты ж черт.

Я тихо присвистываю.

А у Скарлетт, оказывается, есть свои скелеты в шкафу.

Пошла и переспала с кем-то без защиты... и испугалась, что залетит?

Я фотографирую рецепт и кладу его обратно в учебник, довольно улыбаясь. Проверяю, чтобы всё лежало как было, закрываю шкаф, гашу свет и возвращаюсь к себе.

Не знаю, когда именно я использую этот козырь против нее, потому что это кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой. И слишком масштабным, чтобы тратить походя. Нет, тут нужен тонкий расчет. А когда это всплывет...

Шах и мат.

Ей лучше начать паковать чемоданы заранее. Чувствую, к тому времени, как я с ней закончу, она припустит обратно в свой Йель со всех ног.