Глава 13.

Город сиял гирляндами со стеклянными шариками, наполненными мягким золотистым светом. Они тянулись под козырьками домов, переплетались над улицами и превращали площадь в мерцающее море огней. Ветер играл с разноцветными лентами, а от жаровен тянуло дымком и пряностями — запеченным мясом, медовыми лепешками и горячим вином с корицей.

На центральном помосте сереброволосый бард выводил звонкую, легкую мелодию, от которой ноги сами просились в пляс. Толпа подхватывала припев, и Лили невольно улыбнулась: сколько бы ни менялся мир, этот праздник оставался прежним — шумным, живым и немного безумным.

Она свернула к центральной аллее и едва успела вдохнуть аромат печеных яблок, как из толпы к ней вынырнули Грета и Илма.

Обе сияли — нарядные, раскрасневшиеся, с блеском в волосах, словно в них застряли крошечные звезды.

— Лили! — защебетала Илма. — Вот уж кого не ожидали увидеть!

— Посмотри на себя! — подхватила Грета. — Настоящая красавица! Все твои зелья, да? Волосы блестят, глаза сияют — спасибо тебе, ведьмочка!

Лили засмеялась.

— Настой миралы творит чудеса, — напомнила она. — Но если полезете купаться в фонтан — все смоется, предупреждаю.

Кумушки прыснули, подхватили друг друга под руки и закружились в танце, растворяясь в толпе.

Лили остановилась у фонтана в ожидании Алистера, но скучать не пришлось. Не прошло и пары секунд, как он словно материализовался из воздуха прямо перед ней. Черная рубаха, уверенная походка, спокойный взгляд. В руке — белый цветок, мерцающий в лунном свете.

— Для тебя, — произнес он, протягивая его.

Лили приняла цветок. Попыталась закрепить в волосах, но тот не желал держаться на месте.

Алистер усмехнулся, шагнул ближе и аккуратно забрал цветок из ее пальцев. Его ладонь задержалась у ее щеки чуть дольше, чем требовалось.

— Ты прекрасна, — сказал он мягко. — Пойдем? Танцы… или что-нибудь вкусное?

Лили выдохнула, стараясь не отстраняться.

— Лучше вкусное, — ответила она и шагнула рядом, стараясь выглядеть непринужденно.

Они шли вдоль рядов лавок. В воздухе смешивались запахи жареных орехов, меда и костров. Алистер без лишних вопросов купил ей яблоко в карамели, кулек орехов, несколько сладостей и прохладительный напиток с мятой. Делал это легко, будто привык заботиться — или показывать, что умеет.

Они заняли один из столиков под гирляндой светлячков. Огни мягко мерцали над головой.

Лили откусила кусочек яблока, карамель хрустнула. Она старалась сосредоточиться на собеседнике, на его словах, жестах, манере держаться. Алистер был красивым, голос был приятным. Но не то. Не тот огонь, который вспыхивал рядом с Риком.

— Ты сегодня будто не здесь, — заметил Алистер.

— Я здесь, — спокойно ответила она.

— Значит, мне нужно постараться сильнее, чтобы украсть все твое внимание.

Серьга в его ухе едва заметно вспыхнула голубым.

Лили на секунду ощутила странное, мягкое тепло — будто кто-то незримо подтолкнул ее быть ближе, открыться. Она нахмурилась. Ощущение исчезло так же внезапно, как появилось.

— Ты говорил, что знаешь о драконах, — произнесла она, меняя тему. — Но не сказал, откуда.

Он чуть склонил голову.

— Этого требует моя служба.

— Какая именно?

Он улыбнулся уголками губ.

— Служу Империи. Разбираюсь с явлениями, которые не вписываются в обычный порядок вещей. Чтобы все могли жить в мире и согласии.

— Важная работа, — заметила Лили, ставя стакан на стол.

— Как и твоя, — добавил он. — Я слышал, ты создала средство от безумия. Причем не один раз. И успешно.

Лили подняла на него взгляд.

