25 ноября 996 г. от ВР.

…К началу официальной части мероприятия — обращения главы рода Ильиных к гостям — в зал для приемов набилось как-то уж очень много гостей. Нет, распределись они более-менее равномерно, никакого дискомфорта мы бы не почувствовали. Но большую часть собравшихся почему-то «непреодолимо тянуло» к нам, из-за чего пришлось принять… целый комплекс разноплановых мер: для того, чтобы минимизировать площадь, занимаемую нами, я сместился за спину Наташи, притянул ее к себе и обхватил за талию. Затем сформировал вокруг нас цилиндрическую воздушную стену. И «подсветил» ее крошечными Молниями. Дабы минимизировать шансы «случайных» столкновений.

Да, все вышеперечисленное так или иначе нарушало правила поведения на мероприятиях высшего света, но я мысленно решил, что эти самые правила формировались в до-магическую эпоху и не учитывали нынешние реалии, а значит, я имею полное право заняться… хм… оптимизацией. Ну, и объединить приятное с полезным — «законно» пообнимать женщину, которая нравится, и побесить тех, кому это не по нутру.

Кстати, Природница отреагировала на эту… пусть будет «вольность» убийственнее некуда: «привычно» подалась назад, «бездумно» прижала к себе мои руки, благодарно погладила тыльную сторону моей «верхней» ладони и сфокусировала все внимание на Сергее Александровиче, как раз поднявшемся на возвышение и орлиным взглядом оглядевшем гостей. Недовольные шепотки окружающих ревнителей традиций, конечно же, «не услышала». Поэтому во время благодарственной речи «задумчиво» перебирала мои пальцы.

Оставила их в покое только в тот момент, когда потребовалось выразить уважение хозяину приема аплодисментами. Но после того, как похлопала ему за нас обоих, вернулась к прерванному занятию и… вжалась в меня спиной еще сильнее. К сожалению, ненадолго — стоило Ильину-старшему пожелать собравшимся хорошего вечера и направиться к лестнице, как к нам начали поворачиваться… хм… страждущие. И мне пришлось сначала разомкнуть объятия, затем убрать стену и ответить на вопрос с подковыркой, заданный рыжеволосой ни разу не красоткой лет двадцати, явно уязвленной моим поведением:

— Олег Леонидович, вы только что продемонстрировали настолько… хм… оригинальное заклинание, что я все никак не пойму, для чего оно могло разрабатываться изначально. Расскажите, пожалуйста, а то проснувшееся любопытство не даст мне покоя.

— Это не заклинание… — начал я, поймав ее взгляд, и сделал характерную паузу. А после того, как девушка догадалась представиться, спокойно продолжил объяснения: — Это, Елизавета Александровна, обычная манипуляция стихиями — на каком-то уровне развития энергетики они начинают подстраиваться в том числе и под еще неоформившиеся желания. Впрочем, это конкретное оформиться успело: я не хотел, чтобы кто-нибудь из присутствующих получил тяжелые травмы или погиб, случайно задев наши покровы: они у нас, скажем так, несколько нестандартные. И могут навредить в автоматическом режиме.

— А почему нестандартные покровы не травмируют вас? — спросила она же.

Я пожал плечами:

— Мы настолько привыкли воевать бок о бок, что на подсознательном уровне воспринимаем друг друга частью одной боевой двойки. Вот покровы под это ощущение и подстраиваются, автоматически исчезая с «защищенной» стороны.

— Удобно, наверное… — с ангельской улыбкой съязвила Рыжая и, конечно же, нарвалась на ответ в том же стиле. Но не мой, а Наташин:

— Магия радует не только этим. Но на достаточно высоких уровнях…

Елизавета Александровна, ощущавшаяся волшебницей уровня, эдак, одиннадцатого-двенадцатого, оценила укол и едва заметно прищурилась. А нас «атаковал» красавец-мужчина лет тридцати, затянутый в вечерний костюм с розой в петлице — полюбопытствовал, почему мы до сих пор не перебрались в бальный зал. Задавая этот вопрос, смотрел на Природницу, вроде как, млея от ее красоты, и тоже нарвался. На логичный вопрос:

— А что мы там потеряли?

