— У тебя бульон остался? — спросил я. — Мы тогда делали с тобой, помнишь?

— В морозилке был, — отозвалась Наташа из ванной. — Вернусь, посмотрю.

Никто из моих знакомых не готовил бульон заранее, чтобы добавлять потом при готовке. Но эта примочка здорово помогала, ведь насыщенный бульон варится долго. А так заготовил заранее мясной или куриный, и блюдо потом вкуснее выходит.

Так что Наташа, быстро переодевшись, достала из морозилки ледяные пакеты с бульоном, а я нашёл у неё в шкафу чугунный котелок и поставил на плитку.

— Ну, и о чём он будет говорить? — спросил я, нарезая мясо крупными кубиками.

— Про нас, про работу, — Наташа достала лук. — Сколько луковиц?

— Штуки три, его жалеть не надо. И какой он человек, этот Рогов? Как Лисицын?

— Другой. Он раньше работал в одной похожей структуре, но порядки у него свои. Хотя в чём-то похож. Ты его заинтересовал, конечно.

Он же из ГРУ, вдруг подумалось мне. Рогов работал в ГРУ, это точно знал Туман. Ну да, тогда у него будут свои методы, не такие, как у покойного Лисицына, выходца из КГБ.

Я думал об этом, пока жарил мясо. Надо, чтобы каждый кусок покрылся корочкой, а потом можно будет тушить.

И какие у него методы? В первую очередь это будет касаться вербовки. Рогов явно будет подходить к процессу творчески, а не по регламентам ФСБ или КГБ.

Но Лисицына, он к себе взял. Мог и на меня посматривать, учитывая все события. Я этого ждал, но разговор мог пойти по-всякому, и я был готов. Если надо, покажу себя серьёзно, а если нет, то буду тупить, пока он не махнёт рукой, посчитав, что перед ним тупой двадцатилетка.

Пока же готовил дальше. Гуляш — блюдо несложное, просто готовить надо долго. Пожарил мясо, Наташа порезала лук кубиками, при этом я показал ей примочку, чтобы глаза не слезились.

Для этого надо положить лук в холодильник незадолго до нарезки, орудовать только острым ножом, а корень срезать в последнюю очередь, ведь все эти газы, которые вызывают слёзы, находятся в основном там.

Пожарил лук, добавил паприку, надо обжарить несколько ложек этой приправы, при этом активно помешивать. После можно томить в бульоне, тут уйдёт много времени.

И в дверь раздался звонок. Наташа вздрогнула. Волнуется из-за прихода шефа, квартиру несколько раз обошла. Вдруг где-то грязь осталась? Хотя всё было идеально чисто.

Наконец, Рогов вошёл в квартиру. Один и без охраны, но в окне я видел внедорожник, остановившийся у подъезда.

— А пахнет-то как, — сначала раздался его голос из прихожей. — Сразу видно, что готовить умеешь.

— Вообще-то, это Вадим в основном всё делает, — сказала Наташа. — Он хорошо научился.

— А я про что? Самые известные повара — мужчины. Виктор Андреич, — представился он, проходя на кухню.

— Вадим.

— А где готовить-то научился, Вадим?

Мужчина за пятьдесят, сухой и поджарый, протянул мне руку. Я её пожал, он стиснул, но я удержал хватку и не поддался. У меня пальцы тоньше и длиннее, но я подготовился, потому что сразу понял, что он будет давить силой, глядя в глаза.

Да, Туман его знал, так же как и Холодова, поэтому я узнал его сразу. У него даже свой портрет был во дворце памяти, но детали оттуда мне ничего не говорили.

На портрете был изображён Макиавелли. И пусть я раньше не знал, кто это, но знал Туман. Поэтому давить он будет сразу как три опера на допросе.

— Надоело дошики есть, — честно сказал я. — Начал пытаться готовить, как в инете написано, и получилось.

— Угу, — Рогов молча сел за стол. — А вы без музычки чего-то. Молодёжь же сейчас всякий рэп слушает?

