— Меня терзают смутные сомнения, — заявил Федор. — Я подозреваю происки, заговор, а также злой умысел. Вся эта ерунда началась после твоего прихода, маячок у меня на шее нашел ты, по крайней мере, ты утверждаешь, что это так… А что, если на самом деле это ты все и организовал только ради того, чтобы затащить нас в этом данж, в котором когда-то давно что-то оставил и теперь не можешь в одиночку вытащить?

А Федор все-таки изменился, подумал я. Осмелел. Раньше я и представить себе не мог, что он осмелиться катить бочку и кидать предъявы Магистру.

— И ты считаешь, что я смог бы так поступить? — возмутился Первый Игрок. — Разве на меня это похоже?

— Откровенно говоря, Оберон, это очень на тебя похоже, — сказал Кевин.

Магистр медленно развернулся и одарил бога-императора тяжелым взглядом.

— Я не ожидал от тебя такого, — сказал он. — Ты ударил меня в спину, Константин, но все же уязвил в самое сердце.

— Ну, извини, — пожал плечами Кевин.

— Ты поверишь мне, если я скажу, что это не так?

— Ты сначала скажи.

— Это не я, — сказал Магистр, глядя богу-императору прямо в глаза.

— Это не он, — подтвердил Кевин.

— Вот так просто? — изумился Федор.

— Да, — сказал Кевин. — Я его тысячу лет знаю.

И это не просто красивые слова. Это даже не преувеличение ни разу, скорее всего, Кевин даже преуменьшил давность знакомства.

Я задумался о реальном статусе Кевина в Системе. Непись-то он, конечно, непись, но для Системы это было бы слишком просто. Скорее, он задумывался как какой-нибудь континентальный, и то и мировой, рейд-босс, только вот рейдом на него уже давно никто не собирает.

Старые самоубийцы уже давно самоубились, а новых, видимо, не завелось.

— Ладно, пусть это не он, — согласился Федор. — Но я все равно возмущен. Меня использовали. Меня пытались убить. И все это только для того, чтобы добраться до кого-то из вас. И ты еще спрашиваешь, Василий, чего мы так редко видимся и почему я не хочу иметь с вами ничего общего.

Я промолчал. Что тут скажешь.

Почти каждый раз, когда мы встречаемся с Сумкиным, у него случаются неприятности. Тут уже любой дурак уловил бы закономерность, а он все-таки не совсем дурак.

— Но маячок-то был на тебе, — напомнил ему Магистр.

— Ну и что? — взвился Федор. — Целились-то все равно не в меня. Для того, чтобы убить меня, вовсе не надо такой огород городить. Я, в отличие от вас, веду оседлый образ жизни. Меня можно найти на лекциях, в моей академии, в ближайшем городке… Да блин, если эти ребята могут боевой спутник на орбите любой планеты повесить, что им мешало сделать это над моей школой и разнести ее в пыль без всех этих заморочек?

— А это был боевой спутник? — поинтересовался я.

— А где, по-твоему, был установлен лазер, которым они нас полчаса на болоте поджаривали? Просто на облачке?

— Может, и спутник, — сказал Магистр. — А может быть, космический корабль.

— В фэнтезийном мире?

— Ты сам знаешь, — сказал Магистр. — Законы фэнтезийного мира на орбите не действуют.

Да, когда-то мы и сами этим упущение м воспользовались. Но для того, чтобы стрелять с орбиты по планете, нужно еще кое-какие изменения в конструкцию спутника внести.

Или корабля.

— Ну а что это вообще было? — спросил я. — Ты, как Архитектор, уже наверняка все разнюхал, не так ли? Не зря ж ты все это время инфополе сканировал? Кто, как, с какой целью, кто на самом деле за этим всем стоит?

— Понятия не имею, — признался Магистр. — Логи не пишутся. Или стираются в режиме реального времени, что почти одно и то же. Система ничего не зафиксировала, наш враг для нее невидим.

— То есть, с точки зрения Системы, здесь ничего и не произошло, и мы просто так по мирам прыгаем? Свежим воздухом дышим и достопримечательностями любуемся?

— Примерно так, — сказал Магистр.

— А если бы нас таки поджарили бы на болоте, что было бы зафиксировано в графе "причины смерти"? Инфаркт? Просто так получилось?

