Дверь открывается. Фрэнк стоит на пороге, в руках – плотный пакет из крафтовой бумаги с тугой резинкой. Под мышкой – сложенный зонт, капли дождя скатываются по его черному плащу. Никакого выражения на лице.
Фрэнк (протягивает пакет):
– Сто.
(Джон берет, даже не проверяя. Вес говорит сам за себя.)
Джон (ставит пакет на консоль у зеркала):
– Карл мог бы прислать перевод.
Фрэнк (снимает плащ, вешает на крючок – слишком естественно, будто делал это сто раз):
– Банки любят вопросы. А бумага… (бросает взгляд на пакет)…горит без дыма.
(Проходит в гостиную, осматривается. Останавливается у книжной полки, проводит пальцем по корешку «Моби Дика» – на обрезе остается влажный след).
Фрэнк (не оборачиваясь):
– Ты собрался?
Джон (поправляет часы):
– Он сказал – к трем.
Фрэнк (берет со стола яблоко, рассматривает):
– Сейчас без пятнадцати. (Откусывает.) Дорога займет двенадцать минут.
(Молчание. Джон наблюдает, как Фрэнк жует, глядя в окно. Кажется, он знает этот вид – строительные леса напротив установили только вчера.)
Джон (берет пиджак):
– Надеюсь, там есть кофе.
Фрэнк (бросает огрызок в урну – точным движением):
– С кардамоном.
(Пауза. Джон замирает. Никто не знал про это. Никто, кроме…)
Фрэнк (уже у двери):
– Машина внизу.
(Оставляет дверь открытой. На лестничной клетке пахнет свежей краской. Странно. Ремонт не планировали.)
(Они спускаются к подъезду. Дождь закончился, но асфальт еще блестит, отражая неоновые вывески. У тротуара стоит черный Mercedes G-класса с работающим двигателем. Пар из выхлопной трубы стелется по мостовой.)
Фрэнк (открывает заднюю дверь, отходит в сторону):
– Садись.
(Джон задерживает взгляд на номерах – не те, что обычно у Карла. Буквы: X-REY. Внутри пахнет кожей и чем-то химически-сладким, будто только что вымыли с ароматизатором. На сиденье аккуратно разложена газета – сегодняшняя, но уже с пометками на полях синей ручкой.)
Джон (садится, кладет пакет с деньгами рядом):
– Новый автомобиль?
Фрэнк (заводит двигатель, смотрит в зеркало):
– Аренда.
(Он включает дворники, хотя дождя нет, стекло покрыто едва заметной пленкой пыли. По радио тихо играет джаз – «Take Five» Дэйва Брубека. Джон узнает мелодию – ту самую, что играла в баре, где он в последний раз видел Лару.)
Фрэнк (переключает передачу):
– Пристегнись.
(Джон тянется за ремнем и замечает на полу у ног белую нитку. Такие используют в больницах для маркировки биоматериалов. Он наступает на нее каблуком, когда машина трогается.)
Поездка сливается в один темный поток, и только через неопределенное время машина останавливается у подножья стеклянной иглы небоскреба. Фрэнк даже не выключил двигатель. Его взгляд в зеркало заднего вида был красноречивее любых слов.
Джон вышел. Холодный ветер бил в лицо. Всё, что осталось от той, старой жизни – оборванная нитка на ботинке и жгучая ярость под ребрами – он пронес с собой через стерильный вестибюль, через беззвучный лифт, к массивной двери. Он вошел без стука.
(Кабинет Карла в небоскребе. Неоновые огни реклам, где-то вдалеке мигают синие огни полицейских машин. На столе – три ноутбука, карта США с цветными метками и полупустой стакан бурбона со льдом. Карл стоит у окна, спиной к Джону, затягивается сигарой. Дым клубится в свете городских огней.)
Карл (не оборачиваясь):
– Ты знаешь, что общего между байкерами из Техаса, ирландской мафией в Бостоне и латиносами из Лос-Анджелеса?
(Джон молча смотрит на карту. Метки – десятки, по всем штатам. Красные, синие, черные. Рядом с каждой – цифры.)
Джон:
– Они все вооружены.
Карл (поворачивается, ухмыляется):
– Они все платят. И не просто платят – они благодарны.
(Берет пульт, включает проектор. На стене – видео: ангар где-то в Неваде. Люди в кожаных куртках с нашивками «Sons of Anarchy» разгружают ящики. На одном – стикер «Agricultural Equipment».)