— Слухи разносятся быстро.

— Значит, это правда?

— Да. И я хороша в этом, — она позволила себе легкую улыбку. — Я зельевар в седьмом поколении. В моем роду все ведьмы были сильными.

Алистер медленно кивнул.

— Скажи… если человек становится чрезмерно агрессивным — есть ли способ это изменить?

Вопрос прозвучал небрежно.

— Обычно для буйных пациентов наш лекарь закупает у меня успокоительные настои, — ответила она. — Они снимают всплески, но не ломают личность.

— А если дело не в характере? — уточнил он мягко. — Если агрессия — следствие… внутренней природы или вмешательства извне?

Лили задумалась на пару мгновений.

— Тогда нужно понимать источник, — ответила она осторожно. — Любое зелье — лишь инструмент. Иногда может дать желанный результат, иногда нет.

Алистер взял конфету, неторопливо развернул и съел.

— А новые составы ты создаешь?

И вот тут Лили оживилась.

— Конечно. Я постоянно экспериментирую. Улучшаю старые рецепты, пробую новые сочетания. Мир меняется — меняется и алхимия. Сейчас открыто много новых методов очистки и стабилизации. Раньше о таком и не мечтали.

— Значит, если понадобится нестандартное решение… ты способна его найти?

— Я люблю трудные задачи. Они заставляют думать… и расти.

Уголок его губ дернулся — ответ ему явно понравился.

— Ура! Я выиграл! — выкрикнул кто-то рядом.

Лили невольно повернула голову на шум. У соседней площадки как раз играли в отблески.

— Посмотрим? — мягко предложил Алистер.

Толпа уже расселась вокруг площадки, где в мостовую были врезаны широкие каменные чаши. В каждой плескалась чистая вода, а в центре плавал серебристый диск.

Над аркой висел крупный кристалл, ловил лунный свет и рассыпал его тонкими лучами — так что в каждой чаше дрожал свой маленький осколок Луны.

Игра называлась «Поймай лунный отблеск».

Игрок должен был бросить обсидиановый камешек так, чтобы он ударил воду ровно в точке лунного блика. Если попадал — вода вспыхивала серебром, и из чаши поднималось перо удачи.

Они подошли ближе.

Алистер взял камешек, лениво покрутил между пальцев.

— Праздник Луны, — произнес он с легкой усмешкой. — Говорят, кто попадет в осколок — весь год будет любимчиком судьбы.

— Тогда попробуй, — тихо отозвалась Лили. — Проверим, насколько тебе везет.

— Лучше ты. Луна женской руке улыбается охотнее.

Лили уже хотела отказаться… Но в его голосе прозвучала мягкая настойчивость, от которой было трудно просто отмахнуться.

Она взяла камешек. Он был прохладным и гладким. Алистер шагнул ближе. Его ладонь легла поверх ее руки — направляя.

— Не спеши, — тихо сказал он у самого ее уха. — Смотри не на диск… в отражение. Целься правее. На границу света.

Он чуть приподнял ее кисть. Его дыхание скользнуло по ее шее. В груди у Лили неприятно сжалось — будто что-то внутри пыталось одновременно и податься вперед… и отстраниться.

Серьга в его ухе на миг тускло мигнула.

Лили моргнула, стряхивая наваждение, и сосредоточилась на том, что впереди.

— Бросай мягко, — добавил он. — Пусть камень скользнет.

Она выдохнула — и отпустила.

Камешек пошлепал по воде. Последний “плюх” оказался удачным. Вода засияла серебром, а из чаши медленно поднялось сияющее перо. Толпа ахнула, кто-то даже хлопнул и радостно прокричал.

Алистер склонился ближе.

— Видишь? — тихо произнес он. — Луна к тебе благосклонна.

Он взял ее за руку и Лили замерла. На короткий миг ей и правда показалось, что все просто: праздник, музыка, смех и рядом мужчина, за которым можно пойти. Но где-то глубоко внутри что-то упрямо не соглашалось.

