Одним из серьезных достижений эпохи в плане развития инфраструктуры предпринимательства было создание системы Коммерческих судов.

Они предназначались для быстрого решения коммерческих споров, рассмотрения вопросов банкротства и т. п. специфических экономических дел.

Первый Коммерческий суд был учрежден указом императора Александра Павловича в Одессе в 1808 г. Затем – в 1808 г. в Таганроге, в 1818 г. в Феодосии, в 1819 г. в Керчи, в 1821 г. в Архангельске, в 1824 г. в Измаиле. Парадоксально, но в крупнейшем порту страны, Петербурге, такого суда не было.

В 1827 г. под руководством нашего знаменитого труженика законодательства М. М. Сперанского был создан комитет для разработки Устава о векселях и законодательства о банкротстве. В контексте этой работы естественным образом возник вопрос о систематизации и расширении работы коммерческих судов.

Интересно проследить участие Департамента мануфактур в этой работе по делу [РГИА 18–2–708] «Об учреждении Коммерческих Судов в обеих Столицах». Это дело – крайне любопытный пример тайм-менеджмента прохождения новой законотворческой идеи между заинтересованными госорганами.

7 сентября 1828 г. Егор Францевич Канкрин пишет министру юстиции князю Алексею Алексеевичу Долгорукову:

Милостивый государь мой, князь Алексей Алексеевич,

неоднократно доходили до меня изъяснения людей торгующего сословия об учреждении коммерческих судов в некоторых городах хотя бы на счет купечества, которые того пожелают, отчего ожидается им важная польза во всех торговых делах.

Обстоятельство сие побуждает меня обратиться к Вашему Сиятельству с покорнейшую просьбой уведомить меня, не было ли или нет ли по сему предмету предположения по Министерству Юстиции и не рассудите ли Вы, Милостивый Государь мой, сделать по сему предмету какое-либо соображение, с моей же стороны я готов содействовать к нужным по сей части мерам по возможности.

С совершенным почтением и преданностью имею честь быть Вашего Сиятельства покорнейший слуга Егор Канкрин.

Долгорукий 9 октября отвечает, что было бы очень полезно практику Коммерческих судов, имеющихся в портовых городах, распространить на всю страну, причем можно за основу взять устав Одесского суда.

Одновременно в конце сентября – начале октября во внутренней переписке Департамента мануфактур поднимаются и обсуждаются материалы Комиссии составления законов от 1819 г. по этому вопросу и история развития этих материалов в Комитете о банкротном уставе в 1827 г.

Приложена служебная записка об истории первых коммерческих судов, начиная с одесского. По неочевидным из переписки причинам Минфин решил не подключиться к работе комиссии Сперанского, а рыть свой собственный туннель под Ла-Маншем.

Собрались французы с англичанами прорыть туннель под Ла-Маншем. Парламентская комиссия, слушания, выбор компании-подрядчика.

Французская компания: 10 млрд евро, срок 4 года. Английская компания: 8 млрд евро, срок 2 года. Русская компания: 4 млрд евро, срок полгода. Диалог:

– Как вы планируете реализовать проект в такие сжатые сроки? Это же технически невозможно!

– В отличие от французов и англичан, мы будем копать туннель с двух сторон, английской и французской, одновременно. Под Ла-Маншем встретимся.

– А если не встретитесь?

– Ну, будет два туннеля.

4 января 1830 г. министр финансов отдельным документом просит Коммерческий совет «войти в рассмотрение сего важного предмета и представить свое мнение о способах приведения оного в исполнение».

Непонятно, почему не было никакого прогресса по делу в 1829 г. Видимо, ожидали создания Коммерческого совета, с работой которого было логично увязать вопрос о коммерческих судах.

В одном из материалов дела так и сказано: «При открытии Коммерческого Совета Господин Министр Финансов предложил членам оного между прочим заняться составлением проекта об учреждении для здешнего [СПб] порта Коммерческого суда, для вящего споспешествования торговым оборотам».

Дальше в деле есть оглавление проекта устава суда, разработанного Коммерческим советом, но нет самого устава.

20 октября 1830 г. Канкрин высылает министру юстиции Дмитрию Николаевичу Блудову разработанный проект устава с вопросом, не против ли министр внесения этого устава в Госсовет.

Приложена пояснительная записка о коммерческих судах и предполагаемое штатное расписание судов. Важный бюрократический этап, когда кроме общих идей появляются штатное расписание и бюджет!

