День разгорается, в сердце вонзая стрелы

Старческим смехом смеётся мир престарелый

Небо зовёт к себе колыбельным звоном

Грозно летают совы над Иерихоном

Баиньки миру пора – он зевает, древний

Сколота грань между городом и деревней

Эй, уголовщина – в ход топоры и вилы

И, если сможешь, то не печалься, милый

В век НТР меж людишками – средневековье

Звери глядят на пожар, истекающий кровью

Красным пятном расплывается чей-то берег

Косы с размаху режут желанье верить

Волны застыли, точно в картинной раме

Где вы, тайфуны с красивыми именами?

Крылья вечернего неба сверкают яро

А кто в обиде – тому в лучшем случае нары

Спрятать бы ваши улыбки и ваше солнце

Мимо ребёнок в коляске – я вижу драконца

Проходит мужик краснорожий – я вижу в нём зверя

Красным пятном уже… мой собственный берег

Может быть, мне пролететь над планетой ольховой

Белым огнём, новогодней звездою сверхновой

Но кто гарантирует – кто мне, скажите, ответит —

То, что это хоть кто-то заметит?

Я ненавижу солнечную систему

За то, что в ней ничего не произойдёт.