— Блестящих кавалеров, хмельной азарт, пьянящее ощущение свободы…

Наташа насмешливо фыркнула:

— Определение «блестящий» применительно к слову «кавалер» смешит: поговорку «Не все то золото, что блестит», знают даже дети. Определения «хмельной» и «пьянящее» вызывают отторжение: для того, чтобы радоваться жизни, мне стимуляторы не нужны. А с остальным все еще проще: кавалер у меня уже имеется, соответственно, другие требуются, как корове седло; с азартом, но от боев с иномирным зверьем, у нас, пожалуй, перебор, а слово «свобода» отбивает всякое желание общаться с вами дальше.

— Почему⁈ — возмущенно взвыл «блестящий кавалер».

В голосе Природницы зазвучала закаленная сталь:

— В моей системе координат свобода — это отсутствие ответственности. А я живу Олегом Леонидовичем, его родом и чаяниями Российской Империи. И в принципе не понимаю личностей, пытающихся обрывать подобные связи что на час, что на день, что на век!

— Говоря иными словами, на танец с моей дамой можете не надеяться… — добавил я, дождался, пока герой-любовник поймает мой взгляд, наберет полную грудь воздуха и откроет рот, заткнул его лентой и недобро оскалился: — А еще мы, как только что было озвучено, не желаем общаться с вами дальше. Поэтому если вас оскорбило это утверждение, и вы готовы вызвать меня на дуэль, то кивните, и я уберу воздействие, мешающее вам говорить. Если же вы просто жаждете продолжить трепать языком, то займитесь этим где-нибудь еще — воздействие спадет само собой после того, как вы отойдете от нас метров на десять-пятнадцать…

…Ильины не собирались пускать процесс охмурения наивного мальчика на самотек, поэтому, как только вокруг нас образовался слишком уж плотный круг из ослепительных красоток, отправили «на помощь» наследника главы рода. В тот момент, когда он вышел на финишную прямую, одна из обаяшек — особа в ярко-красном пиджаке поверх черной сетчатой блузки, нескромно обтягивавшей не менее впечатляющий бюст, чем у моей помощницы — как раз спросила, почему в моей команде одни девушки.

И Кирилл Сергеевич счел возможным не гнать коней, чтобы услышать мой ответ на этот вопрос.

Я мысленно усмехнулся и пожал плечами:

— Марина Валерьевна, вы оцениваете мою команду со стороны и, как ни грустно это признавать, используете принципиально неверный критерий. А я вижу в этих девушках Личностей, развивавших Дары параллельно со мной, добившихся в этом деле впечатляющих результатов и, что самое важное, заслуживших мое абсолютное доверие. Кстати, на самом деле вы считаете моей командой две разные боевые единицы: меня с Натальей Георгиевной и мою матушку с тремя напарницами.

— Так, стоп: в ресторан «Вятич» вы врывались втроем! — протараторила блондиночка.

Я подтвердил:

— Все верно. Но я умею не только драться, но и думать. Поэтому, узнав, что в ЗДАНИИ буйствует зверье, владеющее стихией ЗЕМЛИ, взял с собой волшебницу, обладающую соответствующим чувством и способную ощутить неправильные напряжения в несущих стенах. Что, в конечном итоге, и помогло нам вовремя покинуть обреченное здание.

— А я слышал, что оно обрушилось из-за вас… — подал голос какой-то слащавый хлыщ, явно обидевшийся на полный игнор со стороны Натальи.

Я поймал взгляд этого дурачка и усмехнулся:

— Открою страшную тайну: и я, и мои люди пишем на микрокамеры все происходящее во время боевых выездов для последующего разбора полетов. Так что уже представили нужный фрагмент следователям ИСБ, и голословные обвинения главы рода Смирновых, пытавшегося избежать наказания за свою преступную жадность, были признаны ложными. Поэтому бедняге придется ответить по всей строгости Закона еще и за это.

— Олег Леонидович, а почему у вашей матушки три напарницы, а у вас всего одна? — мурлыкнула брюнеточка с масленым взглядом. — Все никак не подберете еще двух?

Я поднял взгляд к потолку и вздохнул:

— Моя матушка — боевой маг высшей категории. Но сыновьей любви и желания защитить от всего на свете это не отменяет. А мне за глаза хватает Натальи Георгиевны. Так что вакантных мест в моей команде нет и не будет.