27 октября Блудов отвечает, что устав слишком «одесский» в основе, в целом для империи может быть недостаточно универсален. Но пока в качестве временной меры можно внести с некоторыми замечаниями, имея в виду разработку полноценного устава позднее. Приложен список замечаний.

1 ноября 1830 г. Сперанский пишет Канкрину записку (курсив Г. А.):

Государю Императору благоугодно было знать, на чем остановилось дело о проекте устава Вексельного и Банкротского, производившихся в особом Комитете, под председательством моим учрежденном. <…>

По сему вопросу я имел счастие вчерашний день поднести особенную записку, с коей список считаю долгом препроводить при сем к Вашему Сиятельству по связи дела сего с образованием Коммерческих Судов.

При сем честь имею сообщить, что меры к окончанию дела сего в конце записки изложенные, удостоены Высочайшего утверждения.

Приложена копия записки Сперанского государю, в которой в числе прочего затронут вопрос устройства коммерческих судов. В том числе «что к образованию Коммерческих Судов для столиц собраны в Комитете достаточные материалы и работа сия может быть ныне же предположена и неукоснительно окончена».

Однако Канкрин все-таки вносит в Госсовет свой проект сырого «одесского» устава. 24 декабря 1830 г. Госсовет счел, что создание судов на базе одесского устава преждевременно и нужна разработка полноценного универсального устава, который «судя по отзыву Действительного Тайного Советника Сперанского не замедлится внесением и в Государственный Совет».

В мнении Госсовета отмечу прекрасную фразу: «…что учреждение сих Судов вообще для успехов коммерции полезно, устраняя вредную для дел сего рода медленность, с обыкновенным судебным порядком неразлучную» [курсив Г. А.].

8 января 1831 г. по следам этого решения Госсовета Канкрин посылает Сперанскому проект устава, разработанный Коммерческим советом, для учета в работе комиссии Сперанского. В документе явная описка, «8 января 1830», характерная для первых дней нового года.

10 апреля 1831 г. Сперанский посылает Канкрину разработанный его комиссией проект, с просьбой предоставить свои замечания. 23 апреля Канкрин отвечает небольшими редакционными замечаниями. На этом цитируемое дело заканчивается, в Госсовет новый устав вносила, очевидно, комиссия Сперанского.

Наконец, 14 мая 1832 г. вышел именной Указ «Высочайше утверждённое Учреждение коммерческих Судов и Устав их судопроизводства» [ПСЗ, закон 5360, т. 7, с. 405–474]. Подробный документ, практически без изменений работавший следующие несколько десятилетий.

Как мы помним, в 1833 г. в беседе с фабрикантом Рыбниковым, которую я цитировал во II главе, государь интересовался, довольно ли купечество новыми Коммерческими судами.

Е. Д. [Пахольчик], автор статьи «Становление и развитие коммерческих судов в России в первой половине XIX века», отмечает высокую эффективность этих новых судов благодаря двум основным особенностям: выборность судей из среды самого купечества и устный порядок судопроизводства, существенно сокращавший время рассмотрения дел.

Например, вот так формировался состав Петербургского коммерческого суда:

Члены Коммерческого суда от купечества избирались в Городской думе на общем собрании купцов I и II гильдий, иногородних купцов I и II гильдий и иностранных гостей, имевших торговые предприятия в Петербурге сроком на 2–3 года.

Из представленного Министерством юстиции списка юристов отбирались кандидаты в члены Коммерческого суда от правительства сроком на 4–6 лет.

Затем эта процедура повторялась в особых выборных собраниях петербургского купеческого, мещанского и ремесленного сословий и Охтинского пригородного общества.

Сформированные списки направлялись в Министерство юстиции, затем на Высочайшее утверждение. Такой строгий отбор гарантировал высокий авторитет судей, поскольку именно доверие к Суду – основа обычного права.

Что касается скорости, она очевидно критична для коммерческих дел. Простой в несколько дней, задержка товара в порту и т. п. могут приводить к большим убыткам вплоть до банкротства.

Иски в Коммерческие суды можно было подавать даже в праздничные дни, для чего собиралось экстренное заседание суда. Дело обычно рассматривалось в течение одного-двух заседаний, иногда и в день подачи иска.

Стороны при желании могли выбрать письменный порядок обмена позициями по делу, но и этот порядок был существенно ускорен и упрощен по сравнению с общегражданским.

