Слэтер вскочил на ноги. Он не должен был сидеть и быть униженным.

— Я между прочим прошел обучение, как и любой другой охотник. Я такой же способный, как и ты.

Он замахнулся на нее остатком сыра, как ножом, маленькие кусочки отлетели от края, а размякший хлеб капнул на брюки.

— Сядь, идиот.

Слэтер проигнорировал ее и сделал несколько коротких шагов к своему сложенному снаряжению, включая дорожный плащ.

— Почему ты вообще это прячешь, если только запасаешься едой? Это противоречит правилам.

Взгляд, которым она одарила его, мог бы расколоть камень, ставший еще более леденящим от танцующего света костра. Слэтер понял, что зашел слишком далеко, и начал пятиться. В конце концов, ему просто нужно было найти свою команду и... Поворачиваясь, он врезался во что-то твердое. Отшатнувшись назад, Слэтер обнаружил, что это нечто было человеком. Обычный солдат, судя по кольчуге, с мускулистыми ногами-стволами деревьев, дикой бородой и жестокой улыбкой. Такой же неприятный, накаченный тип стоял рядом с ним, как грозный близнец.

— Немного еды здесь? — спросил один из них.

— У него в руке что-то есть, — сказал другой, делая выпад на Слэтера.

Слэтеру едва удалось отскочить от мужчины, но теперь его спина была болезненно близко к огню. На затылке и лбу у него выступил пот, и не только от жара пламени. Мужчины приближались к нему.

— Стойте, — кротко сказал Слэтер.

Он попытался сопротивляться, но нападавший с легкостью завел его руки за спину и вырвал сыр из его ослабевших пальцев.

— Прекрасно, — сказал мужчина, причмокивая губами. — Хорошо, Гриз, найди заначку этого болвана.

— Этого вам будет достаточно, — сказала охотница. Она была на ногах, с луком в руке. И было что-то в ее позе и тембре голоса, что заставило мужчин насторожиться.

Второй мужчина, Гриз, колебался.

— Не видел, на еде твоего имени.

— А теперь заметил? — спросила она и вытащила стрелу, натянула тетиву быстрее, чем когда-либо мог Слэтер, даже с его целой рукой. — Попробуй в каком-нибудь другом месте.

Прошла напряженная секунда, а затем похититель еды у Слэтера отпустил его.

— Пошли, — сказал мужчина своему спутнику. — У этой сучки новый щенок.

Пара ушла, и охотница держала свою стрелу нацеленной им в спины, пока они не оказались на допустимом расстоянии.

Слэтер потер свои ноющие запястья в тех местах, где зверь держал его, избегая взгляда охотницы. Вместо этого он уставился в землю, настолько смущенный, что ему очень хотелось снова упасть в обморок. Прежде чем он успел среагировать, женщина схватила его за руку и потащила обратно туда, где он сидел.

— Никаких блужданий сегодня вечером, — сказала она, толкая его вниз. Слэтер ударился о землю с толчком и издал вздох боли. Она покачала головой, глядя на него, и снова села. — сидишь на попе ровно и ждешь моих указаний. Все ясно?

Слэтер расправил плечи и промолчал, но затем увидел суровой взгляд охотницы и поспешно произнес:

— Ясно. Все ясно.

— С каких это пор охотники отказались от здравого смысла ради соблюдения правил?

— Я просто.. Я просто... — но он замолчал, решив, что на этот раз ему лучше держать рот на замке. Она схватила его за плечо и заставила повернуться к ней лицом.

— Охотников учат выживать! Здесь то же самое, только другие правила. Твои товарищи по отряду умрут быстрее, чем ты их узнаешь. Демоны не испытывают страха, как волки, медведи или другие существа, с которыми ты мог столкнуться дома. Драконы оставят тебя позади, если ты не будешь идти в ногу со временем. А половина людей на твоей стороне — воры, насильники и убийцы. Здесь не так уж много друзей, малыш. Ты просто постарайся выжить, хорошо?

Она отпустила его и отвернулась, ее грудь тяжело вздымалась и опускалась.

— Мне очень жаль, — сказал Слэтер. — Я здесь уже две недели, но меня можно называть новичком. Это не моя война, извини. Я не самый способный, но в отличии от многих своих собратьев еще живой.

Слэтер на мгновение отвел взгляд, глядя на темный мир за их костром в том направлении, куда ушли двое мужчин. Он уже встречал много солдат: в столице, на корабле, в "Гнезде". Никто не был похож на них.