— Нет, — я помотал головой. — Я совсем другое слушаю. А мои одногруппники вообще метал уважают, хотя эти группы старше их самих. Так что не надо нас всех под одну гребёнку чесать. Да и вообще, Юра Хой был легендой. До сих пор актуален. Не меньше, чем Цой.

Он недолго молчал каждый раз перед тем, как что-то сказать. Говорил я спокойно, без надрыва и наезда, но и держал твёрдость, взгляд не отводил. Какая разница, что он старше, а ещё начальник полусекретной частной лавочки с амбициями спецслужб?

Да и по нему видно, что он уважает твёрдость, а не раболепие, как и покойный Лисицын. И сам он может общаться по-разному, смотря с кем говорит.

— Угу, — Рогов кивнул, ненадолго подняв глаза к потолку. — Вином увлекаешься? — он увидел бутылку красного.

— В лук налил немного, когда жарил. Так можно делать. Оно всё равно выкипит.

— М-м-м, — он задумался. — Ну, буду знать. Ты так-то спортсмен, не куришь и не злоупотребляешь алкашкой. Подающий надежды кикбоксёр. Понятно…

Рогов будто говорил сам с собой. Я понял, к чему он начал разговор именно с этого. Он читал на меня досье, и досье может быть очень подробным. И парочку смутивших его моментов он спросил напрямую.

А это готовка, ведь, казалось бы, откуда детдомовский может уметь готовить? Ну и музыка его удивила. Наверняка зацепился взглядом, что двадцатилетний парень слушает группу «Сектор Газа», вокалист которой погиб ещё до его рождения. У меня и одногруппники первое время косились, думая, почему я это слушаю.

Правда, что-то он утаил из того, что хотел спросить. Ждёт самого важного момента, когда я расслаблюсь.

Но остальные ответы его удовлетворили. И вскоре он подтвердил мои мысли, что изучал досье:

— «Сектор Газа», значит, слушаешь. А я Летова люблю. Всё идёт по плану, — немного нараспев проговорил он, поглядывая на меня. — Ну что, Наташа? Где и нашла такого парня? Вот вроде провинция, а таких и в Москве не сыщешь.

— Чай, — подсказал я одними губами, а то она совсем потерялась.

— Чай будете, Виктор Андреич? — спохватилась Наташа. — Или кофе?

— Кофе, — Рогов снова ответил не сразу. Он будто обдумывал каждую реплику. — Вот, кстати, Вадим, девушка у вас ещё в городе остаётся, сама вызвалась. В Москве весь офис в шоке, уже обсуждают, с кем это она познакомилась, что не хочет возвращаться. Всё гадают, на тебя посмотреть хотят.

— Вам тоже интересно стало? — дерзко спросил я.

— Не то слово, как интересно, — холодно сказал он. — Ну а Лёня, Царствие ему небесное, в тебе что-то увидел. А я тут почитал всякое… думаю, Вадим, это ты удачно с нами познакомился. В подходящий момент.

— К себе зовёте?

Наташа бросила на меня удивлённый взгляд, но Рогов одобрительно засмеялся.

— Сразу к делу? Уважаю. Нет, сейчас рано говорить, у тебя даже образования нет. Но я к этому отношусь не как к формальностям, и за всё время только одного человека взял по блату, о чём сильно пожалел. Остальных беру по заслугам. А вообще, образование получить можно любое, когда есть склонность к самой работе. Верно, Наталья?

— Наверное, — сказала она. — Я-то же психолог по диплому.

— Вот видишь, Вадим, как тебе повезло. Человек психолог, а мозги своими психологическими приёмчиками не выносит.

— Согласен, — я кивнул. — Вот и держусь двумя руками, — я ей подмигнул.

— Молоток. А вообще, в нашем деле проще с нуля научить, чем переобучить. Поэтому я отставных чекистов беру редко. Там уже, как наши айтишники говорят, сервер загаженный, а у тебя ещё чистый. Проще будет под наши требования настроить.

У Рогова пиликнул телефон. Он недовольно поморщился, глянул на экран и убрал его. У такого человека жизнь наверняка по часам расписана.

