Торван повернулся к Гончему, намереваясь приказать ему молчать, пока ему снова не разрешат говорить. Но затем он передумал и просто махнул рукой. Впрочем, тысячи лет боги так или иначе питались человечеством. Вполне справедливо, чтобы в этот раз все было наоборот. — Встретимся в лагере сразу после того, как... ты закончишь.

Квег передал Торвану факел, и Торван отошел от Квега и трупа старика, изо всех сил стараясь не слушать, как хихикает его приятель, приступая к работе.

 Что ж, — подумал Торван, — похоже, Пиршественник собирается оправдать свое имя в последний раз.