— Эх, а я надеялась и верила… — застрадала эта дурында… шестого или седьмого уровня! А зря: Наташа с большим удовольствием развеяла остатки ее надежд:

— А на что именно, хотелось бы спросить? В нашей родовой дружине — три с лишним десятка магов высшей категории, беззаветно преданных Олегу Леонидовичу и уже проверенных в деле, а вы с ним только познакомились и… ощущаетесь первым рангом.

Брюнетка вспыхнула, но злить волшебницу на пару порядков сильнее себя не решилась. В этот-то момент к нам и подошел Кирилл Сергеевич, сходу перетянул на себя мое внимание, тактично намекнул молодежи, что со мной, главой рода, жаждут поговорить личности такого же калибра, и уважительно предложил нам последовать за ним.

Последовали. И добрались до уголка, занятого Живыми Воплощениями Привычки Повелевать — и, в ряде случаев, Упиваться Чувством Собственной Важности. Там наш провожатый поклонился отцу и технично свалил. А я оглядел «личностей моего калибра», как-то почувствовал, что требовать послать Наташу куда подальше не рискнет ни один, и мысленно усмехнулся. Потом вник в вопрос, заданный главой рода Деникиных, и понял, что живу в идеальном мире:

— Олег Леонидович, мы тут обсуждаем введение квот на боеприпасы к тяжелым системам вооружения, очередное повышение цен практически на всю линейку уже упомянутых боеприпасов и недостаточно высокие темпы адаптации военной промышленности к реалиям жизни в эпоху прихода магии. Скажите, пожалуйста, насколько сложно вам и вашему роду выживать в таких непростых условиях?

Сообщать им, что мне цены никто не повышал и ни о каких квотах не уведомлял, я не собирался. Поэтому пожал плечами и сказал полуправду:

— Откровенно говоря, мы усложнения ситуации особо и не чувствуем. Вероятнее всего, из-за того, что все зверье с первого по четвертый класс опасности включительно и большую часть пятого выносим магией, а более сильное появляется нечасто.

Мои собеседники потеряли дар речи. А после того, как пришли в себя, сделали напрашивавшиеся выводы:

— Получается, что в обозримом будущем вы в принципе перестанете нуждаться в боеприпасах, а нам надо просто-напросто усиливаться побыстрее?

— Да.

Тут пара личностей, не понравившихся мне еще во время обязательного анабазиса по залу, попробовали взять с меня обещание помогать их родовым дружинам с уничтожением зверья четвертого-пятого класса опасности и «хоть иногда» подкидывать «продвинутые» заклинания, но не на того напали:

— Господа, вы, кажется, перепутали меня с палочкой-выручалочкой: да, все Одаренные моего рода являются магами высшей категории и научились уничтожать без технологических «костылей» достаточно сильное иномирное зверье, но защищают МОИ владения и изредка выполняют личные просьбы государя. Та же ситуация и с моими наработками: да, они есть. И я, бывает, делюсь ими с Государством. А чем с ним поделились вы? И что вам мешает создать что-нибудь свое?

— Мы к вам обратились без задних мыслей, просто по-соседски… — начал бредить дедок с самой хитрой мордой, но я не собирался играть с ним в игры, так что обострил разговор еще сильнее:

— Я далеко не единственный сосед Румянцевых. Тем не менее, уничтожая двуногое и четвероногое зверье в их поместье, не заметил ни вас, ни членов вашей родовой дружины. Вы почему-то не прилетели и в «Жар-птицу». Хотя, по сибирским меркам, до Белоярска рукой подать. А еще, получив в подарок мою боевую коагуляцию, все еще не отплатили Императору добром за добро — не передали государству ни одного заклинания, упрощающего защиту нашей Отчизны. В общем, таскать каштаны из огня тем, кому плевать на всех, кроме себя, я не буду. Предпочту сотрудничать с другими настоящими патриотами.

— Правильное решение… — заявил глава рода Тарковских еще до того, как «халявщики» определились с оптимальной реакцией на мои слова. — Можете рассчитывать на мою поддержку во всех начинаниях, идущих на благо нашей Империи. Порукой тому мое слово.