— Тогда спокоен, — продолжил он. — А то Лёня, за ней присматривал, вот и мне надо. Но ты парень отличный, я вижу.

— К делам же хотели? — напомнил я, показывая, что на лесть не клюнул.

— Значит так, — голос её шефа стал серьёзнее. — Человек ты наблюдательный, неглупый, подойти нам можешь, поэтому я приехал. Но смотри, если подключишься, назад дороги не будет. У нас как в банде: вход рубль, а выхода нет совсем.

— Но вы же всё равно меня не оформляете ещё официально, — сказал я.

— Хе, рано ещё для этого. Но готовиться к этому можно уже сейчас. У нас не все сотрудники в штате. Но проверка нужна.

Я сел за стол рядом с ним, Рогов наклонился ближе.

— Смотри, Вадим, в чём дело. Скажу, как есть. Тобой интересуются некоторые люди в силу специфики нашей работы. И вот ты в зоне интереса, и сам знаешь, после встречи с кем.

— Тот тип, которого током убило?

— Именно. Что он там делал, можешь не спрашивать в ближайшие лет пять, допуска ещё нет. Но вообще, работа у нас такая, что почёта мало, а делать надо много. И никто со стороны не похвалит. Но раз тобой интересуются, то глупо оставлять тебя без присмотра. Но и ресурсов у нас нет, чтобы за тобой охрану выделять. Дорого это.

— Вот вам и удобно меня подключать, — я сделал вид, что догадался. — Два в одном. И благодарю, что говорите честно.

— Вот видишь, Наталья, умного парня нашла, — Рогов посмотрел на неё, она заулыбалась. — Правда, от умных тоже могут быть проблемы, — он повернулся ко мне, хитро глядя в глаза.

— Ну и вы не обычный ЧОП, чтобы прорываться на простых исполнителях, — не дал я себя смутить. — Ищите особых.

— Верно.

Рогов поднялся, глянул в окно, после посмотрел на нас с Наташей. Хитрый, даже в диалоге смотрит на реакции. У него каждая реплика для чего-то нужна. С ним нужен глаз востро.

— К чему я всё это начал, — продолжил он. — Если бы я работал на старом месте, то поставил бы Наталью перед фактом: или работа, или ты. Там личную жизнь и деятельность не смешивали. Но я сейчас в другом месте, и у нас более гибкая ситуация. И творческая, я бы даже сказал. Да и времена другие.

— Виктор Андреич со мной говорил об этом, — произнесла Наташа. — Обсуждали это. И с Леонидом Аркадьичем тоже.

— Угу. Но личная жизнь тоже нужна, а если разрываться между ней и работой… Ну, можно запретить, а потом сотрудник или потеряется, или накосячит, если говорить грубо. Да и вы работаете успешно, я вижу. Конечно, на турбазе был провал, но в итоге это привело к важным изменениям. Вот поэтому я хочу кое-что предложить. Испытательный срок. И одно поручение. Сможешь проявить себя сам или нет? От этого и будем думать.

Я слушал и понимал, что имеет в виду Рогов. Он более прошаренный, чем Лисицын, и ситуацией решил воспользоваться, чтобы поиметь больше всего выгоды. Так и решает вопрос со мной, ведь он тоже не дурак и понял, что люди Ланге будут ко мне тянуться и изучать все странности.

А так привязывает к себе Наташу, ведь это точно она завела об этом разговор. И раз ей разрешено работать и меня оставляют рядом с ней, то этим Рогов делает её своей должницей, причём без всякого компромата и принуждения, наоборот даже, всё добровольно. А заодно и ответственной за меня, раз она рекомендовала.

Что-то подобное хотел провернуть Лисицын, но Рогов тут действует с напором, потому что уверен в своей схеме. В какой-то момент захочет привязать и меня, на какие-то соглашения, расписки и прочее. Вот тут надо следить, чтобы не влететь самому в проблемы.

Короче, из этой ситуации Рогов хочет вытянуть как можно больше. Метод кнута и пряника. Сейчас даёт пряник, но если что-то пойдёт не так, достанет кнут.

Впрочем, если он не тайный шпион доктора Ланге, то вряд ли у нас будет какая-то вражда.