— Пойдем, — ласково сказал Алистер, когда она забрала свое перо. — Там начинается танец под Луной.

Они вышли на площадку для танцев, которая была украшена множеством лампочек. Парочки уже танцевали под. Музыка лилась мягко.

Лили двигалась в такт, наблюдая, как теплый свет фонарей скользит по лицам танцующих. Алистер вел уверенно — его ладонь лежала на ее талии, движения были четкие и выверенные.

— Ты хорошо двигаешься, но нужно расслабиться, — произнес он, не отрывая взгляда.

— Я просто стараюсь не наступить тебе на ногу, — ответила Лили.

Он тихо рассмеялся.

Она вдруг поймала себя на том, что перестала следить за расстоянием между ними. Его рука сжала талию чуть крепче, чем диктовал танец. Его пальцы время от времени сдвигались ниже — едва заметно, будто случайно, но она напрягалась.

Серьга в его ухе пульчировала голубым цветом. Лили ощутила странную волну тепла — спокойного, обволакивающего. Мысли стихли и ей стало легко.

Алистер наклонился ближе, чтобы она услышала.

— Видишь? — произнес он шепотом. — Луна сегодня добра. Она соединяет тех, кому суждено встретиться.

Лили слушала — и с каждой фразой ощущала, как сопротивление внутри растворяется. Как будто все и правда правильно. Как будто этот вечер предрешен.

Музыка стала замедляться.

— Лунный свет обнажает истинное, — продолжал он тихо. — Иногда стоит просто позволить судьбе случиться.

Серьга вновь сверкнула.

И в этот момент звуки вокруг стали глуше. Лица — размытее. Остался только он. Его голос. Его дыхание. Лили смотрела в его глаза и вдруг подумала, что рядом с ним спокойно. Что он подходит. Что это разумный выбор. Он наклонился чуть ближе, намереваясь поцеловать. И в этот миг ее взгляд зацепился за человека в толпе.Рик.

Он стоял чуть поодаль — руки в карманах, плечи расслаблены, но тяжелый взгляд был прикован к ней. Он смотрел так, будто отмечал каждое ее движение.

Рядом с ним смеялась темноволосая девушка. Стояла близко, касаясь его плеча рукой, что-то говорила. Он не отстранялся — но и не отвечал. Он вообще будто не замечал ее.

Лили только сейчас поняла, насколько тесно Алистер держит ее в танце. Ее шаг сбился. Она наступила ему на ногу каблуком.

— Осторожно, — тихо произнес он, сжимая талию крепче. — Не отвлекайся.

— Танец — это момент. Только ты и я. Сегодня ночь желаний, — продолжал он мягко. — Луна слушает. Стоит только попросить.

Слова Алистера доходили до нее с трудом. Она каждое кружение выискивала взглядом Рика, и когда их взгляды скрестились наваждение дало трещину. Звуки вернулись резко, как удар. Музыка стала громче. Воздух — холоднее. Ее пальцы сами собой сжались на плечах Алистера. Последний протяжный аккорд и музыка стихла. Толпа захлопала, смех прокатился волной.

— Может, прогуляемся? — предложил Алистер.

Но прежде чем она успела ответить, рядом оказался он.

Рик подошел спокойно, но уверенно, оттесняя Алистера одним своим присутствием. Он даже не посмотрел на спутника Лили — все его внимание было приковано к ней. Ни раздраженные реплики, ни недовольство Алистера, казалось, его не касались.

— Потанцуешь со мной? — спросил он, глядя прямо в глаза.

Лили кивнула и Рик протянул руку. Она вложила в нее ладонь.

Алистер выпрямился, сдерживая злость. Он не сделал ни шага — только смотрел, как ее пальцы ложатся в чужую руку. Улыбка, не сходившая с его лица весь вечер, исчезла.

Лили шагнула вперед — и мир вдруг прояснился. Словно кто-то развеял тонкую дымку, окутывающую ее разум. Она вдохнула глубже — впервые за вечер по-настоящему.