Автор статьи приводит статистику – в год в Петербургском коммерческом суде рассматривалось по несколько тысяч дел, причем существенное большинство решалось в пределах пятидневного срока.

При этом крайне небольшой процент дел одна из сторон выносила на апелляцию в Судебный департамент Сената, что говорит о высоком качестве коммерческого судопроизводства.

Подытоживая: мы видим исключительно ценную реформу регуляторной среды для бизнеса, в которой наш любимый министр проявил себя несколько некомандно, копая свой собственный второй туннель под Ла-Маншем, не скоординировавшись должным образом с комиссией Сперанского.

Примеры таких несогласованных и запараллеленных действий и в госаппарате, и в крупных корпорациях можно приводить бесконечно.

Впрочем, мотивация перехватить у конкурирующего ведомства какую-то важную тему, первым доложить о ней императору, первым возглавить в публичном поле, по моим наблюдениям, и в наше время часто прослеживается за действиями крупных государственных деятелей.

Вспоминается курьезный случай из современности. В 2014 г. на Петербургском экономическом форуме Агентство стратегических инициатив объявило о создании инвестиционного рейтинга российских регионов.

Это было важным событием. Президент на пленарной сессии сказал, что будет учитывать данные рейтинга в принятии кадровых решений по губернаторам.

Зал для объявления результатов первого рейтинга был сравнительно небольшим, места занимали очень заранее, губернаторы волновались.

Приятно было увидеть в лидерах первого рейтинга наших клиентов по тайм-менеджменту – Калугу, Татарстан, Ульяновск. Главы этих регионов, – А. Д. Артамонов, Р. Н. Минниханов, С. И. Морозов, – были первопроходцами внедрения тайм-менеджмента в губернаторских администрациях.

Через месяц меня, как члена президиума «Опоры России», тогдашний глава «Опоры» Александр Владимирович Бречалов попросил принять участие в рабочей группе Минрегиона по созданию инвестиционного рейтинга российских регионов.

Богатый кабинет, каждое кресло стоит как крыло от боинга. Вальяжный замминистра во главе. Неспешный разговор о том, как надо бы поразмышлять и подумать об инвестиционном рейтинге российских регионов, что можно положить в основу его разработки.

Мне очень хотелось поднять руку и спросить – зачем второй рейтинг, если только что месяц назад на самом высоком уровне представлен рейтинг АСИ? Однако я решил на первом заседании не хулиганить, просто слушать и записывать.

Убила меня фраза замминистра в конце заседания: «Ну что, коллеги, мы очень продуктивно поработали, давайте встретимся месяца через три-четыре и продолжим наше обсуждение».

На следующей встрече с главой «Опоры» я пересказал А. В. Бречалову все это в лицах и спросил: «А зачем вообще в нашей прекрасной империи нужен Минрегион?» Ответ был – «Мы сами давно пытаемся это понять…»

Через пару месяцев Минрегион был упразднен. Что мною как экспертом по эффективности было воспринято с глубочайшим удовлетворением. Подозреваю, и регионами тоже.

Итоги главы V

1. В период с 1801 по 1830-е гг. были заложены основы инфраструктуры привлечения капитала в промышленные проекты. Основан Государственный коммерческий банк, появились общественные банки по образцу Анфилатовского банка 1808 г., в том числе хорошо задокументированный осташковский банк Савина 1818 г.; активно создавались акционерные общества; развивалось акционерное законодательство, в ряде позиций опережавшее европейское.

2. Как уникальную особенность эпохи можно отметить тесную связь делового инвестирования с благотворительностью. Благотворительные учреждения выступали значимым источником капитала, а в конструкцию общественных банков могла изначально закладываться благотворительная составляющая, как у Анфилатовского банка и банка Савина.

3. Инструментом поддержки легкой промышленности служил масштабный ежегодный госзаказ на сукно для армии, распределяемый между предприятиями Комитетом по снабжению войск сукнами, действовавшим при Департаменте мануфактур.

Впоследствии аналогичный механизм применялся и в других отраслях, например в конце XIX – начале XX вв. при распределении госзаказов на ж/д вагоны среди вагоностроительных заводов.

4. В царствование императоров Александра I и Николая I была проделана огромная работа по развитию сети водных коммуникаций; существенно увеличился грузопоток по ним; появилось и развивалось пароходное сообщение.

Был также дан старт строительству железных дорог, однако темпы развития железнодорожной сети отставали от европейских и американских, что негативно сказалось на эффективности нашей логистики в Крымской войне.