— И скажу ещё, — продолжил он. — Ты меня видеть не будешь. Это сейчас я говорю напрямую, а потом вряд ли будем пересекаться. Я только при устройстве на работе с человеком общаюсь, потом у него своё руководство. Кроме того, у тебя будет свой куратор, и не всегда будете действовать вместе с Натальей.

Она кивнула.

— Иногда будут другие задачи. Видеться вам не запретим. Но и говорить о своих проектах без разрешения нельзя. У тебя своё, у неё своё. Сначала будет мелочь, потом в зависимости от того, как себя проявишь.

— А чем вы занимаетесь?

— Служим стране, — твёрдо проговорил Рогов. — Хоть мы и частная структура, и клиент всегда прав, но страна важнее. Потому что времена другие, гибче надо быть.

И тут я понял больше, чем он хотел сказать, интуиция Тумана подсказала. Это частная контрразведка, которой платит Корнеев. Но в случае, если Корнеев будет упрямиться, «Контур» будет играть не на его стороне. Охрана, но одновременно с этим и караул для присмотра за важными разработками.

— Это не депо, где ты потом мог бы работать, — продолжал Рогов. — Это работа другого плана. Много общения, аналитики, поисков, сложнее, зато куда интереснее. Даёт больше возможностей. И бумажной работой мы не заваливаем.

— Я понимаю.

У меня возникло впечатление, будто подобное уже со мной происходило. Но что-то такое явно было с Туманом, когда вербовали его самого…

— Платить будем побольше. Тачку купишь, хату. Но всё не просто так. Перед этим у тебя будет задача, — Рогов проверил телефон. — Проверим твои навыки и творческие способности, но Наталье помогать запрещено. И обсуждать задачу между вами тоже нельзя. Я всё равно узнаю.

— Так сразу с этого и начнём? — спросил я. — Я всё же студент-железнодорожник.

— А я вообще артиллерист, — он усмехнулся. — Учился в военной академии, но оттуда меня приняли в другую структуру.

Понятно. ГРУ — это же военная разведка, и набирали туда военных.

— Когда меня брали, у меня была задача притвориться шпионом, — Рогов усмехнулся, а у коллег из ФСК… они тогда ещё так назывались, так вот, им надо было найти меня и расколоть.

— Мне надо прятаться от них? — удивился я.

— Если попадёшься, Вадим, мы попрощаемся, а этого разговора не было, — отмахнулся он. — Препятствовать вашим отношениям я не буду, но осенью Наталья вернётся в Москву. Да и Холодов о тебе отзывается хорошо, ты ему понравился. Не надо расстраивать майора.

— Так что за задача? — спросил я напрямую.

— Наталья, — Рогов повернулся к ней, — пожалуйста, позвони в контору, скажи Свете, что я утром к ней заеду, пусть распечатает договор.

— Да, конечно.

Она вышла в комнату, достав телефон. Её начальник посмотрел на меня.

— Последний шанс отказаться, Вадим, — произнёс он.

— Теперь уже поздно, — сказал я. — Да и если вы за мной присматриваете, я хотя бы знать буду, в чём соль.

— Когда мы будем присматривать, ты не узнаешь, — Рогов усмехнулся.

— Когда за мной следил Штерн, я их увидел и рассказывал Лисицыну.

— Он мне передавал, — он задумался. — А вообще, тебя обсуждали. С турбазой вышло неаккуратно, зато с тайником отлично. И с этим товарищем в машине, с Турком…

Вот сейчас будет какой-то важный вопрос. Рогов готовился к нему.

— Мы делали компьютерную модуляцию аварии, — он смотрел мне в глаза. — Это была не потеря управления. Ты врезался специально. Почему?

Вот от этого ответа зависит всё.

— А я подумал, что он меня грохнет, потом будет ходить доставать Наташу, друзей, раз один раз выманил их. Что после меня займётся ими. Да и вообще. Я подумал, а вдруг у него всё удастся. А я, получается, ему помогаю. Вот и подумал, что тачка… вернее, не думал. Просто решил, что вот. Прикинул и сделал.

