Крейсера быстро приближались к системе Сириуса. Настроение людей значительно повысилось. Долгая и опасная экспедиция подходила к концу. Скоро космопилоты отправятся в отпуск, смогут, наконец, обнять родных и близких. На долю путешественников выпали нелегкие испытания. Разведчики чудом вырвались из западни горгов, с честью выполнили трудную задачу. Планета насекомых найдена! Враг потерял преимущество. В войне с кровожадными тварями наметился перелом. Противник терпит одно поражение за другим. В душе появилась гордость за человеческую цивилизацию. Именно ей суждено остановить орды безжалостных агрессоров.

Олесь стоял на мостике и задумчиво смотрел на россыпи звезд в бездонной пустоте космоса. Гигантские раскаленные шары, разбросанные на десятки, сотни миллионов парсек по вселенной. Люди вряд ли когда-нибудь поймут подлинные процессы мироздания. Даже леги, научившиеся перемещать планеты и луны, всего лишь пешки в большой игре. Нет предела совершенству.

Чуть в стороне видна крошечная желтая точка. Солнце! Семнадцать долгих лет русич мечтает вернуться домой. Пройтись по высокой, мокрой от росы траве, вдохнуть терпкий аромат полевых цветов, услышать переливчатую, весеннюю трель птиц. Представится ли ему когда-нибудь такая возможность? Храбров не питал радужных иллюзий на свой счет. Влияния старика не хватит, чтобы изменить решение Совета. Военный трибунал неизбежен. В лучшем случае – лишение должности, звания и позорная отставка, в худшем...

Землянин приподнял подбородок, словно почувствовал петлю на шею. Не очень приятные перспективы. Несколько дней назад сердце тревожно и болезненно сжалось. К чему бы это? Какая беда стряслась на Алане? До завершения похода осталось меньше пятнадцати суток. Скоро ситуация прояснится. Неожиданно в голове мелькнула шальная, сумасбродная мысль. Упускать подобный шанс глупо.

Олесь повернулся к Деквилу. Аланец негромко разговаривал с начальником технического сектора.

– Полковник, – вымолил русич. – Сколько времени уйдет на визит в Солнечную систему?

– Куда? – удивленно спросил командир «Клосара».

– Вы прекрасно слышали, – улыбнулся Храбров.

– Не знаю, – пожал плечами Деквил. – Дать точный ответ сумеют только навигаторы.

– Я попрошу сделать соответствующие расчеты, – сказал землянин.

Полковник не решился спорить. Едва уловимый жест и офицеры приступили к работе. Они прокладывали новый курс. Сделать это в гиперпространстве не так-то просто. Примерно через час высокий светловолосый капитан выпрямился и четко доложил:

– Путешествие к Солнцу удлиняет маршрут на двадцать шесть дней.

– Отлично, – кивнул головой Олесь. – Мы меняем направление. Соедините меня с «Оризоном».

Аланец подошел вплотную к русичу и произнес:

– Господин полковник, вы очень рискуете. Проведение разведывательной акции не было санкционировано Советом. Гибель «Баскета» усугубит вину. Путешествие к Земле вызовет раздражение и гнев.

– Я понимаю, – проговорил Храбров. – Но искушение слишком велико. Раненого, умирающего воина выкрали с планеты, когда ему было двадцать лет. Моей кровью обильно политы Таскона, Алан, Маора, Аква. Неужели наемник не заслужил награды? Один глоток родного воздуха...

– Надеюсь, вас не казнят, – прошептал командир судна.

– Полковник Гревин на связи, – выкрикнул лейтенант.

Сигнал на сверхсветовых скоростях шел с заметным искажением. Лицо тасконца дрожало и расплывалось. Офицер бесстрастно выслушал приказ начальника экспедиции и отключил голограф. Вскоре крейсера разделились. Один корабль летел к Сириусу, второй к Солнцу.

Желтая звезда быстро увеличивалась в размерах. Олесь чувствовал, как трясутся колени. Он не ожидал, что так будет волноваться. Нервно прохаживаясь по рубке управления, русич старался не смотреть на центральный экран. Сейчас бы напиться до беспамятства!

– К нам приближаются два судна! – сообщил наблюдатель.

– Эсминцы внешней охраны, – догадался Храбров. – Парни неплохо несут службу.

«Клосар» вышел из гиперпространства и двинулся внутрь системы. На орбите пятой от Солнца планеты располагалась эскадра Ширера. Полковник немало удивился, узнав о цели визита тяжелого крейсера. Впрочем, препятствовать Олесю аланец не стал.

Корабль медленно летел к маленькой сине-зеленой планете. Русич впервые видел Землю из космоса. Она показалась ему гораздо красивее и Тасконы, и Алана, и Эдана. Хотя вряд ли Храбров был объективен. Программу «Воскрешение» давно закрыли, а потому на планете работали только научно-исследовательские группы.

Судно осторожно состыковалось с базой ученых. По специальному переходу Олесь проследовал на станцию. Русича встретила невысокая темноволосая женщина лет пятидесяти. В ее красивых карих глазах читался неподдельный интерес. Наемник-землянин, добившийся высокого положения в армии могущественного звездного государства – это большая редкость.

– Добрый день, господин полковник, – вымолвила аланка. – Мы всегда рады гостям. Я руководитель проекта Эллин Сторвил.

– Благодарю за теплый прием, – произнес Храбров, окидывая взглядом скромную обстановку базы. – Я пришел к вам за помощью.

– С удовольствием окажем содействие, – проговорила женщина.

– Мне необходимо попасть в город Новгород. В базе данных судна такая информация отсутствует, – сказал Олесь.

– Понятно, – улыбнулась Сторвил. – Подробные сведения о планете засекречены. Но проблемы нет. Нам известно, где находится Новгород. Обстановка на Руси очень сложная. Приходится платить дань монголам.

– Цена властолюбия и глупости велика, – грустно заметил Храбров. – Передайте координаты города на «Клосар».

– Разумеется, – кивнула головой Эллин. – Вам нужен проводник или гравитационный катер?

– Нет, – уверенно вымолвил землянин. – Я воспользуюсь десантным ботом крейсера.

Олесь вежливо попрощался с аланкой и вернулся на корабль. Беседа со Сторвил несколько успокоила русича. Храбров перестал нервничать. В качестве личной охраны он взял четырех мутантов. В целях безопасности и солдаты, и Олесь надели темно-зеленую камуфляжную форму. В северном полушарии планеты сейчас поздняя весна.

Спустя три часа летательный аппарат плавно оторвался от металлического пола и устремился в плотные слои атмосферы Земли. Пилот спокойно, умело вел машину к поверхности. Бот прошел над водной гладью озера Ильмень, совершил вираж и, едва не касаясь верхушек деревьев, двинулся над лесом. До восхода Солнца еще около часа. Небо на востоке только-только начало розоветь.

– До населенного пункта шесть километров, – доложил лейтенант, снижая скорость.

– Найди подходящее место и садись, – приказ русич.

– Слушаюсь, – отчеканил аланец.

Аппарат вынырнул из ночной мглы, завис над крошечной поляной и медленно опустился на землю. Двигатели тотчас смолкли. Привлекать внимание местных жителей странным звуком не стоило. Задний люк со скрипом упал на густую высокую траву. С лазерными карабинами наперевес десантники выбежали из машины и заняли оборонительную позицию по периметру площадки. Видимость была почти нулевая. Плотный, молочного цвета, туман окутал близлежащие окрестности. Храбров обернулся и удивленно посмотрел на пилота.