— Такие дела, — сказал Магистр.

— Глючная забагованная фигня, — сказал я.

— Ты еще скажи спасибо, что они просто логи трут, а не реальность переписывают, — посоветовал мне Магистр.

— Может, у них просто инструмента подходящего нет.

Может, как раз за ним они и охотятся.

Хотя, нет. Инструмент-то у Сумкина, и сумкин прав в главном — до него гораздо проще добраться, когда он не в нашей компании. А Венец падает со стопроцентной вероятностью, не может такая вещь просто так в чьем-то инвентаре навеки сгинуть.

Значит, основная цель — не Венец и не Сумкин. Но кто?

У любого из оставшихся троих достаточно… э… недоброжелателей. У меня так вообще целые толпы, да и эта парочка за тысячу-то лет могла целую очередь подсобрать.

Опять же, прибить кого-то из нас в обычной жизни достаточно сложно. Ни я, ни Магистр не имеем привычки подолгу сидеть на одном месте. Кевин такую привычку вроде бы имеет, но место, на котором он сидит находится в центре его империи, и там его вообще фиг достанешь.

Мало того, что он сам — имба, каких еще поискать, так там еще и охраны, как в… фиг знает, даже аналог подобрать сложно. Даже Форт Нокс так не стерегут, наверное.

— Давайте рассуждать логически, — не сдавался Федор, чьи мысли, видимо, текли в том же направлении. — У кого из вас есть враги?

Я вздохнул.

— Чапай, тебя я даже не спрашиваю, — сказал Федор. — Кевин?

— Моими явными врагами полнятся имперские кладбища. А тайные враги, полагаю, есть у всех. Но на то они и тайные, чтобы я ничего о них не знал.

— А я вообще самый миролюбивый и солнечный человек в галактике, — мрачно сказал Магистр. — Даже представить не могу, кто бы мог желать мне зла.

— Тебе бы с такими шутками в стендапе выступать, — сказал Федор.

— Есть очень простой способ выяснить, кто был основной мишенью, — сказал Магистр. — Для этого надо всего лишь разделиться после прохождения данжа.

— И кого убьют, тот и был основной мишенью, — согласился я.

— Одно из самых тупых предложений, которые я слышал, — не согласился Федор. — Это как в дурацкий фильмах ужасов, когда компания молодых людей находит заброшенный старый дом с заколоченными окнами. Там везде пыль, паутина, выцветшая кровь на коврах и засохшие кишки развешаны по стенам, из подвала доносятся зловещие завывания и кто-то ходит на чердаке, а они решают разделиться, чтобы быстрее все тут осмотреть. Соответственно, их и начинают выпиливать по одному, и все они умирают жуткими, медленными и мучительными способами. С отрыванием конечностей, литрами льющейся крови и…

— И достаточно, — сказал я. — Я думаю, все уже поняли твою мысль.

— Словом, я не хочу разделяться, — сказал Федор. — Если уж я попал под удар за компанию, то пусть эта компания меня дальше и охраняет.

— Нам все равно придется, — сказал Магистр. — У меня есть кое-какие дела, которые я должен сделать в одиночку, без свидетелей.

— Опять девственниц расчленять собрался? — если бы это произнес не Кевин, знакомый с Магистром тысячу лет, я бы не сомневался, что это шутка.

Или если бы Кевин был трезв.

А так… фиг его знает, на самом-то деле.

— Что-то вроде того, — отмахнулся Магистр. — В любом случае, мне нужно пару дней, чтобы все уладить, а дальше я полностью в вашем распоряжении, так сказать.

Очень на него похоже. Сначала он вопит, что все пропало и надо спасать мир, а потом заявляет, что у него дела, и свинчивает в неизвестном направлении.

— Не проблема, — сказал я Федору. — Я всегда буду рад твоей компании.

— Нет, — твердо сказал Федор. — Рядом с тобой даже Брюс Виллис не выжил бы. Даже если на него бронежилеты в три слоя надеть.

Я развел руками.

— Значит, остался только я, — констатировал Кевин. — Не проблема. Я могу взять тебя с собой в империю.

Федор просиял.

Пожалуй, из всей нашей компании больше всего он уважал и ценил именно Кевина. И не потому, что тот был богом-императором, правящим железной рукой.

