Глава 7

— Лорд Холдгейд поручил мне обучение тебя стрельбе, — гордо сообщила Вайла, когда мы с ней встретились в коридоре почти на выходе из замка.

Я шла во двор, самостоятельно вооружившись выданным мне арбалетом, а она — ко мне. Двое суток после ранения шипами лиднера мне пришлось пролежать в постели. Маленький падший, которого я назвала Кустос, потому как он отходил от меня только чтобы поесть, помогал вытягивать яд из моей крови, поэтому я встала на ноги гораздо раньше, чем рассчитывал мастер Астра.

Сейчас я оставила падшего в комнате, хоть он и пытался увязаться за мной. Не уверена, что остальные гарнизонные отреагируют на него правильно.

Мне не терпелось приступить к работе и научиться стрелять, чтобы, как и объяснил лорд Холдгейд, уметь постоять за себя при любой опасности. За дни бездействия я зарядилась таким энтузиазмом, что будь здоров! Правда почему-то решила, что обучать меня будет сам Дэриан, поэтому слова Вайлы немного меня разочаровали.

Но, лишь осознав, я постаралась поскорее отогнать это непрошеное чувство.

— Это замечательно! — ответила Вайле сквозь улыбку.

Но она как-то недоверчиво прищурилась, хоть и не выразила по этому поводу особого восторга. Да и терпения её хватило ненадолго — мы вышли во двор, затем через арку в другую его часть, где находилось стрельбище.

— Жаль, конечно, что тебе не удалось пострелять в лиднера, — вздохнула наездница. — Это было бы хоть какой-то местью за то, как он тебя подставил.

— Думаю, вы все хорошенько за меня отомстили, — усмехнулась я и остановилась, оглядывая открывшуюся передо мной часть двора. Как много целей! Все в отверстиях, ведь сотни раз в них втыкались арбалетные болты. Всё вокруг было припорошено снегом: сутки назад снова разразилась непогода, и лишь сегодня она немного отступила.

— О да, — Вайла театрально расхохоталась. — Я никогда не видела, чтобы парни были в такой ярости. — Ну, что… Давай покажу тебе, как заряжать арбалет. Это не так сложно, как может показаться на первый взгляд.

Она забрала у меня оружие, вынула из колчана болт и ловко вставила его в нужный паз. Делала она всё намеренно медленно, чтобы я успела рассмотреть. Затем Вайла подняла арбалет к плечу и, уперев в него прикладом, выстрелила — ровно в центр мишени, хотя как будто даже не целилась!

— Понятно? — перевела на меня острый, как у хищной птицы, взгляд.

Я кивнула — всё казалось предельно ясным. Единственное за что я переживала, хватит ли мне сил, особенно после недавнего отравления. Ненавижу это состояние после болезни, когда кажется, что тело иссохло и не способно на любые движения сложнее простых шагов! Но стоит заняться хоть чем-то, и оно быстро приходит.

— Тогда давай сама.

Я принялась заряжать арбалет, и тогда только в полной мере осознала, что действительно ещё не готова к стрельбищным подвигам. Однако я не могла ударить в грязь лицом вот так сразу, так что хотя бы попытаюсь… Вайла спокойно наблюдала за мной, но её взгляд казался мне слишком внимательным. Между нами что-то нарастало, какое-то невысказанное напряжение. От лёгкого волненияу меня даже пальцы задрожали, и всадница это заметила.

Наверное, поэтому она наконец разомкнула губы и спросила:

— Между вами с лордом Инеем что-то есть?

Болт, который я старательно пыталась вставить в предназначенную для него ложбинку, вдруг соскользнул и упал мне под ноги. Я подняла его и посмотрела на Вайлу — невозмутимо, как мне казалось.

— С чего ты это взяла?

Девушка оглянулась, не идёт ли кто к нам. Но за нами издалека могли наблюдать лишь дозорные, и они вряд ли слышали наш разговор.

— Дело в том, — Вайла вдруг смутилась, — когда лорд Холдгейд понёс тебя в лазарет, я пошла за вами. Думала, вдруг понадобится помощь. И я видела, как он… как вы целовались.

Она осеклась, будто сказала что-то настолько стыдное, что земля немедленно должна была поглотить её вместе с обмундированием и доброй половиной двора заодно. Меня же поразило молнией, которую, конечно, никто не видел, зато прекрасно ощутили мой затылок да и всё тело до пят.