– Я ориентировался по приборам, – пояснил офицер. – У ученых отличная карта.

– Молодец, – похвалил Олесь и зашагал к выходу. Обильная роса мгновенно пропитала брюки. В воздухе чувствовался характерный сосновый запах. Закрыв глаза, русич жадно дышал полной грудью. Детские воспоминания хлынули в сознание. Вот так же, по утру, Олесь мальчишкой ходил с отцом и братьями на сенокос. Крестьянский труд нелегок. И хотя родители Храброва жили в достатке, тяжелой работы они не гнушались. От сумы на Руси грех зарекаться. Ужасные пожары не раз и не два сжигали Новгород дотла. О внутренних междоусобицах и внешних врагах и говорить не стоит. Жестокий и опасный мир. Но, господи, как же землянин его любил!

Проверив наличие бластера на поясе, Олесь решительно двинулся на север. Применять оружие Храбров не собирался, однако рисковать понапрасну тоже глупо. Лихих людей в лесах немало. Случайный одинокий путник для них легкая добыча. Удар кистенем, и командующего звездной эскадрой Союза планет никто и никогда не найдет. Мутанты, словно привидения, направились за русичем. На краю поляны Олесь остановился и сказал:

– Сержант, дальше я пойду один. Ваша задача – обеспечить сохранность бота.

– Господин полковник, – откликнулся тасконец. – Это дикая страна. Мне поручено...

– Прекратите пререкаться и выполняйте приказ, – жестко произнес землянин.

– Есть! – козырнул пехотинец и растворился в тумане.

Обогнув развесистый куст, Храбров быстро зашагал к городу. Он точно знал, где находится. Каждое дерево, здесь почти родное. Русич совершено потерял счет времени. Олесь шел, шел и шел... Хруст веток под ногами, переливчатое пение птиц, приглушенный шелест листьев. Землянин давно не испытывал подобного наслаждения.

Неожиданно справа послышались чьи-то голоса. Храбров рефлекторно положил руку на кобуру. Изменив направление, русич начал осторожно пробираться к людям. Лес расступился, и Олесь оказался на берегу озера. Зрелище, развернувшееся перед землянином, поражало красотой и величием. Оранжево-красный диск Солнца медленно поднимался из-за горизонта. Темные воды Ильменя искрились и играли. С тихим шорохом волны накатывались на песчаную отмель. Сказочная, идиллическая картина.

Чуть в стороне, полтора десятка мужиков тащили огромный невод через узкую весеннюю протоку. То и дело в лучах утреннего светила сверкала серебром рыбная чешуя. Улов будет неплохим. Тяжело вздохнув, Храбров снова углубился в чащу. Туман постепенно рассеивался. Скорость движения значительно увеличилась.

Спустя примерно час русич взошел на небольшой холм. Дальше идти нельзя. Впереди открытое пространство. Пастухи неторопливо выгоняют стада коров, коз и овец на зеленые, сочные луга. Город лежит как на ладони. Высокий вал, глубокий, наполненный водой ров, мощные деревянные стены, сторожевые башни. Возле ворот в доспехах и остроконечных шлемах прохаживаются дружинники.

Олесь невольно улыбнулся. Когда-то и он, преисполненный гордостью, вот так же нес службу. Князь Александр сурово наказывал нерадивых воинов. Храбров сильно изменился с тех пор. Горячий, вспыльчивый юноша, бросавшийся в самую гущу сражения, остался в далеком прошлом. Богатый жизненный опыт позволяет ему смотреть на Новгород совсем иными глазами. Нить, связывавшая землянина с Родиной, безнадежно разорвана, но любовь осталась навсегда.

Сердце больно защемило. Солнце приобрело привычный желтоватый оттенок. Вспыхнули золотом купола святой Софии. До Олеся донесся слабы звон колоколов. Русич опустился на колени и начал креститься. Это божье знаменье! В душе воцарился покой, исчезли проблемы и сомнения. По щекам Храброва текли слезы. Он никогда не увидит ни мать, ни отца, не сможет склонить голову перед могилами предков. Олесю предначертана другая судьба.

Землянин встал, поправил одежду, бросил прощальный взгляд на город и двинулся в обратный путь. Искушение зайти в Новгород и прогуляться по улочкам очень велико, но у любой авантюры есть разумный предел. Внешний вид Храброва не соответствует исторической эпохе. Да и риск чересчур велик. Олесь даже русскую речь помнил плохо. Во всем надо знать меру.

До десантного бота землянин добрался без приключений. Мутанты заметно нервничали. За гибель полковника им придется отвечать перед судом военного трибунала. Услышав треск сучьев, пехотинцы вскинули лазерные карабины в готовности открыть огонь. Храбров предусмотрительно поднял руки вверх и громко крикнул:

– Не стрелять! Это я. Визит завершен, возвращаемся на «Клосар».

Бот оторвался от поверхности и стремительно набрал высоту. Для наблюдателя с Земли он быстро превратился в крошечную, едва заметную точку. Пилот мастерски управлял машиной. Совершенно мокрый, грязный, но счастливый и довольный, Олесь смотрел через иллюминатор на удаляющуюся планету. Предстоящие трудности его ничуть не пугали.

Описывать окончание похода не имеет смысла. Полет протекал размеренно и буднично. О странном поступке командующего никто из офицеров не говорил. Начальник экспедиции вправе принимать самостоятельные решения. Космопилоты с нетерпением ждали возращения домой. Дни тянулись необычайно медленно. Яркая белая звезда на экране голографа казалась недостижимой. Но рано или поздно настойчивый человек достигает цели. Выйдя из гиперпространства, тяжелый крейсер углубился в систему Сириуса.

– Курс на «Альфу-2», – бесстрастно вымолвил Деквил.

Возле станции корабли, вернувшиеся из разведки, проходили карантинную проверку. Здесь же осуществлялся первичный ремонт судна. Люди в рубке управления возбужденно шумели. Через пару суток они покинут крейсер и заключат в объятиях родных и близких. Настроение русича было менее радужным. Удалось ли Байлоту склонить общественное мнение на свою сторону? Что ждет Храброва на Алане – награда или позор и унижение?

– К нам идут четыре корабля! – доложил темноволосый лейтенант.

– Снизить скорость, – приказал командир «Клосара».

Спустя час судно оказалось в плотном кольце тяжелых крейсеров. Лазерные орудия направлены в незащищенный борт корабля. В зале повисла напряженная пугающая тишина.

– На связи полковник Бакстер, – произнес дежурный офицер.

Землянин увидел худощавого, абсолютно лысого мужчину лет сорока. Судя по характерному разрезу глаз, смуглой коже и вытянутому лицу он выходец с Елании. Материка, где компактно проживают бывшие посвященные. Недобрый знак. На лбу Олеся выступила испарина.

– Полковник Деквил, двигайтесь к Алану. Любое маневрирование запрещено, – требовательно сказал Бакстер.

– Почему? – с невозмутимым видом спросил офицер.

– Таково решение Совета, – ответил аланец. – В случае неподчинения у меня есть разрешение открыть огонь. Не усугубляйте положение. Лишние жертвы никому не нужны.

