Когда у нас беда над головой,

        То рады мы тому молиться,

        Кто вздумает за нас вступиться;

    Но только с плеч беда долой,

То избавителю от нас же часто худо:

            Все взапуски его ценя́т;

        И если он у нас не виноват,

            Так это чудо!

    Старик-Крестьянин с Батраком

        Шёл по́д вечер леском

        Домой, в деревню, с сенокосу,

И повстречали вдруг медведя носом к носу.

        Крестьянин ахнуть не успел,

        Как на него медведь насел.

Подмял Крестьянина, ворочает, ломает

И, где б его почать, лишь место выбирает:

            Конец приходит старику.

    «Степанушка родной, не выдай, милый!» —

Из-под медведя он взмолился Батраку.

Вот новый Геркулес, со всей собравшись силой,

            Что только было в нём,

    Отнёс полчерепа медведю топором

И брюхо проколол ему железной вилой.

    Медведь взревел и замертво упал;

            Медведь мой издыхает.

        Прошла беда; Крестьянин встал,

        И он же Батрака ругает.

            Опешил бедный мой Степан.

«Помилуй, – говорит, – за что?» —

                                            «За что, болван!

            Чему обрадовался сдуру?

    Знай колет: всю испортил шкуру!»