— Убийц и насильников отправляют на восточный фронт?

— Это более суровое наказание, чем тюремное заключение, — сказала охотница.

— Но почему? Вербовка не была проблемой.

— Армия состоит из преступников, малыш. Просто хороший кусок пушечного мяса.

— Тебя это не беспокоит?

Она пожала плечами.

— Это то, что есть. Насколько я знаю, старина Гриз и Талп были несправедливо обвинены. Может быть, новые военные налоги короля Аркуса оставили их разоренными, и они воровали, чтобы прокормить свои семьи. — Она снова ухмыльнулась, увидев выражение недоверия на лице Слэтера. — Может быть, но не эти двое. Они такие же кривые, какими и кажутся.

Слэтер вздохнул.

— Это просто... не то, чего я ожидал.

— А чего ты ожидал, малыш?

— Что-то... что-то большее. Что-нибудь более благородное, я полагаю. И перестань называть меня малышом!

— Хм, — задумчиво произнесла она. "Король посылает нам отбросы своих подземелий, чтобы помочь защитить человечество, но он не заставляет ни одного из своих изнеженных кавалеров плыть на восток. Теперь это беспокоит и меня. Слэтер обдумал это. Он предположил, что не видел никого из рыцарей с тех пор, как покинул корабль. Столько всего произошло, что он даже не заметил их отсутствия. Теперь, когда эта охотница заговорила об этом, это действительно казалось вопиющим.

— И я буду называть тебя так как сочту нужным.

Слэтер хотел вскочить с земли, в негодовании, но быстро передумал. Вместо этого задал еще один вопрос:

— Справедливости ради, разве драконы не несут на себе основную тяжесть сражения? В конце концов, они лучше подходят для этого .

Охотница фыркнула.

— Если они такие чертовски крутые, зачем мы им нужны? Возьмите этот марш-бросок сегодня, какой в нем смысл?

— Мы отступали!

— Отступление от чего? — ее бровь поползла вверх.

— У нас была битва с демонами задолго до того, как ты пришла. Они попытались захватить "Гнездо", но мы жестоко отбили их атаку.

— Так зачем тогда уходить?

Слэтер закусил губу, но был уверен в одном. Драконы знали свое военное ремесло. Они не приняли бы глупого решения.

— Я уверен, что для этого есть веские причины. Просто... просто мы их не знаем.

— Ты действительно новичок здесь, малыш. — Она снова огляделась. — Как насчет еще чего-нибудь перекусить?

Слэтер сел прямее.

— Продолжай.

— Посмотрим, как ты нарушаешь правила, — сказала она. — Просто будь незаметным. Она порылась в своей сумке, вытащила и развернула две тонкие полоски соленой свинины. Она действительно имела в виду перекусить. Там было немного, но он не видел много мяса с тех пор, как поднялся на борт корабля, и был благодарен и за это. Его радость длилась несколько коротких секунд. Он наслаждался этим. Проглотил кусочек мяса залпом. А потом почувствовал себя ужасно. Чувство страха затуманило его мысли. Это было не то, что он себе представлял, отправляясь на войну. Выпрашивал еду у охотницы и чуть не был избит другими солдатами.

— Мама не хотела, чтобы я становился охотником, — наконец сказал он. — Она хотела, чтобы я остался и помогал папе в мастерской.

— Очевидно, ты не согласился.

— Я собрал вещи, как только мне исполнилось шестнадцать, и я смог записаться в добровольцы. Оглядываясь назад, я не думаю, что это было самое правильное решение в моей жизни.

Яркое воспоминание о его плачущей матери, бегущей за ним по улицам, болезненно вспыхнуло перед ним.

— Ты можешь скучать по дому, Слэтер. Это разрешено.

Охотницы хмыкнула.

— Я здесь всего две недели.

— Именно в такие периоды мы скучаем больше всего, — сказала она. — Тебе следует отправиться на лодке в Долину, а не в столицу, когда ты получишь отпуск.

— Если я продержусь так долго.

— У тебя получится, — сказала она. — Я почти...

Что-то позади Слэтера привлекло ее внимание, и ее глаза расширились в тревоге.

— Ложись и притворись, что ты все еще в отключке. Сейчас же! — прошептала она.

— Что? — Слэтер зашипел.

— Просто сделай это, идиот, — Она толкнула его вниз. — Ты мертв для мира, слышишь меня? Не двигай ни единым мускулом.