Так вот что за странные обрывочные образы! Вот почему лорд Сугроб так загадочно на меня смотрел и пытался выяснить, что я помню. Именно поэтому?

— Я… не знаю, что сказать, — честно ответила. — Я не помню. Может, я была не в себе от яда. Но между нами ничего нет! И быть не может!

Голос прозвучал весьма убедительно, и Вайла тут же капитулирующе подняла ладони.

— Хорошо-хорошо! — пробормотала так, будто я собралась её покусать. — И, если что, я ничего никому не сказала! Просто… Ты понимаешь, обстановка в гарнизоне сложная. У них с леди Габриэль и так не всё гладко. И…

— Я понимаю и уверяю тебя, что…

— Ладно! — отмахнулась Вайла. — Может, мне просто показалось.

Хотя теперь я уже знала, что нет. Не показалось.

И мои полусонные бредни тоже не были пустой игрой воображения.

С трудом вернув себе самообладание, я вновь взялась за аралет — теперь, на волне злостили или возросшей решительности зарядить его у меня получилось гораздо быстрее. Я подняла оружие так, как показывала Вайла, но, видно, не особо надёжно зафиксировала его плечом, поэтому при выстреле он слегка сыграл вверх, и болт. разумеетсЯ, пролетел мимо цели.

— Ну… — вздохнула наездница. — В следующий раз будет лучше. Держи его крепче. Отдача у него слабая, но есть. Ой…

Я не обратила внимания на её растерянный вздох, вновь встала в устойчивую позицию и, намного быстрее, чем в прошлый раз, зарядив арбалет, снова его вскинула. И тут уверенные крепкие руки возникли прямо у меня перед лицом. Они перехватили оружие и крепче вдавили приклад мне в плечо. Поправили направление, нажимом пальцев свели лопатки — и спина выпрямилась.

— Вот такой должна быть поза перед выстрелом, тогда он будет точнее, — раздалось у меня над ухом. — А вы скукожились, как сухофрукт.

Я застыла, неподвижно уставившись перед собой, когда ощутила слишком тесное приближение лорда Холдгейда ко мне сзади. Нельзя было теперь сделать даже полшага, чтобы не врезаться в его грудь. Он словно бы намеренно ограничил мне пространство, чтобы я сохранила позицию, которую он мне установил.

— Стреляйте, ну! — велел.

Я вздрогнула и выстрелила. Теперь попала в мишень, но почти в самый её край.

— Зачем вы меня отвлекаете? — развернулась к нему всем корпусом. — Если бы не вы. я выстрелила бы лучше! Подкрадываетесь…

Оказалось, Вайлы поблизости нет,да и дозорные каким-то чудесным образом спрятались — их головы перестали мелькать над зазубренными парапетами. Остались только мы с Дэрианом и арбалет, который вдруг стал очень тяжёлым — я едва его не выронила, опустив руку.

— Отвлекаю? — вскинул брови лорд. — От чего? От расстрела стены за мишенью?

— Я сосредоточилась! Вайла поправила бы мне позу после!

— Это надо делать сразу! — возразил лорд. Он стоял непозволительно близко, я почти дышала ему в грудь, но почему-то не отходила. — И дыхание! Уверен, о дыхании вы даже не подумали. Что вы тут делали с мейд Рокфист? Сплетничали? Это наверняка занимает ваши мысли больше, чем стрельба.

— Что за нападки? — фыркнула я. — Опять с женой поссорились? Уверена, она делает это намеренно! Хочет выставить вас виноватым в том, что происходит с Ядром.

Я передёрнула плечами и отвернулась, попыталась вновь сосредоточиться на зарядке арбалета, но пальцы лорда крепко сомкнулись на моих плечах. Он слегка меня встряхнул и его дыхание спустилось к моему затылку.

— Я действительно виноват.

— Она виновата не меньше.

И я не смогла сказать больше — в горле словно возник спазм.

— Вы ничего не знаете, леди Блэкторн.

— Может быть, я осведомлена о положении в гарнизоне меньше остальных, но одно знаю точно, — сделала шаг вперёд, освобождаясь из рук Дэриана. — Я не собираюсь быть вашим мимолётным развлечением от скуки и злости. Я не стану вашей интрижкой, ясно?

— Что? — голос лорда охрип.

— Я всё сказала, и соблюдайте, пожалуйста. дистанцию, лорд Холдгейд. Научиться стрелять я могу и без вашего контроля.

