Они ехали целую неделю, прячась от степняков в руслах засохших рек, объезжая стойбища стороной.

Настя только удивлялась, как Асель по расположению главного Солнца держит курс на запад — домой.

Чаще всего лошадью правила Настя, а Асель сидела сзади, следя за степью.

Дни сливались в бесконечную череду восходов и закатов.

По вечерам, когда солнце опускалось за окоём, беглянки устраивались на ночлег в укромных ложбинках. Они разводили небольшой костёр  и делили скудные припасы. В эти дни степь как будто замерла, никого они по пути не встретили. Лишь изредка вдали проносились стаи роф, да по ночам доносился далекий вой шакалов. Пару раз Асель удавалось подстрелить рофу и тогда у девушек на ужин появлялось свежее мясо.

Однажды утром Асель вдруг положила руку на плечо подруги:

— Настя, останови лошадь! — потребовала она.

В её голосе звучала неподдельная тревога.

— Что случилось?— удивилась Настя.

— Слышишь? — спросила она, поднимая руку и вслушиваясь в тишину. — Недалеко от нас скачут несколько лошадей.

Настя прислушалась, но сначала она от испуга смогла услышать только глухой стук своего сердца, отдававшийся в ушах.

— Быстрее, заворачиваем обратно и прячемся вон в той балке, что мы проехали! Там кусты густые! — потребовала Асель, подготавливая лук и нащупывая стрелу в колчане.

Не теряя ни секунды, Настя развернула лошадь. Девушки завели лошадь вглубь зарослей и затаились среди густых ивовых кустов.

Подруги успели спрятаться вовремя, как из-за холма появились два всадника. Они двигались неторопливо, внимательно осматривая местность, время от времени перебрасываясь короткими фразами.

Асель замерла, едва дыша. Её пальцы  крепко сжимали лук, а взгляд не отрывался от незнакомцев.

Всадники остановились неподалёку, словно что-то заметили. Один из них указал в сторону балки, и у Асель внутри всё сжалось. Ребёнок в животе толкнулся. Асель невольно прижала ладонь к животу.

Но в этот момент с южной стороны донёсся блеяние овец. Всадники повернули головы, и не сговариваясь, направились на юг. Через некоторое время они выгнали из балки отбившихся овец и погнали на север.

Асель медленно выдохнула и расслабила пальцы, всё ещё  сжимавшие лук.

— Повезло им, — прошептала она, проводя рукой по лицу.

— Это табунщики, отбившихся овец искали, — тихо прошептала Настя, всё это время простоявшая рядом с лошадью.

Обе девушки замерли, прислушиваясь к удаляющемуся топоту копыт и блеянию овец. Солнце уже поднялось достаточно высоко, как наконец Асель произнесла:

— Нужно уходить. Они могут и вернуться сюда на водопой.

— Как ты услышала, что всадники идут по степи? — спросила Настя, когда они тронулись в путь.

— Ветер принёс запах. А шаг лошадей в степи я научилась различать с детства, отец учил, — ответила Асель, внимательно рассматривая окоём.

Она замолчала, снова приложив ладонь к животу. Ребёнок снова толкнулся.

— Главное, что всё обошлось на этот раз. Нам бы поскорее добраться до границы.

*****

— Асель, проснись, — разбудила ночью девушку Настя.

— Что? Где мы? —с трудом разлепила веки задремавшая Асель. — Что случилось?

— На юг посмотри, волк, — указала Настя.

Действительно, на вершине холма, что располагался с южной стороны их пути, появился силуэт степного хищника.

Сон слетел мгновенно. Протянув назад руку, Асель ощупью выбрала лук, потянула поближе к себе колчан со стрелами. В тишине ночи раздался лишь щелчок — и стрела сорвалась с лука.

Первая же стрела попала в цель — волк свалился замертво.

Вытащив из мёртвого тела стрелу( пригодится ещё!), Асель с сожалением оглядела тело хищника. Шкура могла бы пригодиться, но снимать её было бессмысленно, всё равно бы испортилась бы в пути.

— Хорошо стреляешь, — тихо произнесла Настя, не скрывая восхищения.

Асель лишь кивнула, очищая травой стрелу.

Ночь снова погрузилась в тишину, но теперь каждая тень казалась подозрительной, а каждый шорох — угрозой.

Но ни в эту ночь, ни в последующие дни девушкам волки больше не встречались. Казалось, сама богиня Кепе оберегала их путь.

*****

В один из таких дней Асель остановила арбу в лощине, где тихо журчал родник, а вокруг густо росли раскидистые ивы.

— Я посторожу, Асель, — сказала Настя, заметив, как тяжело даётся дорога беременной молодой женщине. — А ты отдохни, может, поспишь?

Асель с благодарностью посмотрела на свою подругу и прилегла на кошме.

Запасы, прихваченные в стойбище, подходили к концу. Но Асель снова удалось подбить степную рофу, так что без мяса они не страдали. Настя наломала сухие ветки и запалила огонь. Достав котелок, наполнила его чистой водой, установила над огнём. И стала разделывать добычу.