Командир «Клосара» вопросительно взглянул на Олеся.

– Выполняйте, – проговорил русич. – Сопротивление бесполезно.

Сомнения исчезли. Храбров является государственным преступником. Неслучайно полковник обратился не к нему, а напрямую к Деквилу. Позиции старика оказались не так уж сильны. Нужно готовиться к самому худшему развитию ситуации. Хотя без помощи Аргуса не обойтись.

Двенадцать часов прошли в тревожном ожидании. Землянин почти не ел, с трудом удалось немного вздремнуть. Нервы были на пределе. Мрачные мысли терзали мозг. Как его поступок отразился на Олис? Где сейчас Тино и Крис? Каковы шансы на благоприятный исход событий? Вряд ли Байлот сидит, сложа руки. Необходима информация. От волнения можно с ума сойти. Однако мерзавец Бакстер на связь больше не выходил и на запросы не отвечал. Он, как тюремный охранник, хранил гробовое молчание.

На орбите планеты крейсера отключили двигатели и легли в дрейф.

– К судну приближается гравитационный катер, – сообщил наблюдатель.

– Открыть внешние ворота, – вымолвил командир «Клосара».

– Оперативно работают, – усмехнулся Олесь. – Пора идти встречать «гостей».

Офицеры быстрым шагом направились к выходу из рубки управления. Десантники поспешно отступили в сторону. Спуск по лестнице на третий ярус много времени не занял. Над дверью шлюзового отсека горела красная предупредительная надпись. Восстановление давления и накачка воздуха еще не завершены. Русич в упор посмотрел на Деквила. Аланец глаза в сторону не отвел. Такие люди не отступают и не предают.

– Полковник, – произнес Храбров, – чтобы не случилось, вы выполняли мои приказы. Жесткая, армейская субординация. Попрошу обойтись без пылких самообличительных речей.

– Я – офицер звездного флота, – гордо вскинул подбородок Деквил. – А потому прятаться за спины других не привык.

– Рад это слышать, – кивнул головой землянин. – Тем не менее, одной жертвы вполне достаточно. Вся вина за разведывательный поход целиком и полностью лежит на мне. Отставка опытных, грамотных командиров крейсеров не принесет пользы Союзу. Решающая битва с горгами еще впереди. У вас будет шанс продемонстрировать свою смелость. Подумайте над моими словами.

Металлическая дверь плавно поднялась вверх. Олесь решительно двинулся в отсек. До катера не более полусотни метров. Ему навстречу шли три офицера в форме службы безопасности. Никого из них русич раньше не видел. Где же Дарл? Аргус наверняка бы прислал именно его. В коленях появилась неприятная дрожь. Что-то в поведении аланцев вызывает подозрение.

– Полковник Храбров, – громко сказал высокий русоволосый майор со шрамом на шее, – вы обвиняетесь в превышение полномочий и измене и подлежите препровождению в следственную тюрьму Фланкии. Суд военного трибунала состоится через три дня.

– К чему такая спешка? – язвительно спросил землянин.

– Решение Совета не обсуждается, – грубовато ответил офицер.

– Я бы хотел переговорить с генералом Байлотом, – вымолвил Олесь.

– Генерал Аргус Байлот погиб около трех месяцев назад в результате террористического акта, проведенного подпольной организацией посвященных в здании правительства, – заученно отчеканил майор. – Сейчас службу контрразведки возглавляет генерал Норклин.

Русич почувствовал, как земля уходит из-под ног. Рухнула последняя надежда на спасение. Воин Тьмы опередил старика. Опасная игра закончилась трагедией. Теперь все стало понятно. Враг захватил в стране безраздельную власть. Достойных противников не осталось.

Растерянно пожав плечами, Храбров вытянул ладони вперед. Электронные наручники защелкнулись на запястьях. Сзади раздался учащенный топот шагов. Землянин обернулся. Взвод десантников, расположившись полукругом, держал на прицеле аланцев. Слухи на корабле разлетаются быстро. Офицеры судорожно пытались достать бластеры.

– Господин полковник, одно ваше слово и мы превратим мерзавцев в пыль, – выкрикнул лейтенант.

– Отставить! – скомандовал Олесь. – Никакого кровопролития. Я подчиняюсь решению Совета.

Русич подошел к лестнице и поднялся в катер. Контрразведчики, с опаской поглядывая на мутантов, следовали за Храбровым. Лишь когда люк закрылся, они убрали оружие в кобуры. Пилот тотчас запустил двигатели. Пехотинцы неохотно покидали шлюзовой отсек. Внешние ворота медленно начали открываться.

Машина оторвалась от пола и устремилась в бездонную черноту космоса. Внизу, закрывая горизонт, раскинулась огромная сине-зеленая планета. Могущественный и величественный Алан. Центр человеческой цивилизации. Однако Олесь не испытывал к нему ни малейших эмоций. Чужой мир, чужая культура.

Закрыв глаза, землянин пытался найти хоть какой-то выход из сложившейся ситуации. Подобный вариант ни Аргус, ни Тино даже не рассматривали. А напрасно. Устранение Байлота для врага было самым простым решением проблемы. Ведь генерал частенько и сам использовал этот метод борьбы. Тяжелая, невосполнимая потеря.

– Что с моей семьей? – произнес Храбров, обращаясь к майору.

– Мы не уполномочены отвечать на ваши вопросы, – сказал офицер.

– К чему такая секретность? – удивился русич. – Будьте людьми. Я не был дома полгода.

– Не надо толкать нас на нарушение служебного долга, – заметил аланец.

– Да и дом твой не здесь, дикарь, а на вонючей Земле, – вставил темноволосый капитан.

– Вижу, кадровый состав контрразведки существенно изменился, – презрительно усмехнулся Олесь.

– А ты не зубоскаль, – раздраженно проговорил посвященный. – Когда петля затянется на шее, не так запоешь... Скоро все выродки окажутся либо на виселице, либо в рудниках и шахтах.

– Достойная награда за пролитую в войне кровь, – язвительно вымолил Храбров.

– Заткнись ублюдок! – воскликнул офицер и ударил русича наотмашь.

– Прекрати, Дейв! – прикрикнул на капитана руководитель группы. – Не забывай, процесс будет открытым. Никаких синяков на лице. Грим журналисты сразу определят. Еще успеешь свести с ним счеты. После суда преступника наверняка отправят в исследовательский центр.

Аланец наклонился к Олесю и зловеще прошептал:

– Ученые выпотрошат твои мозги, а я превращу последние дни жизни в сущий кошмар.

– Откуда столько ненависти? – спросил Храбров.

– Откуда? – повысил голос контрразведчик. – Вспомни штурм бункера Великого Координатора. В личной охране правителя служили мой отец и два брата. Они погибли вместе с величайшим из людей. Алан в те времена процветал и купался в роскоши. Какие блестящие перспективы открывались передо мной! Грязные варвары уничтожили прекрасный мир. Я поклялся мстить врагам. Сегодня наступил час расплаты. И поверь, быстро ты не умрешь.

– Понятно, – бесстрастно произнес землянин. – Очередной сумасшедший фанатик.

– Сволочь! – взревел капитан, замахиваясь для повторного удара.

– Остановись! – майор успел перехватить руку товарища. – Полковник специально провоцирует тебя. Многочисленные тяжелые побои смягчат решение суда и вызовут резонанс в обществе.