— Значит, в стрессовой ситуации действуешь быстро. Турбаза показывает, что не всегда удачно, зато эффективно. Я тебе хотел предложить одно задание — просто познакомиться с кем-то в одной фирме и завербовать. Но сделаю другое. Посложнее.

— Какое?

Рогов молчал несколько секунд.

— Найди уязвимость в своём институте. Где хочешь и у кого хочешь. Покажи, как мыслишь.

— В смысле? — спросил я.

— Это твоя задача. Закончишь, я тебя возьму к себе, и поможешь нам в нашем деле. Взамен решу любые другие вопросы с квартирой, армией, социалкой, учёбой. Но найди мне уязвимость. Любое нарушение регламента безопасности. На нашей работе мы проверяем такое часто. У нас даже люди обученные для этого есть.

— Мой институт, значит? — прикинул я кое-какую возможность.

— Вполне. Найди слабость работающего там человека, чтобы на него можно было надавить, и он поддался. Любая защита ничто, когда срабатывает человеческий фактор. Представь, будто ты шпион, и вербуешь там кого-то. В том же институте. Если справишься, возьму.

— Жёстко для новичка, — я присвистнул.

— А у меня тут и не детский сад, Вадим. И кому попало я такое не предлагаю. Я в людях понимаю, а у тебя задатки есть. Каждому даю задание, чтобы человек справился. С лёгким ты разберёшься, но сможешь сделать больше. Если бы я так не думал, разговора бы не было.

— Понял.

— Наталья своё задание тогда сделала с отличием. Справишься ты — отлично, будем работать. Если нет, я тебе уже говорил, что будет. Мы твою жизнь покинем, хоть и будем присматривать. Сам знаешь.

— Ладно. Какие сроки?

— Без сроков. Но если я уеду, то потом забуду, и на этом всё закончится.

— Жёстко, — повторил я. — Но есть мысль.

— И не говори. Потом расскажешь результат, тет-а-тет. А сейчас мне…

Я покачал головой и пересел поближе, мешая ему встать. Он удивился, но остался на месте.

А чтобы не думал, что взял меня крепко в петлю, и может ставить условия, какие ему хочется. Надо себя проявлять. Именно себя, каким я был всегда, упрямым и настойчивым. Таким я был и до Тумана, просто опыта не хватало.

— Есть условие. Я не хочу, чтобы вы меня держали в фирме, как живца на всех остальных шпионов. Не хватало ещё, чтобы он Наташу задел, — я кивнул на комнату. — Потому что дыр у вас в защите нашлось немало.

— И что ты хочешь?

— Не быть крайним. Если уж зовёте, то всё всерьёз, а не просто мальчиком на побегушках, который будет вам документы сканировать. Раз серьёзный экзамен, то и отношение должно быть серьёзное. И если уже подключаете к задаче, то прикрытие должно быть от вас, а не просто потом махнули рукой. Мол, раз не справился, то и туда дорога.

Рогов снова сделал паузу, потом улыбнулся, глядя на меня иначе.

— Думаю, мы сработаемся, Вадим. Номер мой запиши, думаю, видеться будем чаще, чем думал. По твоим ожиданиям — не рассчитывай, что тебя сразу в курс поставят и кабинет свой дадут с секретаршей, это ещё заслужить надо. Но если уж берём, то всерьёз. Один из нас, прикрываем всем, не бросим. Ну а перед тобой в твои двадцать большая дорога открыта. И вижу, шанс свой ты не потеряешь. Дерзай, Вадим.

А ведь Рогов видит во мне не только студента, как остальные, он смотрит дальше. Конечно, он не знает суть и не будет думать, что навыки Тумана передались мне, это вообще мало кому в голову может прийти. Но воспринимает серьёзно и считает, что во мне есть потенциал. Поэтому и вести себя надо осторожно.

Но зато если выйдет, смогу меньше таиться, не прятаться по углам, потому что все эти навыки Тумана не дают мне сидеть спокойно. Я уже забыл, когда в последний раз просто валялся на диване и листал тиктоки или зырил ютуб. Зимой, кажется.