Когда Асель проснулась, в нос ей тут же ударил насыщенный запах ароматного варева.

— Как вкусно пахнет! — воскликнула Асель.

— Проснулась? Как раз вовремя. Всё готово, — предложила Настя подруге.

Плотно поев и потушив огонь, они только решили собраться в путь, как Асель различила отдалённые звуки.

— Возьми, — она протянула Насте небольшой кинжал, а сама приготовила лук. — Будь начеку.

Тут и Настя услышала топот лошадей. Через несколько минут из-за южных холмов появились шесть всадников, за ними тащились две арбы, которые сопровождали пешие люди. Они монотонно напевали тягучую заунывную песню, отчего у Насти по спине пробежали мурашки.

На верхушке копья  переднего всадника развевался на ветру грязно-белое полотнище с красными разводами.

— Это знак дикого рода, — узнала Асель, — знак немногочисленного рода, даже в степи известного кровавыми жертвоприношениями степным богам.

В последней арбе, запертая в крепкой деревянной клетке, находилась молодая девушка. По мере приближения арбы Асель заметила, что пленница вела себя очень тихо.

— Её напоили сонной настойкой. Это жертвоприношение кровавым степным богам, — в ужасе прошептала Настя, сжимая рукоять меча так, что побелели пальцы.

— Сможем ли мы отбить девушку? Или нет? — раздумывала Асель, считая людей и стрелы в колчане.

Процессия остановилась на южной стороне лощины.

— Что делать будем, Асель? — голос Насти дрогнул.

— Наблюдать будем, — Асель приложила палец к губам, требуя тишины.

Пешие сопровождающие сняли клетку с девушкой с арбы и поставили на землю. Густые заросли ивы почти полностью скрывали происходящее, девушки могли лишь унадывать.

— Что они делают? — прошептала Настя, вглядываясь в зелёную листву. — Неужели её убьют?

Асель молчала, напряжённо вслушиваясь. Из-за кустов доносились голоса, звон металла, затем — монотонная песня.

Спустя непродолжительное время все они, напевая песню, загрузились в арбы и уехали обратно, но с пустой клеткой.

И тут же, будто по зловещему сигналу , прилетели стервятники. Чёрные силуэты кружились над лощиной, описывая  все более  узкие круги над местом, где выгрузили клетку.

— Пойдём, посмотрим, — предложила Асель, держа лук наготове.

Перейдя небольшую впадину с водой, вытекавшей из родника, девушки оказались на южной стороне.

Пройдя сквозь густые заросли, девушки вышли на небольшую поляну. В центре, на плоском сером камне, лежала распятая пленница.Полуголая, она была крепко привязана кожаными полосками  — руки и ноги были  растянуты в стороны.

— Она жива, — прошептала Асель,вглядываясь  в лицо  девушки. — Но её напоили сонным зельем. Смотри, какие глаза безумные: чёрные, словно бездонные озёра.

Пленница едва заметно шевелила губами. Девушка пахла полынью и какими-то незнакомыми травами. Посмотрев по сторонам, и убедившись, что поблизости нет следящих глаз,  Асель коротко  кивнула  Насте. Та, не мешкая, вытащила кинжал и принялась осторожно разрезать кожаные ремни, стягивающие запястья и  лодыжки пленницы. Вместе они приподняли её, тело оказалось неожиданно лёгким, и поволокли её обратно к арбе. Уложив спасённую девушку в арбу, они тронулись в путь, на запад, в сторону дома.

Девушка очнулась лишь глубокой ночью. Всю дорогу Асель смачивала ей губы, стараясь облегчить состояние.

— Где я? — тихо произнесла она, с трудом оглядываясь по сторонам.

— Мы тебя спасли от смерти. Теперь  едем домой, — ответила Настя.

— А дом где? — едва слышно спросила девушка.

— Мы направляемся в Саргун.

— Я ... я тоже из Саргуна, — прошептала девушка.

Её начало вырывать. Повернув голову набок, ей дали очистить желудок от остатков выпитого зелья.

— Дайте воды, — попросила она после. Напившись воды, девушка рассказала о себе.

Бодену похитили месяц назад, когда она возвращалась из соседней деревни домой. Красивую девушку разбойники продали на ближайшем стойбище, где её решили принести в жертву кровавым степным богам.

— Вы спасли мне жизнь. Теперь я у вас в долгу, — завершила Бодена свой рассказ, и в её глазах блеснули слёзы.

— А далеко до кордона? — поинтересовалась Асель, настороженно поглядывая по сторонам.

— Меня везли до стойбища три дня и три ночи, — ответила Бодена.

— Значит, скоро будем на границе, — подытожила Асель, невольно кладя руку на живот.

Ребенок беспокойно толкался в животе.

— Только бы не родить в дороге от такой тряски, это может вполне случиться, — подумала Асель.