Кевин был его коллега, собрат по искусству, боевой маг, не просто добравшийся до вершин, а сам эту вершину построивший.

Ну, как коллега… Федор постоянно учился. Если прибегнуть к аналогии, то, когда мы с ним встретились на Земле, он был ржавым "запорожцем" в области магии, и пусть теперь он сверкал, как только что сошедшая с конвейера "шкода", Кевин рядом с ним все равно был "майбахом" в максимальной комплектации.

— Ладно, с этим определились, — сказал я. — Какой теперь план?

— План прост, — сказал Магистр. — Прежде всего нам надо пройти этот данж.

— И правда, нефиг делать, — сказал Федор, поднимая воображаемую табличку с надписью "сарказм". — И ты даже не можешь рассказать, что нас там ждет.

— Говорю же, оно каждый раз по-новому генерируется, — сказал Магистр. — Я могу набросать схему коридоров но кто нас в этих коридорах встретит, это всегда сюрприз.

— Его вообще кто-нибудь когда-нибудь проходил? — поинтересовался Федор.

— Я, — сказал Магистр. — Два раза. Первый раз, когда проводил разведку, и второй, когда Маховик прятал.

— И как ты это делал?

— По стелсу.

— По стелсу, значит, — зачем-то повторил Федор. — Если ты вдруг не заметил у нас тут с этим определенные проблемы. Не все из присутствующих могут "по стелсу".

— Некоторые могут, — сказал Кевин. — Например, я.

Я покачал головой.

— Стелс — это вот вообще не мое.

— И не мое, — сказал Федор. — Я, как максимум, могу заклинание невидимости сотворить, но звуки, запахи… понятия не имею, что с этим со всем делать.

— Это потому что у вас билды запороты, — объяснил Магистр. — Настоящий игрок должен быть гармонично развитым универсалом. Посмотри на Кевина и бери с него пример.

— Пример, вне всякого сомнения, достойный, — согласился Федор. — Пожалуй, я так и поступлю, если вы согласитесь подождать тысячу лет.

— Между прочим, он пришел в Систему уже таким, — заметил Магистр.

— Но на это все равно потребовалась тысяча лет, — сказал Кевин. — Хотя, быть может, чуть меньше…

— Э… ну…, - сказал Федор. — Ты что, хочешь сказать, что он старше тебя?

— Возможно, — сказал Магистр. — Но всего-то на пару томов.

— Томов? — не понял Федор.

— Ну, если мы об исторических хрониках говорим.

— Отлично сохранился.

— Это потому что я веду здоровый образ жизни, — сказал Кевин. — Большую часть времени.

— Ну офигеть теперь, — сказал Федор. — Я еще больше хочу услышать эту историю целиком.

— Может быть, когда-нибудь, — сказал Кевин.

— Вы всегда так говорите, — пробормотал Федор. — А ведь это "когда-нибудь" может и не наступить, потому что нам нужно зачистить данж, который нормально никто никогда и не чистил, я правильно понимаю? Ведь иначе ты бы тут свои запчасти не прятал.

Магистр кивнул.

— Это просто здорово, ты ты не оставил нам выбора и затащил туда, откуда мы не можем выйти, — сказал Федор.

— Вообще-то, я могу выйти отсюда в любой момент, — сказал я.

— Это каким же образом? — насторожился Федор.

— В рамках игровой механики, — сказал я. — Достаточно мне откликнуться на зов любого из моих верующих. Эти обязанности имеют наивысший приоритет, так что мне эти правила данжей вообще по барабану.

— А, то есть, ты можешь покинуть эту бойню ради другой бойни, — сообразил Федор. — И чем та бойня будет лучше этой?

— На той у меня божественные абилки будут работать, — сказал я.

— Я тоже могу, — сказал Кевин. — Я вообще непись, на меня правила прохождения данжей не распространяются. Я даже в группу ни с кем из вас не вступал.

— Ыыы, — сказал Федор.

— Ну и я могу, в принципе, — сказал Магистр. — Мой хаотически-непредсказуемый портал работает в любых условиях и превыше обычной игровой механики.

Федор схватился за голову.

— Вы же со мной так не поступите? — простонал он. — Не поступите, да? Даже вы не настолько упыри, чтобы бросить меня тут одного.

