Именно с моего деда, Бориса Львовича Бибикова, связь моей семьи с Украиной обретает отчетливые, глубоко личные очертания. Его отец Лев шокировал свою антисемитскую семью, женившись на Софье Наумовне, богатой наследнице крымского мукомольного состояния, чьи родители, как и многие украинские евреи, приняли православие ради продвижения в обществе. Их первенец Борис родился в столице Крыма Симферополе в 1903 году. Когда Борису было 14 лет, царская империя рухнула под бременем Первой мировой войны, а в октябре 1917 года большевистский переворот сверг Временное правительство. С его падением бывшие порабощенные народы Российской империи, от Туркестана до Украины, решили, что настал момент для разрыва с имперской властью.

В январе 1918 года Центральная Рада — революционный украинский парламент, в котором преобладали социалистические и левые партии и который возглавлял виднейший историк Украины Михаил Грушевский, — провозгласила создание Украинской Народной Республики. Она претендовала на большую часть территории сегодняшней Украины, включая Донбасс (хотя на практике не управляла ею), но не включала те части Западной Украины, которые все еще находились под властью Австро-Венгрии.14 Большевики в ответ создали собственную Украинскую Советскую Социалистическую Республику со столицей в Харькове. Москва также создала номинально независимое социалистическое марионеточное государство, известное как Донецко-Криворожская советская республика, под контролем которого находилась большая часть русскоязычного Донбасса.

С созданием Украинской Народной Республики Украина впервые со времен Гетманщины, существовавшей за два века до этого, обрела статус национального государства. И, подобно гетманам, лидеры молодого государства обратились к внешним силам за поддержкой в борьбе против России. Западная и центральная Украина были оккупированы сначала немецкими, а затем польскими войсками. Территория Украины представляла собой пеструю мозаику враждующих пробольшевистских, процарских и анархистских вотчин. В период между распадом русской армии в конце 1917 года и окончательной победой большевиков в августе 1920 года власть в Киеве менялась 16 раз.

21 февраля 2022 года в своей речи, в которой он признал независимость Донецкой и Луганской народных республик, Владимир Путин заявил, что «современная Украина целиком и полностью была создана большевистской Россией... Ленин и его соратники делали это весьма грубым по отношению к самой России способом — за счет отделения, отторжения от нее части ее собственных исторических территорий». Современное украинское государство, по утверждению Путина, «вполне может быть названо "Украиной имени Владимира Ильича Ленина". Он ее автор и архитектор».

В чисто техническом смысле Путин был прав — Ленин действительно провел первые границы советских республик Украины, Белоруссии и Российской Советской Федеративной Социалистической Республики. Именно формальный союз этих трех условно независимых государств привел к созданию Союза Советских Социалистических Республик в 1922 году — и именно решение этих республик распустить этот союз в Беловежской пуще в декабре 1991 года ознаменовало смерть СССР. Но Путин проигнорировал самую фундаментальную причину, по которой Ленин вообще создал отдельную украинскую республику. Стремление Украины к независимости после Гражданской войны было настолько сильным, что предоставление определенной степени автономии и статуса, равного российскому в рамках Советского Союза, было необходимостью, если большевики хотели сохранить контроль над Украиной.15 Действительно, в первое десятилетие советской власти украинский язык стал официальным языком делопроизводства и образования в Украинской Советской Социалистической Республике. Сотни книг — включая исторические труды — были опубликованы на украинском языке, а сам язык был впервые кодифицирован и получил официальную грамматику.

Вопреки — а возможно, и в сознательный вызов — своему происхождению из знатного русского дворянского рода, Борис Бибиков стал страстным коммунистом. Почему именно Борис Бибиков и два его младших брата примкнули к большевикам, до конца не ясно, хотя они отнюдь не были единственными представителями своего класса и поколения, поступившими так. Феликс Дзержинский, основатель советской тайной полиции, был польским графом, а сам Ленин — потомственным дворянином.

