"Молот" был любимым сыном Йогаренса и командующим городскими войсками. Его голова служила прекрасным украшением для пики, воткнутой в землю за пределами досягаемости городских луков. Стрела глубоко вонзилась в череп Виллема, и Бетрим решил оставить ее там. Полагаю, это выглядело довольно поэтично, учитывая обстоятельства.

Солдаты Рейнгарда были более возбуждены, чем раньше. Патрули на стенах удвоились, и крики время от времени долетали до рядов армии. Никто не мог расслышать, что именно кричали, но это определенно было похоже на оскорбления.

— Да, — согласился Бетрим. — Не думаю, что это сработало так, как я хотел, но тем не менее, "Молот" теперь мертв. И я не думаю, что тот, кто у них там остался, так же хорош, как он.