– Хорошо, я подожду, – прошипел аланец, садясь в кресло и поворачиваясь к иллюминатору.

Гравитационный катер резко снизился и перешел в горизонтальный полет. Впереди показался огромный мегаполис. Высотные здания из стекла и бетона, разветвленная сеть транспортных магистралей, геометрически правильные квадраты парков и скверов. Фланкия – краса и гордость каждого аланца. Ее население более тридцати миллионов человек. Крупнейший научный, промышленный и развлекательный центр страны. При свержении диктатора столица практически не пострадала. Догадаться почему, не так уж сложно. Здесь проживают только посвященные. Самый консервативный и неблагонадежный город планеты.

Машина миновала лесную полосу, обогнула ангары и зависла над посадочной площадкой военного сектора космодрома. Конвоиры Олеся действовали точно по инструкции, соблюдая строжайшие меры предосторожности. Четыре темно-синих лимузина рванулись к гравитационному катеру. Как только стойки летательного аппарата коснулись поверхности, электромобили взяли его в плотное кольцо. Восемь агентов в штатском выстроились по периметру, внимательно осматривая окрестности. Под пиджаком бронежилеты, руки лежат на кобурах с бластерами. Стандартная схема прикрытия важного лица.

– На выход! – скомандовал майор. – Дейв, идешь первым.

Капитан умышленно ткнул русича локтем в плечо и проследовал к люку. Вскоре его ботинки застучали по металлическим ступеням лестницы. Проверка много времени не заняла.

– Путь свободен, – донесся голос аланца.

Храбров встал и зашагал к выходу. Через несколько секунд он ступил на прочное покрытие космодрома. На мгновение землянин остановился и взглянул вверх. Синее небо, пушистые, ватные облака, пылающий белый диск Сириуса. Дышалось почему-то легко и свободно. Удивительно, но страха Олесь не испытывал. Сдаваться без боя русич не собирался. Ему есть, что предъявить трибуналу. Гораздо больше Храброва беспокоила судьба Олис и Вацлава. Фанатики, подобные Дейву, способны на любое преступление. Убить женщину и ребенка для них не составляет труда. Хотя до суда посвященные вряд ли решатся на такой шаг.

– Поторапливайся! – контрразведчик подтолкнул арестованного в спину.

Землянин двинулся к ближайшему лимузину. В этот момент на посадочную площадку выехал заправщик. Машина направлялась к стоящим в стороне истребителям.

– Откуда он взялся? – воскликнул майор. – Я приказал командиру полка прекратить все работы и убрать людей. Сколько же тупых кретинов в нашей армии!

Только сейчас Олесь осознал, что в разгар рабочего дня вокруг нет ни души. Конвоирам не откажешь в предусмотрительности. Загнать пилотов и техников в казармы непросто.

– Пошевеливайся, скотина, – с ухмылкой на лице сказал Дейв, подходя к русичу вплотную.

В следующую секунду тело капитана вздрогнуло и повалилось на Храброва. В глазах аланца застыло изумление, на груди расплылось большое красное пятно. Вскрикнул и рухнул на бетон охранник возле электромобиля. Заливая площадку кровью, контрразведчики падали один за другим. Из лимузинов начали выскакивать люди. Несчастных ждала та же страшная участь. Неизвестные снайперы безжалостно стреляли в голову, разбивая черепа вдребезги.

Землянин обернулся. Сопровождавшие его офицеры были мертвы. Руководителю группы пуля попала точно в глаз. У стоек катера, широко раскинув руки, валялись убитые аланцы. Возле плеча Олеся сверкнул лазерный луч. Контрразведчики открыли огонь по нему. Со стороны ворот показались три электромобиля.

Закрываясь мертвым телом капитана, русич медленно пятился к лестнице. Необходимо любой ценой укрыться внутри летательного аппарата. Это единственный шанс на спасение. Неожиданно развернулся заправщик. Стремительно набирая скорость, машина неслась к месту боя.

Самое странное, что Храбров до сих пор не слышал выстрелов. Снайперы используют бесшумное оружие, и определить их укрытие абсолютно невозможно. На посадочной площадке раздавались лишь крики и ругательства офицеров. Среди аланцев нет даже раненых. Никто не стонет и не просит о помощи.

Землянин вытащил из кобуры Дейва бластер, отбросил труп в сторону и побежал по ступеням вверх. Острая боль пронзила голень. С трудом удержав равновесие, Олесь склонился к ноге. Наклон спас русичу жизнь. Красноватый луч прочертил линию над головой Храброва и, выбивая крошку, ударился в бетонное покрытие. Землянин наугад выстрелил в открытый люк. Раздался глухой звук падающего тела. Прихрамывая, Олесь продолжал подъем.

Сзади с кошмарным грохотом заправщик врезался в лимузины контрразведчиков. Скрежет металла, страшные вопли людей, надрывный рев мотора. Русич окинул взглядом салон. Привалившись к стене, с обожженной шеей лежит пилот катера. Обидно. Убивать его Храбров не хотел. Ведь управлять летательным аппаратом он не умеет. Долго в машине землянин не продержится. В конце концов, противник просто уничтожит катер. Пара залпов из скорострельных орудий и великолепное творение ученых и инженеров превратится в груду металлолома.

На лестнице раздался учащенный звук шагов. Русич спрятался за кресло и прицелился. Палец слегка надавил на спусковой крючок.

– Олесь, не стреляй! – донеслось снизу. – Это мы с Тино.

Голос принадлежал Крису. Ошибка исключена. В проеме показалась голова англичанина.

– Давай, живее! – вымолвил Храбров, опуская оружие.

Саттон вбежал в салон и сразу направился в кабину пилота. Следом за ним появился самурай. Правый рукав пиджака разорван, по кисти обильно течет кровь.

– Рад тебя видеть, – Аято хлопнул русича по плечу. – Крис, закрывай люк! Взлетаем.

Машина плавно оторвалась от площадки и двинулась к лесу. Посадочные стойки Саттон убирал уже на ходу. Японец сел рядом с Олесем, посмотрел на часы и громко рассмеялся.

– Щенки! – презрительно сказал Тино. – Скем решили тягаться? Со мной? Ни служба контрразведки, ни террористы еще не проводили столь блестящих операций. Одна минута двенадцать секунд. Классика похищения. Сработано чисто. Без потерь и провалов. Быстрота и внезапность – вот залог успеха. Пусть теперь попробуют нас догнать...

– В скромности тебе не откажешь, – улыбнулся Храбров.

– Это точно, – вставил англичанин. – Он измучил парней. Снайперы тренировались целый месяц. Мы едва не разорились на патронах. А сколько манекенов уничтожено, и не сосчитать.

– Зато, какая стрельба! – возразил самурай. – Охрану сняли без малейших проблем.

– Что с рукой? – спросил русич.

– Ерунда, – произнес Аято. – Когда вылезал из заправщика, зацепился за искореженный край металла. Пустяковая царапина. Костюм жалко. Мне его шили на заказ.

– В таком случае, достань аптечку, – проговорил Олесь. – Моя рана гораздо серьезнее.