Бибиков вступил в Коммунистическую партию в 1924 году, в 1926–1928 годах служил комиссаром в Красной армии, а затем работал партийным организатором. В этом качестве он оказался на переднем крае борьбы с самой острой и экзистенциальной проблемой нового советского правительства. Украина одновременно являлась житницей империи и очагом как активного, так и пассивного антикоммунистического сопротивления. Быстрорастущим новым городам СССР требовалось украинское зерно, но украинское крестьянство — гораздо более независимое в суждениях и более зажиточное, чем русское, — сопротивлялось первым попыткам отобрать частную собственность и загнать их в колхозы. Более того, Иосиф Сталин — восходящая звезда партии — не соглашался с тактическими уступками Ленина украинскому национализму. Для Сталина независимая украинская идентичность представляла собой экзистенциальную угрозу для великого советского проекта.

Решение Сталина состояло из трех пунктов. Богатые плодородные земли Украины должны были превратиться в «зерновую фабрику», по выражению Ленина, чтобы кормить крупные города и зарабатывать твердую валюту на покупку иностранного оборудования. Крестьян следовало насильственно коллективизировать, чтобы излечить их от реакционной привязанности к частной собственности и капиталистическому предпринимательству. А угледобывающие и сталелитейные районы Восточной Украины должны были подвергнуться масштабному расширению за счет притока этнических русских рабочих и украинских крестьян, высвободившихся в результате механизации сельского хозяйства. Труд на новых заводах должен был превратить отсталых украинских крестьян в честных русских пролетариев.

В 1929 году Сталин опубликовал первый пятилетний план, призванный насильно, преодолевая яростное сопротивление, втащить советское сельское хозяйство и промышленность в двадцатый век. Одним из главных проектов стало строительство огромного нового тракторного завода в Харькове, известного как ХТЗ. Борис Бибиков был назначен партийным руководителем завода.

Бибиков носил полосатые армейские рубахи и разыгрывал из себя прямодушного пролетария — хотя сам жил в роскошной четырехкомнатной квартире с прислугой и разъезжал по городу на огромном американском седане «Паккард». Его жена, Марфа Платоновна Щербак, была крестьянской девушкой из Полтавы. Когда в 1925 году родилась первая дочь Бибикова — моя тетя, — в знак преданности партии он назвал ее Лениной, в честь вождя революции. Будучи парторгом ХТЗ, он редактировал заводскую газету и устраивал «ночные штурмы» под аккомпанемент духового оркестра, чтобы уложиться в жестокие сроки, установленные рьяными кремлевскими плановиками. В 1931 году, по случаю завершения строительства завода в рекордные сроки, он был награжден орденом Ленина. Ему было 28 лет.

Для Бибикова и других строителей ХТЗ бескрайние поля Украины и грандиозный новый завод были наковальнями, на которых предстояло выковать общество нового типа. Тракторы, которые они выпускали, должны были избавить миллионы людей от тяжелого труда, невежества, пьянства и порочности деревенской жизни. Хотя сам он, вероятно, возмутился бы таким сравнением, Борис стал очередным в длинной династии Бибиковых, кто навязывал украинским землям московское видение прогресса и цивилизации.

Но была одна проблема. Новые колхозы не работали, а крестьяне оказывали яростное сопротивление своим новым советским хозяевам. Землю, зерно и скот приходилось отбирать силой, под дулом пистолета. Советские документы 1930 года фиксируют 13 794 «акта террора» и 13 754 «массовых выступления», вызванных, по мнению ОГПУ, сопротивлением коллективизации.16 Крестьяне резали и съедали свой скот и лошадей, лишь бы не отдавать их в колхозы. Весенний сев 1931 года был сорван из-за острой нехватки зерна, лошадей и тракторов. И все же Сталин и московские плановики продолжали требовать от Украины выполнения нереальных планов по сдаче пшеницы — большая часть которой шла на экспорт для покупки оборудования, необходимого для форсированной индустриализации. В 1929 году СССР экспортировал 170 тысяч тонн зерна, в 1930-м — 4,8 миллиона тонн, а в 1931-м — 5,2 миллиона тонн.17