Я не смотрела на него — почему-то не могла. Казалось, если повернусь и посмотрю, то забуду, что хотела сказать. Но и он промолчал тоже. Послышались удаляющиеся шаги, а затем их сменили другие — вернулась Вайла.

И куда она вообще уходила?

— Ну как? — бодро спросила она. — Лорд Иней дал важные советы?

— Да, — кивнула я. — Продолжим.

* * *

Остаток моей первой тренировки прошёл в молчании. Я лишь отправляла один болт за другим в мишень — попадания становились всё точнее — а Вайла вмешивалась, только когда нужно было поправить позу или наклон арбалета. В остальном она как будто даже боялась со мной заговаривать — видимо, чувствовала, что я не в настроении.

Затем мы вместе сходили в столовую — впервые я завтракала вместе с остальными всадниками, чем привлекла к себе новую волну бурного внимания. После ранения лиднером меня приписали к кому-то вроде местных героев — и теперь каждый считал нужным поздороваться и спросить, как моё самочувствие.

С нами за столом сидел Зейн — и без умолку расспрашивал о том, что я чувствовала при отравлении этим новым неизученным ядом. Вайла пыталась его остановить, но он лишь отмахивался:

— Нам всем полезно знать это! Ты не понимаешь? Это новый вид! Уверяю тебя, он прилетит ещё не раз!

— Скоро мастер Астра создаст противоядие, и можно будет ничего не опасаться, — справедливо заметила всадница. — В твоём поясе хватит отверстия для ещё одной колбы.

Она продемонстрировала мне пояс, который, кажется, всегда был при ней. На него были нашиты специальные кожаные крепления, в которых торчали тонкие колбы с разноцветными жидкостями и надписями на крышках. Своё противоядие для каждого вида отравлений.

Надо бы мне тоже изучить их и обзавестись таким поясом, раз уж везение подводит меня. Пусть я и не собираюсь покидать замок без особой необходимости, падшие могут напасть на него сами.

После завтрака я наконец отправилась на своё новое рабочее место. Резонолог, мастер Вескотт уже ждал меня: видимо, ему сообщили о том, что я выздоровела после отравления.

— О, леди Блэкторн! Как замечательно! — сразу оживился он, снял со лба окуляр и отложил в сторону. — Рад, что с вами уже всё в порядке!

— Да, я тоже этому очень рада, — настроение сразу улучшилось. Я же решила, что полностью займу себя работой — и тогда на глупые переживания вокруг личности лорда Холдгейда у меня просто не останется времени.

— Я уже подготовил для вас место за столом у окна, — мастер Вескотт встал и проводил меня в другой конец залитого солнцем кабинета. Погода всё улучшалась, небо становилось чище, и вместе с тем обстановка в замке теряла обычную мрачность. — Вот! Самое лучшее место! Здесь всегда светло! — он продемонстрировал мне широкий полированный стол, пока ничем не заставленный — на нём были лишь письменные принадлежности и стопка чистых листов для записей.

— Мне очень нравится, спасибо! — кивнула я, ведя ладонью по резной спинке стула.

Место и правда удачное — отсюда видно не только весь кабинет, но и весь двор! Я выглянула туда — часть всадников снова была занята уборкой снега. Другая, судя по снаряжению, уничтожала последние останки лиднера, которые не растворились после предыдущей нейтрализации.

В затенённой части двора, где, судя по всему, проходили спарринги между наездниками — для поддержания боевого настроя и физической крепости тела — кто-то тренировался. Голубоватые вспышки заклинаний пожирали тень и гасли, а затем вспыхивали снова. Магические заряды ударялись в поставленную вертикально каменную плиту, расчерченную какими-то линиями — отсюда я не могла разглядеть, что именно они означали — и гасли. Некоторые возвращались к породившему их хозяину.

И мне понадобилось всего лишь мгновение, чтобы узнать в занятом разминкой всаднике лорда Холдгейда. Думала, он отправился на облёт, но нет — остался в замке и явно так же, как и я, пытался чем-то занять мысли. Все, кто находился во дворе, тоже наблюдали за ним — краем глаза. Кажется, они были заняты делом, но место нахождения Хранителя всё равно было точкой сосредоточения всеобщего внимания.

— Хм, — раздался рядом голос резонолога. — Лорд сегодня как будто не в духе. Что случилось?