Слэтер сделал, как ему было сказано, уже давно решив не задавать ей вопросов. Треск огня усилился, когда он сосредоточился на своем слухе, настраиваясь на окружающий мир, как учили охотников. Через мгновение он начал слышать шевеление у других костров. Низкие голоса, говорящие торопливым шепотом, тяжелые ноги, вдавливающиеся в землю. Он даже почувствовал пульсацию сквозь землю, когда сосредоточился на ней. Теперь небольшая группа направлялась в их сторону. Охотница поднялась на ноги, чтобы встретить их.

— Я могу вам помочь, легат? — спросила она.

— А что с этим не так?

— Он серьезно обезвожен после вашего форсированного марш-броска. — Ее голос звучал дерзко, учитывая, что она разговаривала с главой легиона драконов.

— Мы должны перенести лагерь на одну лигу к северу. Он может ходить?

— Похоже на то? — спросила она.

Тишина. Затем снова голос охотницы.

— Никто не перемещает лагерь ночью, что происходит?

— Север вернулся тем же путем, каким мы пришли. Они наступают!

Слэтер больше не мог сдерживаться. Он рискнул чуть-чуть приоткрыть глаз. Над охотницей возвышался воин-дракон, его широкие плечи были закутаны в алый плащ, а торс защищен золотыми доспехами. На голове у него был шлем с тиснением и красным пером, а выражение лица было мрачным, как утром после бутылки. По бокам от легата стояли два легионера-дракона, одинаково хорошо бронированные и стоящие так, словно были высечены из камня.

— Приказ принца, — сказал легат. — Мне не нравится участвовать в распространении информации, человек, но время дорого. Поднимите его и двигайтесь.

— Он не может просто встать. — Она зарычала. — Что делают остальные раненые?

— Поднимаю своих легионеров, чтобы переместить их, — ответил легат. Он повернулся к одному из своих людей. — Подними его!

Охотница сделала шаг между Слэтером и драконами.

— Подожди. Мне нужно как следует упаковать его вещи.

— Сделай это быстро, — сказал легат. — Война не будет ждать.

— Хорошо.

— На следующий костер, — добавил он своим товарищам, — я пошлю кого-нибудь за щенком. У вас есть десять минут.

Драконы тяжелой поступью пошли прочь. Слэтер перевел дыхание, даже не подозревая, что задерживал его. Что же происходит? Это было как-то неправильно. Охотница опустилась на колени рядом с ним, делая вид, что собирает какое-то снаряжение.

— Они ушли? — прошептал Слэтер. — Ты не должна...

— Не говори. Я даю тебе еду, — сказала она, едва шевеля губами.

— Что? Зачем? Это твое.

— Ш-ш-ш. Только не ешь все сразу.

— Ты не можешь...

— Я могу, я в состоянии найти себе пропитание, а вот ты малыш...

— Не называй меня малышом!

— И с тобой все будет в порядке, — сказала она. Затем резко выдохнула. — Надеюсь.

— Зачем ты все это делаешь?

Она сделала паузу в своей работе, посмотрела на него, затем вернулась к своей задаче.

— В прошлый раз, когда случилось сражение, я потеряла палец. — Она снова заколебалась. — Я могла умереть, вот так просто. Не оставив после себя ничего хорошего. Найди меня после, если хочешь.

Но ее голос не наполнил Слэтера уверенностью. Он хотел сказать больше, сделать больше, но не знал, что именно. Он был совершенно не в себе. Она завязала узел с довольным видом.

— Ты мертв для этого мира, помнишь? Только намекни, что с тобой все в порядке, и они отправят тебя на фронт. — Она оглянулась, затем снова переключила свое внимание на него, в ее глазах был пыл. — Не позволяй этому случиться. Притворись тупым, у тебя это хорошо получается.

— Почему ты так сильно помогаешь мне? — Спросил Слэтер.

Она наклонилась ближе, чтобы никто другой не мог услышать ее слов.

— У меня слабость к таким идиотам, как ты. Просто живи. Иди домой. У тебя все еще есть дом, в который нужно вернуться. Цени это, малыш.

— Как тебя зовут? — Сказал Слэтер громче, чем следовало, но он должен был знать.

Охотница улыбнулась уголками губ.

— Меня зовут Айфа.