— Зато наши новые враги до тебя тут не доберутся, — сказал я. — Я имею в виду, если бы они могли сюда войти, они бы уже это сделали.

— Ыыы, — сказал Федор. — Это слабое утешение.

— Ну, чем могу, — сказал я. Троллить Федора, конечно, жестоко.

Но весело.

— Ладно, не волнуйся, — сказал Магистр. — Я тебя здесь в любом случае не брошу. Мне все еще нужно тут кое-что забрать, и оно лежит как раз недалеко от выхода, так что большую часть пути мы преодолеем вместе.

— А босс? — спросил Федор.

— А босса я ни разу не проходил, — сказал Магистр. — Оно мне надо?

— Пройдем как-нибудь, — сказал Кевин. — Давно, конечно, я этими глупостями не занимался, но это ж все равно, что на велосипеде кататься. Один раз научился и уже никогда не забудешь.

Воспрявший духом Федор натурально просиял. Хотя, может быть, с таким спецэффектом у него просто защитные ауры обновились.

— Отлично, — сказал он. — Когда начинаем? Баффы, тактика, построение?

— Давайте я первым пойду, — предложил я, и отполированная годами службы рукоятка Клавдии 2.0. привычной тяжестью легла мне в руку.

После всей этой неразберихи с очередным неведомым врагом и портальной чехардой, неприятно похожей на трусливое бегство с поля боя, возможность встретиться с противником лицом к лицу была даже приятной.

Всегда легче иметь дело с тем, кому ты можешь проломить голову бейсбольной битой прямо здесь и сейчас.

— Э… — сказал Федор. — Вот так сразу?

— Да пусть идет, — сказал Магистр. — Чего зря время терять?

Он наконец-то закончил бряцать по виртуальной клаве, распрямился и махнул в воздухе Отцом Всех Мечей.

— Э… — сказал Федор. — А разве эту штука не должна быть у Гарри?

— Это мое личное привязанное оружие, — объяснил Магистр. — И я могу призвать его к себе в любой момент.

— Если оно личное и привязанное, так почему же оно с тебя в тот раз дропнулось? — поинтересовался Федор.

— Оно не дропнулось, — сказал Магистр. — Я сам его оставил, потому что надеялся, что вы додумаетесь, как его правильно применить. А теперь я просто забрал свое. И кстати, в тот раз я ему подался.

— Я на твоем месте тоже бы так говорил, — заметил я.

— Ты, кажется, куда-то шел, Чапай, — сказал Магистр. — Вот и иди, не отвлекайся.

Я пожал плечами и вышел за границы безопасной зоны. Часть коридора передо мной тут же осветилась автоматически загорающимися при моем приближении факелами.

Игрок должен видеть, кому он проламывает голову.

Тут же все сделано для удобства игроков.

— Выходите, чудища поганые, — позвал я.

— Я бы не вышел, — прокомментировал Федор где-то за моей спиной — С человеком, который вот так танком прет в неизвестность, лучше не связываться. Если, конечно, ты не хочешь узнать, что такое безумие.

Я сделал шаг вперед, и из темноты на меня вылетело щупальце с железным наконечником. А может, ему просто когти никто давно не ровнял.

Я мог бы увернуться, но не стал этого делать, предоставив щупальцу возможность пролить первую кровь.

Оно ударило меня в бок, пробив куртку, но основная часть удара была поглощена подкладкой, и коготь лишь слегка поцарапал мне кожу.

Я махнул Клавой 2.0. и она, тонко чувствуя и меня и ситуацию момента, еще в полете нарастило себе лезвие, превратившись в боевой топор. Я отсек щупальце, вытащил из одежды отрубленный коготь и бросил его на пол.

Две капли крови упали мне на штаны.

— Вы испортили мои любимые джинсы, — провозгласил я. — Я отомщу!

— Я не понимаю, это вот уже безумие или еще нет? — поинтересовался окопавшийся в тылу Федор.

— Зато теперь у него работают божественные абилки, — заметил Кевин.

— А что, так можно было?

Я не стал слушать дальнейшие разговоры и пошел в глубины данжа, не сомневаясь, что остальные последуют за мной.

Но сейчас мне было не до них.

Обитающие в этом подземелье монстры пролили первую кровь.

Теперь настала моя очередь.