Аналогичные утверждения высказали еще «семеро смелых». Человек пять или шесть ограничились кивками. Вероятнее всего, решив оставить себе пространство для маневра. А остальные «отвлеклись». На звонок, который принял Хлебников-старший, выслушал невидимого собеседника, помрачнел, пообещал вернуться в поместье в течение часа, и, посмотрев на нас, объяснил суть проблемы:

— На моей земле открылся портал со слизнями. Заметили его позже, чем хотелось бы, поэтому кислотные испарения потравили почти сорок человек. Да, не насмерть — наши целители потихоньку выводят из их организмов токсин — и стая слизней уже уничтожена. Благодаря вашей боевой коагуляции, Олег Леонидович. Но я обязан вернуться домой, ибо портал пока не исчез. Еще раз поздравляю с новосельем, Сергей Александрович. Имею честь откланяться…

…Первый портал с серьезным зверьем был обнаружен только в двадцать шесть минут одиннадцатого, и матушка тут же «доложила» об этом мне. Я к этому времени настолько одурел от всевозможных подкатов, попыток втихаря изучить наши энергетики и разговоров на Чрезвычайно Важные Темы, что еле удержался от счастливой улыбки, попросил Арину Кирилловну, последний час пытавшуюся меня обаять, передать главе рода, что на мои земли заявились монстры седьмого класса опасности, подхватил Наташу под руку и быстрым шагом повел на выход.

Блондиночка рванула следом. Чтобы проводить до «Икара» и, наверное, запомниться еще сильнее, но я ее толком и не замечал: связался с народом, одуревшим от блокировки портала, дал команду возвращаться за мной, забрал у слуги Ильиных нашу верхнюю одежду, поухаживал за своей дамой и навелся на парадную дверь. На верхней площадке лестницы посоветовал провожатой не дурить, «ибо мороз, а вы раздеты…», попрощался и ускорил шаг. А от силы через минуту поднял квадрокоптер в небо, направил к усадьбе, врубил печку, поймал взгляд Наташи и ляпнул:

— Я в восторге. И, кажется, успел привыкнуть считать тебя своей…

— Не вздумайте отвыкать: такие стервочки, как я, на дороге не валяются! — весело парировала она и невольно заставила вспомнить, как закатывала в пол «особо грудастую очаровашку» из Жемчужниковых:

— Да уж, язычок у тебя…

— Да и все остальное, вроде, ничего… — нахально заявила она, опустила спинку кресла, легла и демонстративно вытянула стройные ножки. Впрочем, продолжать в том же духе не стала: — А если серьезно, то язычок заострился в тот момент, когда вы обняли меня со спины и прижали к себе: я почувствовала себя вашей, растворилась в этом ощущении и с невероятным наслаждением… посылала в известном направлении все… инструменты вашего охмурения. Кстати, знаете, чего мне не хватало для полного счастья?

— Чего? — завороженно спросил я, заметив, что ее взгляд мечтательно расфокусировался.

— Легких «касаний» вашей Жизнью и вашим Огнем: они бы углубили и без того развеселое состояние «Море по колено» до «По колено даже океан», напрочь отключили бы тормоза и «помогли» задурить…

— В общем, «аппетит приходит во время еды»? — ехидно поинтересовался я, стараясь не представлять… ничего волнующего.

— Ага… — подтвердила она и выдала еще один неоднозначный тезис: — Кстати, ваш вариант поведения «Ты — моя…» был уважительным и поднимал меня в глазах окружающих. В жизни не чувствовала ничего приятнее, поэтому благодарю от всего сердца и уже предвкушаю следующий подобный выход в Свет.

Не знаю, почему, но именно эти слова позволили вернуться в состояние, в котором я развлекался у Ильиных, и… «подтолкнули под руку», заставив добавить к Огню, согревавшему Наталью, толику Жизни. Ненадолго — секунд, эдак, на пять. И помогли пережить «расстроенный» вздох:

— Да уж, поговорку про аппетит придумали мудрые люди: теперь мне захотелось хорошенечко расслабиться в бане. А у нас в планах на вечер — посещение «трезвой попойки» родовой дружины да уничтожение иномирных варанов…