Результатом стало самое ужасное преступление Сталина — Голодомор, или «смерть от голода», который в современной Украине вспоминают как геноцид, подобный Холокосту. «В мире образовалось такое нечеловеческое, невообразимое горе, такое страшное бедствие, что оно приняло уже какой-то отвлеченный характер, не укладывалось в границы сознания», — писал Борис Пастернак после поездки на Украину по следам этого искусственного голода. Молодой венгерский коммунист Артур Кёстлер застал эту «огромную землю, окутанную молчанием». По улицам Харькова, Киева и Днепропетровска ездили грузовики, собиравшие трупы истощенных крестьян, которые приползли в города в поисках еды. К зиме 1933 года от голода умерло от четырех до семи миллионов украинских крестьян.

Бибиков не мог не знать о ежедневных патрулях, отправляемых собирать истощенные тела крестьян, лежащие на улицах Харькова, и о безжалостных отрядах Красной армии, направленных на изъятие последних зерен у голодающих людей. Должно быть, он отчаянно пытался найти внутреннее оправдание своему участию в этом кошмаре. Возможно, он верил, что его великий тракторный завод поможет вырастить достаточно продовольствия, чтобы прокормить сияющие города, обещанные Сталиным, — но, возможно, слишком поздно для миллионов погибающих вокруг людей. Именно поэтому Борис Бибиков, до тех пор верный партийный руководитель на службе Советской империи, сделал судьбоносный и в конечном счете роковой выбор — выступить против Сталина.

По мере того как разворачивался Голодомор, Борис Бибиков и многие его коллеги из числа высшего руководства Коммунистической партии Украины решили открыто заявить о своем несогласии с политикой Сталина. В 1934 году Борис принял участие в XVII съезде партии — так называемом «Съезде победителей» — в Москве. Это был последний раз, когда открытая оппозиция Сталину прозвучала публично. Как и многие его украинские коллеги, Борис поддержал Сергея Кирова, главного соперника Сталина и сторонника замедления темпов коллективизации. Киров был убит по тайному приказу Сталина в декабре 1934 года. По воспоминаниям его дочери Ленины, услышав эту новость, Борис бросился на диван и заплакал. «Мы погибли», — сказал мой дед. Он был прав. В период с января 1937 года по май 1938 года треть Коммунистической партии Украины — 167 000 человек — была арестована.18 Из 1277 делегатов съезда более 800 человек, выступивших против Сталина (многие из них были украинцами), погибли во время Большого террора 1937 года. Борис Бибиков был в их числе.

Моя бабушка, Марфа Платоновна Щербак, была арестована вскоре после мужа и отправлена в ГУЛАГ в Казахстан за то, что была женой врага народа. Она провела там 15 лет и сошла с ума. Детей Бибиковых, мою маму Людмилу и ее старшую сестру Ленину, отправили сначала в детскую тюрьму, а затем в детский дом в Верхнеднепровске, где Людмила едва не умерла от костного туберкулеза. «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!» — эту песню моя мама разучила в детском доме.

С точки зрения советского государства, Голодомор и Террор были частью одного и того же проекта. Классовые враги, оппозиционные члены партии и украинские националисты «вели войну против советской власти», как писал Сталин писателю Михаилу Шолохову весной 1933 года. Такие люди стояли на пути великого советского проекта, и их необходимо было устранить с исторического пути. «Ни один из них не был ни в чем виноват, — писал лояльный Сталину публицист Илья Эренбург. — Но они принадлежали к классу, который был виноват во всем». В то время как сотни тысяч крестьян умирали от голода в деревнях, советская тайная полиция систематически арестовывала интеллектуальную и политическую элиту Украины. Профессора, писатели, художники, священники, богословы, государственные служащие и чиновники — под арест попадали все, кто пропагандировал украинский язык или историю Украины или был связан с недолговечной Украинской Народной Республикой 1917 года. Рафаэль Лемкин, польско-еврейский юрист, который ввел в обиход термин «геноцид», называл Украину той эпохи «классическим примером» своей концепции: «Это случай геноцида, уничтожения не только отдельных лиц, но и культуры, и нации».