Карл (указывает на экран):
– Видишь этого усача? Это Томми «Гвоздь». В прошлом году его ребята еле наскребли на партию «калашей». А теперь…
(Переключает камеру. Тот же ангар, но уже открытые ящики. Внутри – новенькие M4, упакованные в пластик.)
Карл:
– Теперь у них наш ассортимент.
(Подходит к столу, открывает ящик. Достает три телефона – IPhone, Samsung, старый кнопочный Nokia. Кладет перед Джоном.)
Карл:
– Разные клиенты – разные каналы. Байкеры – Signal. Ирландцы – Telegram. Латиносы… (стучит по Nokia)…старая школа.
(Джон берет IPhone. На экране – последнее сообщение: «Need 10 more. Usual place. Cash».)
Карл (садится, кладет ноги на стол):
– Мы не просто продаем железо, Джон. Мы создаем экосистему.
(Достает из кармана чек. Протягивает. Сумма: $250,000. В графе «Назначение платежа»: «Agricultural Consulting».)
Джон (бросает чек на стол):
– Ты хочешь, чтобы я продавал эту… экосистему?
Карл (пожимает плечами, пьет бурбон):
– Кто-то уже стреляет. Кто-то копит. Но все они знают – когда понадобится больше, только один человек ответит на звонок в три ночи.
(Внезапно звонит Nokia. Карл берет трубку, не глядя.)
Карл:
– Говори.
(Пауза. Джон видит, как пальцы Карла слегка сжимают трубку.)
Карл:
– Ангар 12. Половина предоплаты.
(Кладет трубку. На столе загорается ноутбук – карта обновляется. Новая метка в Чикаго.)
Карл (встает, поправляет галстук):
– Видишь? Даже не успел кофе остыть.
Карл (развернувшись к Джону):
– Мне не нужно, чтобы ты продавал. Это умеет делать Фрэнк. Мне нужно, чтобы началась война между всеми группировками.
Джон почувствовал, как его тело обмякло и выступил холодный липкий пот:
Карл (продолжая): «Учитывая твою способность ломать людей, ты с этим справишься».
Карл развернулся к выходу и, оборачиваясь, обронил: «10 % от всего потока прибыли будут твои».
Фрэнк, положив руку на плечо Джона: «Пора! Нужно приодеться. И тебе понадобится машина».
Дверь ателье «Vass & Sons» была теплой на ощупь – странно… внутри пахло льняной пылью и формалином. Джон толкнул ее, и ему показалось, что он открывает не дверь, а страницу чужого дневника.
«Интересно, сколько таких, как я, уже стояли здесь?»
Портной – мистер Васс – оказался невысоким человеком с розовыми щеками и вечно прищуренными глазами. Он улыбался, но улыбка не дотягивала до глаз, будто нарисованная поверх настоящего лица.
– А, мистер Хиггс! – голос звучал так, будто он узнал Джона из тысячи. – Фрэнк сказал, что вы будете… особенным клиентом.
Джон кивнул, ощущая легкое головокружение.
«Это не я стою здесь. Это кто-то другой. Джон Хиггс – это просто имя, которое я ношу сегодня».
– Снимите пиджак, пожалуйста.
Джон повиновался, наблюдая за своими движениями со стороны, как будто это были не его руки, снимающие пиджак, а руки марионетки, которой кто-то управляет.
Портной обошел его с сантиметром, бормоча цифры помощнику.
– Плечи – 46, грудь – 98… О! – Он остановился, прищурившись. – У вас интересная осанка, мистер Хиггс. Как у человека, который привык носить что-то тяжелое… но не физически.
Джон почувствовал, как уголки его губ сами собой поднялись в улыбке.
«Он прав. Я ношу трупы. Но пока еще только в голове».
– Ткань? – спросил Джон, и его собственный голос прозвучал чужим.
Портной разложил перед ним три варианта.
– Шерсть с кашемиром – для тех, кто хочет выглядеть респектабельно. Чистая шерсть – для деловых встреч. И этот… – он погладил темно-серый образец, – особый состав. Не мнется, не привлекает внимания. Как второй слой кожи.
Джон потрогал ткань. Она была мягкой, почти живой.
«Идеально для человека, который скоро перестанет быть собой».
– Серый.
– Отличный выбор, – портной кивнул, записывая что-то в блокнот. – Примерка через неделю. Постарайтесь не меняться.
Он улыбнулся, и на секунду Джону показалось, что портной знает. Знает, что Джон уже начал исчезать.
На улице его ждал Фрэнк. Джон сел в машину, чувствуя, как что-то внутри него осталось в ателье – кусочек того Джона, который еще верил, что может выйти сухим из воды.
