В домик я влетела как разъяренная фурия. Кот, увидев меня в таком состоянии, на всякий случай спрятался за занавеску. И хотя я вовсе не собиралась срывать свое плохое настроение на нем, в целом могла понять такое недоверие. Взъерошенная, злая, да еще и перемотанная наподобие древних мумий. Пришлось сесть в кресло и сделать несколько глубоких вдохов-выдохов…

Когда дыхание более или менее выровнялось, я принялась разматывать проклятые бинты. Дергала, тянула, пыталась найти концы — ничего не выходило! Бинты держались так, словно их приклеили.

— Чертов профи!

Малыш высунул морду из-за занавески, оценивающе на меня посмотрел и снова спрятался. Видимо, решил, что опасность еще не миновала.

Пришлось идти на кухню за ножницами…

Освободившись из бинтового плена, я переоделась в обычное платье — все-таки готовить в роскошном наряде было бы безумием — и принялась за тесто. Мука, вода, дрожжи… Руки двигались привычно, почти автоматически. Шептала заклинание, чувствуя, как магия вытягивает силы, но уже привычно игнорируя легкое головокружение.

В этот раз месила тесто с особым усердием, вкладывая в каждое движение всю накопившуюся злость. Вот тебе, генерал! За твои сомнительные комплименты! А это за бинты! И за твою жадность! Тесто получалось особенно упругим и податливым — видимо, эмоции шли ему на пользу.

Булочки получились золотистые, пышные, ароматные. Как всегда идеальные. Я разложила их по бумажным пакетам — для удобства, заварила себе чай и устроилась в кресле у окна — ждать покупателей.

Только вот покупателей почему-то не было.

Темнота сгущалась, а в окошко никто не стучал…

Я пила уже третью чашку чая, в тишине и одиночестве и, говоря откровенно, уже начала нервничать.

— Ну где же вы? — пробормотала я, вглядываясь в заоконную темноту.

Время тянулось мучительно медленно. На дворе уже стояла глухая ночь, а я все сидела и ждала. Булочки остывали на подносах, распространяя аромат по дому. Малыш устроился у меня на коленях и мерно мурлыкал.

Никого… Неужели моя выпечка им разонравилась? Нет, это исключено!

Явно дело в генерале… Наверняка придумал какую-нибудь новую пакость!

Часы на каминной полке тикали размеренно и монотонно. Тик-так, тик-так… А ведь уже за полночь! Пожалуй, пора идти спать. Веки начали предательски тяжелеть… И тут раздался долгожданный стук в окно.

Я вздрогнула, мгновенно проснувшись. Веснушчатое лицо Кэрвина мелькнуло за стеклом и исчезло. Я рванула к двери.

— Что-то ты сегодня поздно, — зевая, сказала я. И добавила сокрушенно: — А остальные так и вовсе не пришли…

— Еще бы! Где уж им справиться, — не без самодовольства заявил мой главный покупатель.

— Справиться… с чем?

— А вы разве не знаете?

Я замотала головой. Если бы знала, не спрашивала бы!

— Ректор как-то прознал, что булки мы все равно покупаем, хоть он и запретил… Теперь пытается поймать нарушителей. Велел на подступах к вашему дому выставить патрули.

— Что-о? Зачем — патрули?

— Чтобы всех желающих полакомиться вкуснятиной, да и просто праздно шатающихся курсантов разворачивать и отправлять восвояси. Так они и делают! В общем ночью к вашему домику теперь не подобраться.

— Ну ты же смог! — похвалила я паренька.

— Только с четвертого раза! — вздохнул он. — Лучших старшекурсников в патруль снарядили… Ну, давайте же ваши булочки! Теперь главное, чтобы на обратном пути не поймали, когда я уже с товаром буду идти.

— С товаром? — удивилась я.

Он поначалу смутился, как будто бы его поймали на горячем, а потом пожал плечами и пояснил:

— Ну а что? У меня из-за этих булочек сплошной риск и беспокойство. И записи вести надо: кому сколько принести… А они сидят себе в казарме и получают вкусняшки с доставкой на дом. Разумеется, я добавил процент и для себя. Я, между прочим, одной прекрасной девушке предложение хочу сделать. На кольцо коплю…

Я уставилась на него удивленно.

— Нет, не подумай, я не осуждаю. В честной торговле никакого стыда нет. Но… Ведь все драконы богаты!

Он вздохнул.

— Если бы! Все знатные и благородные — это да. А вот богаты далеко не все…

— Понятно, — протянула я.

Не могу сказать, что новая информация о жизни крылатых-хвостатых меня уж очень заинтересовала. Я отсчитывала и упаковывала булочки, потом считала и складывала в кошелек монеты. Мои собственные финансовые дела интересовали меня куда больше, чем драконьи.