5. Инфраструктурное строительство не только улучшало возможности для торговли и перевозок и давало заработать частным строительным подрядчикам, но и могло содержать элементы промышленной политики. Как в случае с постепенным переходом ж/д строительства на рельсы российского производства.

6. Государство применяло для развития промышленности льготное кредитование промышленных проектов, по структуре похожее на нашу современную промышленную ипотеку и займы Фонда развития промышленности. Были и другие формы господдержки – предоставление бесплатной земли, освобождение от налогов или гильдейских пошлин и т. п.

7. Министерство финансов помогало предпринимателям в экспорте промышленной продукции, но полноценной инфраструктуры поддержки экспорта создано не было.

8. Была создана система Коммерческих судов, дававших предпринимателям возможность значительно более быстрого решения коммерческих споров по сравнению с общегражданской системой судопроизводства.

Сравнение трех индустриализаций

Сформированная в XIX в. инфраструктура акционерного учредительства и привлечения капиталов в бизнес-проекты была достаточно прогрессивна для своего времени, в некоторых элементах опережая английскую и французскую.

Во время советской индустриализации акционерная структура для крупных предприятий сохранялась как элемент корпоративного управления, но перестала быть инструментом привлечения капитала.

Например, созданная Алексеем Капитоновичем Гастевым консалтинговая компания АО «Установка» имела в числе учредителей Наркомтруд СССР (50%), ВСНХ СССР (20%), Центральный институт труда ВЦСПС (17%), Бюро правлений железных дорог (9%) и по 1% от нескольких отраслевых профсоюзов.

Инструментом финансирования проектов в советское время были несколько специализированных банков, таких как Промбанк, Электробанк, Сельхозбанк и т. п.

В СССР широко применялся своеобразный инструмент финансирования индустриализации – целевые выигрышные облигационные займы. Облигация такого займа давала не только купонный доход, но и возможность выигрыша. В советской пропаганде 1920-х гг. эти займы активно продвигались плакатами, брошюрами и т. п.

Этот опыт мог бы быть использован в наше время. Облигационные займы крупных промышленных проектов могли бы быть поддержаны государством не только финансово (субсидирование ставки и т. п.), но и медийно. Представляется, что это были бы более интересные инвестиционные идеи, чем известное «народное IPO ВТБ».

В наше время кроме общих инструментов акционерного учредительства, банковского и биржевого финансирования используются инструменты облегчения доступа к финансированию для компаний из поддерживаемых отраслей или направлений. Например, МСП Банк может субсидировать ставку биржевого размещения облигаций таких компаний.

В части развития инфраструктуры во всех трех индустриализациях видна активная работа правительства над формами инфраструктуры, актуальными для своего времени.

Из неудачных моментов стоит отметить медленное развитие железнодорожной сети при министре Клейнмихеле и крайне слабое, практически нулевое, развитие малой авиации в современной России.

Для примера, на моей малой родине в советские времена можно было долететь на самолете АН–2 – «кукурузнике» – в Тверь из таких населенных пунктов, как Осташков, Ржев и Селижарово. Клиенты, практикующие малую авиацию как личное хобби, отмечают крайнюю зарегулированность и слабую развитость этой области по сравнению с теми же США.

В госзакупках как инструменте поддержки бизнеса отмечу более разумную, на мой взгляд, систему государственно-отраслевых договоренностей XIX в. по сравнению с современной, скопированной с западных моделей «антимонопольностью» и «электронной прозрачностью закупок по самой низкой цене».

В части прямой господдержки бизнеса, льготного кредитования бизнеса, взаимодействия государства с бизнесом через предпринимательские объединения наша современная российская система представляется достаточно логичным развитием механизмов, заложенных 200 лет назад.

В плане поддержки экспорта промышленной продукции госорганы Российской империи делали небольшие пробные шаги; в СССР экспортом занималось только государство.

Современная Россия дает большую фору двум прошлым индустриализациям в этом аспекте. Действуют Росэкспортцентр (методическая поддержка экспортеров), Росэксимбанк (кредитование), Эксар (страхование), региональные структуры поддержки экспорта. Есть различные субсидии на участие в международных выставках и т. п.

По отзывам моих клиентов-экспортеров, существенную помощь в экспорте оказывают активные и продвинутые торгпредства. К сожалению, не во всех странах они активны и продвинуты.