Когда Джон сел в машину, на улице громыхнул гром, и Джон услышал, как гроздья воды разбиваются о крышу.
Автосалон был недалеко, но Джону показалось, что он был прямо за углом. Не успел он откинуться на кресло, как они были на месте.
Дождь хлестал по крыше автосалона, превращая витрины в мутные аквариумы, где плавали новенькие Cadillac. Джон стоял под навесом, курил, не обращая внимания на струйки воды, стекающие с козырька ему за воротник.
– Мистер Хиггс? – из-за спины раздался масляный голос.
Дилер – Брайан, если верить бейджику – улыбался так, будто собирался не продать машину, а втереться в доверие перед заказным убийством.
Фрэнк оправил сообщение Джону:
– Как закончишь с покупкой, набери меня. Надо обсудить дела.
Фрэнк, не дожидаясь ответа Джона, уезжает, бросая взгляд на силуэт Джона, разглядывающего черный Escalade.
«Вкусы, как у молодого Карла», – подумал про себя Фрэнк.
Джон (набирает номер, в трубке – рев двигателя):
– Готов. Через 20 минут буду.
Фрэнк (кричит через шум, голос хриплый от сигарет):
– Офис Карла. Не затягивай. Он сегодня нервный, как кот на раскаленной крыше.
(Джон заводит Escalade. Двигатель взрывается ревом, салон вибрирует. Он проводит рукой по рулю – кожа холодная и чуть липкая.)
Джон (вполоборота к зеркалу, будто разговаривает сам с собой):
– Фрэнк… А кто катался на этой тачке до меня?
(Пауза.)
Фрэнк (тише, с легкой усмешкой):
– Сам догадаешься? Нашел подарок в бардачке?
Джон (щелкает затвором, пустой голос):
– Нашел. Передай Карлу – подарок оценил.
(В ответ – только короткий смешок Фрэнка и резкий обрыв связи.)
Двигатель рычал, как зверь на цепи, когда Джон впервые нажал на педаль газа. «420 лошадей. Черная матовая краска. Бронированные стекла».
Джон провел ладонью по рулю – кожа холодная, почти мертвая, под пальцами. До офиса Карла оставался один перекресток. Джон хотел на давить педаль газа и пролететь его. Познакомиться поближе с машиной.
«Через пару дней познакомимся поближе, милая», – проговорил Джон.
Escalade будто ответил ему уверенным ревом двигателя.
Припарковав машину, Джон перебежал улицу к офису. Фрэнк уже ждал его на месте у входа в офис:
– Давай пройдемся, – предложил Фрэнк.
(Ночная парковка у склада. Дождь стучит по крыше. Фрэнк курит в темноте, лицо освещено только мерцанием сигареты.)
Фрэнк (выдыхает дым, не глядя):
– Ты будешь не продавать, а слушать. Говорить будешь только одно: «Мне нужно понять, с кем я имею дело».
Джон (перелистывает страницы, останавливается на фото):
– И если спросят, откуда у меня стволы?
Фрэнк (бросает сигарету в лужу, шипит):
– Скажешь правду. Ты везешь хлам с ликвидированного склада в Детройте. Твой бывший шеф – мудак, и ты ищешь новых партнеров.
(Достает из кармана черный жетон, бросает на ладонь Джона.)
– Это твой пропуск. Покажешь только если начнут обыскивать.
Джон (берет жетон, щупает гравировку – «K. H. 12»):
– А если проверят номер?
Фрэнк (впервые смотрит прямо, глаза как у дохлой рыбы):
– Тогда ты уже труп. Но не проверят. У этих ублюдков в глазах будут только стволы и вот это.
(Достает из-под сиденья своей машины чемодан, открывает. Внутри – пачки стодолларовых купюр, перетянутые пленкой.)
– Деньги – мертвые. Серийники стерты, но если попробуют поменять в банке – флаг им в руки.
Джон (закрывает чемодан, щелчок замка звучит как взвод курка):
– А где гарантия, что они не сольют меня копам?
Фрэнк (включает магнитолу, «Sympathy for the Devil» заглушает дождь):
– Потому что их главарь – мой двоюродный брат. А ты теперь мой проблемный племянник.
(Резко хватает Джона за подбородок, пальцы вонзаются в челюсть.)
– Но если ты назовешь меня дядей – я сам тебя пристрелю. Понял, сынок?
(Отпускает, включает передачу. Машина дергается, как загнанный зверь.)
Джон:
– Какие у меня варианты? И когда встреча?
Фрэнк (давит на газ, BMW рвется вперед):
– Никаких. Ты уже в игре. Завтра.