Я вновь перевела взгляд на Дэриана. Он и правда казался раздражённым. Его движения были резкими, жалящими и на вид безусловно смертоносными, будь перед ним противник из плоти и крови. От его магических атак поглощающая заряды плита заметно дрожала, с неё иногда сыпалась каменная крошка — ею было усеяно всё пространство вокруг. Лорд был обнажён по пояс, но его кожу словно бы покрывал блестящий доспех. Из чего он состоял? Кажется, из тонкой корки льда и снега.

Впервые я видела его магию во плоти — причём так наглядно.

Это завораживало настолько, что я просто не могла отвести взгляд. Мгновение за мгновением я откладывала необходимость отвернуться и вообще заняться уже наконец делом, как я и собиралась! Так и стояла, делая вид, что смотрю совсем в другую сторону.

Наверное, мой интерес к лорду стал для мастера Вескотта слишком очевидным — он деликатно кашлянул, отвлекая меня от созерцания перекатов мышц и переливов ледяной магии на коже Дэриана. Но, прежде чем я успела отвернуться, лорд Сугроб замер, опустил руки и внезапно повернулся точно в мою сторону, подняв голову, и я отшатнулась вглубь кабинета.

Он что, и правда меня заметил? Почувствовал? Но как?

Очень неловко. Просто ужасно. Он решит, что я слежу за ним — и это при том, что недавно запретила приближаться.

— Я хотела бы взглянуть на остатки испорченных в последнее время резонаров, если они сохранились, — проговорила, как ни в чём не бывало.

Резонолог сразу воодушевился и вернулся к своему столу. Там в разных каменных мисках лежали одиночные осколки разных цветов, он поставил их на поднос и перенёс на мой стол.

— Вот всё, что удалось собрать после того как резонары сразу нескольких всадников раскололись. Это случилось почти одномоментно при напряжении их связи с драконами. Причину мне установить не удалось. Разве что наблюдается некоторое изменение в структуре кристаллов. Но это обычное дело перед разрушением. Прежде чем выдать очередной резонар, я всегда проверяю его на целостность. Так вот поначалу с ними всё было в порядке!

Я села за стол и придвинула чаши к себе поближе. В ушах сразу зародился тихий звон. Но он был настолько слабым, что я даже засомневалась, есть ли вообще, или я его себе придумала.

И стоило только взять осколок резонара пальцами, как он начал крошиться, словно состоял из песка!

— Что это? — я отряхнула ладонь.

— Вот такая новая особенность — они разлагаются прямо на глазах! — воскликнул мастер Вескотт, подойдя ближе. — Почти как падшие! Когда я первый раз это увидел, пришёл в ужас!

Со вторым осколком случилось то же. А вот резонары из другой миски показали большую устойчивость. И все образцы, которые я проверила на хрупкость, показали разные результаты. Интересно, это зависит от их вида или от каких-то других факторов?

— Все эти кристаллы собрали вблизи Раскола, я правильно понимаю? — сделав первые заметки на листе, окликнула я мастера Вескотта.

Тот обернулся.

— Да. Вокруг Раскола целое поле резонаров. Но собирать их нужно очень осторожно, некоторые сразу имеют дефекты внутри, и такие выдавать всадникам категорически нельзя.

— И как часто вы посещаете это поле?

— Раньше приходилось делать это очень редко. Но последний год я летаю туда постоянно. Вместе с всадниками, конечно — там порой шастают падшие, хоть и не так много, как можно подумать. Я как раз собираюсь туда завтра.

— Я могу полететь с вами?

— Вы уверены, что это не опасно для вас после того, что случилось? — засомневался резонолог.

— Нахождение здесь уже опасно. Но я не могу проводить исследования, не зная места, откуда берутся кристаллы.

— Звучит логично, — усмехнулся мужчина. — Но я всё-таки предварительно обсужу этот вопрос с лордом-Хранителем. Он может посчитать иначе.

— Хорошо, — я пожала плечами и, вооружившись лупой, принялась разглядывать кристаллы детальнее.

Время полетело вперёд стремительнее арбалетного болта. Вскоре весь лист передо мной был исписан заметками. Я не только указывала цвет, структуру и степень разрушения кристаллов, но и звуки, которые они при этом «издавали». Казалось, едва села за стол, как утро закончилось, и мастер Вескотт начал собираться на обед.