Храбров осторожно повернул ногу. В икре зияла внушительная дыра. Обожженные края, торчащее мясо, хлюпающая в ботинке кровь. Недовольно покачав головой, японец отправился за медикаментами. Вколов русичу обезболивающее средство и стимулятор, Тино умело перебинтовал рану. Мокрый носок пришлось выкинуть. Самурай подошел к мертвому пилоту и осмотрел его обувь. Она оказалась на размер больше, чем у Олеся. Аято бесцеремонно снял с трупа ботинки и принес их Храброву. С равнодушным видом японец заметил:

– На первое время подойдут. Когда доберемся до убежища, переоденешься.

Признаться честно, русич и не собирался спорить. Предрассудками Олесь никогда не страдал.

– Что с Олис и Вацлавом? – Храбров взглянул в глаза товарищу.

– Все нормально, – ответил Тино. – Твоя семья и Кроулы в полной безопасности. Легенда безукоризненна. Сейчас в стране хаос с документами. Новому руководству службы контрразведки не до беглецов. Им бы банковскую систему расчетов восстановить.

– О чем идет речь? – не понял русич.

– Сумасшедший вирус в компьютерной сети, парализовавший работу аппаратуры личностного и генетического контроля, – пояснил самурай. – Байлот отлично подготовился к отступлению.

– Мне сказали, что старик мертв, – вымолвил Олесь.

– Это, к сожалению, правда, – тяжело вздохнул Аято. – Аргуса взорвала «бессмертная» сразу после заседания Совета. Как настоящий мужчина, генерал выстрелом из бластера разнес себе мозги в клочья.

– Господи, почему же мы не умираем-то по-человечески! – вырвалось у Храброва.

– Смерть в постели скучна и обыденна, – улыбнулся японец. – Когда-нибудь ты поймешь...

– Не думаю, – возразил русич. – Я устал от погонь, интриг, космических экспедиций и сражений.

– Боюсь, тебе предстоит еще одно опасное путешествие, – произнес Тино.

– Куда? – Олесь обреченно откинулся на спинку кресла.

– Догадайся сам, – вымолвил самурай. – Байлот перед гибелью дал добро...

Храбров взглянул в иллюминатор.

Катер на огромной скорости летел над сельскохозяйственными полями. Внизу, словно гигантские жуки, ползли автоматические комбайны. Натуральные продукты питания стоят очень дорого и приносят владельцам земли огромные доходы. Синтетическая пища удовлетворяет потребности общества, но не обладает должным вкусовым качеством.

Разве что-нибудь может сравниться с куском сочного, ароматного мяса зажаренного на костре. А какой запах! Были время, когда друзья иначе и не питались. Вокруг джунгли Оливии, за спиной длинный меч, а в руках – автомат с наполовину израсходованным магазином. И ничего другого свободному человеку не надо. Законы природы просты и понятны. Ты либо хищник, либо дичь. Побеждает самый сильный, хитрый, ловкий. Дикие звери не прощают охотнику ошибок.

– Что стало с Дарлом? – спросил русич. – Он тоже погиб?

– Нет, – Аято отрицательно покачал головой. – Старика убили в коридоре. Капитан прибежал, когда Аргус уже находился при смерти. Ученик лишь выслушал последние наставления учителя. Именно Дарл запустил вирус в систему. Тасконец, как и мы, сейчас находится в подполье.

– Ситуация в стране за прошедшие полгода изменилась кардинально, – грустно заметил Олесь.

– Увы, – проговорил японец. – Светлые полосы в нашей жизни чередуются с темными.

– Несколько месяцев назад ты рассуждал совсем иначе, – сказал Храбров. – Какие строились планы!

– Аяотнихне отказываюсь, – сверкнул глазами Тино. – Союз планет нуждается в реорганизации властных структур. Совет чересчур пассивен и неповоротлив. В условиях войны с насекомыми это грозит гибелью. Если нельзя распустить его мирным путем, применим силу.

– Опять революция? – вздохнул русич. – Разрушения, кровь, сотни тысяч невинных жертв.

– К сожалению, другого выхода нет, – пожал плечами самурай.

– Хватит спорить, – вмешался Саттон. – Убежище через пять минут.

Машина нырнула к небольшому лесному массиву. Крис летел на предельно малой высоте. Так засечь гравитационный катер гораздо сложнее. Земляне не сомневались в том, что на их поиски брошены эскадрильи истребителей-перехватчиков. По дерзости нападения Аято превзошел посвященных. Подобного поражения служба контрразведки еще не знала. Найти и уничтожить преступников будет делом чести для сотрудников управления.

Не удастся скрыть провал операции по аресту Храброва и от журналистов. Желтая пресса захлебнется от восторга. Силовое ведомство в очередной раз продемонстрировало свою несостоятельность. А главное, сорван показательный процесс над высокопоставленным офицером звездного флота. Скандал. Великолепный повод поязвить.

При обсуждении наверняка всплывут и более серьезные вопросы. Кто стоит за похищением полковника? Не скоропалительно ли решение Совета? Насколько глубоки противоречия между гражданской администрацией страны и военным руководством? Общественное мнение взбудоражено слухами и домыслами. Цель достигнута...

Впереди показался роскошный белоснежный особняк. Аккуратная, покатая крыша, ряды изящных колонн, сверкающие в лучах Сириуса огромные окна. Перед зданием прямоугольная бетонная площадка, по краям цветочные клумбы, чуть дальше идеально подстриженная лужайка. Маленький райский уголок вдали от городской суеты. На поляне неподвижно стоял человек. Заметив летательный аппарат, мужчина развел руки в стороны.

– Отлично, – вымолвил японец. – Опасности нет. Пока все идет точно по плану.

Катер миновал дом и завис над каменной пристройкой. У нее почему-то отсутствовало верхнее перекрытие. Медленно, осторожно Крис посадил машину на поверхность. Люк отъехал в сторону, лестница спустилась вниз, смолкли двигатели. Англичанин встал и потянулся.

– Тебя неплохо учили, – улыбнулся Олесь.

– Большая практика, – ответил Саттон. – Управлять флайером гораздо сложнее.

– Поторопитесь, – произнес Тино. – Задерживаться здесь чрезвычайно опасно.

Прихрамывая, русич зашагал к выходу. Только покинув летательный аппарат, Храбров понял замысел самурая. Легкая металлическая крыша быстро закрывала ангар. Через пять секунд гравитационный катер исчезнет из виду. Поиск с воздуха не принесет врагу результата.

– Служба контрразведки запросит данные из отдела космического наблюдения, – сказал Олесь.

– Само собой, – проговорил Аято. – Но там, как назло, произошла поломка оборудования. Резкий скачок напряжения в сети. Такое иногда случается. Кроме того, это частная территория. Для проведения обыска потребуется соответствующая санкция. Опять же, нарушение прав граждан.

– Вы хорошо подготовились, – похвалил товарища русич.

– В подобном деле мелочей не бывает, – вымолвил японец. – Лучше лишний раз перестраховаться.

У стены на вешалках висели три новеньких костюма. Земляне переоделись и вышли на улицу. Гигантский белый диск Сириуса находился почти в зените. Храбров почувствовал, как на лбу выступил пот. Алан гораздо дальше от звезды, чем Таскона, но лето на планете не менее жаркое. Впрочем, сказывалось волнение и полученное в бою ранение. Несмотря на вколотый стимулятор, нога ужасно ныла. Русич немного отстал от Тино и Криса. Друзья уверенно шагали к дорогому бежевому электромобилю. Модель не самая современная, но достаточно скоростная и комфортабельная. Возле машины самурай остановился.

