Государственное хозяйство – это такое хозяйство, в котором все хотят есть, но никто не желает мыть посуду.

Кроме подарков и подвохов от австрияков, ещё один подарок-подвох выложил ожидавший Брехта в Мюнхене давний его знакомый и родственничек. Не его родственник, Александра Павловича Романова. И причиной его визита была семнадцатилетняя красавица, которая при встрече с Брехтом хотела ему глаза выцарапать. Так-то понять девушку можно. Она старшая дочь Максимилиана Пфальц-Цвейбрюкен-Биркенфельдского курфюрста и несостоявшегося первого короля Баварии. И если её брата Людвига останавливала от этого выцарапывания принадлежность к мужскому полу и обещанный, точнее, оставленный титул герцога Баварского и прочая, то Августу Амалию Баварскую ничего не сдерживало. Мать давно умерла, а теперь и полной сиротой стала. А Брехт приложил руку к убийству её отца.

Пётр Христианович почти сразу после бескровного захвата Мюнхена в Вюрцбург укатил, а тут прибыл в столицу Баварии Карл Людвиг Фридрих Баденский – сын принца Карла Людвига Баденского, того, кто на совете князей в Вене приставал к князю Витгенштейну по округлению его курфюршества. Прибыл вместе с батянькой, конечно. Император Александр послал тогда, два года назад, Петра Христиановича в Вену именно с этой целью, порадеть за родственников. Луиза Мария Августа Баденская же его дочь и по совместительству Елизавета Алексеевна – российская императрица, супруга императора Александра I.

Так вот, в начале этого года Августа Амалия была обещана в жёны Карлу Людвигу Фридриху Баденскому, и дело полным ходом шло к свадьбе, но тут вмешался Наполеон. Он решил женить на этой красавице, без всяких кавычек, своего пасынка Евгения де Богарне. Карлу Баденскому-старшему, который на тот момент уже был союзником Наполеона, пришлось утереться, а Максимилиан Баварский (царство ему небесное) потирал руки, ведь Наполеон обещал усыновить пасынка и сделать его наследником, а в качестве компенсации Буонопарт предложил Карлу-младшему жениться на троюродной сестре пасынка Евгения – Стефании де Богарне, которую Наполеон официально удочерил и пожаловал титулом принцессы Франции.

А теперь что?

– А где сейчас Евгений этот? – довольно холодно встретил Брехт родственничка попрошайку. И нафиг не пошлёшь, все же Александр – император России, а дочь этого приспособленца – русская императрица.

– По моим сведениям, он из Милана выехал в Париж на коронацию. – Махнул рукой на запад Карл Баденский-старший, а потом и сынок махнул.

– Коронацию? Это хорошо. И чего вам, господа, от меня надо? – Хотя чего спрашивать, и так всё ясно, крысы побежали с корабля.

– Вернуться к первоначальной договорённости о браке Карла и Августы, – ласково и снисходительно эдак улыбнувшись, объяснил тупому великану курфюрст Карл.

– А новый император Франции не обидится? – так же «ласково» улыбнулся и Брехт в ответ.

«Галантерейщик и кардинал – это сила!» – послышалось.

– Вместе мы дадим отпор узурпатору и даже сгоним его с трона.

– Вона чё?! А я не против, я даже двумя руками за. Ну, девиц никто не спрашивает, кто ей больше нравится – император Франции или наследный принц мелкого курфюршества, а вот брата её Людвига, который теперь и является главой этой семьи, вы спросили?

– Он решил, что теперь вы, фюрст, отвечаете за Августу.

Ничего себе. Брехт на секунду прикрыл глаза, выгоды и минусы прикидывая. Дивчуля дикая уедет – это плюс. Баден будет привязан к Баварии – это плюс. А вот очередная плюха Франции и её императорам – это минус. Хотя чего уж. Франция, кто бы там ни сидел на троне – непримиримый враг, и его нужно уничтожить и расчленить. Больно большой.

– Хорошо. Свадьба будет. Про приданое потом поговорим, но земель точно не будет. Да, с вас в качестве жеста доброй воли пять тысяч солдат. Пехотинцев. Желательно – гренадеров.

– Две.

– Четыре.

– Три.

– Договорились.

– Чем быстрее увезёте, тем лучше. На свадьбу всех родственников отправлю. Если Богарне выступит войной, то, естественно, вступлюсь. А, стоп. Вы бы съездили в Вену, тестюшка, повинились, и к послу английскому зашли. Уверен, что и Франц и посол будут рады, может даже денежек подкинут. Ну, и Александру письмецо отправьте. Покайтесь. Он человек отходчивый. Не мог, мол, противостоять силе. Грешен. Но теперь, вместе с Баварией и князем Витгенштейном, мы обломаем рога всем узурпаторам. До единого. Поголовно.

Был ещё один сюрприз ожидаемый, но не так быстро. В Вене, когда её освободили и решили двигаться на Мюнхен, Брехт обоих братиков, и Кристианушку и Петера, отправил домой с наказом, чтобы привезли в Мюнхен старшего братца Альбрехта 2-го князя Сайн-Витгенштейн-Берлебург и, если получится, купили в Дармштадте у ландграфа Гессен-Дармштадта Людвига ещё роту гренадёров. А ещё, если уж совсем попрёт, то наберите в своих землях сто восемьдесят высоких молодых людей, которые тоже захотят быть гренадёрами. Выучу, обстреляю и верну.

Братики в сопровождении десятка лезгин отправились в Берлебург и вернулись со старшим – Альбрехтом и двумя ротами необстрелянных юнцов в один день с Брехтом. Единственным плюсом двух новых рот был рост. Набирали юношей не ниже ста восьмидесяти сантиметров. Откормить, обучить и настоящими богатырями и гренадерами станут.

Альбрехт на следующий день написал прошение о вхождении княжества Сайн-Витгенштейн-Берлебург в состав королевства Баварии в качестве анклава. Если получится присоединить, а вернее, вернуть герцогство Берг и попытаться присоединить Гессен-Дармштадт, то просто огромная территория получится. Да графство Тироль ещё, да герцогство Зальцбург. Просто настоящее королевство будет.

Подвох был и в этом присоединении. Если с Гессеном не получится, то княжество это станет приличной головной болью, на которое вечно будет зариться Пруссия. Ну, дожить надо.