Вечер. Окраина. Отмель

Для плывущих под парусами

И звёздная чёрная сотня

Шепчет громкими голосами

Твой голос такой же громкий,

Но не достигает цели

Сидят на лавках подонки

С мордами бешеных спаниелей

Парни гоняют шайбу,

Гринпис стережёт природу

По телевизору «Laibach»

И советы, как преуспеть по ходу

Но автобус, полный карателей,

Как всегда проносится мимо

И дорога стелется снежной скатертью,

Наглой и невредимой

ДЛЯ ЛЮДЫ ЛЮДОЕДОВОЙ,

ЛИСЫ ДВАДЦАТОГО ВЕКА

Смеются звери и клоуны

На стенах ржавые пятна

Ты идёшь по наклонной,

Где многое непонятно

Ты прилетела на Землю

С белой звезды далёкой

Ты каждому голосу внемлешь,

Чтоб никогда не быть одинокой

Но в каждом твоём отражении

Прячется, словно в конверте,

Лунное притяжение

К заботливому бессмертию

ЛЮДА ЛЮДОЕДОВА,

ЛИСА ДВАДЦАТОГО ВЕКА

ЛЮДА ЛЮДОЕДОВА – ПРИМАНКА ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА

Боль в пластмассовом сердце

Смех за стеклянной дверцей

Лихорадочный поиск посадочных мест

И каждому – свой насест

Всем своя солидарность

И хищные вещи века

Сердце твоё есть корысть, возведённая

В абсолютное большинство

ЛЮДА ЛЮДОЕДОВА,

ЛИСА ДВАДЦАТОГО ВЕКА.