Никогда прежде мужской голос не действовал на меня одновременно:
- как спасение,
- как предупреждение,
- и как причина начать нервничать еще сильнее.
Потому что если маркиз де Веран уже здесь, значит, сейчас обязательно произойдет что-нибудь:
- героическое,
- опасное,
- и совершенно не согласованное со мной.
- Эдгар, нет! - крикнула я.
Поздно, разумеется.
Он уже летел вниз по ступеням.
Следом - Северье.
За ними - Лапсик, чистая серая ярость на четырех лапах.
Ронкс дернул ключ на себя магической нитью.
Я рванулась вперед.
Леди Рейн, не вставая толком, швырнула в него ледяной знак.
Все случилось разом.
Ключ подскочил в воздух.
Лед ударил в колонну.
Лапсик врезался Ронксу в ногу.
А маркиз...
маркиз поймал ключ.
Вот честное слово, иногда мне кажется, что этот мужчина специально создан, чтобы сводить меня с ума в самый неподходящий момент.
Он приземлился на одно колено, сжал серебряную витую головку в кулаке и поднял взгляд на Ронкса.
- Попробуйте еще раз.
Тот оскалился.
Лицо его уже не было красивым.
Вообще.
Только голодным.
- Вы не понимаете, с чем имеете дело.
- Зато прекрасно понимаю, с кем, - сказал маркиз.
- О, романтическая храбрость.
Как утомительно.
- А я вот не устал, - заметил Северье и ударил жезлом в пол.
По камню побежала сетка синих знаков.
Источник дрогнул.
Трещины замедлились.
Но не остановились.
- Долго не удержу! - крикнул магистр.
- Тогда перестаньте говорить и делайте полезное! - отозвалась Октавия, уже поднимаясь на ноги.
Да что ж такое.
Кажется, в критические моменты я начинаю уважать всех самых неприятных людей подряд.
Это подозрительно.
Ронкс тем временем резко вытянул руку.
С кольца сорвалась тонкая янтарная нить и ударила не в ключ.
Не в меня.
В источник.
Свет рванулся вверх.
Прямо сквозь потолок.
Дом содрогнулся.
Где-то наверху закричали дети.
У меня внутри оборвалось все сразу.
- Хватит! - крикнула я, не ему.
Источнику.
Дому.
Всему этому проклятому волшебству, которое почему-то считало меня достаточно взрослой, чтобы решать такие вещи.
И источник... услышал.
Я почувствовала это буквально кожей.
Он качнулся ко мне.
Как ребенок, потерявший равновесие.
Как зверь, которому больно.
Как дом, уставший держаться.
Маркиз увидел мое лицо.
Сразу.
Он всегда видел слишком многое.
- Кларисса, что?
- Он рвется.
Если сейчас не закрыть трещину, дом начнет сыпаться по меткам.
- Что нужно? - спросил он.
Очень хороший вопрос.
Жаль, что ответ мне не нравился.
- Снова связка.
На ключе.
Через сердце приюта.
Северье выругался.
Октавия - тоже.
У них это получилось почти хором, что было странно трогательно.
- Это опасно, - сказал магистр.
- Мы уже внутри опасного, Арман, - отрезал маркиз.
Он шагнул ко мне.
Я попятилась.
- Нет.
- Да.
- Эдгар...
- Не сейчас.
- Да именно сейчас!
Каждый раз, когда вы говорите "не сейчас", я потом оказываюсь среди обломков вашего благородства!
На секунду даже Ронкс замер.
Похоже, наши семейные перепалки уже стали культурным явлением.
- Если мы не свяжем контур, - сказал маркиз тихо, - дети примут удар.
Я закрыла глаза.
Вот так.
Вот именно так он всегда побеждал.
Не словами о долге.
Не высокими позами.
Детьми.
Потому что против этого аргумента у меня не было защиты.
- Ненавижу вас, - прошептала я.
- Лжете.
- Совсем чуть-чуть.
Он уже был рядом.
Взял мое лицо в ладони.
Прямо здесь.
При Ронксе.
При Северье.
При Октавии.
При всем этом конце света.
- Посмотрите на меня, - сказал он.
Я посмотрела.
- Если станет слишком больно, отпустите.
Слышите?
Не играйте в героиню.
- А вы?
Он на миг улыбнулся.
Так мягко, что у меня дрогнули колени.
- Я уже влюбился в героиню.
Поздно советовать себе благоразумие.
О господи.
Ну как можно с ним драться, когда он делает вот так?
Никак.
Совершенно никак.
Я накрыла его руки своими.
Кивнула.
- Хорошо.
Но если после этого вы снова попытаетесь умереть красиво...
- Вы оживите и прибьете.
Я помню.
- Хорошо.
Ронкс не выдержал первым.
- Какой восхитительный бред.
Можно уже закончить ваши сельские брачные клятвы и вернуться к магии?
Леди Рейн с ледяным спокойствием ответила:
- Еще слово - и я сама вас убью раньше источника.
И, признаться, я ей почти поверила.