Когда осенью и зимой 1940 года ближайшие соратники Гитлера начали обсуждать планы вторжения в Советский Союз, именно захват богатств Украины больше всего интересовал его экономических планировщиков. Зерно центральной Украины, а также уголь, сталь и заводы Донбасса и Харькова имели важнейшее значение для нацистской военной машины, а плодородные черноземы должны были обеспечить жизненное пространство для арийских поселенцев. «Войну можно выиграть только в том случае, если на третьем году войны весь вермахт будет снабжаться продовольствием за счет России», — заключил Герберт Бакке, нацистский чиновник, отвечавший за продовольствие и сельское хозяйство. Но Бакке также рассчитал, что вермахт можно будет прокормить только в том случае, если советское население будет полностью лишено продовольствия. Как и Сталин до него, Гитлер планировал использовать массовый голод как оружие против советского народа. Целью «Плана голода» Бакке — таково было его официальное название — была гибель около 30 миллионов человек от истощения.

Операция «Барбаросса» началась с серии дальних бомбардировок вглубь советской территории. Как пелось в популярной советской песне военных лет, написанной поэтом Борисом Ковыневым: «Двадцать второго июня, / Ровно в четыре часа, / Киев бомбили, нам объявили, / Что началася война». Восемьдесят два года спустя, утром 24 февраля 2022 года, миллионы россиян и украинцев будут застигнуты врасплох почти такой же шокирующей новостью о том, что на Киев падают бомбы.

О подготовке к гитлеровскому блицкригу неоднократно сообщали как минимум 19 советских агентов от Варшавы до Берлина и Токио. Сталин — как и украинское руководство в феврале 2022 года — отказывался верить донесениям разведки. Советские военно-воздушные силы были застигнуты врасплох массированными авиаударами, уничтожившими огромное количество самолетов на земле. Те, которым удалось взлететь — включая истребитель-биплан По-2 конструкции Поликарпова, пилотируемый Исааком Бибиковым, младшим братом Бориса, — были быстро сбиты более современными самолетами люфтваффе. Уже через две недели немецкие дивизии подошли к воротам Киева. Отступающие советские войска, полные решимости ничего не оставлять захватчикам, заминировали Крещатик, главную улицу столицы. Восточнее, в Харькове, инженеры готовились взорвать ХТЗ.

После долгих лет голода, массовых депортаций и политического террора некоторые украинцы надеялись, что новая немецкая оккупация окажется такой же мягкой, как и в 1918 году. Вскоре они убедились в обратном, когда СС Генриха Гиммлера начала планомерное уничтожение евреев, партизан и коммунистических кадров. Тем не менее некоторые украинцы предпочли сражаться на стороне нацистов против советской власти.

Степан Бандера был лидером самого радикального крыла военизированной организации под названием Организация украинских националистов (ОУН). К началу войны Бандера находился в польской тюрьме за террористические акты против этнических поляков в Западной Украине, которая в межвоенный период управлялась из Варшавы. В феврале 1941 года Бандера заключил соглашение с руководством абвера (немецкой военной разведки) о формировании двух батальонов «сил специальных операций» из числа сторонников ОУН. Один из батальонов, Нахтигаль, или «Соловей», в числе первых немецких частей вошел 29 июня 1941 года во Львов — часть территории довоенной Польши, которая была присоединена к СССР по нацистско-советскому пакту 1939 года.

Сотрудничество немцев с Бандерой быстро дало трещину. На следующий день после того, как немцы заняли Львов, фракция ОУН Бандеры провозгласила независимость Украины. Нацистское верховное командование, у которого были совсем другие планы на вновь захваченные территории, арестовало и расстреляло сотни членов ОУН в Киеве и других городах и поселках Украины. Сам Бандера провел остаток войны в концлагере Заксенхаузен под Берлином. К началу 1942 года обе фракции ОУН находились в состоянии войны с немцами.

