— Ты шутишь… — говорю я и недоверчиво качаю головой.

— Не надейся. — Влад бросает на меня лукавый взгляд через плечо. Мелькнувшая на его губах улыбка сверкает хищным предвкушением и обещанием неизбежности.

Он крепко держит мою руку и уверенным шагом ведет нас обоих вниз, к песчаному берегу пляжа. Вовсе не безлюдного — осознание, из-за которого я едва не путаюсь в ослабевших от волнения ногах.

— Ты хочешь танцевать вот так, на виду у всех? — Ужас в моем голосе даже при желании не принять за энтузиазм, но, кажется, Влад всерьез намерен исполнить свое обещание и научить меня танцевать танго — прямо здесь и сейчас. И вопреки любым моим возражениям. — Я же ничего не умею! И музыки здесь нет. Почему не дома? А еще тут везде песок. Мы просто увязнем!

Вместе с порывом прохладного ветра моего слуха достигает приглушенный смешок. Пологий спуск заканчивается, вслед за Владом я замедляю шаг, ощутив под подошвой босоножек шероховатость песчинок.

— Тебе не о чем волноваться. — Обернувшись, он протягивает мне свободную руку. Наши ладони встречаются. — Обещаю, ты останешься довольна. Просто оглянись, — просит он. Я послушно озираюсь по сторонам, и конечно замечаю и бескрайнюю гладь океана, и тусклое свечение звезд на небе, и ослепительное сияние растянутой вдоль линии пляжа иллюминации. Даже гул человеческих разговоров, сливаясь с шумом ветра и волн, становится приятным дополнением к местной уютно-завораживающей атмосфере. — Здесь красиво.

— Да, — соглашаюсь я и невольно улыбаюсь. В глазах Влада отражается блеск искусственных огней и совершенно мальчишеский энтузиазм. Никогда прежде он не позволял себе быть беззаботным в моем присутствии.

— Тогда идем. — Он тянет меня за собой.

Невольно думается, что наш совместный вечер и правда превратился в самое настоящее романтическое свидание. В будто искусственном прежде дружелюбии теперь есть легкость с искорками несмелого флирта, в прикосновениях и взглядах — трепет, а в словах и жестах — особый подтекст.

Восприятие приятно обострено, в то время как разумные, обычно полные настороженности мысли застилает флером очарованности. Я забываю о составленном заранее списке не терпящих дальнейшего отлагательства вопросов, о необходимости следить за своим поведением и речью — и всецело отдаюсь на волю спонтанных решений и эмоций.

Несколько минут спустя мы приближаемся к квадратной формы деревянному настилу, расположенному на небольшом отдалении от океана. Похоже на уличный танцпол, в этот час чудесным образом не привлекающий внимание посетителей пляжа.

— Кстати, — нарушаю я установившееся между нами молчание, — откуда ты вообще умеешь танцевать? Да еще и танго?

— Моя бывшая девушка занималась бальными танцами на профессиональном уровне. Она меня научила, когда мы встречались.

— И давно это было? — Требовательный вопрос срывается с моих губ быстрее, чем я успеваю прикусить язык и умерить собственное любопытство.

— Очень, — отвечает Влад с довольным смешком. — До нашего с тобой знакомства.

— И ты не растерял свои навыки? — уточняю я как можно безобиднее.

Влад останавливает на мне внимательный, одновременно подначивающий и недоверчивый взгляд.

— Боишься, что я оттопчу тебе ноги?

— А ты нет? — парирую я. — На твоем месте я бы точно опасалась за свои конечности. Но ты все еще можешь передумать…

— Нет. — Влад решительно качает головой. — Никогда не стоит упускать подходящий момент.

— Таково твое жизненное кредо? — Очередной шуткой я, конечно, пытаюсь отсрочить неумолимо приближающуюся минуту моего позора: мне ни за что не сравниться с профессиональной танцовщицей.

Подумать только, мой муж действительно умеет танцевать и хочет научить меня. Хочет исполнить мою давнюю мечту…

Всего несколько недель назад, впервые увидев его на пороге своей больничной палаты, я не смогла бы даже представить Влада в подобном амплуа. Не подумала бы, что этот взрослый, непоколебимый мужчина когда-то был молодым парнем и не побоялся показаться нелепым любимой девушке, пожелавшей научить его своему ремеслу.

— Прекращай искать пути к отступлению, — произносит Влад с полусерьезной угрозой в голосе. — И иди сюда.

Мы останавливаемся в центре площадки. Пока я безмолвной и преисполненной переживаний фигурой пытаюсь собраться с духом и заодно надышаться морским воздухом до головокружения, Влад достает из кармана телефон и на пару минут зависает в предлагаемом технологиями мире.

Нахмурив брови, я смотрю на него в напряженном ожидании и едва не подпрыгиваю, когда из динамиков вдруг выплескивается та самая мелодия из той самой сцены с Аль Пачино.

— Влад…

Он вскидывает на меня искрящийся весельем взгляд и возвращает телефон в карман.

— Ты покраснела.

— Конечно! Потому что я сейчас умру от стыда.

— Разве мечта не стоит небольших жертв? — вздернув бровь, Влад встает совсем рядом и с осторожностью касается моих предплечий кончиками пальцем. — Расслабься, — просит он тихо. Мягко. — Поверь мне. Все получится.

Я киваю. По телу, от макушки до пят, проносится волна слабой дрожи. Волнение и тревога, интерес и страх.

Влад помогает мне встать в позицию, а затем делает первый шаг. Одну паузе спустя я повторяю за ним.

Яркая, всеобъемлющая музыка скоро увлекает нас в иное измерение. Я слышу только ее, размеренное дыхание Влада и его спокойные, терпеливые подсказки и слова одобрения.

Повторять за ним становится проще с каждой секундой. Еще легче — позволять ему вести, направлять меня — уверенно и аккуратно выбрасывая вперед и вращая, а затем — возвращая в кольцо его рук.

Одна и та же мелодия играет снова и снова, и скоро случается невероятное — мы действительно танцуем. По-настоящему.

Счастье, неподдельное, абсолютно безмятежное счастье переполняет все мое существо. Я смеюсь. Наши с Владом взгляды пересекаются на один миг, прежде чем он внезапно разворачивает меня спиной к себе и ведет дальше.

Он тоже счастлив.

Связки движений повторяются. Мы снова танцуем, смотря друг другу в глаза.

Забывшись, полностью подчиняясь своему партнеру и заданному им направлению движения, я забрасываю ногу на его бедро и прогибаюсь в спине. Так, как всегда мечтала.

Обнаженную кожу шеи обдает теплое дыхание Влада, его ладони крепко держат мое тело над остывающим песком. Он наклоняется, и расстояния между нашими телами больше нет. Мои губы опаляет чужое дыхание, нервные окончания дрожат, ощущая близость его губ.

Наши взгляды устремляются друг к другу в одно и то же мгновение. В глубине темных зрачков напротив тлеет костер, чье невидимое пламя опаляет мое нутро нестерпимым жаром. Мы неподвижны, будто успели обратиться в мраморную скульптуру, — я чувствую себя Психеей в объятиях Амура, не меньше.

Секунда превращается в наполненную ожиданием, притяжением и нерешительностью вечность. Нависающий надо мной Влад не отстраняется, но и не склоняется ближе. Между нами лишь сантиметр пространства и еще не сделанный выбор.