— Вам следует отдохнуть, леди Блэкторн, — посоветовал мне тоже. — Соблазн сделать всё сразу в первый же день очень велик, понимаю. Но ещё вчера вы были в лазарете — поберегите себя.

Я встала, чтобы размять ноги, развела руки в стороны, чтобы развернуть грудную клетку и пустить в лёгкие больше воздуха. Нет, всё-таки работа, это то, что мне нужно. Голова загружена только необходимыми мыслями — и это прекрасно.

Я подошла к окну, чтобы приоткрыть его — солнце ощутимо грело через стекло, и мне стало немного жарко. Теперь во дворе было пусто — все разошлись. Небо полностью очистилось от облаков — и лишь на самом горизонте его пачкала какая-то тёмная точка.

Возможно, просто птица, но она всё росла и росла, постепенно принимая очертания дракона. Вскоре стал различим золотистый цвет его чешуи и ярко-зелёный резонар на груди, в крепких оковах крепления.

Я нахмурилась, уловив в этом ящере нечто знакомое, но то, что мне не хотелось осознавать.

— Кто это? — вторил моим мыслям мастер Вескотт. С башни всё было видно очень хорошо, и он тоже заметил приближающегося ящера.

На его спине в роскошном седле виднелся мужчина, тепло одетый, закутанный до самых глаз. Надо же, какой нежный! Похоже, ему здесь слишком холодно.

Наконец дракон завис над посадочной площадкой, примерился и начал снижаться. Взмахи его крыльев разметали остатки снега по камням, а затем сложились вдоль спины.

Всадник сдёрнул капюшон и шарф с лица. Я пригляделась — и сделала шаг назад. Нет, зачем? Ну почему он сюда прилетел, ведь между нами всё кончено! Однако, как бы я ни пыталась убедить себя, что всё это только плохой сон, прибвший в Драконью Скалу всадник не перестал быть Люцианом Локвудом — моим бывшим женихом и подлым предателем, каких ещё не видел свет.

Чего я точно не собиралась делать — так это разговаривать с ним. Он вытер об меня ноги, ославил на всю столицу, а теперь вдруг примчался! Вот пусть и возвращается тем же путём!

Решив так, я не стала посвящать мастера Вескотта в свои планы и, пробормотав что-то вроде «пойду на обед», сбежала. Сначала подумала было отправиться к себе в комнату и запереться там, возможно даже, забаррикадироваться, но решила, что в замке есть место понадёжнее — поэтому в обход двора, через галереи, скрытно, словно мышь, добралась до кабинета лорда Сугроба.

Влетела в приёмную — как тут привычно и спокойно! Подёргала дверь кабинета — заперто! Как назло! Куда лорд мог подеваться именно тогда, когда он так мне нужен? Возможно, он как-то незаметно для меня отправился на облёт, хотя я наверняка не пропустила бы появление во дворе Смерча. Или лорд тоже решил пообедать в своих покоях?

Но проверять, конечно, не пойду.

Вздохнув, я села за стол, на котором так и лежали оставленные мной папки из архива, потрогала перо, которое мои пальцы помнили ещё слишком хорошо — в животе тоскливо проурчало. Может, надо было махнуть на всё рукой и пойти в столовую, но я готова была пропустить обед, лишь бы не видеться с Люцианом или хотя бы оттянуть момент нашей встречи. Потому что рано или поздно она всё-таки случится.

Осторожно, чтобы никто меня не заметил, я выглянула в окно — дракон Люциана по имени Даргон до сих пор сидел во дворе, слегка сжавшись от холода, а вот наездника рядом с ним уже не было — лишь бродили стражники, наблюдая за поведением незнакомого ящера.

Золотой дракон выглядел посреди вечной зимы гарнизона, как нечто чужеродное, то, что занесло сюда совершенно случайно — и ощущал он себя здесь наверняка примерно так же.

Мы с Даргоном никогда не испытывали друг к другу привязанности, хоть я и носила метку принадлежности его всадника. Казалось бы, это должно было как-то влиять на дракона, но он оставался ко мне равнодушен. Вот и сейчас у меня не возникло ни малейшего желания выйти и поздороваться хотя бы с ним. Надменная морда зверя лишь отталкивала, казалось, что он при случае готов был даже съесть кого-то из бродящих поблизости всадников, лишь бы они ему не докучали.