– Внутри соблюдаем полное молчание, – предупредил Аято. – Ни единого слова...

Друзья утвердительно кивнули головами. Боковые двери плавно поднялись вверх. Храбров и Саттон разместились на заднем сидении, а японец сел рядом с водителем. Аланец склонился к пульту управления и назвал пункт назначения. Бортовой компьютер подключился к общей системе движения. Набирая скорость, машина устремилась на юго-восток. Преодолев пустынный участок дороги, она выехала на шоссе и влилась в сплошной поток электромобилей.

Закрыв глаза, Олесь задремал. Слишком много событий за последние сутки. Признаться честно, такое развития событий русич не мог представить даже в страшном сне. В одно мгновение Храбров превратился из уважаемого человека, героя войны с насекомыми, в государственного преступника. Очередной крутой вираж судьбы.

Сколько их было в его жизни? Немало. «Воскрешение» из мертвых, служба наемником на Оливии, скитания по Униме и Аскании, путешествие к Акве, разведывательная деятельность на Алане. Список длинный. Вопрос в том, чем закончатся эти метаморфозы? На карьере в звездном флоте надо поставить крест. Совет ни при каких обстоятельствах не доверит землянину командование эскадрой.

Олесь проснулся от несильного толчка в плечо. Машина стояла на небольшой площадке возле дорожного кемпинга. Вокруг ни души. С надрывным ревом мимо проносятся роскошные лимузины. Тино вылез из электромобиля и жестом позвал за собой друзей. Из-за строения тотчас выехала белая машина. Земляне молча сели в нее. Ни одной фразы, ни одной реплики. Полная конспирация.

Прежде чем беглецы добрались до цели, они сменили четыре электромобиля и преодолели не меньше тысячи километров. Проследить их маршрут было нереально. Сумасшедшая гонка завершилась лишь к вечеру.

Покинув машину, друзья направились к неказистому желтому особняку. Откуда-то издалека доносился странный звук. Мимо, бросая откровенные взгляды, проследовали две женщины лет тридцати. Длинные, разбросанные по плечам волосы, легкие короткие платья, крепкие загорелые бедра, игривый блеск в глазах. Храбров не удержался и обернулся. Аланки весело рассмеялись.

– Олесь, понимаю, но не советую, – бесстрастно произнес самурай. – Олис тебя убьет...

– Тоже мне шутник, – усмехнулся русич. – Я встречусь с женой?

– Не задавай глупых вопросов, – сказал Аято. – Сейчас нельзя рисковать. Твое голографическое изображение без перерыва показывается по всем центральным каналам. Желающих заработать кругленькую сумму на планете довольно много. Нам надо отсидеться хотя бы пару дней.

– А как же эти красотки? – удивленно спросил Храбров. – Они меня видели...

– Иногда полезно думать, – заметил японец. – В моей команде есть и женщины.

– Внешняя охрана, – догадался Олесь. – Ты контролируешь всю улицу?

– Разумеется, – вымолвил Тино. – Близлежащие дома арендованы на длительный срок.

Самурай нажал на кнопку замка. Пластиковая дверь бесшумно открылась. Земляне неторопливо прошли внутрь здания. Молодой человек в холле едва заметно кивнул Аято головой. Друзья миновали гостиную и поднялись на второй этаж. Японец уверенно шагал впереди. Сразу было видно, что этот дом ему хорошо знаком.

– Прошу, располагайтесь... – проговорил Тино, входя в просторную комнату. – Здесь мы проведем несколько суток. Пусть шум немного уляжется. Конечно, не гостиничный «люкс», но выбирать не приходится. Вспомните бурную молодость. Невзгоды и лишения походной жизни...

– А как насчет пива? – уточнил Крис, падая в мягкое кресло. – Ужасно хочется пить.

– О чем речь... – улыбнулся самурай, открывая холодильник и доставая три металлические банки.

Сделав пару глотков, русич подошел к огромному окну и отдернул штору в сторону. Перед Храбровым предстала великолепная картина заката. Гигантский светло-желтый диск Сириуса медленно погружался в изумрудные воды океана. Пенящиеся волны лениво накатывались на песчаное побережье. Тысячи курортников гуляли по пляжу, наслаждаясь прохладным соленым воздухом. Прекрасный тихий вечер. Когда-то и Олесь отдыхал вот так же с женой и ребенком в Гелинджиле. Увы, времена изменились. Теперь он – государственный преступник, разыскиваемый полицией и службой контрразведки. Так просто купаться не выйдешь.

– Где мы находимся? – поинтересовался русич.

– В Оклине, – ответил Аято, вынимая из кармана противоподслушивающее устройство.

– Довольно оживленный городок, – произнес Храбров. – Сюда любят приезжать люди со средним достатком. Относительно приемлемые условия, низкие цены, приличное обслуживание. Сейчас самый разгар сезона. Не слишком ли рискованное место ты избрал для убежища?

– Наоборот, – возразил японец. – Никому и в голову не придет нас здесь искать. В толпе проще всего спрятаться. Залог успеха в уверенности и разумной наглости. Главное запутать противника, заставить его нервничать. Он начнет спешить и допускать ошибки.

– Опять философствуешь, – улыбнулся Олесь, садясь напротив Тино.

– А что еще остается? – пожал плечами самурай. – Неудачи следуют одна за другой...

– Это точно, – согласился русич, закатывая штанину.

Повязка насквозь пропиталась кровью. Несмотря на обезболивающее средство, рана нестерпимо ныла. Аято встал и вышел из комнаты. Японец вернулся минут через пятнадцать в сопровождении невысокого худощавого аланца лет пятидесяти пяти. В темных коротких волосах мужчины обильно блестела седина.

Незнакомец приблизился к Храброву, опустился на колени и начал бесцеремонно разматывать бинты. Олесь заскрипел зубами от боли. Врач взглянул на землянина и, чуть подумав, вколол ему стимулятор. По телу сразу растеклась приятная теплота. На мгновение русич даже потерял сознание. Аланец работал быстро и умело, сразу чувствовался высочайший профессионализм.

Обработав и аккуратно зашив дыру, мужчина наложил новую повязку. Собрав инструменты, доктор вежливо кивнул головой на прощание, отряхнул пыль с коленей и зашагал к выходу. Он так и не произнес ни одного слова. В свою группу Тино подбирал людей, умеющих хранить молчание. Излишняя болтливость и любопытство ни к чему хорошему не приводят. В подполье действуют жесткие правила конспирации.

– Когда мы отправимся на Таскону? – спросил Храбров.

– Не знаю, – честно признался самурай. – В зависимости от обстановки...

Аято взял со стола пульт и включил голограф. По центральному каналу транслировалась развлекательная программа. Полуобнаженные девицы пели о неразделенной любви. Публика в зале неистовствовала от восторга. Японец недовольно поморщился и убавил звук.

– Ты до сих пор не рассказал об экспедиции, – заметил Тино. – О разгроме Валкаала и сражении с горгами Совету докладывали Брандт и Маклин. Интерпретация разная, но создать целостную картину труда не составляет. Гревин сообщил об обнаружении планеты насекомых и гибели «Баскета». Общих фраз много, а деталей и подробностей практически нет. А именно они и важны.

– С чего начать? – проговорил Олесь.