Сам Бандера так и не вернулся на Украину после ареста немцами летом 1941 года. Однако его имя навсегда стало ассоциироваться в советской и российской пропаганде с той фракцией ОУН, которая составила ядро антисоветской Украинской повстанческой армии (УПА). Хотя некоторые из ее наиболее видных командиров ранее воевали в батальоне Нахтигаль, УПА считала немцев своими главными врагами. На практике, однако, большую часть времени они вели борьбу с советскими войсками. На пике своей активности летом 1944 года 100-тысячная армия УПА действовала в качестве партизанских отрядов в советском тылу, нарушая коммуникации Красной армии и нападая на советские военные объекты, польских партизан, а также на польское и еврейское гражданское население. Отдельные отряды непримиримых бойцов УПА продолжали партизанское сопротивление советской власти в лесах Белоруссии и Украины вплоть до 1950-х годов.

Помимо нескольких сотен последователей Бандеры, служивших в недолго просуществовавшем Нахтигале, около 20 000 украинцев служили в 14-й гренадерской дивизии Ваффен-СС, известной как дивизия «Галичина». По оценкам, четверть из миллиона бывших советских граждан, вступивших во вспомогательные немецкие формирования — известные как «хильфсвиллиге» («добровольные помощники») или «хиви», — составляли украинцы. Многие из них были набраны из немецких лагерей для военнопленных. Некоторые работали охранниками в нацистских лагерях смерти в Польше. После войны более 180 000 украинцев были арестованы и депортированы в Сибирь за реальное или предполагаемое сотрудничество с нацистами или националистическим подпольем. Последним привлеченным к ответственности стал охранник Собибора Иван (Джон) Демьянюк, уроженец Винницкой области, осужденный в 2011 году немецким судом по 27 900 пунктам обвинения в соучастии в убийстве.

Два поколения спустя, когда независимая Украина повернулась на Запад и вышла из-под контроля Москвы, память о предполагаемом пособничестве украинцев нацистам стала занимать все более центральное место в российской пропаганде. В своей исторической статье 2021 года Путин писал, что после обретения независимости украинские «радикалы и неонацисты вели себя всё наглее, заявляли о своих амбициях всё более агрессивно. Им потакали и официальные власти, и местные олигархи». Одной из заявленных целей российского вторжения 2022 года была «денацификация» Украины и освобождение ее народа от правительства, которое якобы захватили «фашисты».

Однако историческая правда заключалась в том, что подавляющее большинство граждан Украины в годы Великой Отечественной войны поддерживало советскую сторону. В период с 1941 по 1945 год более 7 миллионов граждан Украинской Советской Социалистической Республики — при общей численности довоенного населения в 34 миллиона — сражались в рядах Советской армии. Среди них был и дед-еврей Владимира Зеленского, дошедший до самого Берлина. Как будет более подробно описано в следующей главе, споры о наследии Степана Бандеры — героя для украинских националистов и предателя-коллаборациониста для многих других — станут камнем преткновения в культурных войнах, последовавших за обретением Украиной независимости. Но для большинства современных украинцев, которые, как и их российские соседи, практически без исключения потеряли родственников в борьбе с Гитлером, попытка Путина приравнять украинский национализм к фашизму была глубоко оскорбительной.

В период с 1939 по 1945 год Украина потеряла почти 7 миллионов человек — из них около 1 миллиона евреев, — что составляло более 16 процентов ее довоенного населения. Зажатая между нацистским блицкригом и советской тактикой выжженной земли, страна лишилась большей части своей промышленной базы. Однако полная победа СССР над Гитлером также принесла Сталину контроль над всей Восточной Европой. Сталин включил в состав Советской Украины три преимущественно украиноязычные области — Галичину, Волынь и Подолье, ранее находившиеся под контролем Польши, а до этого — Австро-Венгрии. Жители этих регионов говорили на более полонизированном варианте украинского языка. Также они чаще были римо-католиками или греко-католиками — верующими конфессии, которая использовала обряды, схожие с православными, но признавала власть Папы Римского. Эти регионы даже сегодня остаются поразительно нерусскими и даже несоветскими по своей архитектуре и культуре. А после обретения Украиной независимости в 1991 году Западная Украина стала наиболее яростно антироссийской в своей политике.