Наблюдение за ним быстро мне наскучило. Что ж, раз лорда Сугроба нет, пойду к себе — пусть Люциан, если прибыл по мою душу, ищет и злится. Сейчас мне хотелось досадить ему хотя бы этим.

Но едва я встала с места и сделала пару шагов к двери, как она распахнулась навстречу, и внутрь шагнул младший адъютант Варгас Дьюи, его взгляд слегка рассеянно упёрся в меня, и сквозь досаду в нём сразу проступило облегчение.

— Вот вы где, леди Блэкторн, — вздохнул он, расстёгивая бушлат. — Я вас уже обыскался! Думал, вы теперь работаете в башне мастера Вескотта, а вы тут…

— Я и тут, и там, — махнула я рукой, пытаясь проскочить мимо.

— К нам тут гость прибыл, вы заметили, наверное? — адъютант, конечно, не стал меня останавливать, но повернулся за мной следом. — Так вот говорит, что хочет вас видеть.

— Зато я его видеть не хочу, — пробубнила я, всё ещё не оставляя попытку сбежать.

— Говорит, жених ваш… — добавил Варгас.

Я схватилась за ручку двери и замерла.

Ну надо же какая наглость! После того, что случилось, он ещё смеет называть себя моим женихом? Издевается, что ли?

— Не знаю таких, у меня нет жениха, — ответила я твёрдо и дёрнула ручку.

Пусть гонят отсюда Люциана, как самозванца!

— Что-то я ничего не понимаю. Люциан Локвуд не ваш жених? — растерялся адъютант.

Он пошёл было за мной, но я остановилась, заметив, что из глубины коридора кто-то идёт сюда. Вот гость шагнул в световое пятно от окна, и я метнулась обратно, отчего едва не сбила Варгаса с ног.

— Нет, конечно! — ответила на вопрос, который уже почти успела забыть, и втолкнула адъютанта обратно в приёмную.

Но было поздно — меня уже заметили.

— Миранда!

Снова этот голос, от которого раньше я буквально сходила с ума, а теперь содрогалась, как он самого страшного мороза. В нём появились какие-то едва уловимые, раздражающие всё внутри меня ноты. Он словно хотел уязвить меня ещё до того, как перейдёт к сути — обычные манипуляции. Будто я снова успела в чём-то провиниться. От звука собственного имени, произнесённого таким тоном, хотелось бежать подальше.

Но я взяла себя в руки, остановилась и повернулась к Люциану, который через миг вошёл в приёмную лорда, как единственный здесь хозяин жизни. Первым делом оценил обстановку, и его губы скривились — ну да, не столичный салон, просто крепость, где всё устроено в первую очередь функционально. Наблюдая за ним, я расправила плечи и приготовилась его слушать. Но он не заговорил сразу — перевёл взгляд на адъютанта, который стоял позади меня, словно страж, и небрежно махнул рукой.

— Оставьте нас!

Треснуть бы ему по самонадеянной морде!

— Ты здесь не командуешь, — огрызнулась я тут же. — Приказы адъютанту отдаёт только лорд-Хранитель!

— Это не приказ, а просьба, — тон Люциана мгновенно изменился, закутавшись в заискивающий бархат. — Я давно не видел тебя, соскучился и просто хотел бы поговорить с глазу на глаз.

Соскучился? Это шутка такая?

— Я пойду, леди Блэкторн, — шепнул Варгас. — Сообщу лорду, если ему ещё не доложили.

— Где он, кстати, не знаете? — я намеренно сделала вид, что Люциана для меня вообще не существует.

— Полагаю, спустился к Ядру. Я слышал, что он планировал сегодня его проверить.

На этом адъютант кивнул незваному гостю и быстро удалился. Я же осталась с ним один на один — и где-то в желудке мне сразу стало нехорошо.

— Зачем ты сюда прилетел? — сложила руки на груди, собираясь возражать на каждое его слово. — Неужели хочешь стать секретарём лорда-Хранителя?

Люциан шутку не оценил — нахмурился и прошёл ещё на пару шагов дальше. его взгляд снова заскользил по пространству, словно он оказался в каким-нибудь музее.

— Нет, дорогая, я прибыл сюда, чтобы увидеть твою метку. Мне любезно написал твой дедушка, граф Кингсли, и сообщил, что она проснулась. Поэтому я здесь.

Он остановился напротив, и я с трудом подавила желание попятиться.