– Тебе нужно найти у них слабое звено и сломать его.
Джон, стряхивая капли воды с головы устремляется к своей машине.
Заброшенный склад на окраине города. Полумрак, запах ржавчины и бензина. Где-то капает вода. Эхо разносит каждый шаг.
Джон глушит двигатель Escalade и остается сидеть в машине, наблюдая через тонированное стекло. У входа – двое охранников с автоматами, их позы расслаблены, но глаза сканируют периметр.
Внутренний монолог Джона: «Карл хочет войны? Значит, мне нужен детонатор. Кто здесь слабее всех? Кто дрогнет первым?»
Он вспоминает досье, которое изучил ночью: «Главарь – Виктор: бывший спецназовец, холоден, но помешан на чистоте – каждый палец на руках идеально выбрит.
Правая рука – Марко: наркоман, скрывающий зависимость. На фотографии – следы расчесов на шее. Казначей – Лиза: девушка с тремя высшими образованиями. В деле из-за долгов брата».
Джон выходит из машины, оставляя дверь приоткрытой – путь к отступлению. Черный костюм сливается с темнотой, только часы ловят блик света.
Виктор молча осматривает его, потом кивает Марко: «Обыщи».
Марко шарит по карманам. Дыхание с перегаром. Джон замечает, как его пальцы дрожат.
«Слишком нервный для своего поста. И слишком много адреналина в крови. Наркотики? Или страх?!»
– Чист, – бурчит Марко, но задерживает взгляд на часах Джона.
– Красивые, – говорит Джон, снимая и протягивая ему. – Подержи, пока будем говорить.
Марко замирает, не решаясь взять. Виктор хмурится.
Джон мысленно отмечает: «Страх перед начальником. Значит, дисциплина держится на страхе, а не на лояльности. Хрупкая конструкция».
– Внутри, – бросает Виктор.
Ящики с оружием, запах пороха. Лиза сверяет список, ее пальцы быстро печатают на планшете. Джон ловит ее взгляд – в нём усталость.
– Вы проверяете каждую партию? – спрашивает он, указывая на ящик с маркировкой «Детройт».
– Обязательно, – отвечает Лиза, но ее голос звучит автоматически.
«Она ненавидит это место. Умная, но загнанная в угол. Если найти рычаг…»
Виктор открывает ящик, демонстрируя товар:
– Полный комплект. Откуда у тебя всё это?
Джон делает паузу, смотрит на Лизу:
– Мне нужен человек, который проверит логистику. Ваша система утечек не потерпит.
Лиза напрягается. Виктор смеется:
– У нас всё под контролем.
– Тогда почему последняя партия в Чикаго попала в засаду? – ретирует Джон.
Марко резко поднимает голову. Лиза бледнеет.
Виктор (хрипло, сжимая костяшки пальцев):
– Тут полмиллиона. За всё. Но сначала скажи… кто слил инфу по чикагской поставке?
(Тишина. Только капли воды с потолка разбиваются о металл. Лиза сжимает планшет. Ее ноготь трескается о край экрана. Марко резко поднимает голову. Зрачки расширены. На шее вздутая вена.)
Джон (медленно обводит взглядом всех, останавливается на Марко):
– Может, тот, кто вчера в туалете «Барсучьего логова» менял инфу на товар?
(Марко дергается, как на токе. Виктор поворачивается к нему – медленно, как бульдозер.)
Марко (задыхаясь, брызгая слюной):
– Это… это не я! Это…
Джон (с легкой усмешкой, будто делится шуткой):
– Странно. А мне казалось, ты слишком умен, чтобы сливать своего же босса. Если только… (пауза, делает шаг к Марко) …тебя не попросил кто-то выше.
Виктор (внезапно спокойно, как перед убийством):
– Марко. Проводи гостя. И… останься. Нам нужно поговорить.
(Марко бледнеет, как труп. Джон разворачивается к выходу, но перед уходом бросает через плечо):
– Кстати, Виктор… Твой казначей считает деньги лучше, чем врет. Может, спросишь, кто реально платит ей за молчание?
Джон выходит на улицу. Дождь превратился в ливень. Вода стекает по его лицу, смывая фальшивую улыбку. Он садится в Escalade, хлопает дверью.
– Марко – пешка. Лиза – заложница. Виктор… слишком уверен.
(Заводит двигатель. В зеркале заднего вида видит, как Марко выбегает со склада, что-то кричит. Потом – глухой хлопок. Выстрел.)
– Искра зажжена. Теперь жди пожара. Фрэнк вовремя успел слить поставку и подготовить нападение.