Музыка зазвучала резко, жаляще. Первые аккорды ударили по нервам.

Она знала этот танец. Танец страсти. Танец опасной близости, где любое движение может выдать слишком многое.

— В этом платье от тебя глаз не отвести, — хрипло сказал Рик.

Он медленно поднял ее руку к губам, нежно сжал пальцы, задержав на ней потемневший взгляд. Поцеловал — коротко, но так, что по коже побежали мурашки. И лишь потом выпрямился, становясь в танцевальную стойку и притягивая ее ближе к себе.

Ладонь Лили легла на его плечо — и сквозь тонкую ткань она сразу почувствовала жар его кожи. Он двигался плавно, уверенно, но в каждом шаге чувствовалось сдержанное, жадное желание большего. Мелодия ускорялась, кровь разгонялась по венам, и вокруг становилось все жарче.

Рик резко развернул ее и поймал за талию, не давая потерять равновесие.

Лили прерывисто вдохнула — грудь коснулась его, дыхание сбилось. Он смотрел прямо в глаза — темным, глубоким взглядом, будто проникал в самую душу.

Она не отвела взгляд.

Его рука скользнула вдоль ее спины и остановилась на самой грани приличия. Внизу живота сладко потянуло, и магия внутри дернулась, словно хотела прильнуть к нему, потянуться ближе, коснуться. Лилия резко втянула воздух и с усилием удержала этот порыв.

Юбка взвилась в повороте и задела его колено. В следующее мгновение он уже двигался. Рик шагнул вперед — решительно, наступательно — вынуждая ее отступить. Еще шаг. И еще. Расстояние между ними исчезло.

Лили выгнулась назад. Его ладонь уверенно удерживала ее за спину. Пальцы Лили впились в его плечи, дыхание сбилось, и все вокруг будто отступило на второй план. Праздничный гул, музыка, голоса — все продолжало жить, но больше не касалось их.

В этом танце он стал ее центром притяжения, точкой, к которой тянулось внимание, дыхание, сама суть. Они двигались в одном ритме — слишком слаженно для случайной пары, слишком откровенно, словно это был далеко не первый их танец.

Рик поймал ее взгляд, возвращая в вертикальное положение, и медленно провел пальцем по ее щеке — едва касаясь, будто проверял, не исчезнет ли она.

— Спасибо за танец, — тихо сказал он.

Его грудь тяжело поднималась — почти в том же ритме, что и ее. Она замерла, глядя на его губы, и ее вдруг накрыло диким, пугающим желанием поцеловать его.

Музыка стихла.

Лили моргнула и сделала шаг в сторону и замерла, давая телу понять, что танец закончился. Но притяжение никуда не исчезло. Оно все еще тянуло, пульсировало под кожей, как незавершенное заклинание.

Так работала связь истинных?

Или это были ее собственные чувства?

Она не успела додумать мысль — рядом оказался Алистер. Он подошел бесшумно. На лице — все та же безмятежная, открытая улыбка, которой он одаривал Лили.

— Прекрасный танец, — сказал он мягко. — Не думал, что ты настолько… хороша.

Лили сглотнула. Она уже не понимала, как теперь смотреть на Рика. И нужна ли ей эта проверка поцелуем. Мысли путались.

— Ничего особенного, — сказала она, чувствуя во рту горечь собственной фальши.

Алистер протянул руку. Его пальцы скользнули по ее запястью — и в тот же миг напряжение ослабло.

— Позволь, я провожу, — произнес он с той самой заботливой интонацией, от которой не отказываются.

Она кивнула — и только потом поняла, что уже согласилась.

Рик остался стоять на месте. Он не сказал ни слова, но Лили кожей чувствовала его обжигающий спину взгляд. Она обернулась на мгновение.

Рик стоял неподвижно, с той обманчивой сдержанностью, под которой бился огонь древнего хищника. И смотрел только на нее — так смотрят те, кто уже сделал свой выбор.