— Андрюх, что в итоге случилось у Веры с мужем? Я так нихрена и не понял, — говорю честно. Признание дается мне не особо легко.

Я стараюсь говорить максимально невозмутимо, чтобы не пропалиться. Не хочу раньше времени выказывать свой интерес к своей новой знакомой.

А ведь он есть.

По неизвестной причине Вера взяла и запала в мое истерзанное Илоной сердце. Я даже подумать не смел, что нечто подобное может произойти со мной.

Какое там!

Я ж про чувства даже толком не думал последние несколько лет. Жил по инерции, пахал с утра до ночи, приходил домой выжатый, словно лимон, и мне было пофиг уже, что на ужин еда приготовлена не своей женщиной, а привезена из ресторана. Поел и уже хорошо.

Руководить проектом хоть и прибыльно, но тем не менее далеко не так просто, как хотелось бы. Все риски, все нестыковки, все проблемы — все на тебе.

Даже помочь некому.

Сейчас, после своего короткого общения с Верой, я понимаю, как был прав, решившись на развод.

Мы с Илоной стали чужими. У нас нет точек соприкосновения и мы их искать даже не желаем, ведь каждому из нас от жизни нужно кардинально разное.

Я семью хочу. Дом, уют, детей и считаю, что именно в этом смысл моей жизни. Воспитывать новое поколение, прививать им традиции, веру в лучшее и помогать делать по жизни первые шаги, оберегать.

Ей же подавай развлечения, безбедную и свободную жизнь.

Я знаю точно: рядом с Илоной мне стало скучно. Все ее шмотки, тусовки, выставки мне нахрен не сдались.

Жаль, что я всего этого не увидел раньше.

Но а с другой стороны, чтоб я сделал? Да ничего! Потому что накипеть должно было.

Так вот оно, наконец, накипело. Практически взорвалось.

И тут я самым невероятным образом встречаю совершенно другого склада и ума девушку. Она прекрасная мама и хозяйка, это видно сразу. А еще она довольно интересна в общении, начитанна и умна.

Простая встреча в лифте и проведенное вместе время окончательно меня убедили в правильности своего решения о разводе. А еще пробудили во мне интерес к девушке.

Впервые за многие годы я вдруг понял, что снова живой.

— Объяснишь? — спрашиваю как бы ненароком, но по хитрому взгляду друга понимаю, он понял, что интересуюсь я не просто так.

— Да нечего объяснять, Ром, — произносит небрежно. — Верка вышла замуж, на полученные за продажу бабкиной квартиры деньги выплатила ипотеку, родила и через полгода муж исчез, — Андрюха делится со мной историей и чем больше он говорит, тем сильнее я хочу накостылять мужу Веры. — Она сначала искала его, потом перестала и начала устраивать свою жизнь. А теперь ублюдок вернулся, — завершает рассказ. — Ну, а что дальше ты все знаешь.

— М-да, — заключаю. Других слов все равно нет.

— Вот тебе и м-да, — горько ухмыляется Андрей. — Пофиг, погнали, вытравим тварь из квартиры.

— Погнали, — соглашаюсь.

Не рискуя воспользоваться лифтом, поднимаемся по лестнице на нужный этаж. Хоть свет уже дали, но никто не гарантирует его бесперебойную подачу.

— У тебя ключи есть? — вдруг понимаю, что мы не взяли у Веры ключей. И если ее муж не захочет нам открывать, то придется возвращаться к девушке обратно.

— Без них обойдемся, — заверяет друг, нажимая на кнопку дверного звонка.

В квартире раздается трель, спустя секунд десять улавливаю шум шагов.

— Кто там? — звучит недовольное.

— Соседи, — с самым невозмутимым видом заявляет Андрей. Он говорит так естественно, аж я сам ему верю. — Вы нас топите. Открывайте! — добавляет требовательно.

— Я никого не топлю, — доносится растерянное с той стороны.

— Мне вызвать МЧС и проверить? — Андрюха продолжает давить.

Делаю шаг вперед и хочу вступить в разговор, но друг жестом показывает оставаться на месте.

— Да сухо все у меня! — сдавленным голосом произносит мужик. — Идите, проверьте, — говорит на эмоциях, открывая дверь. А нам только это и нужно.

Едва дожидаемся, как Олег откроет нам проход в квартиру, моментально вламываемся в нее. Я в один счет скручиваю нерадивого мужика, а Андрей быстро закрывает дверь за нами.

— Ай! Пустите! — орет Олег.

— Да нихрена! — рявкаю я. — Тебя жена елку тоже отпустить просила. Отпустил?! — с ходу наезжаю на него.

Перед глазами до сих пор стоят расцарапанные до крови ладошки Веры.

Тварина!

Взор от ярости мутнеет.

Заношу кулак, желая впечатать его в мягкую плоть, но меня останавливает Андрюха.

— Постой, — ловит мою руку, не позволяя завершить удар. — Он какой-то бледный. Не находишь? — с тревогой всматривается в лицо Вериного недомужа.

— Да похрен, — отмахиваюсь от его встревоженного тона. — Испугался, — дергаю Олега чуть сильнее. — Да, тварь?

— Мля, мужики, отпустите меня, — скулит. — Живот крутит, — едва ли не плачет.

— Пусти, — подключается Андрей.

Мне становится до жути противно.

Разжимаю кулаки и чмо тут же уносится от нас в туалет. Хлопает дверью и громко матерится.

— Ромка, слушай, — тихо, чтобы нас никто не слышал, произносит Андрей. — Ему походу в стационар надо.

— Ему в бубен надо, а не в больничку, — отвечаю ему. — Глядишь, хоть думать будет, прежде чем руки распускать.

— Нет, друг, — задумчиво качает головой. — Я не просто так постоянно прохожу курсы по медицине. Здесь кулаками не обойдешься, — удивляет своими словами меня.

— Уверен? — после слов Андрея и я сам начинаю сомневаться.

— На все сто, — твердо отрезает.

— Ну зашибись, блин, — кидаю в сердцах, но тем не менее достаю телефон и набираю номер службы спасения.

— Слушаю, — в динамике раздается собранный сдержанный голос. Не желая описывать непонятную мне симптоматику, протягиваю Андрею трубку.

Он берет телефон и не разуваясь проходит на кухню. Краем глаза подмечаю, что он не трогает в квартире ни единый предмет.

Действую так же.

Прохожу чуть дальше, встаю напротив двери в туалет, скрещиваю руки на груди и жду, пока ко мне выйдет редкостная скотина.

И чем дольше я жду, тем сильнее во мне пробуждается ненависть. Уж очень хочется Веру оградить от этого дерьма.

— Капец, мужики, — кричит вдруг Олег. — Туалетка у кого есть? Здесь она кончилась, — делится своим горем.

— Нет, нету, — отвечает Андрей. Бросает в мою сторону беглый взгляд, тихо ржет и отворачивается.

— Верка, сучка, не купила, — говорит тварь. Слышу его слова и меня резко переключает.