Но прежде чем Слэтер успел сказать что-то еще, она вскочила на ноги. Он закрыл глаза, чтобы изобразить свое больное телосложение, и довольно скоро пара грубых рук подняла его. Он почувствовал, как его рюкзак, лук, колчан и меч навалились на его обмякшее тело, сопровождаемые подпрыгивающими вверх и вниз движениями. У него никогда не было возможности сказать это. Спасибо тебе, Айфа.

Он почти пел это в своем сознании. Он хотел, чтобы она каким-то образом услышала его через быстро растущее расстояние между ними. Спасибо тебе за то, что спасла мне жизнь.

Слэтер притворялся слабым и беспомощным несколько часов, иногда ему казалось и что и в самом деле он чувствует себя плохо. Глаза закрывались сами собой. Внутри он вел отчаянную битву, противопоставляя свое облегчение от того, что его не послали на фронт, с чувством вины за то, что его там не было.

Поведение Айфы вызывало смутное но стойкое беспокойство. Очевидно, она думала, или даже знала, что произойдет что-то ужасное. Мог ли он действительно просто лежать здесь, в темноте, с закрытыми глазами, как будто он мог отгородиться от мира? Мог ли он убежать от всего этого? Сон овладел им прежде, чем он принял решение.

Когда он снова очнулся, его окружали больные и раненые; истинные больные и раненые. Отсутствующие конечности, раны, обмотанные окровавленной тканью, тошнотворный запах гнили и разложения. Его пребывание здесь было ложью. И это было трусливо. Он осторожно встал и попытался ускользнуть. Ему не нужно было сильно стараться, никто не обращал на него особого внимания. За рядами мертвых и умирающих он мог видеть несколько драконов, смотрящих на север, повернувшись к нему спинами. Некоторые указывали на север, и на фоне ясного утреннего неба Слэтер увидел поднимающийся дым. Не густой черный дым пожара, а тонкий, опустошающий дым, который, как он слышал, исходил от крови демона. Бушевала настоящая битва. Слэтер добрался до того места, где стояли драконы, сразу за границами лагеря. Перед ними лежала широкая плоская равнина, идеальное место для решительного сражения с большим пространством для маневра. Так почему же тогда эти драконы не были там, в гуще сражения? Впереди он вообще не видел никаких признаков присутствия драконов. То, что он увидел, привело его в ужас:

Люди убегали, уходили, ковыляли или ползли в отчаянном бегстве от огромной орды корчащейся тьмы, которая была армией демонов. Безумные чувства долга и чести вспыхнули в груди Слэтера, и он бросился вперед, без оружия, но, тем не менее, намереваясь внести свой вклад в эту битву. Примерно в десяти шагах от гущи событий чья-то рука схватила его за воротник и оторвала от земли. Дракон отнес его обратно к их шеренге и посадил между двумя сильными легионерами.

— Тебе нет смысла бежать туда, — размышлял дракон. — Не после того, как ты так выжил до этого.

— Но почему? Разве война не там? — Спросил Слэтер. — Разве моя жизнь важней?

— Я выполняю приказ нашего принца, — сказал дракон. Он посмотрел на Слэтера так, как будто тот был глупцом из-за того, что не понимал. — Принц Дарнуир хотел вызвать демонов на бой. Они получили свой момент славы в "Гнезде".

— И мы были приманкой, — сказал Слэтер. Все его тело обмякло. — Весь этот марш-брасок, это чтобы выманить врага.

— Там! — воскликнул другой дракон, на этот раз указывая на юго-восток. — Принц прибывает. Теперь противник окружен.

Слэтер резко развернулась. Там, двигаясь подобно стаду золотых быков, показался целый легион драконов. Они бы обогнали лошадей по тому, как они стремительно приближались. С юго-запада появился еще один легион. Ловушка была захлопнута! Вместе они пронеслись по полю боя, заставив землю содрогнуться, и добрались до места сражения за полминуты. Колонны сияющего золота поворачивались вправо и влево, безнаказанно врезаясь в незащищенные фланги демонов.

— Великолепно, — вздохнул дракон, ближайший к Слэтеру.

— Приветствую принца, — крикнул другой. — Приветствую Дарнуира!

Слэтера чуть не вырвало. Впрочем его и вырвало. И пока он хватался за свой вздымающийся живот, его благоговейный страх перед драконами превратился в желчь в его горле.

Итак, это и была драконья доблесть, о которой он так много слышал. Это было военное искусство драконов. Стратегов и воинов на службе принца.