Вскоре Рогов попил кофе и ушёл, а я закинул в кастрюлю морковку, картошку и поставил томиться дальше. Наташа задумалась.

— Я бы тебе помогла, но тут… сам понимаешь.

— Лучше сделать честно. А у тебя какое задание было? — спросил я.

— Ну, — она подняла глаза к потолку. — Надо было устроиться секретаршей на работу и взять секретный документ из сейфа.

— И всё?

— Ну как всё, три месяца ушло, пока вышло. Уже думала, что не выйдет, потом шанс подвернулся. Главное — не рискуй. Ты справишься, я знаю.

Наташа взяла нож, который я поправил на мусате, и начала шинковать зелень, её мы засыпем перед подачей. Иногда поглядывала на меня тёплым взглядом. Моя девушка в меня верит, что ещё надо для счастья?

А гуляш вышел отличным.

* * *

— Сержант Стивенсон прибыл, сэр! — гаркнул Туман.

Я снова видел сон. Туман находится где-то в военном штабе, на нём форма и берет. Сразу узнал символику британского спецназа SAS в виде крылатого меча и девиза Who Dares Wins.

В штабе сидело трое, один из них был офицером, а двое гражданскими.

— Вольно, сержант, — распорядился офицер. — Эти двое джентльменов из МИ-6, и они очень хотят с тобой поговорить.

— Лучше наедине, — сказал один из гражданских. — Моё имя Натан Хейл, а этого человека можешь называть доктором Ланге.

Второй гражданский кивнул.

— Мы следили за вашими успехами, мистер Стивенсон, и у нас есть к вам серьёзное предложение…

* * *

Сон не досмотрел, но в памяти явно пробудились времена, когда у Тумана ещё не было своего дворца памяти. Чем-то он их зацепил, и они его позвали на службу. Некий Хейл, про которого я пока не знал, и доктор Ланге, там он был моложе.

Но последнее задание Тумана не касалось британской МИ-6, хотя все трое начинали там.

Ну а мысли по задаче у меня и правда были. Да, мне не требуется воровать какие-то данные, кого-то вербовать или внедрять. Просто найти уязвимость, и я понимал, какого рода уязвимость нужна.

Главное — не перестараться, а то Рогов заподозрит неладное, если я выполню всё как профи.

Самый простой вариант вызнать что-то, что мне не полагается — это подойти к методистке на кафедре и за шоколадку о чём-то с ней договориться. Например, получить доступ к компу, или к архиву, или к чему-то ещё. В общем, что угодно, чтобы нарушить правила безопасности предприятия или вуза. У нас они не то, чтобы секретные, но достаточно строгие, ведь зам по безопасности служил в ФСБ до пенсии.

Правда, эта методистка потом будет крайней, её уже отмазывать никто не будет. Но я знал, кого выбрать, чтобы потом не жалеть, что кого-то подставил. Этого типа никто жалеть не будет.

На следующий день прибыл в институт, отсидел три пары, заметив, что сидящий в аудитории одногруппник Макс Белкин сегодня какой-то варёный. Мы особо с ним и не общались, но он парень неплохой, хотя и скромный, давал списывать, а на втором курсе звал меня на день рождения.

— Что случилось, бро? — спросил я.

— Да декан курсовую проверил, — мрачно сказал тот. — Сказал, что антиплагиат показал сто процентов, теперь могут отчислить. А я рили сам писал, честно!

— Да ты не кисни, — сказал я. — Он так всех давит. Тем более, ты тоже на бюджете учишься, отличник. Ему место твоё кому-то продать надо.

— А вдруг и правда выгонит?

Декан и правда охренел. Взятки берёт, тачки покупает на гранты и давит тех, кто ему не нравится. Меня-то после встречи с Холодовым стал бояться и больше не лезет, но зато взялся за остальных.

Можно его проучить, найти уязвимость и передать его Рогову с потрохами.

Это и будет заданием. Тем более, я давно хотел так сделать. А тут совместим приятное с полезным. Главное — не перестараться и не показать класс выше, чем от тебя ожидают.