— Спасибо! — схватив булочки, мой подельник (а как еще его теперь называть?) — скрылся в темноте.

— Удачи тебе! — шепнула я вслед, а потом обратилась к коту: — Нет, ну ты это слышал? Патрули на подступах к дому? А что дальше? На цепь меня посадит?

Впрочем, я отлично понимала: дальше будет только хуже. Генерал явно постарается сделать мою жизнь здесь как можно менее комфортной. Ну что ж, еще посмотрим, кто кого! У меня тоже есть кое-какие идеи…

***

Чашечка кофе и прекрасный вид из окна… Интересно, теперь каждое мое утро будет начинаться так?

Молодые драконы наперебой выделывали сложные трюки, поигрывая мышцами и светя обнаженными торсами. Вот что нужно делать, чтобы быть в идеальной форме. Правда, некоторым, похоже, это удается без особых тренировок. Взять того же генерала. Вроде бы только и делает, что сидит в своем кабинете, а фигура при этом дай бог каждому. Или все-таки он тренируется вместе со всеми? Плац был на изрядном отдалении от моего домика, так что лиц не разглядишь. Или разглядишь?

Я высунулась из окна и даже прищурилась, чтобы получше вглядеться в лица. Вот тот высокий атлет — это случайно не он?

В этот момент в дверь постучали. Я вздрогнула. Неужели это генерал явился ко мне с очередными сюрпризами? Лучше бы был на плацу и тренировал мышцы. Впрочем, я тут же выдохнула: стук осторожный, тихий, почти вкрадчивый. И смутно знакомый. Неужели ему удалось меня зашугать, что я к каждому шороху прислушиваюсь? Безобразие, надо что-то делать.

Открыв дверь, я обнаружила, что не ошиблась: стук действительно был знакомым. На пороге стоял юрист Торвальд Кросс. Вот уж кого не ожидала здесь увидеть.

— Что-то случилось? — на всякий случай испугалась я.

— Ничего особенного, просто три дня, указанные в завещании достопочтенной Миранды, уже прошли. А это значит, что вы можете вступить в полноправное владение данной недвижимостью. Оформление документов не займет много времени.

Три дня? Вот это да! Пролетели, как одно мгновение. А с другой стороны, уже такое чувство, что я прожила в этой академии полжизни. Ну а что, знакомствами обзавелась, даже бизнес кое-какой имеется. А еще непрошенный довесок — злейший враг. Все это позволяло считать мою жизнь здесь весьма насыщенной.

— Да вы проходите, я вас чаем угощу.

В конце концов, Мирандин юрист уж точно на моей стороне.

Я проводила его в гостиную, принесла поднос с чаем и булочками. Господин Кросс посмотрел на них с нескрываемой тоской, а потом печально отвел взгляд.

— Я бы с удовольствием. Да только мне сладкого нельзя, — он похлопал себя по внушительному животу. — Доктор велел ограничить рацион, и в первую очередь запретил сахар.

— Ну, в таком случае он будет доволен, — улыбнулась я. — Сахара в моих булочках нет ни грамма. И масла тоже нет. Немного муки… Так она и в обычном черном хлебе присутствует.

Он отщипнул кусочек, попробовал, посмотрел на меня недоверчиво,

— Да не может быть! Они ведь сладкие, сдобные, ароматные.

Я развела руками.

— У каждого повара свои секреты. Только уверяю: мои булочки вашей фигуре ну никак не повредят.

Следующие четверть часа поговорить с юристом было невозможно. Он самозабвенно жевал, время от времени возводя восхищенный взгляд к потолку. А я прикидывала. Вот ведь что мне в голову не приходило: что мои булочки, сладости, торты и вообще все приготовленное при помощи заклинаний могут заинтересовать не только лишенных сладкого курсантов, но и излишне тучных господ. Если я открою подобное кафе в столице, то туда рванут все желающие постройнеть и поправить здоровье. Да у меня же каждый день аншлаг будет. А на пять тысяч золотых, которые обещал мне генерал, такую ресторацию отгрохать можно, что самого короля позвать не стыдно. Он у нас, кстати, тоже излишней стройностью не отличается.

Я уже размечталась, представляя, какие диванчики могла бы заказать для своего заведения, какую посуду выбрать, когда господин Кросс сказал:

— Ну что, вы готовы ехать?

— Как ехать? Куда, зачем?

— В город, разумеется, в контору. Нам ведь надо все документы на домик переоформить.

— А это надолго?

— Если поспешим и выедем сейчас же, то к вечеру управимся.

Я наскоро переоделась, прихватила кошелек со всеми монетами, сказала коту: «Остаешься за старшего, присматривай тут!» — и в сопровождении Кросса села в карету, не забыв вручить ему целый сверток вкуснейших булочек.