– С гибели Карса, – вставил Саттон, открывая вторую банку.

– «Лаваль» попал в засаду, – вымолвил русич. – Ни малейших шансов вырваться из кольца. Мы решили принять бой. Властелин пришел в рубку управления, извинился и мощным ударом едва не сломал мне челюсть. Очнулся я в гравитационном катере. Флагман дрался отчаянно. В последний момент экипаж взорвал крейсер. Карс мог уйти...

– Вряд ли, – возразил самурай. – Позорное бегство для него страшнее смерти. Властелин умер, как настоящий солдат. Мутант с честью выполнил свой долг и сдержал данное обещание.

– Какое обещание? – удивленно произнес Храбров.

– Не имеет значения, – уклонился от ответа Аято. – Ты ведь отомстил за Карса и прикончил воина Тьмы.

– Не я, – сказал русич. – Это сделал Аминем Суппелум. Предателем, вступившим в сговор с насекомыми, оказался брат консула Тефнал Такелом. Непреодолимая жажда власти. Ради нее мерзавец пожертвовал свободой собственного народа. При штурме резиденции правителя десантники взяли изменника в плен. Адмирал безжалостно перерезал соотечественнику глотку.

– Значит, Тефнал пытался год назад вступить в контакт с Расселом, – догадался англичанин.

– Да, – кивнул головой Олесь. – Мешать Суппелуму не имело смысла. Тем более что к тому времени мне уже сообщили о раскладе сил перед решающей битвой. Вестник окончательно прояснил ситуацию.

– Кто? – не понял Крис.

– Вестник, – повторил Храбров. – Гравитационный катер с «Лаваля» укрылся в расщелине астероида. Флайеры горгов обнаружили и атаковали нас. Машина чудом не разбилась при падении. Хотя... Я все меньше верю в случайности. Неожиданно внутри летательного аппарата появился человек. Он существовал вне времени и пространства. Биоэнергетическая копия. Звучит фантастически, но это именно так. Мужчина назвал себя легом, представителем древней расы, жившей на Земле еще до атлантов. Мои видения – его работа. Подобным способом Вестник передавал воинам Света необходимую информацию.

– Кто бы сомневался... – снисходительно усмехнулся японец.

– Повествование лега значительно отличается от легенд хранителей, – вымолвил русич.

– С удовольствием послушаем, – произнес Тино, прибавляя звук на голографе.

Только сейчас Олесь заметил свое изображение на экране. Вот Храбров в парадной форме, вот в повседневной, вот в гражданской одежде с Олис и Вацлавом.

– ... в результате нападения террористов на сотрудников контрразведки на космодроме Фланкии полковнику удалось скрыться, – сообщил диктор. – Это беспрецедентная по наглости и жестокости вылазка. Убито тринадцать человек, один считается пропавшим без вести. Сотрудники управления считают, что действовали опытные специалисты, оснащенные самым современным оружием. По мнению экспертов, возглавлял группу заместитель генерала Байлота майор Аято, бесследно исчезнувший после трагической гибели члена Совета. Преступники захватили гравитационный катер. Поиски машины пока успехом не увенчались. Без сомнения, земляне имеют на Алане разветвленную сеть сообщников. Вирус, парализовавший систему личностного контроля, наверняка, запущен ими. Правоохранительные органы переведены на усиленный режим службы. За любую информацию о местонахождении беглецов назначена награда в сто тысяч сириев. При обнаружении террористов советуем соблюдать максимальную осторожность. Преступники хорошо подготовлены и крайне опасны при задержании...

– А неплохая сумма! – заметил Саттон. – Можно всю жизнь купаться в роскоши и богатстве.

– Да, правительство Союза не поскупилось, – улыбнулся самурай. – Наши головы дороже золота. Большая честь. Но я предлагаю вернуться к прежней теме разговора. Она гораздо интереснее.

– Диктор ничего не сказал о моей жене и сыне, – вставил русич.

– Само собой, – вымолил японец. – Никто публично не признается в нарушении прав и свобод личности. Посвященные ищут твою семью и Кроулов тайно, без огласки. Наиболее скандальная часть информации скрывается от журналистов. Изображение Олис и Вацлава показано не зря... Вдруг кто-нибудь опознает женщину и ребенка. Простой и эффективный метод.

– Сволочи! – зло процедил сквозь зубы Олесь. – Тино, ты доверяешь своим людям?

– Я себе порой не доверяю, – серьезно произнес самурай. – Не волнуйся, у меня создана надежная схема подстраховки. Искушение сорвать банк чересчур велико. При малейшем подозрении агент будет изолирован или устранен. Провал организации полностью исключен.

– Не слишком самоуверенное заявление? – недоверчиво спросил Храбров.

– Нет! – жестко возразил Аято. – Пять лет упорного, напряженного, кропотливого труда. Абсолютное большинство аланцев, тасконцев, маорцев никогда не числилось среди сотрудников службы контрразведки. Все прошли тщательную проверку. Они преданы нашему общему делу.

– Блажен, кто верует, – язвительно усмехнулся русич.

Спорить с товарищем японец не стал. Долго убеждать собеседника было не в правилах Тино. Умный человек рано или поздно примет его доводы, а глупый не поймет их никогда. Самурай терпеливо ждал продолжение рассказа о Вестнике. Выдержав паузу, Олесь проговорил:

– Леги контролировали половину галактики. Величественная и могущественная цивилизация. Раса, способная перемещать планеты на гигантские расстояния, умеющая повелевать природными стихиями, экспериментирующая с иными формами жизни. Почти боги... Но только почти. Где-то во Вселенной открылся проход между мирами. Воинственные орды сил Тьмы хлынули в галактику. Леги потерпели сокрушительное поражение.

И тогда появился Он...

Храбров великолепно помнил историю Вестника. Русич воспроизвел беседу с незнакомцем слово в слово. Друзья слушали Олеся, не перебивая. Англичанин нервно крутил полупустую банку в руках. Перспективы вырисовывались не очень радужные. Если горги одержат победу и захватят Землю, человечество исчезнет так же, как и сотни, тысячи других цивилизаций.

– Жак был прав, – тяжело вздохнул Крис, когда Храбров закончил. – Мы – пешки в большой игре. Ничтожные, убогие существа, которыми не жалко и пожертвовать. Гладиаторы, дерущиеся на потеху властителей судеб. Шахматное поле с белыми и черными квадратами.

– А разве у нас есть выбор? – вымолвил Аято. – К чему пустая демагогия. В любой армии есть те, кто отдает приказы и те, кто их выполняет. Воины Света и Тьмы оказались на переднем крае отчаянного, кровопролитного сражения. Драка не на жизнь, а на смерть. И мне абсолютно наплевать на легов и небожителей, бесстрастно наблюдающих за ходом Битвы. Я даже рад, что нахожусь в самой гуще событий. Именно мы вершим историю!

– Вопрос в том, какой ценой, – грустно заметил русич. – Из двенадцати нас остались лишь трое. И это не окончательный итог. В скорбный список потерь попал и Байлот. Безжалостное, жестокое истребление друг друга. Вспомни последние семнадцать лет. Бесконечные походы, преследования, короткие стычки и кошмарные сражения. Оглянись, позади выжженная земля и трупы. Я не хочу больше никого убивать. Душа черствеет от ненависти и зла.

