Если без пеленок не обойтись, то постель лучше заправлять следующим образом: застелить ее как обычно, а под простыню положить добротное одеяло, поверх него – пеленку, затем на пеленку снова одеяло и простыню; не следует их подворачивать. Когда в пеленке уже нет необходимости, верхние простыню и одеяло, а также саму пеленку можно убрать из-под пациентки, и тогда она останется на чистой свежей постели.

Чем меньше времени пеленка лежит под пациенткой, тем лучше; зловоние и затхлость вызывают большой дискомфорт, кроме того, если матрас покрыт качественным одеялом, то вряд ли он дойдет до удручающего состояния. Сиделки склонны преувеличивать потребность в пеленках и неохотно допускают, что те доставляют беспокойство и неудобства. Бережливость – великое достоинство сиделки, поскольку любая болезнь, даже самая безобидная, сопряжена с расходами; но и достоинство может быть доведено до крайности.

Полагаю, многие предпочтут терпеть сильный дискомфорт, чем увеличивать расходы на стирку; если сиделка обнаружит, что имеет дело с таким случаем, она обязана, не допуская лишних расходов, сделать всё возможное, чтобы пациентка оставалась чистой и опрятной. Переживания о счетах и тратах до крайности вредят больной, и если она из числа тех домовитых хозяек, для кого превышение определенной суммы – сущая беда, то во время болезни следует уважить эту черту ее характера, как и все прочие. Если же сиделка ухаживает за пациенткой другого склада и роскошь чистоты позволительна, я бы посоветовала раздобыть как можно больше чистого белья и чистой одежды.

Насколько я могу судить, сестры придерживаются негласного правила, что если в их распоряжении лишь одна чистая простыня, то ею следует укрывать пациентку, а ту, что лежала так прежде, – стелить внизу. Тому есть очевидная причина, ведь верхняя простыня на виду, поэтому должна сиять свежестью.

Однако есть и очевидная причина так не делать, ведь пациентка больше соприкасается с нижней простыней, и поэтому ради комфорта больной я бы попросила в тех случаях, когда чистая простыня только одна, стелить внизу именно ее. Я прекрасно понимаю, что верхняя простыня всего-навсего мнется, а не пачкается; но именно из-за этой смятости, неопрятности и несвежести столь утомительно долгое пребывание в постели. Раз само собой разумеется, что верхняя простыня всего лишь сминается, значит вид ее вовсе не оскорбителен для врача. Любая пациентка, за исключением разве что миссис Скьютон[15], предпочтет, чтобы прежде всего заботились о ее комфорте, а не о внешнем виде.