(Ночь. Ливень. Escalade Джона выезжает с территории склада, колеса швыряют грязь. В зеркале – вспышка мигалок. Джон прикусывает губу, замедляется. Окно опускается. Полицейский светит фонарем в лицо).
Полицейский (хрипло, с налетом усталости):
– Офицер Майкл Купер. Водительские права и регистрацию.
(Джон тянется к бардачку. Движения плавные. Внутри – пистолет. Он берет только документы.)
Джон (спокойно, с налетом светской усталости):
– Работа не ждет, офицер. Консалтинг – это вечные разъезды.
(Полицейский щурится, читает документы. Капли дождя размывают чернила. Внезапно – резкий звук по рации: «Все патрули, код 10–80, перестрелка в промзоне…» Он настораживается.)
Полицейский (взгляд на часы Джона – Patek Philippe, потом обратно в лицо).
– Мистер Хиггс… Откуда держите путь?
(Пауза. Джон улыбается ровно настолько, чтобы не вызвать подозрений.)
Джон (легкий смешок):
– Если бы я там был, разве стал бы уезжать на таком? (Похлопывает по рулю.) Слишком заметно.
(Полицейский задерживает взгляд. Где-то вдали – еще один выстрел. Он нервно дергает плечом.)
Полицейский (бросает документы на колени Джону):
– Ладно. Но смените маршрут – на мосту пробка из-за аварии. И… (пристально) … поправьте зеркало. А то не видно, кто сзади едет.
(Джон кивает, окно поднимается. Escalade трогается. В зеркале – полицейский всё еще стоит под дождем, смотрит вслед. Рация кричит: «Подозреваемые уходят на нескольких спортивных седанах…»)
Джон давит на газ. В голове – голос Фрэнка: «Полицейские уже в игре. Значит, Карл решил стравить всех».
Дом. Милый дом. Конверт с деньгами несколько всхуднул.
«Надо будет посмотреть новую квартиру. С приложения каждую неделю капает по 100 тысяч. Могу позволить себе дом мечты с панорамными окнами и видами на Таймс-сквер», – Джон невольно улыбнулся от этой мысли. «Пусть и в ипотеку. Всегда мечтал о таком».
Джон сидел в полумраке своей квартиры. Пустой стакан виски в руке. На огромном экране телевизора мелькали кадры CNN.
«Трагедия в центре города. Сегодня около 14:30 двое вооруженных мужчин открыли огонь по посетителям кафе “Терраса” на Пятой авеню. По последним данным, пять человек погибли, включая беременную женщину, спасшую жизнь десятилетнего мальчика…»
Камера показала разгромленную террасу – перевернутые столики, разбитые стекла, темные пятна на плитке.
Экран CNN показывал уже другую новость, но Джон не видел.
Он не дышал.
Его пальцы онемели.
Стакан разбился об пол.
«Это… невозможно».
Он встал, пошатнулся. В голове проигрывался момент снова и снова. Он дал Фрэнку список «точек напряжения». Он знал, что Карл хочет хаоса. Но он не думал… не мог подумать…
Они стреляли в детей.
Она была беременна.
Он подошел к окну. Город горел внизу.
«Я это сделал».
Его рвало.
Потом он закричал. И только его отражение с искривленной гримасой ему ответило: «Ты добился своего? Защитил меня?»
Джон (тихо, устало):
– Оставь меня.
Отражение (губы шевелятся в такт, но голос звучит на секунду позже, как эхо):
– Куда ты убежишь? Ты же везде берешь меня с собой.
(Джон резко отворачивается, но отражение остается в стекле, его глаза – две темные дыры).
Джон: (сжимая виски):
– Ты не настоящий.
Отражение: (наклоняет голову, будто изучая его):
– А ты? Кто ты, Джон? Герой? Жертва? Или просто трус, который снова всех подвел?
(Городские огни за окном пульсируют. Отражение на миг расплывается – и вдруг становится четче, ближе).
Джон (шепотом):
– Я сделал всё, что мог…
Отражение (внезапно резко, с ненавистью):
– Нет. Ты сделал только то, что было проще. И смотри, что получилось.
(В стекле мелькают чужие лица – те, кто погиб из-за него. Девушка из новостей смотрит на него сквозь отражение, без слов. Джон отшатывается, но за спиной – только темная комната.)
Отражение (мягко, почти ласково):
– Ты думал, если не будешь смотреть – оно исчезнет? (Пауза.) Но я-то всегда здесь. Прямо за твоими веками.
Джон закрывает глаза. В темноте – снова огни города, и среди них – его лицо, искаженное презрением. Зеркало больше не нужно.