– Превосходно! – воскликнул японец, с силой бросая полупустую банку в стену. – Давайте улетим на Таскону, спрячемся в лесах Унимы или Аскании и проживем еще десяток лет в тишине и покое. Пусть насекомые захватывают звездные системы. Сначала твари уничтожат джози и валкаалцев, затем аланцев и маорцев, и, наконец, очередь дойдет до Земли. Откроются врата Ада и ужасные существа заполонят галактику. Олесь, у тебя есть желание увидеть конец мира?

– Нет, – опустив голову, произнес Храбров.

– Так какого дьявола вы распустили слюни! – раздраженно выругался самурай.

– Наверное, от усталости, – грустно улыбнулся русич. – Не забывай, я только прилетел из экспедиции. Кроме того, есть определенные обязательства перед женой и ребенком. А ситуация складывается не блестящая. По моей вине Олис и Вацлав подвергаются смертельной опасности. Думаю, и Крису сейчас нелегко. Николь с детьми тоже спрятаны в убежище?

– Конечно, – проговорил Тино, вставая с кресла и подходя к окну.

– Умереть на поле боя – не страшно, – сказал Олесь. – Едва уловимый миг и сознание померкнет навсегда. Гибель же семьи будет вечно терзать разум и сердце. Жизнь превратится в мучительную пытку. Тебе это известно лучше, чем нам. Прости, если я растеребил старую рану.

Самурай молчал минут пять. Храбров невольно затронул запретную тему. Вспоминать о трагедии, случившейся много лет назад на Земле, Аято не любил. Впрочем, в самообладании японцу не откажешь. Тино великолепно умел контролировать свои эмоции.

– Отчасти ты прав, – согласился с русичем самурай. – Но лишь отчасти... Любовь – великая сила. Однако у нее есть один серьезный недостаток. Она делает человека уязвимым. Я как мог, старался вас защитить. И Олис, и Николь мне не чужие.

– Тино, тебя никто ни в чем не упрекает, – вмешался Олесь. – Мы просто устали от войны. Из эскадры, отправившейся к Эдану, домой не вернулись тринадцать кораблей, тысячи людей лишились родных и близких. И их не успокоишь пафосными речами о долге и чести.

– Хочешь покаяться и смыть с души грех? – спросил японец.

– А почему бы и нет, – ответил Храбров. – Ведь именно я, вопреки воле Совета, двинул крейсера в сражение. Надо честно признать, мы ничем не отличаемся от врагов. И воины Света и воины Тьмы несут Миру только смерть и разрушения. Аргус втянул нас в грязную игру.

Аято подошел к холодильнику и достал очередную банку пива. Сделав пару глотков, самурай приблизился к товарищу и с сочувствием в голосе вымолвил:

– Главная твоя ошибка, Олесь, в том, что ты считаешь себя частью общества Союза планет. Глубочайшее заблуждение. Мы другие, совсем другие... И аланцы, и тасконцы это понимают. Наше положение никого не обманывало. Земляне здесь чужие. Делонт изменял интеллектуальный уровень наемников, но не влиял на психику. Голодные псы войны! Выбор хозяина легов не случаен. Ему были нужны смелые, отчаянные бойцы, способные преодолеть любые преграды. И мне не стыдно за друзей. Они умирали за идею с гордо поднятой головой. Местные жители на подобное не способны. Удачливых варваров уважали, ценили, ненавидели и презирали. Редкие исключения лишь подтверждают правило. Мы – изгои. Нам нет места ни на Земле, ни на Алане, ни на Тасконе. На дикарей всегда будут показывать пальцем.

– Звучит, как приговор, – горько усмехнулся Саттон.

– Иллюзии до добра не доводят – произнес Тино. – После смерти Байлота всех наемников отправили в пустыни Оливии и Унимы. Та же судьба ждет и мутантов. Без сомнения, чистка коснется и звездного флота. К моменту вторжения горгов боеспособная армия превратится в жалкое сборище недоумков и предателей. И если вы действительно беспокоитесь о своих семьях, то сожмите зубы и деритесь. Осталась последняя, решающая битва.

– А как же твоя идея о захвате власти? – поинтересовался русич.

– Я не забыл о ней, – сказал японец. – Но сначала необходимо разобраться с Советом. В нем чересчур много дилетантов. После посещения «Ковчега» мы взорвем страну изнутри. Соответствующая работа уже ведется. В средства массовой информации разосланы компрометирующие материалы на членов правительства и высокопоставленных чиновников из окружения председателя. Обыватели захлебнуться от восторга. Массовые выступления рабочих и студентов окончательно расшатают устои государства. Для наведения порядка потребуется вмешательство десантных частей. А это прямое нарушение демократических свобод граждан. Да и не пользуется Прайлот у военных большой популярностью. На Алане воцарится хаос...

– И тут появится человек, способный в корне изменить ситуацию, – догадался Храбров

– Совершено, верно, – подтвердил Аято. – Социологическое опросы показывают, что даже в среде непосвященных существует ностальгия по правлению Великого Координатора. Нужен умный, сильный, справедливый монарх. Ияимегодам. Мы создадим новый, наш мир!

– Сумасшедший, – вымолил Олесь, отставляя пустую банку в сторону.

– Посмотрим, кто окажется прав, – заметил самурай, садясь в кресло.

– Ты забыл о воине Тьмы в Совете, – возразил русич. – Аондействует на опережение.

– Это верно, – согласился Тино. – Вычислить мерзавца так и не удалось. Придется прибегать к плану Аргуса. Я не сторонник столь радикальных мер, но выхода нет...

– О чем идет речь? – уточнил Храбров.

– Старик предлагал устранить всех троих тасконцев в Совете, – вымолвил японец.

– На мой взгляд, поспешное и очень опасное решение, – отрицательно покачал головой Олесь.

Сириус давно скрылся за горизонтом. На Оклин опустилась ночь. На черном небе мерцала бриллиантовая россыпь звезд. Стены комнаты слабо светились, разгоняя полумрак. На реплику русича Аято не ответил. Самурай потянулся, зевнул и лениво сказал:

– Пора спать. Утро вечера мудренее. Время обсудить проблемы у нас еще будет.

Храбров разместился на широком диване. Постелив белье, спрятав под подушку бластер, Олесь лег и блаженно закрыл глаза. Он очень устал. Событий для одного дня слишком много. Арест, перестрелка на космодроме, побег, гонка на машинах по магистралям Алана...

Несмотря на обезболивание, ужасно ныла раненая нога. Не было спокойствия и на душе. Вот уже несколько месяцев Олис с ребенком прячется в убежище. И виноват в этом русич. Храбров не имел права подвергать семью такому риску. Ведь землянин прекрасно знал, к чему приведет нарушение приказа Совета. Надеялся на лучшее? Наивно и глупо. Нельзя ждать милости от судьбы.

По закону подлости события развиваются по самому худшему сценарию. Уверенность Тино почему-то не внушала Олесю оптимизма. Русич сейчас пребывал в растерянности и прострации. В подобных ситуациях сон – лучшее лекарство. Храбров постепенно погружался в густую, липкую бездну забытья. С соседнего дивана доносился здоровый размеренный храп Саттона. Англичанин в отличие от Олеся сомнениями не мучался. Рано или поздно им удастся обнаружить и уничтожить врага. А цена? Вряд ли она имеет значение...