Несмотря на кровавую кампанию Сталина против самобытной украинской идентичности в 1930-е годы, он, тем не менее, настоял на том, чтобы Украина и Белоруссия стали, наряду с СССР, членами-учредителями Организации Объединенных Наций. На учредительной конференции в Сан-Франциско в апреле 1945 года они вступили в ООН как независимые государства. В послевоенные годы на Украине было больше членов компартии, чем в любой другой части Советского Союза, и именно с помощью украинских союзников начинавший свою карьеру в Донецке Никита Хрущев к 1954 году стал преемником Сталина.

В январе того года Хрущев организовал пышные торжества по случаю трехсотлетия присяги Хмельницкого 1654 года, преподнесенные как «воссоединение Украины с Россией». Что еще более судьбоносно, в следующем месяце он передал Крымский полуостров из юрисдикции РСФСР в состав Советской Украины. В 1944 году Сталин депортировал все крымскотатарское население за предполагаемое сотрудничество с немцами, в результате чего этнические русские стали составлять 71 процент населения Крыма. Полуостров отрезан от материковой России Керченским проливом, но соединен с Украиной узкой полоской суши. Хрущев рассчитывал, что его вхождение в состав Украины облегчит послевоенное экономическое восстановление Крыма. В рамках СССР эта передача имела не более чем административное значение. Но со временем она превратится в бомбу замедленного действия под независимостью постсоветской Украины.

При Хрущеве и его преемнике Леониде Брежневе (уроженце Украины) Украина стала одним из центров авиационной, оборонной и атомной промышленности СССР. В Днепропетровске было построено крупнейшее в Европе предприятие по изготовлению ракет. И именно днепропетровские соратники Брежнева составляли ядро власти в Политбюро в шестидесятые и семидесятые годы. Огромные строительные проекты — от гидроэлектростанций на Днепре до шахт и заводов на Донбассе — привлекли сотни тысяч людей со всего СССР, что еще больше стирало представление об украинской идентичности, отдельной от советской.

Но растущее подпольное диссидентское движение на Украине начало сплачиваться под знаменем демократического национализма. Большинство его участников принадлежали к интеллигенции; они черпали вдохновение у соратников-антикоммунистов из прибалтийских республик и Польши, которые видели в СССР прежде всего колониального угнетателя. В этом смысле они были прямыми духовными наследниками интеллектуалов-украинофилов XIX века, для которых язык был ключом к нерусскому, постимперскому будущему. Взрыв на Чернобыльской АЭС 26 апреля 1986 года — и последующие попытки советского правительства скрыть случившееся, включая личное требование Михаила Горбачева провести первомайский парад в близлежащем Киеве вопреки мольбам руководителя украинской Компартии Владимира Щербицкого, — стали важнейшим переломным моментом в украинско-российских отношениях. Когда Горбачев в рамках своей либерализационной кампании гласности разрешил местные выборы, демократические националисты во главе с бывшими диссидентами и интеллектуалами одержали полную победу.

Почва для грядущего распада и унижения России была подготовлена. Какими бы путаными ни были исторические теории Путина, ясно одно. Если какое-либо историческое событие и послужило первопричиной вторжения 2022 года, то это была не Киевская Русь, не Гетманщина и не Вторая мировая война, а роль Украины в ускорении гибели СССР. Этот распад оставил глубокий шрам в душе целого поколения россиян, включая лично Путина. Как выразился в то время посол США в Москве Роберт Штраус: «Самым революционным событием 1991 года для России может оказаться не крах коммунизма, а потеря того, что россияне всех политических взглядов считают частью своего собственного политического организма, причем частью, близкой самому сердцу — Украины»28. Если история вообще сыграла какую-то реальную роль в решении Путина начать вторжение, то прежде всего в виде исторического возмездия за предательство Киева в 1991 году.