— Тебе здесь не на что смотреть, и всё, что связано со мной, больше тебя не касается, — фыркнула.

— Твоя метка касается именно меня. Если то, что она погасла, действительно было временной ошибкой, это всё меняет, — его голос скатился в мягкую глубину. — А знаешь, тебе идёт эта снежная обстановка. Здесь ты выглядишь сочной, как ягода.

Люциан поднял руку, чтобы коснуться моей щеки, но я отклонилась.

— А вот тебе, напротив, нахождение в столице не идёт на пользу. Ты окончательно тронулся умом!

— О! — хмыкнул бывший. — Кусаешься! Это, пожалуй, хорошо. Так даже интересней.

И я открыла было рот, чтобы ответить ему ещё что-нибудь уничижительное, но расслышала странный шум снаружи. Крики людей и тихий недовольных рык. На деле он был, наверняка, громче, но его заглушали толстые стёкла на окнах.

Я бросилась посмотреть, что там происходит, и ахнула: во дворе Смерч валял в снегу Даргона, а люди лишь метались вокруг, не решаясь даже приблизиться.

— Ты зачем оставил своего дракона во дворе? — обернулась я к Люциану.

— А что там? — заволновался он.

Я схватила с вешалки в приёмной огромный бушлат лорда, который он тут оставил — мой так и висел в кабинете резонолога — накинула на плечи и помчалась во двор. Драку нужно остановить! Если Смерч навредит Даргону, случится очередной скандал, в котором, конечно, обвинят меня, а ещё лорда Сугроба! А я, между прочим, твёрдо решила не усложнять ему жизнь.

Люциан побежал за мной, так и не посмотрев в окно.

И снаружи его ждал устрашающий сюрприз. Схватка ящеров была в самом разгаре. Смерч прижимал весьма крупного Даргона к земле, не давая ему перевернуться и взлететь, царапал когтями чешуйчатую броню, не раня, но давая понять, что может разорвать её в любой миг, если захочет. Из его пасти вырывались ледяные всполохи, от чего морда Даргона то и дело покрывалась инеем.

— Смерч! — я вскинула руки, чтобы он быстрее меня заметил. — Смерчик, ты чего? Это же просто гость!

Если он будет так кидаться на всякого дракона, который связан с решившим поговорить со мной мужчиной, вскоре это превратится в очень большую проблему. Да это уже проблема!

— Эй! — взвился выскочивший следом за мной Люциан. — Что он делает? Что это за дракон? Велите ему отпустить Даргона!

Но никто не мог приказывать Смерчу, кроме лорда. Даже мне не удалось завладеть его вниманием — он продолжал валить противника наземь, едва тот успевал немного поднять голову. Страшный драконий рык наполнял всё внутреннее пространство крепости.

— Леди Блэкторн! — крикнул мне кто-то из всадников. — Ну, остановите же его!

И я была бы рада, но он меня не слушал!

Я рискнула подойти ближе, и Люциан попытался меня остановить.

— Ты что! Раздавят!

Я сбросила его руку со своего плеча.

— Смерчик! Оставь его! — попросила ещё громче.

Дракон задумался, подняв на меня налитый яростью взгляд.

— Отпусти! — повторила я ласковее. — Ну, он же не виноват, что его хозяин бессовестный человек, правда?

Укол пришёлся точно в цель — Люциан за моей спиной громко хмыкнул. Возбуждённо гомонящие всадники вдруг стихли, а Смерч, извергнув из ноздрей потоки пара, посмотрел куда-то поверх моей головы и ослабил хватку.

— Смерч, — прогремело из галереи. — Прекрати. Где твоё гостеприимство? Они летели к нам из самого Эверхарда, замёрзли и устали.

Но в тоне лорда, который неспешно приближался к нам, не было дружелюбия — лишь колкая ироничность. Я сжала воротник его бушлата у горла и обернулась. Люциан замер, оценивающе разглядывая Дэриана и, видно, решал, как стоит себя с ним вести.

— Так это ваш дракон? — спросил.

— Мой, конечно, — холодно улыбнулся лорд.

Люциан переступил с ноги н ногу, не решаясь на открытые обвинения — понял, видно, что здесь это чревато серьёзными последствиями.

— Зачем он напал на Даргона?

— Чтобы вы с ним знали, что леди Блэкторн обижать нельзя. Так уж сложилось, — Дэриан пожал плечами и перевёл взгляд на меня. — Вам не холодно?